Короткие истории countryhumans

ТР/СС

— О Боги, как же ты упряма! — воскликнул немец, почти набросившись на девушку, и с силой ударил по столу. — Где тебя носило? Где ты пропадала, негодяйка?! Длинные ресницы девушки дрожали, едва поднимаясь. — Урод, — прошипела немка, вытирая рукавом кровь с лица. Тройка окинул её фигуру холодным взглядом, словно оценивая обстановку. Одежда была порвана и испачкана, на ней уже засохли пятна крови. Из-под закатанных рукавов виднелись разодранные руки. Губа была разбита, а под носом запеклась кровь. Глаза были сухие, покрасневшие, а в них читалась яркая раздражённость. — Где шмалялась, дура? — тот грубо схватил ее за запястье, которое вскоре стал сдавливать. Эта боль на руках, синяках и костях быстро добралась до мозга, и девушка вскрикнула от боли. Рейху было плевать, насколько ей больно. Ему было важно, где она была. — Где была, говорю? Почему кровь? Почему одежда порвана? Она была дорогой! Униформа 20 века, качественная из Германии дорогая! Её тебе сшили опытные портнихи! А ты её испоганила, бессовестная! — На какой чёрт ты её покупал?! — ей было не в моготу молчать. Она рявкнула и дёрнулась в сторону мужчины. — Если знал, что я ее испорчу! — последний крик дёрнулся с её уст. Опустила голову и замолчала. — Бегом мыться. — тот отпустил её руку и отправил в ванную указом. Ей было нечего делать, кроме как послушать его, ибо ослушаться она его не могла, за это ей прилетало неоднократно. Даже во время Второй Мировой Войны тот мог жестоко её наказать за непослушание, это было ей уроком, который запомнился на весь остаток жизни. Зайдя в ванную, она взглянула на себя в зеркале. Красивая, ярко-выраженные черты лица, густые волосы, густые и длинные ресницы, пухлые бардовые губы, аккуратная форма тела, но всё это портили грязь и кровь. Она оглядывала свое тело как в первый раз, в первый раз её создания.

***

— Вы мои подчинённые! Мои марионетки! И ослушаться вы меня никак не должны! — кричал Рейх над своими четырьмя созданными "людьми". — Слушайтесь и подчиняйтесь только мне! Я ваш хозяин, ваш отец, ваш наставник. СС стояла и выслушивала его внимательно так же, как и другие "братья" и "сестра". Она смотрела на него и понимала, что это, к сожалению, будет её самый близкий человек. Убежать она не сможет, она заперта с ним. Они были созданиями Тройки и Королевства Италии. Связанные навсегда, навеки. Проходили дни, месяца, прошёл целый год, и началась война. Ожесточённая война, где немец решил захватить всю Европу, всю Евразию. Начинал с малого, постепенно уходя в Азию. Все планы были великолепны, отточенные, острые, которых ранее никто не видел. Его надежда и решительность буквально излучала. Марионетками он пользовался как с игрушками. Это принеси, это унеси, там помой, здесь принеси, там сходи. Делал всё их руками. Девушке было до жути больно, что она это творила под его контролем. Но в один миг все планы диктатора рухнули. Советские войска перешли в наступление. Казалось, до Москвы как пальцем щёлкнуть, но всё пошло под откос. Немецкий народ отступал. Где-то там, на Европе, люди стали освобождать свои территории, когда-то потерянные ранее. Тогда Тройка и положил свой взгляд на СС. Сильная девушка, которая может быть независимой и принимать верные решения. Которая без труда тащит на себе военные тяготы. Которую можно попросить о чем-либо. Но, к сожалению, Империю она не любила. Она считала его монстром, для которого она работала и работает. Из-за него она может умереть, из-за него умирают люди, если бы не он, всё было бы, возможно, лучше. — Эй! — крикнул Тройка. — Подойди сюда! — он поднялся со стула и подошел к девушке. Она положила на землю ящик боеприпасов и взглянула на него в ожидании чего-то. Наказания? Замечания? — Не пугайся. Всё нормально. Я к тебе с предложением. Семейным. — тот не запинался, но изредка переминался и переносил тяжесть с одной ноги на другую. — В общем, ты красивая. — да, он не любитель нежности, не умел говорить комплименты и сладкие слова. Но это было оторвано и сказано из сердца. Та лишь вскинула свою бровь и недовольно искривила свои губы. То ли от отвращения, то ли от непринятия. — Я хотел сказать, что ты красивая и если ты хочешь, то мы будем вместе. Это будет выгодно для тебя. — немец улыбнулся и взял немку за руки, приблизив свое лицо к её лицу. — Ты будешь свободна. Ты сможешь ходить туда, куда хочешь. — отстранившись, его улыбка стала легче. Та явно пыталась обработать всю информацию, которую ей предоставил Рейх. Соглашаться? Меня могут забранить за то, что я объединилась с ним не только в армии, но и в отношениях. Но и это было очень выгодно для немки. А сейчас война, немцы делают всё для своей выгоды, поэтому придётся согласиться. Шли дни, ночи, сутки, недели. Девушка обдумывала и всё зацикливалась на словах мужчины. Когда был отбой на сон — она не спала, а лишь думала о тех словах, что сказал Тройка. Уже 28 Августа 1943 года девушка согласилась. Она подошла к диктатору и провозгласила ему свое согласие. Но всё это обернулось к чему-то большему, чего не ожидала она сама

***

Всё это осело в голове СС. Она глядела в зеркало, смотрела на испорченную себя, которая нарвалась, которая согласилась быть с ним. Но в этом были и плюсы. Он защищал её, после войны одаривал подарками, подарил свободу и не командовал ей. Даже наоборот, в их семье стала доминировать она. Но всё же были исключения. Она стала отрывать корки крови с лица. "Расчесывать" волосы пальцами. Но всё это перекрыло течение воды из под крана в ванну, которая со временем набрала в себя теплой воды. Немка погрузилась в воду, обогревая своё холодное и грязное тело. Сдирая с себя корки грязи и крови. Промывая раны на ногах, руках и животе. Убирала с волос траву, благополучно успевшую высохшую грязь. Стирала с щек прозрачные хрустали воды, которые быстро становились коричневыми. Тишина была разорвана как струна гитары шлепками воды. Подойдя к ванной, Тройка постучался, а после последовал голос. Тихий, ожидавший чего-то лучшего. — СС, ты как? Всё нормально? — костяшки пальцев ритмично постукивали по поверхности двери. Но в ответ легкий стон, который указывал на положительный ответ. Постояв у двери около 10 минут, они встретились взглядами. Взглядами немецкой любви. Любовь, которая еще не угасла в их сердцах. Немка понимала, что когда Тройка злится — это проявление любви и переживаний. Крепкие и теплые объятия скрасили их неоднократную встречу. Смягчили их тяжёлые взгляды. Те самые объятия, которые гасили их боль на военных действиях. Объятия крепкой и властной семьи.