На что готов брат ради улыбки сестры?

Рон был младшим среди братьев и всегда мечтал стать для кого-то старшим. Ему выпало расти под присмотром близнецов, и он хлебнул с ними немало горя. Чего стоила хотя бы та история с пауком. С тех пор его психика навсегда осталась травмированной, а страх перед членистоногими на всю жизнь. Поэтому, когда в семье появилась младшая сестра, Рон твёрдо решил,он будет её защитником. Ему повезло меньше, чем пятерым братьям, потому что именно ему досталась девчонка. Но Джинни оказалась особенной. Ей неинтересно было возиться с кукольными домиками, она с удовольствием гоняла с братьями гномов по саду и разделяла их страсть к квиддичу. — Эй, убогая, с дороги! — окликнула рыжую ведьму Паркинсон, когда они столкнулись в дверях Большого зала. — Паркинсон, катись к фестралу под хвост, — не осталась в долгу Уизли. — Какая же ты замухрышка, Уизли, — не унималась шатенка. — Да на тебя ни один приличный парень не взглянет. Кому нужны такие нищенки? Нарожаешь кучу детей, как твоя мамаша, и будешь прозябать в своём хлеву. Рон застал эту перепалку и увидел, как в глазах сестры что-то надломилось после слов высокомерной слизеринки. Паркинсон несла откровенную чушь. Он знал, что Джинни по-настоящему хороша собой и поклонников у неё хоть отбавляй (что, признаться, его порядком бесило). Он также знал, что у сестры большие амбиции, она мечтает попасть в женскую сборную Англии по квиддичу. И хотя признавать это было горько, шансов на спортивную карьеру у неё куда больше, чем у него самого. В следующее мгновение Джинни мёртвой хваткой вцепилась в волосы обидчицы и принялась трясти её из стороны в сторону. Рон, пожалуй, и не стал бы останавливать это представление, но вот-вот должны были подойти преподаватели. Выговор для младшей сестры — это полбеды, но потом обоим влетит от мамы: Джинни за то, что ведёт себя «неподобающе для девочки», а ему — за то, что не уследил. — Я же говорила, она чокнутая! — прошипела Пэнси своим подружкам, когда Рон оттащил сестру. — Лучше не попадайся мне больше на глаза, курица! — кричала рыжая ведьма, изо всех сил брыкаясь в его руках. — Отпусти! Кто тебя просил вмешиваться?! С этими криками Джинни вылетела из зала, так и не позавтракав. Рон разрывался между желанием пойти за ней и соблазном спокойно доесть тост с беконом. Братская любовь победила. Он нашёл её на подоконнике в слезах. Джинни плакала редко. Она держалась стойко, когда раздирала коленки, когда Джордж залепил ей волосы жвачкой и даже когда «Холихедские Гарпии» проиграли с разгромным счётом. — Ириска, ты чего? — тихо спросил Рон. — Отстань, Ронни, — шмыгнула носом девушка, не поднимая лица. — Ты же знаешь, Паркинсон — дура набитая. У неё в голове вата вместо мозгов. — Он осторожно положил руку ей на плечо. — Какая разница? Она права. — Джинни подняла на брата заплаканные глаза. — Ни один состоятельный парень на меня и не посмотрит. — Джинни, я не понимаю… — Рон искренне пытался вникнуть в переживания сестры, но каждый раз после таких разговоров у него раскалывалась голова. Слишком много у девчонок заморочек. — А что тут непонятного, Рональд? Я словно недостойна вращаться в высшем обществе. Будто мой удел — варить супы да детей нянчить. Ну вот, как он и думал. Абсолютно нелогичная, с его точки зрения, цепочка рассуждений, способная подорвать веру сестры в себя. — Джинни, ты лучшая из всех девчонок, что я знаю. Ну, кроме Гермионы. Она с тобой наравне. — Он снова погладил её по плечу. — Не заставляй меня напоминать, что по тебе сохнет половина школы. Рыжая ведьма слабо улыбнулась, заметив, как брат закатил глаза. Она вытерла мокрые щёки и вдруг бросилась ему на шею. — Ты самый лучший брат на свете. Даже среди всех, которых я знаю лично. От этих слов у Рона потеплело на душе. Может, он ошибался? Может, ему, наоборот, повезло больше, чем остальным братьям, когда ему досталась сестра? Всю следующую неделю он ходил мрачнее тучи, присматриваясь к парням. Он искал того, кто помог бы сестре поверить, что она способна покорить любого, независимо от его статуса, богатства и положения в обществе. Рон искал самого пижонистого типа, такого, чтобы одним видом своим говорил: «Я родился с золотой ложкой во рту». Среди гриффиндорцев под описание подходил только Кормак Маклагген, но Рон знал, что тот любит распускать руки. Среди пуффендуйцев был Эрни Макмиллан, но до завидного жениха он не дотягивал. Из когтевранцев — Майкл Корнер, но это бывший его сестры. На Слизерине же хватало студентов, которые соответствовали всем критериям: богатые наследники чистокровных семей. Вот только все они вызывали у Рона отвращение. Самые подходящие кандидаты: Блейз Забини, Теодор Нотт… и этот гадёныш Драко Малфой. Насколько Рон знал, Забини не питал интереса к женскому полу, а Нотт встречался с Паркинсон. Поэтому его взгляд снова и снова возвращался к белобрысой макушке. К истинному избалованному мажору, о котором мечтали выгодно выйти замуж. Рон собрал волю в кулак и, дождавшись момента, когда слизеринец остался один в коридоре, решился. — Малфой, дело есть, — без предисловий начал Уизли. — Я благотворительностью не занимаюсь, Уизли. Так что дел у нас с тобой быть не может, — протянул блондин. Рон преградил ему дорогу. — У меня просьба, — твёрдо произнёс он. — А взамен я солью наш матч со Слизерином. Драко удивлённо вскинул бровь. — Мы и так вас сделаем, — как бы невзначай бросил он. — Да брось. Мы оба знаем, Поттер поймает снитч, а я отобью почти все ваши атаки. Статистика была не на стороне Драко. Ему ни разу не удавалось поймать золотой мяч в схватке с Гриффиндором, и слизеринцы в итоге проигрывали по очкам. — Ладно, — глухо согласился блондин. — В чём заключается сделка? Рон замялся. — Пригласи мою сестру на свидание, — выпалил он наконец. — Но только без глупостей. Руки не распускать. Малфой замер от неожиданности. Он готов был услышать что угодно, но только не это. Младшая Уизли была привлекательной. В фантазиях слизеринцев она занимала не последнее место, многие были бы не прочь с ней сойтись. — В чём подвох? — спросил Драко, быстро прокрутив в голове все возможные риски. — Тебя это должно волновать? — вспылил Рон. Он только что заключил сделку, разрешив этому хорьку провести время с сестрой! — Просто будь с ней обходительным. Чтобы она… чтобы она ни о чём не догадалась. Как ни крути, для Малфоя сделка была выгодной со всех сторон. Вечер в компании с красивой девушкой и гарантированная победа в матче. — Ладно, Уизли. Схожу я с твоей сестрой на свидание, если тебе так… — он не договорил. — Оставь свои гнилые комментарии при себе, — рявкнул Рон. — Одна прогулка и проваливай к кентаврам. — Он толкнул блондина в плечо и быстро ушёл. За обедом в Джинни прилетел бумажный самолётик с соседнего стола. Развернув записку, она с каждой строчкой становилась всё напряжённее, а потом подняла глаза, пытаясь найти отправителя. Рон заметил ухмыляющегося Малфоя. В этот момент блондин подмигнул ему. Рыжий парень сжал вилку так, что она чуть не погнулась, сразу поняв, кому принадлежит записка и даже примерно догадываясь о её содержании. — Что там, Джинни? — полюбопытствовала Парвати. — Приглашение на свидание, — растерянно ответила младшая Уизли. — От кого? — черноволосая ведьма уже предвкушала свежую сплетню. — Не указано, — Джинни повертела пергамент. — Но он зовёт меня в «Золотой колпак». — Дорогое местечко, — с завистью протянула Патил. Рыжая ведьма просияла. Похоже, у её тайного поклонника водились деньги. — Рон, ты в порядке? — Гарри вывел друга из задумчивости. — Ты уже минуты три пялишься на слизеринский стол. Рон был в шаге от того, чтобы разорвать это дурацкое приглашение и запретить сестре куда-либо идти. Но взглянув на её счастливое лицо, передумал. Весь вечер Джинни перебирала гардероб в поисках чего-то приличного. В итоге одолжила у Лаванды платье в красную клетку с белым воротничком и трансформировала его под себя. Перед выходом из гостиной она наткнулась на брата. Рон хмурился. — Джинни, будь осторожна, — буркнул он, отводя глаза. — Ронни, мы же сто раз это обсуждали, — она упёрла руки в бока. — Ты не лезешь в мою личную жизнь. — Я помню… — Он всё же взглянул на неё. — Просто прошу быть осмотрительнее. Ты ведь не знаешь, к кому идёшь. — Хорошо, — рыжая ведьма склонила голову набок. — Я буду очень осторожна. Рон молча выдохнул и кивнул. Он знал, его сестра справится с любым волшебником. В дуэлях Джинни была великолепна. Два часа он расхаживал по гостиной Гриффиндора, дожидаясь возвращения Джинни. Рон проклинал себя за то, что отправил сестру прямо в логово к змею. Студенты давно разошлись по спальням, когда портрет отодвинулся, пропуская рыжую ведьму. — Ронни, ты ещё не спишь? — удивилась она. — Ну как всё прошло? — выдохнул Рон, искренне радуясь, что она вернулась. — Ты не поверишь! Это Драко Малфой меня пригласил! — выпалила Джинни. — Это его записка была. — Ого, — изобразил удивление Рон. — Да, он такой пижон! Весь вечер только и слышно было: «Это блюдо едят только средней вилкой» или «А у моего отца…» — Джинни рассмеялась. Рон смотрел на неё заворожённо. Сестра сияла. Его план сработал. — Ты меня вообще слушаешь? — спохватилась девушка. — Подожди-ка… — она прищурилась. — Я только что сказала тебе, что была на свидании с Малфоем, а твоя реакция всего лишь: «Ого». Рон врать не умел, особенно сестре. Та раскусывала его за считаные минуты. — Рональд Билиус Уизли, — строгим тоном произнесла ведьма, сверля его взглядом. — Ириска, прости… — брат замялся в ожидании скандала. — Ты несла какую-то чушь… ну, про то, что недостойна… А это неправда. Это они все тебя недостойны. — Какой же ты дурак, Ронни, — усмехнулась Джинни, но в глазах её светилась нежность. — И как же я тебя люблю, братик! — Она кинулась ему на шею. Уши у Рона предательски покраснели. — Давай договоримся ещё раз, ты больше не вмешиваешься в мою личную жизнь. — Обещаю, Джинни. Это был последний раз. — Рон сжал её в объятиях так крепко, будто хотел защитить от всего мира. Они просидели в гостиной ещё час, дружно высмеивая манеры Малфоя и его непомерное самолюбие. На следующий день в школьном коридоре. — Эй, Уизли, погоди! — Малфой догнал его. — Пари отменяется. Просто поговори с сестрой. Пусть согласится на ещё одно свидание. — Прости, но я обещал ей не лезть в её личную жизнь, — беззаботно бросил Рон через плечо. В конечном счёте Рон оказался в выигрыше: слово, данное Малфою, можно было не держать, а значит, у слизеринской команды не оставалось шансов на победу. И, что гораздо важнее, он сумел вернуть сестре веру в себя и заставить улыбнуться.