Снова и снова...

Аврора резко задула почти догоревшие свечи на залитых воском канделябрах у кровати госпожи. — Тьма, утром забыла поменять, — выругалась она, оттирая горячий воск. — Прошу прощения. Оливия сидела за столиком и, расчёсываясь, поглядывала на неё в зеркало. — В последнее время ты стала забывчивее, — нежно улыбнулась госпожа. — Я уморила тебя, да? — Что ты? — опешила Аврора. — Я просто... — она замялась, подбирая слова. Не могла же признаться, что уже которое утро засматривалась на герцогиню в новой спальной сорочке. Кружевное декольте, оголявшее ключицы, каждый раз притягивало взгляд служанки, заставляя позабыть обо всём остальном. — Просто комары спать не давали. Аврора хотела хлопнуть себя по лбу за такое нелепое оправдание. Оливия хмыкнула и достала из шкатулки жемчужные бусы. — Помоги, — тихо позвала она. Служанка подошла и застегнула украшение, случайно коснувшись нежной горячей шеи Оливии. Та не почувствовала, устало смотрела в отражение, будто видела в нём самую ненавистную фею. Аврора пригнулась к её плечу, приподняв брови в немом вопросе. Обе смотрели на герцогиню в зеркале — прекрасную блондинку в красном бархатном платье, под цвет кончиков её волос. — Я не красива, — прошептала Оливия. Аврора уронила челюсть. Оливия? Не красивая? Да если бы только распустившийся цветок розы был феей, он был бы уродлив по сравнению с герцогиней. Так считала служанка, и слова госпожи её даже оскорбили, ведь это была ересь. — Чепуха какая! Это принц тебе сказал? — не сдержалась Аврора, а когда Оливия покачала головой, нежно огладила её плечо, прошептав: — Ты прекрасна. Затмишь всех расфуфыренных дворянок на сегодняшнем балу. Её рука проскользнула к спине госпожи, пальцы провели по выступающему позвоночнику. Крылья Оливии чуть затрепетали, когда Аврора задумчиво огладила лопатки, из которых они вырастали. Когда герцогиня издала невнятный звук, служанка очнулась, одёрнула руку и встретилась со взглядом карих глаз в зеркале. — Ох, что же это я... Прошу прощения. Я… Наверное, мне нужно вас оставить, моя госпожа. Она отступила и опустила голову, ожидая, когда Оливия её прогонит. Но та поднялась и медленно подошла, каждым шагом топчась по сердцу Авроры. — Сколько раз я просила не называть меня госпожой? — прошептала Оливия, приподняв подбородок девушки. Служанка не успела ответить — губы герцогини прижались к её губам. Аврора глухо простонала и чуть пошатнулась вперёд. Не успела она ничего понять, как Оливия отстранилась. Держала её лицо в ладонях, кончиками пальцев поглаживая щёки и скулы желтеющей девушки. — До чего ж ты горяча, — Оливия выдохнула ей в губы. — Словно камень на солнце. — Что ты делаешь? — прохрипела Аврора, не зная, куда деть тянущиеся к любимой руки. — Не хочу на бал, — Оливия поцеловала её в шею, служанка вздрогнула всем телом. — Я там никому не нужна. Хочу остаться с тобой. Аврора прижала локти к бокам, не решаясь шевельнуться. Та, о ком она мечтала все эти годы, целовала её шею, заставляя чаще дышать. Разве это возможно? Она мучительно простонала, зажмурившись. Нет, Оливия... Должно быть, это странная игра. Ну и пусть. Пусть госпожа использует её — Аврора была не против. Но невозможность прикоснуться к любимой разрывала изнутри. — Хочу остаться с тобой, — повторяла Оливия, снова обхватив руками её лицо. — Хочу с тобой. Аврора не выдержала, положила поверх её руки свою, второй притянула за талию и прильнула губами к устам госпожи. Целовала так смело и напористо, будто не боялась, что за такое могут казнить. «Хоть перед смертью», — подумала фея и ближе прижала к себе Оливию. Та простонала ей в губы и потянула на себя. Не желая отпускать отстраняющуюся девушку, Аврора зашагала за ней, но обо что-то споткнулась, разорвав поцелуй. Расставила локти, чтобы не придавить Оливию, и затаила дыхание, поняв, что происходит. Они упали на кровать. Оливия тяжко дышала, тянув руки к талии девушки. — Ты хочешь… — выдохнула Аврора, поглаживая её щёку. — Правда хочешь? Но так нельзя. — жалобно протянула она. — Герцог меня убьёт. — Отец не узнает. — фыркнула Оливия, выползая из-под неё к изголовью кровати. Она стянула с плеча платье и попыталась расстегнуть его на груди. — Постой. Тебе ведь всё равно придётся идти на праздник. — Аврора подползла к ней и чмокнула в щёку. — Мы так не успеем. Уже и так растрёпанная Оливия тихо произнесла: — Неужто так? Аврора прикусила губы, осматривая девушку в полумраке комнаты. Подцепила пальцами подолы красных юбок и задрала, оголив ноги девушки. Оливия охнула и свела колени. — Не бойся. — служанка огладила её икры и поднялась выше. — Я не сделаю тебе больно. — она раздвинула её ноги и провела двумя пальцами по горячим бёдрам. Герцогиня вдохнула и окинула Аврору затуманенным взглядом, молча прося о большем. За столько лет служанка выучила все взгляды своей госпожи — поняла и этот, хоть и видела впервые. Не сводя глаз с любимой, она медленно раздвинула её складки, проникая глубже. Оливия стиснула юбку и откинула голову, тихо простонав её имя. Аврора ввела пальцы на всю длину и чуть согнула. Герцогиня пискнула, зажав рот ладонью. — Ещё. — попросила она сквозь пальцы. Служанка вздрогнула от этого шепота и стремительнее задвигала рукой, заставляя госпожу выгибаться, округлив глаза от непривычного удовольствия. Аврора ускорялась под тихие мольбы девушки. Оливия просила не останавливаться. — О, Владыка. — выдохнула она и усмехнулась, прикрывая глаза. — Где же ты этому научилась? — Одному товарищу нужно было спрятать книжку с порнографией от жены. — Аврора замедлилась, слушая хлюпаеье от скользящих внутрь пальцев. — Отдал мне на хранение, а там много чего было. — Срамота. — нахмурилась Оливия и неохотно отвернулась. — И всё же не положено так. Я же… — она вздохнула, поёрзав на пальцах. — Наследница благородного рода... Аврора усмехнулась и снова зашевелила рукой. Теперь не было сомнений, что перед ней была та, вся из себя правильная, герцогиня, которую она любила. — Но ведь тебе нравится. — прошептала Аврора, медленно вытащив мокрые пальцы. — Так какая разница, что там положено, а что нет? — она потянулась губами к её шее, но девушка, желая отстранится, вжалась в изголовье кровати. — Нет. Следы оставишь. — Нигде нельзя? — уточнила Аврора, поглаживая её коленку. Отвечать Оливия не спешила. Забегала глазами по комнате и мятым простыням кровати. — Там, где не видно — переборов смущение, прохрипела она и прикрыла рот ладонью, будто надеялась, что девушка не поймёт, что это сказала она. Сглотнув, Аврора приподняла юбки ещё выше, и опустившись на локти, поцеловала внутреннюю часть бедра. Она не видела лица любимой, но продолжала, слыша довольное мычание. Желтеющие следы тянулись от колен к лобку. Обхватив рукой ногу девушки, Аврора провела языком по вульве, заставив госпожу простонать её имя. Оливия содрогалась, когда фея обводила клитор кончиком языка и опускалась ко входу во влагалище. Она зажала её бёдрами и придвинулась на встречу, застонав громче и смелее. С закрытыми ушами Аврора слышала, как бешено колотится её сердце от возможности подарить любимой столько удовольствия. Оливия вдруг изогнулась и отпустила её, разведя ноги. — О, Владыка, — прошептала герцогиня, растекаясь по изголовью. — Спасибо. — Она протянула к ней руки. Вытерев подбородок, служанка подтянулась в её объятия. Вдыхая аромат цветочного парфюма, Аврора прижимала к себе любимую и никак не могла прижать достаточно. Было мало, как бы она ни извивалась, оглаживая руками оголённую спину. — Я хочу сделать то же самое для тебя, — Оливия выдохнула ей в шею, а когда девушка удивлённо отпрянула, коротко поцеловала её в губы. — Позволишь? — Мне? — опешила Аврора. Хотела сказать, что её удовольствия ей достаточно, но это ложь. Она горела внизу и хотела унять то, что госпожа разжигала своими стонами. Но всё же покачала головой. — Тебе пора. Скоро церемония, давай приведём тебя в порядок. — Во тьму церемонию, — хихикнула герцогиня. — Во тьму всех присутствующих на этом балу лицемерия. Никуда я не пойду. Вглядываясь в лицо любимой, Аврора затаила дыхание. — А… Снова? — грустно улыбнулась она, понимая, что её Оливия, её ответственная и правильная до кончиков крыльев Оливия никогда бы так не сказала. Она напоследок протянула руку к щеке госпожи, но кисть внезапно стала невыносимо тяжёлой. Настолько тяжёлой, что вырвала девушку из сладкого сна. Лёжа на соломенном матрасе в комнате слуг, Аврора, как дура, протягивала руку куда-то в полумрак. «Никогда этому не бывать», — служанка прижала колени к груди и закрыла глаза, безуспешно пытаясь уснуть вновь.