Сборник Котенка и Хозяина

Алексей вошёл в квартиру в половине одиннадцатого. День выдался адским: сделка на миллионы снова висела на волоске, отец позвонил в обед и в третий раз за неделю напомнил про «наследника», а потом ещё и пробка на Третьем кольце,два часа в машине из-за двух врезавшихся идиотов. Квартира освещалась лишь тусклой лампой в прихожей, остальное тонуло во тьме. Окна не разрешалось открывать без хозяина, поэтому воздух был густым и тяжёлым: кофе, сигареты и шерсть. Алексей прошёл в гостиную и увидел то, чего боялся и ждал одновременно. Пол усеян обрывками: страницы из журнала, осколки разбитой вазы, вода разнесенная мелкими лужицами, клочки его собственной бредовой рубашки. Диван перевёрнут, на обивке глубокие, старательные борозды от когтей. Но самым страшным преступлением был ошейник -тонкий кожаный с маленьким бубенчиком, валялся на полу, сорванный. Символ принадлежности, покорности. Его нельзя было снимать никогда: ни в клинике, ни во время купания. Один этот факт уже стоил Котёнку жесточайшего наказания. Алексей стоял секунду, глядя на хаос. Потом медленно снял пальто, бросил на кресло. Руки дрожали не от усталости, а от холодной ярости и предвкушения. В глубине души он даже радовался этому бардаку: повод всегда был, и повод надёжный. Не нужно было ничего придумывать, чтобы сорваться и выпустить пар. - Кот- позвал он твёрдо. Голос резал воздух, как нож. Ответа не было. Квартира молчала. Только где-то в глубине тихо бормотал телевизор. Алексей поднялся по лестнице на второй этаж, включая свет по пути. «Детская» комната Котёнка -последняя дверь слева. Дверь приоткрыта. Из щели падала полоска голубоватого света от монитора. Он толкнул дверь. Котёнок лежал в мягкой круглой лежанке, свернувшись плотным пушистым комком. Белый хвост покоился между ног, прикрывая пах даже во сне. Уши расслабленно опущены, дыхание ровное, тихое, с лёгким мурлыканьем на выдохе. Телевизор всё ещё показывал мультик, песни из него тихо плыли по комнате. Алексей уже сто раз жалел, что купил этот телевизор. С каждой секундой он всё больше мешал контролю. Запрет на просмотр Котёнок игнорировал регулярно, включал, как только оставался один. Как сейчас. Алекс закрыл дверь за собой. Щелчок замка прозвучал громко. Котёнок дёрнулся, приоткрыл зелёные, мутные от сна глаза. Увидел хозяина и сонно потянулся, выгнув спину дугой, хвост лениво шевельнулся. -Хозяин… ты пришёл… -пробормотал он расслабленно, ещё не проснувшись до конца. Алексей шагнул ближе. Котёнок моргнул сильнее. Увидел выражение лица хозяина и всё понял мгновенно. Уши встали торчком, хвост вжался между ног, тело сжалось в комок. Он попытался отползти назад, но сильная рука Алексея настигла его быстрее, схватив за волосы. Котёнок взвизгнул, больше от страха, чем от боли. Хрупкое тело задрожало. -Ты совсем ахуел? Ты что натворил?!- спросил Алексей, хотя и так знал причины и последствия. Этот сценарий повторялся не первый раз. Котёнок интуитивно встал на колени, обхватил ладонями руку хозяина, пытаясь хоть немного ослабить хватку. Голос дрожал, срывался на крик, но он старался говорить чётче, чем обычно - чтобы не разозлить ещё сильнее. - Хозяин! Прости меня! Я не хотел! Ты ушёл надолго, очень надолго, а мне было одиноко! Я играл, а потом злился. Прости, пожалуйста! - Прости?! - рявкнул Алексей, не сдерживая порыва. - Ты опять всё разнёс, тварь! Он размахнулся и влепил звонкую пощёчину. Ладонь оставила яркий красный след на бледной щеке. Голова Котёнка мотнулась в сторону, слёзы брызнули. Он схватился за щеку и повалился на пол, жалобно заскулив. Алексей прошёл к шкафу, достал новый ошейник - голубенький, с ленточным бантиком. Вернулся, присел на корточки перед Котёнком и начал застёгивать его на шее, монотонно ругая: - Ты знаешь, что бывает за такое. И всё равно продолжаешь нарушать мои правила. Прямо сейчас назови мне все правила, которые нарушил. Слёзы Котёнка текли по щекам, смачивая припухшую кожу. Заикаясь от страха, он начал: - Я знаю… Я снял ошейник… разбил… Он не успел договорить, Алексей дёрнул за ошейник вверх так сильно, что шея хрустнула. Котёнок встал на ноги, задыхаясь. - Нормально встань- приказал Алексей. Котёнок выпрямился насколько смог. Вдруг захотелось надеть все эти неудобные милые одежды- лишь бы не быть голым и беззащитным. Пожалев о решении раздеться, он прикрыл пах руками и начал заново: - Я снял свой ошейник… разбил вазу… порвал диван… снял свою одежду… всё… Он с надеждой посмотрел на Алексея. Алексей долго молчал, глядя на красную щеку, не давая никакой реакции - и это пугало ещё сильнее. - Всё? - переспросил он наконец. - Ну… я воду ещё из вазы разлил… - Всё? -снова спросил Алексей, с издёвкой. Котёнок молчал, не понимая, что забыл. - Подойди сюда. Встань передо мной. Приказ прозвучал строго. Котёнок закрыл рот руками и залепетал что-то умоляющее, но Алексей лишь махнул рукой - и тонкие ноги сами пошли навстречу. Подойдя ближе, Котёнок завыл сильнее. - Повернись спиной и наклонись, - приказал хозяин, стягивая с брюк кожаный ремень. Котёнок медленно повернулся, наклонился вперёд на вытянутых ногах, выставив плоские ягодицы. Хвост обвился вокруг живота, пытаясь прикрыться. - Убери хвост. Пришлось послушаться. Хвост медленно соскользнул вбок, обнажив сжатый бледно-розовый анус и тугую мошонку, покрытую белым пушком. Тело Котёнка оставалось гладким, почти без шерсти, не считая волос на голове, ушах и в паху, плавно переходящие к хвосту. Поза была унизительной: всё интимное на виду, прямо перед ремнём. Первый удар пришёлся по спине открытой ладонью - сильно, с размаху. Котёнок вскрикнул, тело выгнулось дугой. - Ты забыл назвать рубашку. Ты разодрал вещь, которая стоит как твоё недельное содержание. Второй удар - уже ремнём. По ягодицам, поперёк обеих половинок. Ремень свистнул в воздухе и кожа мгновенно вспыхнула алой полосой. Котёнок взвыл, ноги подкосились, он схватился за ковёр, пытаясь удержаться. -Больно! Больно! Прости! Прости меня! - закричал он по-детски, слёзы брызнули на ковёр. Алексей не ответил. Третий удар - ниже, по бёдрам. Четвёртый - снова по ягодицам, чуть внахлёст. Полосы накладывались, кожа наливалась багровым. Котёнок плакал уже в голос, не мяукал, а именно рыдал, с икотой, соплями, слюнями. - Хватит… умоляю… я не буду… я люблю тебя… не надо больше… Пятый удар пришёлся между ягодиц - ремень ошпарил анус и мошонку. Котёнок упал вперёд на локти, попа задралась выше, тело задрожало крупной дрожью. Он завыл длинно, протяжно, как раненый зверёк. - Встань- коротко приказал он. Котёнок с трудом поднялся. Ноги подкашивались, ягодицы горели так, что каждое движение отзывалось вспышкой боли. Он стоял, покачиваясь, слёзы капали с подбородка. Алексей поднял ремень снова. Последний удар - самый сильный. Ремень рассёк кожу на правой ягодице- не глубоко, но достаточно, чтобы кровь выступила ярче. Котёнок пронзительно закричал и рухнул на пол, свернувшись в комок, закрыв попу руками, будто это могло уменьшить боль. Алексей опустился на колени рядом, положил ремень на пол. Дыхание ещё тяжёлое, но уже спокойнее. Он нежно провёл рукой по спине Котёнка, тот вздрогнул, но не отстранился. Только зарыдал тише, уткнувшись носом в ковёр. Алексей подхватил его под мышки, поднял на руки. Котёнок мгновенно прижался мордочкой к его шее, обвил руками, хвост дрожащим кольцом обвился вокруг запястья хозяина. Слёзы текли по воротнику рубашки Алексея, несшего его в свою комнату. Голос был успокаивающим: - Ты же понимаешь, почему я это делаю. Ты по-другому не поймёшь. Я забочусь о твоём воспитании. Твой низкий интеллект не способен самостоятельно понять, что для тебя плохо, а что хорошо. Всё для твоего блага. Сегодня наказал - значит, завтра ты будешь вести себя как хороший Котёнок и получишь за это приз. Будешь? - Буду… - коротко промямлил Котёнок. Позже ему обработают раны и уложат спать в хозяйскую постель - несмотря на то, что это был далеко не последний разгром.