В плену

***

— В честь удачного завершения миссии по зачистке ещё одной базы Гидры мы решили выпить всей командой, и ты, Паучок, тоже приглашён, — говорил Старк по телефону. — Ничего страшного, что ты не был на миссии. Ты участник команды, поэтому тоже приглашён. Ждём тебя к 19:40. Да, всё верно, у тебя есть 20 минут, чтобы закончить свой патруль и прийти сюда. До встречи, Пит. — Он придёт? — спросил Стив, подходя к Старку. — У него нет выбора, ведь он понимает, что может произойти, если он не придёт. — Понял. Мы уже почти всё накрыли на стол. Осталось выбрать фильм, и мы готовы. — Отлично, — кивнул Тони и пошёл в гостиную.

19:35

Лифт звякнул о прибытии, а затем двери открылись. Мстители обратили внимание на лифт. — Питер, неужели научился входить через двери? — радостно спросил Старк, вставая с места. — Проходи, Пит, тут всё готово, только тебя ждём! — кричал Клинт, засовывая в рот чипсы. В ту же секунду раздался оглушительный грохот, и яркая вспышка на мгновение ослепила всех. Стеклянный журнальный столик разлетелся вдребезги, а из вентиляционной шахты из-под диванов с шипением повалил густой, сизый газ. Старк, который только что стоял, рухнул на пол, его спина неестественно выгнулась, а руки бессильно раскинулись в стороны. — Старк, что с тобой?! — крикнул Стив, инстинктивно вскидывая щит, но тело уже слушалось плохо. Он с трудом сделал шаг, пошатнулся и рухнул на колени, пытаясь осмотреть помещение затуманенным взглядом. — Кто здесь? — выкрикнула настороженно Наташа, принимая боевую стойку и задерживая дыхание. — Будьте внимательны, они используют… — она начала разворачиваться, но договорить не успела. — Чёрт… Герои, до этого стоявшие на страже, один за другим бесшумно оседали на пол. Стив, борясь с дурманом, пытался подползти к Тони, но силы оставили его, и он замер, уткнувшись лицом в ковер. Подбежав к Клинту, Наташа быстро проверила его пульс и спокойно выдохнула, когда поняла, что он жив — просто без сознания. — Кто здесь, я ещё раз спрашиваю! — громко и резко произнесла девушка, лихорадочно пятясь к окну. — Пятница? — отчаянно позвала она, но в ушах стояла лишь звенящая тишина — искусственный интеллект был отключён. Внезапно чья-то стальная хватка сомкнулась на её горле сзади. Наташа, мгновенно среагировав, попыталась сделать подсечку и вырваться, но противник был невероятно силён. Она вцепилась ногтями в руку, сжимающую её шею, но тут же почувствовала резкий, холодный укол в шею. Тело мгновенно обмякло, перед глазами всё поплыло. Последнее, что она успела разглядеть в мутной пелене — это появление четырёх фигур в чёрной облегающей одежде и зловещую эмблему золотистого осьминога на их плечах. А дальше — пустота и тишина.

***

— Карен, сколько у меня времени до встречи с Мстителями? — спросил Питер, устало петляя между зданиями и машинально осматривая тёмные переулки внизу. — До встречи 7 минут, Питер. Советую сразу лететь к Башне, а иначе Мистер Старк рассердится и приедет за вами сам. Но вы же не хотите, чтобы он забрал вас у граждан на глазах, как ребёнка? — говорила Карен. В её голосе звучали нотки веселья. — Как скажешь, Карен, — вздохнул Питер, но улыбнулся под маской и резко сменил направление, устремившись к сияющей башне Старка. Через минуту его настроение резко переменилось. — Карен, у меня плохое предчувствие. Свяжись с Мистером Старком, — голос его стал серьёзным, паучье чутьё противно зазвенело где-то на периферии сознания. — Поняла. Связываюсь с Мистером Старком, — произнесла Карен. Послышались долгие гудки, а затем бездушный голос автоответчика. — Мне попробовать ещё? — Позвони Баки, он всегда берёт трубку, — попросил Питер, ускоряясь. — Звоню, — вновь послышались гудки, а затем снова автоответчик. Тревога Питера усилилась. — Карен, как ты думаешь, это они решили посмеяться надо мной или что-то и вправду стряслось? — в его голосе сквозила надежда на первое, но разум подсказывал другое. — Я могу попробовать подключиться к камерам Пятницы, чтобы узнать, что они делают, — предложила Карен. — Хорошо, давай. — Подключаюсь… — повисла секундная пауза. В углу его маски появилось дрожащее видео с камер наблюдения Пятницы. Питер увидел разгромленную гостиную, тела друзей, беспомощно лежащие на полу, и четырёх вооружённых людей в чёрном, которые деловито связывали Мстителей. — Карен… — выдохнул Питер, чувствуя, как к горлу подкатывает ком, а сердце пропускает удар от шока и гнева. — Что… что случилось? — По данным с видео Пятницы, отряд неизвестных, предположительно агенты Гидры, атаковал Башню. Сейчас они спустились в мастерскую Мистера Старка. Их удерживают связанными. Двое находится с ними, ещё двое ходят по коридору наверху. Больше агентов не обнаружено, но возможно, они используют устройства, которые скрывают их от камер, — чётко, но с ноткой тревоги доложила Карен. — Ваши действия, Питер? Питер глубоко вздохнул, сжав кулаки так, что перчатки жалобно скрипнули. Страх ушёл, сменившись холодной решимостью. — Конечно же я освобожу их. Проложи мне более безопасный маршрут, чтобы подобраться к ним.

***

— Карен, что ты видишь? — шёпотом спросил Питер, оглядывая мастерскую из вентиляционной шахты. Его сердце колотилось где-то у горла, дыхание было прерывистым. — Я никого не вижу, Питер. — А Мстители? Как они? — Они находятся в сознании. — Хорошо. Как ты думаешь, сколько мне потребуется времени, чтобы освободить их? — Около десяти минут. Но, Питер, мне кажется, идти сейчас опасно. Мои тепловизоры не настолько хороши, чтобы увидеть того, кто обезвредил Мстителей. — Ничего страшного, я справлюсь с ними, — ответил Питер, прилепляя паутину к решётке вентиляции. Размахнувшись, он ударил по ней — и та бы упала вниз с грохотом, если бы не удерживающая паутина. Высунув голову наружу, Питер ещё раз осмотрелся, бесшумно спустился по паутине вниз. Затаившись за столом, он отыскал взглядом героев и тихо, пригнувшись, двинулся к ним — так, чтобы в любой момент успеть спрятаться. — Вы уже начали без меня праздновать? — с наигранной лёгкостью спросил Человек-паук, подходя к Мстителям и бегло оглядываясь по сторонам. — Паучок, тебе не стоит здесь находиться, — резко выдал Старк, грозно сверкнув глазами. — Я не оставлю вас здесь. Сейчас я вам помогу выбраться, и мы все вместе… — начал Питер, но договорить ему не дал громкий щелчок на его шее. — Что за… — прошептал Питер, резко положив руку на металлический ошейник, сдавивший горло. — Человек-паук! Тебя-то я и ждал! — раздался радостный, полный злорадства голос где-то за спиной. — Земо, — прошипел Баки, увидев мужчину, вышедшего из тени. — Я рад, что ты помнишь меня, Зимний Солдат, — произнёс мужчина, неторопливо приближаясь. — Зачем ты здесь? — спросил Сэм, не сводя с него настороженного взгляда. — О, можете не беспокоиться, мне не нужны вы. Мне нужен он, — сказал Гельмут и кивнул в сторону Питера, который уже развернулся лицом к нему, инстинктивно сжав кулаки. — Чтоб ты знал, я не думаю, что ты так легко меня возьмёшь, — произнёс Питер, вставая в боевую стойку. Адреналин обжигал вены. — Ну конечно, поэтому на тебе этот ошейник, — прошептал мужчина, хищно улыбнувшись, а затем нажал на синюю кнопку на пульте. Удар был не просто болезненным — он был всепоглощающим. Тысячи раскалённых игл вонзились в каждую клеточку тела одновременно. Позвоночник выгнуло дугой, мышцы свело судорогой, а из груди вырвался приглушённый хрип. Питер рухнул на пол. Колени бессильно ударились об пол, затем всё тело тяжело осело вниз. Он не мог пошевелить ни рукой, ни ногой; лицо застыло в гримасе агонии, а глаза, полные слез и ужаса, смотрели в потолок. Паралич сковал его целиком — он превратился в безмолвную, дрожащую статую, лишь пальцы судорожно подёргивались. — Чёрт! Что ты сделал с ним?! — крикнул Старк, дёрнувшись в наручниках, тщетно пытаясь рассмотреть, дышит ли Питер. — Не беспокойся, папочка Старк. Это всего лишь электрический ток, который парализовал его на пять минут, — произнёс Земо, подходя к распростёртому на полу Питеру и присаживаясь рядом с ним на корточки. — Твой ДНК мне очень интересен, Питер. От звука собственного имени, произнесённого чужими губами, глаза Питера расширились от чистого, животного ужаса. Зрачки задрожали, дыхание перехватило уже не от боли — от осознания. — Ого, я и не подозревал, что раскрытие твоей личности настолько тебя пугает, — ласково, как удав, прошептал Земо. — Откуда… Ты… знаешь моё… имя? — выдавил Питер заплетающимся, будто не своим языком. Губы не слушались, голос прерывался. — Я не только его знаю. Например, я знаю, что у тебя есть тётя. Очень хорошая женщина. Такая молодая и красивая. Кажется, Мэй её зовут, — произнёс он, смакуя каждое слово и наблюдая, как по лицу Питера расползается маска не скрываемого, леденящего страха. — До четырнадцати лет у тебя был Бен, но однажды его убили, и она осталась воспитывать тебя одна. Родители скончались, когда тебе было четыре. Я не мог приехать сюда неподготовленным, — закончил Земо, а затем щёлкнул пальцами. С каждой стороны из полумрака бесшумно появились двое вооружённых людей. — Ты — подними его. А ты освободи-ка мне… Мужчина замолчал, лениво оглядывая каждого из прикованных Мстителей. Его взгляд зацепился за Баки, который сидел, не отрывая от него испепеляющего взгляда, полного ненависти и готовности убивать голыми руками. На лице Земо медленно расплылась ехидная, довольная улыбка. — …Зимнего. Первый солдат грубо подхватил Питера с пола под мышки и поставил на ноги, с трудом удерживая всё ещё обмякшее, частично парализованное тело. Второй зашёл со спины к Баки, и с лязгом наручники расстегнулись. — Так необдуманно с твоей стороны — оставить меня без наручников. Ты не думал, что я могу напасть на твоих солдат? — прорычал Баки, потирая запястья. — Я предполагал, что ты так скажешь. Поэтому для тебя у меня приготовлен подарок, — начал Гельмут и кивнул солдату, державшему Питера. Тот одним движением провернул что-то в ошейнике, раздался тихий электронный писк, а затем нажал на кнопку. Тело Питера резко вздрогнуло, будто через него пропустили новый, более изощрённый разряд. Из его горла вырвался хрип. Солдат отпустил его и отошёл в сторону. Питер стоял, слегка покачиваясь. Его глаза закатились, а потом резко сфокусировались на чём-то невидимом. Он схватился за голову обеими руками, начал шататься из стороны в сторону — сначала медленно, затем всё сильнее. Внезапно его тело замерло, а затем он рухнул на колени, и из самой глубины его существа вырвался крик боли — пронзительный, полный агонии, от которого у присутствующих кровь застыла в жилах. Это был крик человека, чей разум насильно разрывали на части. — Что ты с ним делаешь?! — прокричал Баки, бросаясь к Питеру, но солдаты мгновенно перехватили его, вцепившись в плечи мёртвой хваткой. — Питер, ты слышишь меня?! Питер! Не поддавайся его воздействию! — кричал Старк, до крови срывая запястья о металл наручников. — Бесполезно, Старк. Он тебя не слышит. Сейчас он полностью под моей властью, — с удовлетворением в голосе улыбнулся Земо, с наслаждением наблюдая за Питером. Парень сидел на полу — руки безвольно свисали вдоль тела, голова была низко опущена на грудь, грудь часто и тяжело вздымалась. Из-под спутанных волос не было видно лица, лишь тихие, прерывистые всхлипы. — Время пришло. — К чему? — спросил Стив, подняв голову на Земо. В его глазах горела холодная ярость. — Отпустить Зимнего, — подал приказ мужчина. Солдаты разжали хватку. — А теперь узрите. Новый, усовершенствованный солдат, превосходящий по силе даже Зимнего Солдата. — Что… — прошептал Баки, не веря своим ушам. — Паук, атакуй, — ровно, без единой эмоции произнёс мужчина. Тот, кто ещё секунду назад сидел безжизненной куклой, поднялся с пола с пугающей, неестественной плавностью. А затем — рывок. Нечеловечески быстрый, почти незаметный для глаза. Питер накинулся на Барнса, и его кулак вонзился в грудь противника с такой силой, что хрустнули рёбра. Баки отбросило к столу с инструментами — всё с грохотом полетело на пол, посыпались гайки и отвёртки. С трудом поднимаясь, он едва успел увернуться от следующего удара, который должен был раздробить ему лицо. Питер замер, на мгновение безжизненно уставившись на него пустыми, ничего не выражающими глазами, а затем снова стремительно бросился вперёд. Баки заблокировал удар, но от силы его руки задрожали. — Питер! Я верю, что ты можешь очнуться от этого влияния! Попытайся, Пит, ты сможешь избавиться от него! Я не хочу драться с тобой! — кряхтел Баки, едва сдерживая град безжалостных ударов. — Питер, я не хочу причинять тебе боль, поэтому, прошу, очнись! Вспомни что-то весёлое, что происходило в твоей жизни! Питер повалил Баки на пол и, не обращая внимания на его слова, начал методично бить в лицо — раз за разом, без капли сомнения. Баки, стиснув зубы, пытался остановить его кулаки, схватить за запястья. И когда ему это наконец удалось, он одним резким, отработанным движением перевернул Питера на спину и сам сел на него сверху, прижимая плечи коленями. — Прости, Пит, — выдохнул он с искренней болью в голосе и ударил. Точно, в челюсть. Голова Питера мотнулась в сторону, и тело тут же обмякло. Земо равнодушно посмотрел на бесчувственного парня, потом на Баки. — Что ж, жаль. Но это был его первый бой, сыворотка ещё не до конца завладела его разумом. Завтра я приду к вам снова. Вы двое — приковать их и следить за ними, — скомандовал Земо и, не оборачиваясь, вышел из мастерской. Тишину нарушало лишь тяжёлое дыхание Мстителей.

***

— Пит. Питер, ты слышишь нас? — шёпотом позвал Сэм, пытаясь разглядеть его лицо в тусклом свете. Питер что-то неразборчиво промычал — глухо, через силу. Затем веки его дрогнули, и он начал медленно приоткрывать глаза, щурясь от тусклого света. — Где мы? — спросил Питер, морщась. Голова раскалывалась так, будто внутри неё работал отбойный молоток. Каждый удар пульса отдавался пульсирующей, острой болью. — В мастерской, но сейчас это не важно. Пит, ты как? — спросил Тони. В его голосе впервые за долгое время прозвучала неприкрытая тревога. — Голова болит… и нос, — выдавил Питер, с трудом проводя языком по сухим губам. — Больше ничего не беспокоит. Он попытался улыбнуться, но улыбка вышла кривой и жалкой — из разбитой губы потекла тонкая струйка крови. Взгляд его всё ещё был мутным, и он не до конца понимал, что происходит. В голове стоял густой, вязкий туман, сквозь который с трудом пробивались отдельные мысли. — Пит, ты помнишь что-нибудь? — спросила Наташа, внимательно разглядывая парня. В её голосе сквозила едва заметная, но искренняя тревога. — Я помню, что пришёл к вам, чтобы отпраздновать окончание миссии, а потом… Потом я узнал, что вас схватили, и отправился вас спасать. Пробрался по вентиляции в мастерскую, начал вас отстёгивать, но… — произнёс Питер, притрагиваясь к шее. Пальцы нащупали холодный металл, плотно облегающий горло. В этот момент реальность обрушилась на него всей своей тяжестью — это не сон. Ошейник был здесь, на нём, холодный и чужой. — На меня нацепили ошейник. — Это всё? — спросил Баки, посмотрев на Питера взволнованно, почти с надеждой. — Да. А что-то ещё должно быть? — спросил Питер, опустив глаза в пол. Он попытался сосредоточиться, нашарить в памяти то, что ускользало. Картинки того, что он только что рассказал, механически прокрутились в голове — вентиляция, стол, Мстители в наручниках… но дальше — пустота, чёрная дыра, от которой по вискам разливалась тупая, ноющая боль. Прикусив губу от досады, Питер тихо шикнул и языком стёр капли крови, выступившие после укуса. Солоноватый металлический вкус разлился по языку. И словно по щелчку в голове Питера вспыхнул образ: Баки сидит на нём верхом, его занесённый кулак, и удар приходящийся прямо в лицо. Питер невольно вздрогнул. — Баки, ты напал на меня? — Не совсем, — осторожно начал Баки. Он подбирал слова так, чтобы не напугать парня ещё больше. — В ошейнике, который надет на тебя, была сыворотка Зимнего Солдата. Даже лучше, чем у Солдата. Тебе вкололи сыворотку, а после этого Земо дал тебе команду, из-за которой ты напал на меня. Но я практически не пострадал. Больше всего досталось тебе. Питер сидел неподвижно, будто окаменев, и внимательно слушал его рассказ. Каждое слово падало в сознание раскалённой каплей, заставляя упущенные фрагменты вспыхивать один за другим. Он пытался вспомнить всё, что говорил Баки, и у него даже получалось восстановить некоторые куски мозаики. Он вспомнил тот момент, когда сыворотка начала растекаться по всему телу. Это была пытка. Словно огонь сжигал каждую клеточку изнутри. Его тело горело живым, невыносимым огнём, кости плавились, мышцы разрывались и срастались заново. Крик, который тогда вырвался из его горла, сейчас отозвался глухим спазмом в глотке. Он вспомнил, как из глаз хлынули слёзы от чистой, животной боли, которую невозможно терпеть молча. Позже, когда жжение немного стихло, в его глазах будто появилась мутная, серая плёнка. Мир потускнел, лица расплылись в бесформенные пятна. Он не мог различить, кто есть кто, не мог понять, где свои, а где чужие. Но сейчас, вспоминая произошедшее, он точно понимал, что перед ним тогда стоял Баки. А затем послышалась команда Земо. И Питер вспомнил, как его тело рвануло вперёд против его воли. Словно кто-то дёрнул за невидимые нити, превращая его в марионетку. Удар пришёлся в грудь Баки. Он вспомнил как его кулак был занесён над лицом лежащего Баки, и внезапно для Питера его кулаки обхватили пальцы. Резкий переворот и вот он уже прижат к холодному полу. А потом Баки что-то сказал и ударил, вырубив его. — И это ты называешь «не сильно»? У тебя по-любому сломаны рёбра! Возможно, и рука правая, — грустно, с надрывом произнёс Питер, осмотрев мужчину. В его глазах стояла неподдельная вина и боль за то, что он не смог себя контролировать. — Прости меня, Баки. Я не хотел. Это был не я. — Я не из стекла, Пит, — мягко ответил Баки, и уголок его губ чуть приподнялся в успокаивающей полуулыбке. — Да и всё практически уже зажило. Со мной и не такое бывало. Ты лучше о себе подумай. Питер опустил голову, пальцы снова коснулись проклятого ошейника. — Что нужно сделать, чтобы избавиться от воздействия сыворотки? — спросил Питер, подняв взгляд на Баки. — Подумай о чём-нибудь хорошем, — мягко ответил Баки. — Хоть и не полностью, но ты сможешь контролировать некоторые движения. По крайней мере, у меня это работало. Но тогда и сыворотка была не такой, как у тебя… Конечно, если Земо не обманул нас. — Подумать о чём-нибудь хорошем, — тихо повторил Питер, задумываясь.

***

Раздался глухой стук открывающихся дверей. Внутрь лёгкой, почти танцующей походкой вошёл Земо. В его руках был поднос, а на нём стояли тарелки с сэндвичами. В этот раз он был без сопровождения, но, возможно, они просто стали невидимыми и сейчас стояли где-то рядом. — Надеюсь, вы проголодались, — слащаво произнёс Гельмут, осматривая каждого с видом радушного хозяина. — А иначе я зря старался и делал эти вкусные сэндвичи. — Он сделал паузу, наслаждаясь напряжением. — Закрепите их руки спереди, чтобы они могли поесть. Как Питер и думал. Четверо солдат появились перед ними, словно из ниоткуда, и начали развязывать и заново связывать руки героев. Гельмут поставил перед каждым тарелку, отошёл назад и аккуратно сел на стул, который бесшумно подвинули солдаты. Закинув ногу на ногу, он начал наблюдать за героями, которые не решались взять в руки еду. — Не бойтесь. Я не положил туда отравы, — усмехнулся мужчина. — Мне нет смысла травить вас. Вы мне нужны живыми. Для того, чтобы я смог натренировать своего нового, усовершенствованного солдата. — Он перевёл взгляд на Питера и хищно прищурился. — Ешь, Питер. Для тебя я приготовил три. Тебе ведь понадобится много сил для тренировок. — Спасибо, но я откажусь, — произнёс парень, отодвигая тарелку. Солдат подошёл к нему и грубо поставил тарелку обратно. Питер вновь отодвинул её — но снова тарелка вернулась на место, сопровождаемая безмолвной угрозой. — Питер, — голос Земо стал угрожающим, — тебе лучше съесть это, пока я не дал тебе команду. Ты ведь не хочешь, чтобы все видели, как ты ешь еду, как собака? Так ведь, Паук? Питер вздрогнул от этого прозвища, произнесённого с таким ледяным презрением. В глазах стала появляться мерзкая, мутная пелена. Он отчаянно помотал головой, проморгался, с трудом прогоняя наваждение, и враждебно, испепеляюще посмотрел на Земо. Затем взял сэндвич с тарелки и откусил кусок. Стараясь быстро пережевать, Питер тут же проглотил и откусил новый. И ещё один. Лишь бы это скорее закончилось. — Берите пример с Питера и тоже начинайте есть, — приказал Земо, обведя взглядом каждого героя. — Питер, тебе вкусно? — Очень, — выдавил Питер. Язык едва шевелился. — Ну вот. Начинайте, друзья мои, — довольно кивнул Земо. Спустя двадцать минут, полных молчаливой ненависти, Мстители наконец доели. Тарелки перед ними исчезли так же бесшумно, как и появились, а руки вновь оказались скреплены за спиной. — Надеюсь, вы все наелись, — произнёс Земо, поднимаясь со стула. — А иначе вам будет тяжело. Развязать Паука. Два солдата подошли к Питеру со спины и начали развязывать верёвки. Его подняли с пола и грубо подвели к Земо. Тот притронулся к ошейнику — холодные пальцы скользнули по металлу — и нажал на кнопку. И Питер снова почувствовал это. Ужасное, нечеловеческое ощущение, от которого хотелось выть. Тысячи раскалённых игл впивались в кости, разрывали клетки, прожигали органы. Боль была настолько острой, что мир вокруг поблек, звуки исчезли, остался только сплошной крик в голове. Ноги подкосились, и Питер рухнул на колени, ударившись о холодный бетон. Из горла вырвался сдавленный, надрывный хрип. — Скоро привыкнешь, — равнодушно бросил Земо, наблюдая за его мучениями. — На этот раз освободите мне Старка. Посмотрим, как будет действовать сыворотка на Паука, когда он узнает, кто перед ним стоит. Солдаты подхватили Старка и грубо поставили на ноги. Мужчина не дёргался — лишь его взволнованный, полный ужаса взгляд был прикован к Питеру, корчившемуся на полу. Остановив Тони напротив парня, Земо наклонился к мальчику, резко дёрнул за волосы, заставляя поднять голову и увидеть, кого ему предстоит атаковать в этот раз. Глаза Питера расширились от животного, ледяного ужаса, когда он увидел лицо человека, который стал для него почти отцом. — Нет… я не могу… — прошептал Питер, его голос сорвался на всхлип. Он попытался вырваться из рук Земо, отползти подальше, спастись, скрыться, исчезнуть — лишь бы не причинять боль Тони. С трудом поднимаясь на ноги, он собрался бежать, но было поздно. Тело Питера пронзила судорога. Он резко вздрогнул, выпрямился, а затем медленно, неестественно плавно развернулся лицом к Старку. Его взгляд стал пустым, затуманенным, безжизненным — как у куклы. — Паук, атакуй, — спокойно сказал Земо. И Питер рванул с места. Старк только успел выставить руки — удар пришёлся в блок, но сила была чудовищной. Тони завалился на пол, больно ударившись спиной. Он мгновенно перекатился вправо, едва уворачиваясь от следующего кулака, который вонзился в бетонный пол, оставив глубокую вмятину. Паук поднялся на ноги, бездумно уставился на Тони — и начал медленно, неотвратимо надвигаться. Старк, тяжело дыша, активировал железную перчатку. Реактор тускло засветился, рука взметнулась вверх, готовая к удару. Он сосредоточил взгляд на Питере и вдруг заметил, как из пустых, безэмоциональных глаз парня текли слёзы. В этом молчаливом плаче было столько боли, отчаяния и мольбы о прощении, что у Тони перехватило дыхание. — Пит… — прошептал он, растерявшись на долю секунды. Этой секунды хватило. Питер сорвался на бег и налетел на него. Уложив Тони на лопатки, он занёс руку для удара — и со всего размаху опустил кулак на бок мужчины. Раздался глухой хруст. Тони застонал, выплёвывая воздух. А сверху продолжали капать слёзы — горячие, солёные, каждая, словно просьба: «Прости меня, прости, я не хочу». Удар. Ещё удар. Ещё. Тони зажмурился, готовясь к очередному удару в лицо. Но вместо этого вдруг почувствовал, как сила ударов ослабевает. Открыв глаза, он увидел невероятное: кулак Питера, занесённый над его лицом, замер в каком-то сантиметре, затрясся — а затем резко обрушился на лицо самого Питера. Парень начал избивать себя. — Питер… — прошептал Тони, ошеломлённо приподнимаясь на локтях. Он смотрел, как подросток снова и снова бьёт себя по лицу — раз за разом, с отчаянной, бешеной силой. С каждым ударом его голова моталась в сторону, разлетались брызги крови. Питер упал на спину, но даже лёжа не остановился. Его кулак продолжал опускаться на собственное лицо — в нос, в губы, в скулы — с какой-то пугающей, нечеловеческой одержимостью. — Что ты делаешь?! — взревел Земо, вскакивая со стула. Его лицо исказилось яростью. — Паук, атакуй Старка! Я приказываю! Но Питер не слышал. Или слышал — и отказывался. Он только усиливал удары. Кровь хлынула из носа, потекла из разбитого рта, заливая подбородок и шею, впитываясь в воротник костюма. Из глаз всё так же текли слёзы — смешиваясь с кровью и падая на бетон розовыми каплями. Тони бросился к нему, упал на колени рядом, пытаясь перехватить его руки: — Питер, остановись! Прекрати! Я рядом, слышишь?! Я здесь! Но парень продолжал — с каждым ударом слабее, пока сознание не начало меркнуть, пока перед глазами не поплыла чернота. Единственное, что он заметил перед тем, как вырубиться, — это как внезапно появилась зелёная фигура.

***

Послышался назойливый писк аппаратуры, чьи-то шёпотки над ухом, а затем яркий свет ослепил его. Открыв глаза, Питер прищурился. Осмотрев комнату, он обнаружил, что лежит в больничной палате. — Ну наконец-то ты пришёл в себя, — радостно произнёс Сэм, наклонившись над ним. — Привет, Пит, — произнёс Тони, взъерошив его волосы. На губах парня растянулась улыбка, но она быстро исчезла, когда он почувствовал сильную боль в области рта. — Позовите Хелен Чо, — попросил мужчина. Стив, быстро кивнув, пошёл за девушкой. — Почему мне так больно? — Земо заставил тебя драться со Старком, но тебе это не понравилось, и ты решил избить себя, — коротко рассказал Клинт, присаживаясь рядом на стул. — А что с Земо? — После того, как ты потерял сознание, Халк взбесился и с воплями начал раскидывать агентов Гидры и самого Земо. Сейчас он сидит в темнице, благодаря Щ.И.Т.у. — Это хорошо, — сказал Питер, протягивая руку к шее. Его глаза округлились от счастья — ведь он больше не чувствовал холодный и тяжёлый металл под пальцами. — Как у вас вышло снять его? — С помощью пульта Земо, — сразу ответил Тони, а затем, помедлив, добавил: — Но эффект после сыворотки не прошёл. Перед тем, как забрать Земо, он сказал, что от сыворотки нам не избавиться так легко. — Вот как… Но наверняка же есть шанс? — спросил Питер, посмотрев на каждого присутствующего. — Я свяжусь с Вакандой. Возможно, нам помогут, но шанс маленький, — произнёс Старк, положив свою руку на ладонь Питера. — Хорошо, — кивнул Питер, надеясь на лучшее.