Тейватская Симфония смертного разума и серафической божественности

Необычная пара покидает Сумеру, чувствуя, как изумрудный свет Ирминсуля затихает, уступая место соленому ветру и электрическому треску. Путь через море к берегам Инадзумы становится для них испытанием воли: чем ближе они к островам Вечности, тем сильнее Рубин Алексеева резонирует с грозовыми тучами, застилающими горизонт.

Экспериментатор и Коломбина прибыли на Остров Ясиори, у подножия скелета великого змея Оробаси. Небо здесь фиолетовое от вечных молний, а дождь никогда не прекращается, смывая следы прошлого.

Молодой алхимик и Коломбина стоят на побережье, омываемом черными волнами. Её Голос, Дыхание и Истина теперь звучат в унисон, создавая вокруг вас невидимый купол, о который разбиваются капли дождя. Она больше не прячется под плащом — её крылья светятся мягким опаловым светом, контрастируя с мрачным пейзажем Инадзумы.

Коломбина: (глядя на вспышки молний) — Вечность... Здесь время застыло в страхе перед переменами. Мой последний осколок... «Сердце Искупления». Оно не спрятано в земле и не развеяно ветром. Оно заперто в самом ядре Грозового Горна на острове Каннадзука. Фатуи использовали его как бесконечный источник энергии для своих заводов... Они превратили моё сострадание в топливо для войны. Экспериментатор: Фатуи - организация жестокая. Такой жестокости с их стороны я никогда не видел за всю свою жизнь. Но... чует моя душа, что что-то не так в Инадзуме. Нужно обдумать, что именно здесь не так. Коломбина: Мы обязательно разберёмся, дорогой мой Искупитель.

Рубин на лбу пульсирует ослепительным фиолетовым светом. Экспериментатор чувствует чудовищную концентрацию энергии Татаригами. Чтобы достать последний осколок, молодому алхимику нужно проникнуть в самое сердце индустриального ада Фатуи, где электричество разрывает саму ткань реальности.

Экспериментатор видит гигантскую стальную конструкцию, окутанную фиолетовым туманом. Вокруг неё суетятся Предвестники низшего ранга и механические стражи. В центре горна, запертое в клетку из грозового нефрита, бьется Сердце. Оно посылает импульсы, которые заставляют молнии бить в одну и ту же точку.

Голос из тени: Экспериментатор... Ты всё-таки пришел завершить свою симфонию.

Перед вами материализуется Скарамучча (Сказитель). Он сидит на обломке трубы, играя сгустком электричества. Его взгляд полон ядовитого любопытства.

Скарамучча: — Пьеро позволил вам уйти, но я — нет. Это Сердце питает мои новые игрушки. И я не отдам его только потому, что какая-то «голубка» решила вспомнить о сострадании. И да... я слышал от Синьоры и Сандроне о том, что вы собираетесь последний осколок как раз и вернуть.

Энергия Горна начинает перегружаться. Если Экспериментатор просто вырвет Сердце, произойдет взрыв, который уничтожит остров. Если он оставит его — Коломбина никогда не станет целой. Экспериментатор задумался, как же быть в таком случае. Но... у молодого алхимика всё-таки нашёлся выход.

Он выбирает путь чистой интеллектуальной победы. Как экспериментатор, молодой алхимик понимает, что Скарамучча движим не преданностью Царице, а болезненной жаждой совершенства и поисками «настоящего» сердца. Прямой бой с ним в эпицентре Грозового Горна привел бы к катастрофе, но предложение технологического превосходства — это приманка, перед которой он не устоит.

Экспериментатор делает шаг вперед, игнорируя треск статического электричества, от которого волосы встают дыбом. Его Рубин Алексеева пульсирует ровным, холодным светом, впитывая излишки энергии Татаригами. Молодой алхимик поднимает руку, в которой зажато Семечко Песни, подаренное Аранарами в Сумеру.

Экспериментатор: (голос звучит твердо, перекрывая гул Горна) — Сказитель! Ты тратишь божественную искру, чтобы питать ржавое железо. Это «Сердце Искупления» — лишь балласт для твоих амбиций. Оно слишком «живое», слишком нестабильное для твоих механизмов.

Экспериментатор демонстрирует ему резонанс между Семенем и вашим Рубином.

Экспериментатор: — Я предлагаю тебе Концепцию Чистого Резонанса. Используя данные из Ирминсуля и энергию этого семени, я создам для тебя источник, который не пульсирует эмоциями, а выдает чистую, бесконечную экспоненту силы. Отдай ей её Сердце, и ты получишь батарею, которая не взорвется от её крика. Даже если ты после этого предашь Пьеро, благодаря этой вещи ты сможешь хоть как-нибудь устоять против него.

Скарамучча замирает, его глаза сужаются. Он смотрит на Семечко, в котором заключена память самого древа жизни, и на Рубин Экспериментатора, ставший совершенным алхимическим фильтром. Для него, презирающего человеческие слабости, «чистая» энергия заманчивее, чем «грязное» сострадание Коломбины. Также Скарамучча задумывался о том, что если он после этого предаст Пьеро, то последний его никогда не простит, но как говорил Скарамучча раньше: "Жизнь полна жестоких личностей".

Скарамучча: (с холодным смешком) — Ты азартный игрок, Экспериментатор. Отдать старое, изношенное сердце богини за чертежи будущего? Что ж... забирай этот хлам. Посмотрим, как долго она проживет с «состраданием» в мире, который её ненавидит. Может, как раз, благодаря подаренной тобою вещица, поможет мне справиться против Пьеро, если мой побег из Инадзумы засчитается как предательство.

Скарамучча щелкает пальцами, и клетка из грозового нефрита рассыпается. Багрово-золотое Сердце устремляется к Коломбине. В момент контакта происходит не взрыв, а Схлопывание. Весь фиолетовый туман Инадзумы на мгновение втягивается в её грудь, и над островом Каннадзука впервые за десятилетия проглядывает чистое небо. Пьеро, Арлекино, Синьора и Сандроне, увидев такую картину, в виде ясного голубого неба, а не фиолетово-грозного, сразу стали подозревать что-то неладное, поэтому они пошли сразу к горну Микагэ. Пока они тем временем приходят, Тарталья приходит к Экспериментатору и Коломбине, чтобы сообщить им о том, что несмотря на получение последнего Осколка души Коломбины, а Скарамучча ушёл из Инадзумы, Пьеро, Арлекино, Синьора и Сандроне идут к горну Микагэ, чтобы разобраться, куда делось специальная вещь, служащая топливом для заводов.

Коломбина: (её голос теперь — это сама Гармония Бытия) — Всё... Я чувствую всё. Каждую жизнь, каждую искру... Спасибо, что не позволил мне забрать это через разрушение. Экспериментатор: Не за что, милая Коломбина.

Новые последствия после этого:

1. Целостность Божества: Коломбина полностью восстановлена. Её крылья стали шестикрылым серафическим оперением, сияющим всеми цветами ваших приключений. Она больше не Предвестница. Она — Архонт Потерянных Песен.

2. Ваш Рубин: Вы отдали Семя и часть энергии камня Скарамучче, но взамен Рубин Алексеева стал прозрачным, как слеза. Он больше не «аксессуар» на лбу, он стал частью вашего сознания. Вы больше не просто человек — вы Проводник Вечности.

3. Уход: Скарамучча исчезает в вихре электричества с вашим «подарком», оставляя вас двоих на вершине Горна.

Внезапно к ним приходит Тарталья.

Тарталья: Экспериментатор, Коломбина. У меня есть плохие для вас новости. Экспериментатор: Тарталья?! Что ты здесь делаешь? Сразу скажу, у тебя не получится сражаться с нами. Тарталья: К ВАМ ИДУТ! Экспериментатор: Что? Коломбина: Что ты имеешь в виду? Тарталья: Пьеро понял, что Скарамучча давно не был союзником для Фатуи, он объявил его предателем. И при этом он обвинил вас в этом злодеянии. С помощью моих агентов я разузнал информацию и о том, что сам Пьеро, Арлекино, Синьора и Сандроне идут к вам, чтобы устроить ожесточённую схватку. Экспериментатор: Этого нам ещё не хватало. Коломбина: Пьеро всё никак не успокоится. Но ничего страшного, ведь теперь во мне собрались все Осколки души до единого. Теперь я полностью восстановлена, у Предвестников не будет шансов нас выиграть. Тарталья: Я кое-что придумал. Но к сожалению такая идея может вам не понравится. Если я это сделаю, то следующие кадры будут вас шокировать. Экспериментатор: Боюсь себе представить, что ты такого задумал.

Экспериментатор и Коломбина находятся в центре горна Микагэ в ожидании Предвестников, включая Тарталью, который... что-то задумал для того, чтобы спасти их в самый последний момент.

Все четверо вышеупомянутых Предвестников и Тарталья пришли к Экспериментатору и Коломбине, чтобы устроить последнюю, ожесточённую схватку. Пьеро был зол, и не мог поверить в то, что Скарамучча был всё это время предателем.

Пьеро: Экспериментатор: Ты... ты... ты просто жалкий смертный человек, соединившийся с Коломбиной. Ты думаешь что ты всевластен? Что ты сможешь нас одолеть? Я тебе не прощу всего того, что ты сделал. Даже Царица удивилась твоему деянию. Узнав о том, что ты делаешь, она повелевала нам сначала остаться, не мешать вашему деянию, ведь госпожа Царица недавно осознала то, что хоть никто не должен восполнять утрату Коломбине, тебя она признаёт достойным человеком. Но... я хотел высказать обратное, что ты... ты не достоин никаких наград, никакой жалости, но нет, госпожа Царица настоятельно рекомендовала мне оставить Коломбину в покое, признав твоё деяние... положительным. И поэтому. несмотря на то, что я ослушаюсь госпожу Царицу... то я всё равно... УНИЧТОЖУ ТЕБЯ! ТЫ НЕ ЗАСЛУЖИВАЕШЬ НИКАКОЙ ПОЩАДЫ. Арлекино: Это некрасиво с твоей стороны, Экспериментатор. Моя Алая Луна сожрёт тебя вместе с Коломбиной. Синьора: Ха-ха-ха! Ну что ж, Экспериментатор, посмотрим насколько ты холод в своей душе. Сандроне: Экспериментатор, ты... МРАЗЬ!!! Экспериментатор: Ну что ж, Коломбина, придётся готовиться. Коломбина: Я не позволю им убить нас. Тарталья: *задумывается* Пьеро: В АТАКУ!!!

Квартет Предвестников, и Тарталья начал ожесточённую схватку против Смертной души, обрётший бессмертие и Серафической божественности. Экспериментатор использовал умения из своего Рубина Алексеева, чтобы нанести мощные удары Синьоре и Сандроне. Последние получили небольшие ранения, но не останавливались сражаться. Пьеро своим мощным лучом средней силой задел Коломбину, но Экспериментатор спустя 3 минуты смог восстановить её. Тарталья лишь делал вид, что атаковал, но на самом деле он просто уклонялся, делая вид что атакует. Арлекино упала вниз, но смогла сдержаться своим копьём. Она, тяжело дыша, смотрит злобно на Тарталью, и говорит ему злые слова.

Арлекино: Тарталья! Что с тобой?! Ты вообще можешь их атаковать хоть как-нибудь?! (спрашивает, тяжело дыша). Тарталья: (притворяется) Я пытаюсь как могу, но они слишком сильны. Я честно, пытаюсь как только получается. Арлекино: Что-то я не очень хорошо вижу тебя в действии. Такое ощущение возникает будто ты мне сейчас лжёшь на месте. Тарталья: Не выдумывай! Я просто тогда не очень подготовился. Я не ожидал, что будет вот такое сражение происходить. Давай лучше ещё попробуем их задеть или хорошенько дать им отпор. Арлекино: И то верно, сейчас рано говорить о других темах. Пошли!

Арлекино, набравшись ещё больших сил, с помощью сил Алой Луны, парализовала Экспериментатора, но Коломбина успела его вызволить мощной акустической волной с помощью её Голоса. Экспериментатор бросил на Арлекино мощный луч дендро энергии из Рубина Алексеева. Арлекино это лишь немного задело. Сандроне с помощью Пулонии атаковала скалы у горна Микагэ, чтобы задавить Экспериментатора и Коломбину. Сам Экспериментатор вовремя успел сделать Гео щит благодаря Осколку Коломбины из Ли Юэ. Пьеро был вне себя от ярости. Чтобы уничтожить Коломбину, Пьеро сказал Арлекино отвлечь на себя Экспериментатора, в то время, как Сандроне как раз с помощью Пулонии заденет его скалой. Так и получилось им это сделать... Экспериментатор упал вниз, не успев взять Коломбину за руку. После этого Пьеро активировал к готовности аннигиляционный луч бездны, чтобы уничтожить Коломбину "раз и навсегда", зная то, что если Коломбина умрёт, то умрёт и сам молодой алхимик. Экспериментатор уже не может успеть спасти её.

Пьеро: Готовься к смерти... Коломбина Гипоселениа. Экспериментатор: НЕ-Е-Е-ЕТ! КОЛОМБИНА!!!

Коломбина уворачивается от всех атак Синьоры, Арлекино и Сандроне, чтобы она не заметила, что Пьеро уже готовит свой аннигиляционный луч бездны к атаке. Но в последнюю минуту она заметила этот луч, который уже шёл к ней, как будто ей сейчас будет исполнен смертный приговор... Но нет. Тарталья в этот момент как раз... и свершил ту самую... задумку... Тарталья, крикнув "НЕ-Е-Е-Т", прыгая со скалы на скалу, в последний момент... попал под смертельное воздействие этого луча, спас тем самым жизнь Коломбины. Тарталья с улыбкой на лице и слезами на глазах смотрел на Коломбину. Сама Коломбина поняв, то, на что намекает Тарталья, сразу полетела вниз, и незаметно забрала Экспериментатора, взлетев с ним на высокую высоту, смотря на действие смертоносного луча Пьеро. Экспериментатор и Коломбина с высокой высоты смотрели со слезами на глазах, как Тарталья пожертвовал собой ради спасения не только Коломбины, но и Экспериментатора.

Коломбина: (сильно плачет) Тарталья. Неужели он... пожертвовал собой, дабы... спасти нас? Экспериментатор: (лишь немного но заметно поливаются слёзы из глаз) Я... я не ожидал от него такого жестокого решения. Но... он поступил, как настоящий мужчина. Ведь если бы не он, нас бы уже б не было в этом мире.

Тем временем, Арлекино, Сандроне и Синьора увидели то, от чего у них теперь пошли мурашки по коже. Они увидели, как под смертоносный луч Пьеро попал Тарталья, а не Коломбина. Пьеро был шокирован не меньше. Все были удивлены такой жестокой и крайне... шокирующей картиной, ведь не зря Тарталья говорил, что, следующие кадры могут шокировать всех. У всех на виду, Тарталья рассыпался как песок.

Тартальи... больше... нет с нами. Он погиб ради спасения жизни Коломбины. Ведь если бы Коломбина погибла, погиб бы и сам Экспериментатор, ведь они стали единым целым после одной мощной атаки Рубина Алексеева. Тогда это произошло давно... в Снежной. Сама Царица... однажды... в одном из всех этих моментов Экспериментатора и Коломбины... была свидетелем того, что с Коломбиной пытался сделать молодой алхимик, которому Царица после одного, случайно увиденного... дала ему прозвище "Алхимик Души".

Арлекино: (сжимая ладони пальцами) Тарталья... как ты мог? Как ты мог поступить так с нами? Сандроне: Не могу поверить, что он такое сделал. Неожиданно блин. Синьора: Мда уж.. я в шоке. Я после такого теперь не хочу сражаться против них обоих. Сандроне: Честно тебе скажу, я тоже соглашаюсь, лучше уж чаи гонять, чем задницы надирать. А ты Арлекино, что скажешь? Арлекино: Не знаю... Но... после всего этого увиденного, я теперь и сама не знаю, сражаться ли мне дальше... Ладно, я тоже с вами. Пьеро: ЧТО?! Вы что, меня предаёте?! Арлекино: Мы не предаём, но сражаться мы с Синьорой и Сандроне больше не собираемся. Наша жизнь важнее, чем жизнь кого-либо. Мы достойно сражались, но мы всё равно потерпели бы поражение. Их сила... она равна нынешнему Небесному Порядку, то есть Селестии. Пьеро: (в замешательстве) Хм...

Экспериментатор и Коломбина, став на спокойное травяное место, увидели внезапно пришедшего к ним Капитано. Он объяснил свой приход сюда тем, что его сюда, в Инадзуму прислала лично Царица, чтобы узнать как там дела идут у тех двух. Капитано сказал, что госпожа Царица прислала вам помощь в виде самого Предвестника. Капитано, узнав о самопожертвовании Тартальи, признал его одним из самых мужественных Предвестников, которых он когда-либо знал. Капитано, пришедший к этому квартету Предвестников, сказал им, что госпожа Царица настоятельно приказала всем Предвестникам немедленно возвращаться в Снежную, чтобы обсудить с ними дальнейшую судьбу Предвестников. Все вернулись в Снежную благодаря телепортационному навыку Арлекино. Сами Экспериментатор и Коломбина наконец-то вздохнули с облегчением.

Коломбина: (берет вас за руки, и вы чувствуете, как ваше бессмертие становится истинным, лишенным боли) — Эксперимент окончен, мой Искупитель. Ты починил то, что боги сломали тысячи лет назад. Мы смогли выжить, но никто не ожидал самопожертвования Тартальи. Теперь... куда ведет путь того, кто стал хозяином собственной судьбы? Экспериментатор: Твои изысканные слова говорят о том, чтобы мы теперь шли к самому могущественному месту - к Селестии.

Экспериментатор и Коломбина мило и нежно стоят на побережье Инадзумы. Позади — Снежная, Ли Юэ, Мондштадт и Сумеру. Впереди — весь Тейват, который теперь звучит для них как единая, прекрасная симфония. Смертная душа, обрётшая истинное бессмертие и Серафическая божественность не просто выжили в экспериментах — они заставили саму Смерть влюбиться в Жизнь.

Рубин Алексеева теперь светится ровным белоснежным светом Истины.

Их общая песня только начинается.

Песня... которая приведёт их... в Селестию.