Ты не можешь избегать меня вечно

      — Ты не можешь избегать меня вечно, Уилл, у нас маленький город!       Да, Уиллу было стыдно сбегать из продуктового магазина, бросив корзину с товарами, не дойдя до кассы, но он ничего не мог с собой поделать. Он увидел Билли, застыл, а потом просто отвернулся и быстрым шагом двинулся к выходу. Зато Билли, казалось, не умеет смущаться вообще. И это бесило чуть ли не больше собственного бессилия. Чуть ли...       Ещё совсем недавно проблемы были куда серьёзнее, а Билли вообще считался мёртвым, но сейчас, скатываясь спиной по твёрдой, ребристой коре дерева рядом с магазинчиком, Уиллу казалось, что он вот-вот умрёт от обжигающей смеси своих эмоций. Он решил затаиться, дождаться, когда Билли уедет, чтобы, не дай боже, не столкнуться с ним ещё раз сегодня же. Он сидел на земле, навалившись на ствол дерева позади себя, и в который раз последовательно прокручивал в голове цепь событий, которая привела к этой ситуации.       Он узнал, что Билли жив, когда по предложению Лукаса они нагрели мёртвого демогоргона, чтобы оживить частицы и попасть в коллективный разум. Уилл пробрался в сеть врага, он старался изо всех сил держать контроль, пытаясь проникнуть всё глубже в мысли Генри, заставить его подчиниться своей воле, но сам же оказался в капкане. Генри, сопротивляясь, показал Уиллу то, как близкие могут негативно отреагировать на его суть, а потом сверху добавил недавние воспоминания о Билли, давая понять, что тот жив. И Уилл ослабил хватку, теряя контроль, попадая в ловушку сознания Генри.       Тело стянуло шершавыми щупальцами, обездвиживая, лишая возможности даже нормально дышать. Зажмурившись, он панически перебирал в голове варианты своих действий, но не находил: конечно, он оказался недостаточно силён, чтобы сразиться с Генри прямо здесь и в одиночку. Что мог он в сравнении с дьяволом, который растил мощь столько лет, подпитываясь злобой и болью?       — Не волнуйся, ты не разочаровал меня, Уилл, — хмыкнул Генри. — Ты был первым из моих строителей и всегда будешь любимым из помощников.       — Я никогда не стал бы помогать тебе! — Уилл пытался кричать, но из сдавленного горла вырывался каркающий хрип.       — Ты заблуждаешься. И пусть сейчас ты противишься, но, когда мы, наконец, окажемся в лучшем мире, ты поймёшь меня. Я не желаю тебе зла, как бы ты не старался помешать мне. Ведь мы похожи, Уилл, мы всегда отличались от других, не так ли? Друзья, семья, да, они попытаются принять тебя, но они слабы и глупы. Страх быть отвергнутым, быть всю жизнь лишним и никому не нужным мешает тебе мыслить и действовать в полную силу, но я научу тебя. Ты нужен мне, мы построим новый, прекрасный мир вместе. И я приготовил тебе подарок, который ты уже видел в моих воспоминаниях. Билли уже замучился ждать тебя.       — Этого не может быть, я не верю тебе.       — Красавчик жив. И он будет твоим, он сделает всё, что ты захочешь. Я докажу тебе.       Генри закрыл глаза, глубоко вдыхая, после чего Уилл услышал знакомый нахальный голос:       — Чего ты хочешь на этот раз? Не надоело тебе ещё?..       Широко раскрыв глаза, Уилл перестал дёргаться: в нескольких метрах от него стоял никто иной как Билли Харгроув, живой и такой же язвительный, словно не его пронзило щупальцем в сердце, словно не он умер в луже крови на холодном полу проклятого торгового центра.       Уилл старался дышать ровнее. Он заклинал себя сохранить лицо, что бы не случилось, ведь он знаком с изощрённой фантазией Генри не понаслышке. Он мог достать то самое глубокое, важное и бесконечно душить его на твоих глазах.       — Я сохранил его для тебя, я видел, как ты грезил о нём.       — Ты пытаешься запутать меня, — дёрнул головой в сторону Уилл. — Да, браво, ты вычислил, что я не вписываюсь в рамки "нормальных", но я влюблён в другого человека.       — О, ты про свою детскую привязанность к дружку Майку? Как мило, — склонил голову на бок Генри, — вот только о нём ты никогда не мечтал так бурно и...       — Заткнись, — Уилл сжал пальцы в кулаки, вонзая короткие ногти в нежную кожу ладоней. — Даже если ты прав, ты ведь убил его. Не придумал ничего лучше, чем показать мне очередную иллюзию?       — Обижаешь... — цокнул языком Генри. — Билли, подойди ближе.       Парень подошёл к Уиллу. Выражение его лица было уставшим и безразличным ко всему.       — На колени.       — Иди к чёрту, — шепнул Билли, но ноги подкосились, и он всё же рухнул вниз.       — На мой вкус его стоило бы научить манерам, но я видел, как нравится тебе его природная харизма, так что не стал ничего исправлять, сам займёшься дрессировкой позже, — довольно улыбнулся Генри. — Он будет только твоим. Да и любой, кого ты захочешь. Весь мир будет нашим, только присоединись ко мне.       — Билли?.. — тихо позвал Уилл — это правда ты?       Стоя на коленях у его скованных ног, Билли поднял вверх глаза, в которых плескались бессилие и отчаяние.       — Я бы предпочёл умереть, но это всё ещё я, — тихо произнёс он.       — Даже думать не смей об этом, Билли!       — Я всех подвёл, я заслужил только...       — Ох, заткнись, Макс будет так счастлива, она винила себя в твоей смерти настолько, что чуть не погибла!       — Она жива?.. — губы Билли задрожали, и он сжал их.       — Достаточно. Ну, что же, Уилл? Красавчик стоит того? — Генри подошёл ближе и запустил руку в светлые вьющиеся локоны Билли.       — Не трогай его! — сквозь зубы прошипел Уилл.       Генри рассмеялся, запрокинув голову назад. Он хотел сжать волосы Билли в кулаке, но пальцы лишь дрогнули, а затем его самого пригвоздило к стене.       — Ты никогда больше не прикоснёшься к нему!       Уилл почувствовал, как из недр души по телу расползается ярость. Как этот змей смеет играть ими, забавляясь, словно их жизни ничего не стоят? Как смеет улыбаться, заставляя всех вокруг страдать? Ради чего? Из последних сил он снова влез в мысли Генри.       — Билли, тебе прямо сейчас нужно очнуться в реальности! Очнись и беги! Я не смогу долго его держать!       — А как же ты?       — Мне не выбраться! — крикнул Уилл, — сейчас мне нужно, чтобы ты хотел жить, ты должен проснуться. Я вижу, что ты заперт где-то в изнанке, я открыл для тебя дверь, ты должен выжить, понял?! Должен найти разлом и выбраться в реальность! Борись!       — Мне больше не за что бороться...       — Билли, сраный ты нытик! — заорал Уилл, — не смей врать мне или даже себе, что ты не способен сражаться! Если же ты из-за жалости к себе не найдёшь сил жить, о-о-о, я буду так разочарован и зол!       Судя по выражению лица Билли хотел ответить что-то едкое, но Генри издал рёв, заставляя стены дрожать, давая понять, что на споры больше не осталось времени. Зато в глазах Билли, наконец, заискрили всевозможные эмоции, будто проснулась воля к жизни. В других обстоятельствах Уилл, возможно, упал в обморок от выжигающего внутренности взгляда, но сейчас его занимали более насущные проблемы.       — Беги! — заорал он.       Билли скрылся из поля зрения, и он почувствовал, как снова поддаётся власти Генри. Он всё ещё боролся, из глаз начала сочиться кровь, боль пронзала всё его существо. Он кричал, но собственный голос терялся среди невыносимого гула в ушах. Казалось, он вечно будет истязаем пыткой, но пустота засосала в объятия, и он рухнул в кромешную тьму.       Это воспоминание ощущалось таким далёким сейчас, когда Уилл прятался в тени дерева от до абсурда тупых проблем.       Билли бежал из плена, нашёл в изнанке его друзей и выбрался. Всё происходило так быстро, им нужно было решать кучу задач одновременно, но они всё же справились, они победили. В тот момент Уилл чувствовал себя неуязвимым, он думал, что, наконец, нашёл мир с самим собой. А затем он впервые столкнулся с Билли уже в спокойной обстановке и понял, что всю свою смелость он, видимо, потратил на борьбу со злом.       На момент той встречи прошло несколько месяцев с окончательной победы над Векной и Проницателем. Было всё ещё непривычно заниматься такими нормальными вещами, как рисование поздравительного плаката в честь чьего-то дня рождения.       — Знаешь, мне кажется, нужно добавить ещё блёсток, я сейчас принесу из комнаты, подожди! — Уилл улыбнулся, смотря вслед убегающей Макс.       Вкратце он слышал историю того, как Билли удалось вернуться, но не знал, что именно тот помнит и рассказывает о том, что было до его встречи с ребятами в изнанке. Ему было неловко задавать вопросы про Билли, как и видеть самого Билли. Он старательно избегал встречи с ним, хотя это становилось всё труднее. Уилл подошёл к холодильнику и достал банку газировки. Захлопнув дверцу, он вздрогнул и прижал ладонь к груди в области сердца.       — Привет, малыш, — за дверцей оказался Билли, — ну, что ты, я ведь не такой страшный.       — Прости, я не ожидал, не слышал твоих шагов.       После пережитого Билли стал терпимее относиться к их большой, дружной, ненормальной тусовке. Конечно, в своём стиле, отпуская саркастичные комментарии, но всё же теперь вписывался в картину их мира. И, изредка появляясь в поле зрения, смотрел на Уилла своими невероятными глазищами, словно искал в нём что-то. Уилл старался не ловить его взгляд, но почти физически ощущал, как между ними, словно струна, натягивается напряжение.       Билли подошёл ближе, заставляя Уилла отступить на шаг назад и упереться задницей в кухонный гарнитур.       — Слушай... — Билли медленно провёл языком по своей нижней губе и прикусил её на пару секунд, подыскивая слова. — Я тут думал о том, что ты спас меня, спас Макс, да и, похоже, вообще весь мир...       — Я был не один...       На губы Уилла лёг палец, сбивая все мысли и действия. Мало того, что кое-кто не умеет застёгивать рубашку, что не может смотреть как нормальный человек, а только так, что у Уилла ноги подкашиваются, так ещё и это...       — Меня спас именно ты, и я хочу отблагодарить тебя, — Билли забрал газировку из рук парня, нежно проскользив по его пальцам своими.       — К-как? — спросил Уилл, не успев подумать.       — Мы могли бы вместе что-нибудь придумать, — Билли открыл банку и сделал глоток, не отрывая от него взгляда. Затем он наклонился ближе, и облизнулся, почти касаясь губ Уилла, — у меня есть пара идей...       Уилл застыл, хлопая ресницами, он ощущал, как ослабевшие ноги вот-вот его подведут. Казалось, что если он сейчас сделает или скажет хоть что-нибудь, то земля уйдёт из-под ног...       — Я нашла только серебряные! — крикнула Макс, приближаясь к кухне.       Уилл крупно вздрогнул, отмирая, а Билли, передав банку обратно Уиллу, двинулся к выходу, кинув напоследок:       — Подумай, малыш.       — Билли! Ты что здесь делаешь? Я думала, ты на работе.       — Как раз туда направляюсь, паршивка.       — Дебила кусок! — пробубнила под нос Макс, заходя на кухню. — Уилл, всё в порядке? Этот придурок что-то сделал?       Уилл помотал головой в стороны, обнимая банку газировки. Он прерывисто дышал, поджав губы, пытаясь переварить произошедшее. Несколько месяцев одних странных переглядываний, и на тебе! Только Билли мог вот так, будто с ноги выламывая дверь, ворваться в его реальность.       — Клянусь, если он что-то...       — Нет, ничего, правда, — Уилл медленно осел на пол, пряча лицо в колени.       — Ну-ка, колись сейчас же! Я ему устрою!       — Макс, пожалуйста, давай просто продолжим то, на чём остановились.       — Если ты не скажешь мне сейчас, я пойду и узнаю у Билли!       — Да боже мой! — закатил глаза Уилл, — я скажу, но только при условии, что мы больше не будем это обсуждать и вернёмся к плакату!       — Ладно!       — Твоему брату стоит научиться застёгивать рубашку!       — Что?.. — скривилась Макс и, явно не понимая, покосилась на друга.       Уилл молча смотрел на неё, ожидая, когда до неё дойдёт смысл сказанного. Спустя несколько секунд брови Макс поползли вверх:       — Ты имеешь в виду, что...       — Мы не будем это обсуждать!       — Нет, подожди, ты что, запал на...       — Один вопрос, и я ухожу, Макс!       — Да ну на-ахрен...       — Я уже жалею...       Пару раз уже позже Макс аккуратно предлагала обсудить эту новость, но Уиллу было тяжело даже думать об этом, не то что сказать кому-то вслух.       Уилл услышал, как кто-то заводит машину и отъезжает с парковки магазина. Осторожно выглянув из своего убежища, он облегчённо вздохнул: наконец, можно вернуться в магазин и всё-таки купить дурацкие продукты.       Когда он подъехал к дому, уже прилично стемнело. Свет не горел ни в одном из окон, и это было совсем не удивительно: Джонатан уехал на вступительные экзамены в Нью-Йорк, а Джойс часто оставалась у Хоппера. Уилл прислонил велосипед к стене дома и забрался рукой в карман, ища ключи. Но, не успев их достать, он вздрогнул, потому что рядом прозвучал до боли знакомый голос:       — Так ты ответишь, зачем бегаешь от меня? — Билли вышел из тени и, затянувшись напоследок, метким броском отправил тлеющий бычок в урну. — Или скажешь, это не ты, увидев меня в магазине, тут же кинулся на выход, ничего не купив?       — Я...       Застыв, Уилл пытался подобрать подходящую причину, но, даже если бы и подобрал, не смог бы озвучить, особенно, когда, не изменяя своей любимой привычке, Билли лишал его личного пространства, заставляя вжаться в стену дома.       — Боишься меня? — Он навис сверху, опираясь на свою ладонь справа от головы Уилла.       — Я совру, если скажу, что это не так, — сдался Уилл, потупив взгляд.       — Неужели я страшнее этих грёбанных чудовищ, с которыми ты столько лет боролся, а? — рассмеялся Билли.       — Чего ты хочешь от меня?       — О, я бы много чего хотел... — он наклонился к самому уху, касаясь губами раковины. — Важнее, что ты тоже хочешь этого, но зачем-то бегаешь от меня.       А затем он снова посмотрел своим гипнотизирующим взглядом, заставляя Уилла забыть, вдох сейчас нужно сделать или выдох. Он был так близко, наполнял тело дрожью, а лёгкие дурманящей смесью табака и одеколона. Уилл облизнулся, вызывая победную улыбку на алых, чертовски притягательных губах напротив, и почувствовал, как ноги таки его подводят из-за нежного поцелуя. Но крепкие руки вжали в стену, не давая упасть, и он вцепился в них, сжал пальцы на чужих плечах, раскрывая губы, позволяя продолжать. Билли осторожно скользнул языком внутрь, он ласкал медленно и тягуче, раздувая искру внутри в беснующееся пламя.       — Билли... — задыхался Уилл.       — Что такое, малыш? — шептал Билли, оставляя на его шее влажный след поцелуя.       — Господи, боже...       Уилл вжался макушкой в стену позади него, подставляя шею под манящие губы. Он прикусил губу, но не смог сдержать протяжного стона, когда парень потёрся бедром о его ширинку.       — М-м-м...       Вцепившись в куртку Билли, Уилл жмурился и стонал в такт движениям бёдер парня. Ещё никогда и никто не прикасался к нему так откровенно, он чувствовал, как удовольствие кипит и стремится наружу. И тут его словно водой окатило ледяным страхом. Он резко оттолкнул парня и вбежал в дом, закрываясь изнутри.       — Малыш... — услышал он снаружи низкий томный выдох, скатываясь по стене вниз, — нам придётся поговорить рано или поздно.       — Уходи, Билли!       Послышался глухой удар кулака в дверь, а затем тихие ругательства и удаляющиеся шаги. Уилл прижал пальцы к горящим губам, громко дыша. Его трясло, по коже будто пробегали разряды тока.       — Чёрт... — он сжал свой каменный стояк сквозь ткань брюк и заткнул рот ладонью, проскулив через нос.       Это просто немыслимо... чувствовать такое. Это больше похоже на болезнь, грёбаная лихорадка, — думал Уилл, пытаясь решить, что делать, — я же не могу дрочить в коридоре... это какой-то абсурд...