Стволы и котики

Пять лет назад. Стамбул. Особняк на холме.

      Они должны были встретиться только в отчётах. Заказчик, сухой грек в дорогом костюме, нанял две разные команды для одной операции. Стандартная подстраховка: если одна провалится, вторая доведёт дело до конца. Исполнителям знать друг о друге не положено. Так дешевле и безопаснее.       Грек ошибался.       Ричард вошёл через парадный вход, потому что именно этого от него ждали. Он выбил дверь ногой — дубовую, с латунной ручкой, которую лично подбирал хозяин особняка. Грохот получился знатный. В холле вспыхнул свет, заорала сигнализация, из коридоров побежали люди с автоматами.       Вторженец засмеялся — гулко, тупо, как и подобает здоровенному детине с переломанным носом и пустыми глазами. Он поднял автомат и открыл огонь. Пули ложились кучно, но не потому, что он целился. Он вообще не целился. Он просто знал, куда полетят свинцовые капли, когда отскакивают от мраморных колонн и кованых перил. Знал, потому что успел просчитать траектории, пока выбивал дверь.       Первый охранник упал с балкона, сражённый рикошетом. Второй закричал и схватился за ногу. Третий успел выстрелить, но пуля ушла в потолок, потому что Ричард уже сместился на полметра влево — ровно настолько, чтобы оказаться в мёртвой зоне. — Идите сюда, — позвал он. — Я один. Тупая сила. Справляйтесь.       Они поверили.       Вениамин вошёл через чёрный ход, потому что умные люди всегда так делают. Он был в форме уборщика — дешёвый синий комбинезон, кепка, в руках ведро со шваброй. Охранник на служебном входе даже не взглянул на него, только махнул рукой: проходи, мол, не мешай.       Веня прошёл.       В ведре у него лежали: канцелярский нож (острый, японская сталь), три отвёртки (крестовая, плоская и часовой), моток скотча, два степлера (один обычный, второй — строительный, на всякий случай) и пачка скрепок. Поверх всего это прикрывалось грязной тряпкой. На лестнице ему встретился второй охранник. Здоровый, потный, с автоматом наперевес. — Эй, уборщик! — крикнул он. — Там пальба! Вали отсюда!       Веня поднял голову, поправил очки (дешёвая оправа, стёкла чуть треснули после прошлого задания) и вежливо сказал: — Я только швабру вымою. Быстро.       Охранник шагнул к нему, чтобы отвесить пинка, и в этот момент "уборщик" воткнул ему отвёртку в бедро. Ровно между костями, в нервный узел. Охранник взвыл и рухнул на колени. Второй удар — канцелярским ножом, в шею, чуть ниже кадыка — оборвал крик.       Веня вытер лезвие о комбинезон, поправил очки и пошёл дальше. За спиной у него в ведре тихо звякнули скрепки.       Они встретились на втором этаже, в коридоре, застеленном персидским ковром. Ричард только что зачистил гостиную. Из-за спины у него торчал приклад автомата, куртка была в чужой крови, на лице застыло привычное тупое выражение. Он увидел фигуру в синем комбинезоне и вскинул оружие. — Стоять!       Веня остановился. Посмотрел на автомат. Потом на Ричарда. Потом на автомат. — Здравствуйте, — сказал он спокойно. — Я уборщик. — Уборщик с ведром, — Ричард кивнул на инвентарь. — Во время перестрелки. — Беспорядок любит тишину, — Веня поправил очки. — А вы, простите, кто? — Я здесь, чтобы убить хозяина. — Совпадение, — Веня чуть улыбнулся. — Я тоже.       Они смотрели друг на друга. Сзади, из-за поворота, уже слышались тяжёлые шаги — подкрепление, которое вызвал Ричард своим шумным появлением. — Человек десять, — сказал Ричард, даже не оборачиваясь. — Идут с трёх сторон. Двое с дробовиками.       Парень в очках кивнул, будто это было самое обычное замечание. — Я заметил. У лестницы ещё двое, но они пока не решаются. Ждут. — Откуда знаешь? — Тени, — Веня показал на пол. — Под потолком софиты. Тени от ног появляются раньше, чем люди.       Ричард моргнул. Он привык, что никто не замечает таких деталей. Никто, кроме него самого. — Ты не уборщик, — сказал он. — А вы не просто тупой качок, — ответил Веня. — Вы просчитали траектории. Все до единой. Я видел, как вы стреляли. — Не может быть. — Может. Я внимательный.       Шаги приближались. До столкновения оставалось секунд тридцать. — Предложение, — быстро сказал Ричард. — Работаем вместе. Я беру на себя тех, кто спереди. Ты — тех, кто сзади. — Дробовики опасны, — заметил Веня. — Я знаю. — У меня только канцелярия. — Я заметил.       Веня подумал секунду. Потом сунул руку в ведро и достал строительный степлер. — Этот бьёт на десять метров, — пояснил он. — Скобы входят в мягкие ткани на три сантиметра. Если попасть в глаз — летально.       Ричард смотрел на него. — Ты вообще человек? — Спорный вопрос.       Из-за угла выскочили первые враги. Они справились за четыре минуты. Амбал работал как машина: укрытия, перекаты, очереди короткими, точно выверенными порциями. Он знал, куда упадёт каждый враг, где застрянет каждая пуля, когда кончатся патроны. Он не думал — он просто делал, потому что его мозг считал быстрее, чем любой компьютер.       Веня двигался иначе — тихо, почти незаметно, появляясь из темноты в самых неожиданных местах. Он не стрелял, он подкрадывался. Один враг упал, сражённый скрепкой в сонную артерию. Второй захрипел, когда канцелярский нож перерезал ему горло. Третьего парень просто... запутал. Выскочил слева, потом справа, потом бросил в лицо тряпку, и пока тот отмахивался, воткнул отвёртку под затылок       Когда всё кончилось, они стояли посреди коридора, заваленного телами, и тяжело дышали. — Неплохо, — сказал Ричард. — Вы тоже, — ответил Веня. — Чистая работа.       Ричардсон посмотрел на него. На окровавленный комбинезон. На очки, которые чудом держались на переносице. На строительный степлер в руке. — Ты убил троих степлером, — сказал он. — Четверых, — поправил Веня. — Одного скрепками. — ... — У меня кончились скобы.       Ричард хотел что-то сказать, но вместо этого вдруг расхохотался. Громко, на весь коридор. Он смеялся так, как не смеялся много лет — по-настоящему, до слёз, до боли в рёбрах. Веня смотрел на него с лёгким недоумением. — Что-то смешное? — Ты, — выдохнул Ричард, утирая слёзы. — Ты убил четверых канцтоварами. И говоришь об этом как о чём-то обычном. — Это обычное, — Веня поправил очки. — Просто люди не умеют пользоваться подручными средствами. — А ты умеешь? — Учусь.       Они помолчали. Где-то внизу завывала полицейская сирена — пора было уходить. — Надо валить, — сказал Ричард. — Надо, — согласился Веня.       Он уже развернулся, чтобы уйти через чёрный ход, но Ричард вдруг окликнул его: — Эй!       Парень обернулся. — Как тебя зовут? — Вениамин.       Ричард кивнул, запоминая. — А меня Ричард. Слушай, Вениамин... Ты где обычно работаешь? — Где наймут, — пожал плечами тот. — А если вместе? — Ричард сам не ожидал, что скажет это. — Ну, типа напарники. Я — грубая сила, ты — умный план. Вместе мы... ну, ты понял.       Веня посмотрел на него долгим, немигающим взглядом. — Вы предлагаете мне работать в паре? — Да. — После того как увидели, что я делаю с людьми канцелярскими принадлежностями? — Именно поэтому.       Веня подумал. — У меня есть условия. — Какие? — Я пью только ромашковый чай. Терпеть не могу кофе. И буду таскать котов.       Ричард моргнул. — Кого? — Котов. Я люблю котов. Особенно с белыми лапками. Это не обсуждается.       Наверное, в тот момент любой нормальный человек развернулся бы и ушёл. Но Ричард уже давно подозревал, что нормальных людей не существует, а те, кто притворяются нормальными — самые опасные. — Ладно, — сказал он. — Коты так коты.       Веня кивнул. — Тогда пошли. Здесь скоро будет жарко.       Они вышли через разбитое окно на пожарную лестницу, спустились в переулок и растворились в ночном Стамбуле.       Полиция приехала через семь минут. Нашла двадцать три трупа и ни одной зацепки.

Наши дни

Беллвилль. Типография «Прогресс-Пресс». Восемь утра.       Ричард ненавидел утро. Он ненавидел утро всегда, сколько себя помнил, но последние полгода ненависть стала особенно острой. Потому что теперь утро означало не просто подъём, а подъём с котом. — Слезь.       Шпрот даже ухом не повёл. Маленький чёрный комок с белыми лапками лежал поперёк подушки, занимая ровно столько места, сколько нужно, чтобы Ричарду было неудобно. — Я сказал — слезь. Мне вставать надо.       Кот приоткрыл один глаз, посмотрел на Ричарда с выражением глубочайшего презрения и снова закрыл. Ричард тяжело вздохнул. Пять лет назад он подписался на это. Пять лет назад он согласился работать с психом, который таскает с собой котов. И вот результат — он не может встать с кровати, потому что чёрное наглое создание решило, что подушка хозяина — идеальное место для сна. — Ладно, — сказал Ричард. — Лежи.       Он аккуратно, буквально по миллиметру, начал выбираться из-под кота. Шпрот недовольно дёрнул ухом, но глаз не открыл. Ещё минута — и Ричард стоял на ногах, а кот даже не пошевелился. — Оккупант, — буркнул Ричард, натягивая штаны.       Из соседней комнаты доносился запах ромашкового чая. Веня уже не спал.       Кухня в типографии была маленькой, но уютной. Веня сидел за столом в своём неизменном кардигане, поправлял очки и читал что-то на ноутбуке. Перед ним дымилась кружка. Шпрота на коленях не было — тот ещё досыпал на подушке Рича. — Доброе, — сказал Ричард, открывая холодильник. — Доброе, — ответил Веня, не отрываясь от экрана. — Шпрот опять тебя не пускал? — Лежал поперёк подушки. Пришлось выруливать. — Он тебя любит. — Он меня тиранит.       Веня чуть улыбнулся и отхлебнул чай. Старший достал яйца, бекон, хлеб. За всё время они уже привыкли к этому ритуалу: утром Ричард готовит завтрак, Веня пьёт чай и читает новости. Потом они обсуждают планы на день. Потом кормят кота. — Кстати о тиране, — сказал Веня. — У нас заказ.       Ричард замер с яйцом в руке. — Серьёзно? Первый за две недели. — Серьёзно. Пришло сегодня утром. — Кто заказчик? — Местный. Владелец ресторанного бизнеса. Говорит, конкуренты наняли банду, чтобы выжить его с района. Хочет, чтобы мы провели воспитательную беседу.       Рич разбил яйца на сковородку. — Воспитательную беседу. То есть попугать? — Именно. — И сколько платят?       Веня назвал сумму. Напарник присвистнул. — За попугать? Дороговато. — Значит, либо банда серьёзная, либо заказчик нервный. Но деньги на столе.       Ричард помешал яйца, подумал. — Ладно. Сегодня сделаем. Адрес есть? — В порту. Заброшенный склад. Встреча в два часа дня. — Хорошо. После завтрака выдвигаемся.       Веня кивнул и снова уткнулся в ноутбук. Тот дожарил яйца, разложил по тарелкам. Из спальни донёсся шорох — Шпрот наконец соизволил проснуться и теперь шёл на кухню, требуя завтрак. — И тебе доброе утро, — сказал Ричард, насыпая корм в миску. — Оккупант мелкий.       Шпрот даже не посмотрел на него — сразу уткнулся в миску.       Веня оторвался от ноутбука и посмотрел на эту картину: здоровенный мужик в майке, с татуировками на руках, стоит и с нежностью смотрит на чёрного котёнка, который чавкает кормом. — Ты его любишь, — сказал Веня. — Я его терплю, — поправил Ричард. — Есть разница. — Разницы нет.       Ричард хотел возразить, но в этот момент Шпрот закончил есть, подошёл к его ноге и потёрся. Выбранный им человек автоматически наклонился и почесал кота за ухом. — Ладно, — буркнул он. — Может, немного люблю.       Веня улыбнулся в кружку.

Два часа спустя. Порт.

      Старый склад номер семь стоял в самом конце причала, отдельно от остальных построек. Место было удобное: с одной стороны море, с другой — пустырь, с третьей — лабиринт контейнеров. Если что пойдёт не так, есть куда отступать.       Ричард припарковал пикап за штабелем ржавых бочек и заглушил двигатель. — Ну что, — сказал он. — Как играем?       Веня сидел на пассажирском сиденье, поправлял очки и смотрел на склад через бинокль. — Трое внутри. Ещё двое снаружи, у ворот. Курят. — Оружие? — У тех, что снаружи, — пистолеты. Внутри, судя по движениям, автоматы. — Много? — Два, может, три. Тяжело разглядеть.       Ричард кивнул. Он уже прокручивал в голове варианты. Если заходить в лоб — шумно, долго, опасно. Если с тыла — можно нарваться на засаду. Если... — Я зайду через крышу, — сказал Веня, будто прочитав его мысли. — Через крышу? Там же высоко. — Там пожарная лестница с торца. Я видел. Поднимусь, зайду сверху. — А я? — Ты — парадный вход. Отвлечёшь на себя. Я зачищу изнутри.       Ричард усмехнулся. — Классика. Я — тупая сила, ты — умный план. — Работает же. — Работает.       Они вышли из машины. Ричард поправил разгрузку, проверил оружие. Вениамин достал из рюкзака... строительный степлер. — Серьёзно? — спросил Ричард. — Лучшее средство для ближнего боя, — ответил друг. — Скобы входят в мягкие ткани на три сантиметра. Если попасть в глаз — летально. — А если не в глаз? — Тогда больно. А боль отвлекает.       Ричард покачал головой, но спорить не стал. За полгода он уже привык, что Веня воюет канцтоварами. — Через пятнадцать минут, — сказал Веня. — Как только услышишь шум на крыше, начинай. — Понял.       Младший растворился в лабиринте контейнеров. Ричард остался один, присел за бочками и включил секундомер.       Веня двигался быстро и бесшумно. Пожарная лестница оказалась ржавой, но крепкой — выдержала. Он поднялся на крышу, прислушался. Снизу доносились голоса, смех, звон бутылок. Бандиты отдыхали.       На крыше был люк. Старый, запертый изнутри. Веня достал отвёртку, поковырялся в замке. Через минуту люк щёлкнул и приоткрылся. Веня заглянул внутрь. Под ним был тёмный чердак, заваленный старыми ящиками. Ещё ниже — основной зал склада. Оттуда доносились голоса.       Он спустился бесшумно, как тень. Огляделся. Чердак был идеальным местом для засады: сверху видно всё, снизу не видно ничего. Веня достал степлер и приготовился ждать.       Ричард вышел из-за контейнеров ровно через пятнадцать минут. Он не прятался, не крался — шёл прямо, вразвалочку, как и подобает тупому качку, который случайно забрёл не туда.       Охранники у ворот заметили его сразу. — Эй, ты куда? — крикнул один, щуплый, с нервным лицом.       Ричард остановился, тупо улыбнулся. — А чё это? Я ищу... ну это... склад номер восемь. Мне сказали, тут работа есть. — Это склад семь. Вали отсюда. — Да я не местный, — Ричард почесал затылок. — Запутался. Может, подскажете, как пройти?       Охранники переглянулись. — Вали, говорят, пока цел. — А чё сразу вали? — Ричард сделал шаг вперёд. — Я ж по-человечески...       Охранник потянулся к пистолету. Второй уже доставал телефон, чтобы позвонить внутрь. В этот момент с крыши донесся грохот — Веня сбросил в вентиляцию старый ящик. — Что там? — крикнул кто-то изнутри.       Охранники отвлеклись ровно на секунду. Ричарду хватило. Он прыгнул вперёд, сбил первого с ног одним ударом, второго вырубил прикладом. Оба упали без сознания, даже не успев выстрелить. Ричард выдохнул и рванул внутрь.       Внутри склада было темно и грязно. В центре стояли несколько ящиков, на них сидели трое бандитов с автоматами. Ещё двое бродили по периметру.       Увидев вбегающего Ричарда, они отреагировали мгновенно — вскинули оружие и открыли огонь.       Ричард нырнул за бетонную колонну. Пули застучали по бетону, выбивая крошку. Он переждал, прислушался. Трое стреляли с центра, двое с флангов. Классическая картина. — Эй, ребята! — крикнул он из-за колонны. — А давайте поговорим?       Ответом была очередь из автомата. — Не хотите, значит.       Он уже просчитал траектории. Знал, куда упадут пули, если выстрелить под определённым углом. Знал, кто где стоит. Знал, что через три секунды...

Сверху что-то упало. Точнее, кто-то.

      Веня спрыгнул с чердака прямо на голову одному из бандитов. Тот даже не успел вскрикнуть — просто рухнул под весом тела. Второй бандит с фланга развернулся, вскинул автомат, но Веня уже был рядом. Степлер щёлкнул два раза — первый выстрел попал в руку, второй в шею. Бандит закричал, выронил оружие и схватился за горло.       Трое в центре запаниковали. Они не понимали, что происходит — откуда взялся ещё один, почему их люди падают. Начали стрелять хаотично, во все стороны. Ричард только этого и ждал. Он выскочил из-за колонны, короткими очередями уложил двоих. Третий успел спрятаться за ящики. — Сдавайся, — крикнул Ричард. — Не убьём.       Ответа не было.       Веня бесшумно обошёл ящики с другой стороны. Увидел бандита — тот сидел, прижавшись спиной к дереву, и трясущимися руками перезаряжал автомат.       Веня положил руку ему на плечо. — Добрый вечер.       Бандит заорал, дёрнулся, выронил автомат. Веня наставил на него степлер. — Сидеть. Не двигаться. Руки за голову.       Бандит подчинился.       Через пять минут всё было кончено. Пятеро бандитов лежали связанные скотчем (Веня всегда носил с собой). Ещё двое, снаружи, тоже пришли в себя и теперь сидели примотанные к трубам.       Ричард стоял посреди склада и отряхивал куртку. — Неплохо, — сказал он. — Приемлемо, — ответил Веня. — Могли быстрее. — Я отвлекал. — Я заметил.       Они посмотрели друг на друга. Ричард улыбнулся. — Степлером, Вениамин? Серьёзно? — Работает. — Работает, — согласился Ричард. — Ладно, звони заказчику. Пусть забирает своих должников.       Веня достал телефон, набрал номер. Коротко доложил, что работа сделана. — Он будет через час, — сказал он, убирая телефон. — Отлично. У нас есть время перекусить. — Тут рядом есть кафе. Говорят, неплохой ромашковый чай. Ричард закатил глаза. — Ты и в поле пьёшь эту бурду? — Это не бурда. Это ритуал. — Ладно, пошли. Напою тебя твоей травой.

КАФЕ «У МОРЯ». ЧАС СПУСТЯ.

      Маленькое заведение на набережной. Ричард ел бургер, Веня пил чай. За окном кричали чайки, пахло морем и соляркой. — Хорошо отработали, — сказал Ричард с набитым ртом. — Ага. — Заказчик доволен. Деньги получим завтра. — Ага. — Ты чего такой задумчивый?       Веня поправил очки, посмотрел на него. — Думаю. Этот заказ был слишком простым. — Простым? Нас чуть не подстрелили. — Именно. Пять человек с автоматами против двоих. Это не банда, это армия. Почему владелец ресторана нанял нас, а не полицию?       Ричард перестал жевать. — Думаешь, тут что-то ещё? — Не знаю. Но сумма была слишком большой для простого попугать. — Может, он просто богатый и нервный. — Может.       Веня допил чай и посмотрел в окно. Там, на пирсе, сидел чёрный кот с белыми лапками и умывался. — Смотри, — сказал Веня. — Похож на Шпрота.       Ричард посмотрел. — Усы короче. И морда наглее. — Ты уже различаешь котов по мордам? — Я много чего различаю.       Веня чуть улыбнулся. — Пошли домой. Шпрот заждался. — Шпрот? — фыркнул Ричард. — Шпрот нажрался и спит на моей подушке. Ему плевать, когда мы вернёмся. — Врёшь. Он всегда ждёт.       Ричард хотел возразить, но вспомнил, как каждое утро кот трётся о его ноги, и промолчал.

ВЕЧЕР. ТИПОГРАФИЯ.

      Они вернулись затемно. В мастерской горел свет — Ричард всегда оставлял, чтобы отпугивать воров. На втором этаже их ждал Шпрот.       Кот сидел на подоконнике и смотрел в окно. Увидев машину, он спрыгнул и побежал к двери. — Ну здравствуй, оккупант, — сказал Ричард, заходя. — Соскучился?       Шпрот потёрся о его ноги, потом о ноги Вени, потом снова о Ричарда. — Видишь? — сказал Веня. — Ждал. — Ладно, — буркнул Ричард. — Может, и ждал.       Он наклонился и почесал кота за ухом. Шпрот замурчал как трактор. — Кормить будешь? — спросил Веня. — А ты? — Я чай поставлю.       Ричард вздохнул и пошёл на кухню. Шпрот потрусил за ним, на всякий случай, чтобы не обманули.       Через полчаса они сидели в гостиной. Ричард в кресле с пультом, Веня на диване с чаем, Шпрот у Ричарда на коленях. — Знаешь, — сказал Ричард, переключая каналы. — А неплохая у нас жизнь. — Неплохая, — согласился Веня. — Работа есть. Крыша над головой. Кот. — Кот. — Чего ещё желать?       Веня подумал. — Чтобы следующий заказ был интереснее.       Ричард усмехнулся. — Не смей. Интереснее — значит опаснее. — Значит интереснее.       Шпрот зевнул, свернулся клубком и засопел. За окном шумел ночной Беллвилль.