Cute.

***

Эдди боялся Билли. Нет, правда, кто бы не испугался при виде жилистого накаченного парня, приехавшего из Калифорнии? Думаю, у каждого бы прошёл холодок по телу. И Эдди не был исключением. Но он не показывал этого животного страха, стараясь держать планку своего прекрасного юмора и упорства. Чему нельзя не позавидовать, ведь большинство, заприметив эту западную равнинную гориллу-альбиноса, либо бежали к нему подлизываться, либо обходили стороной, как опаснейшего босса-наркоторговца. Эдди долго пытался вспомнить вид белых горилл, чтобы сравнить с этим белёсым Билли, ведь замечена людьми была только одна. Как позже Мансон выяснил, Билли тоже был одним таким в своём роде Харгроувов. А каким «таким»? Ну... Трудно выразиться правильно, ведь в США в 80-х это не уважают. И сам Эдди это знал. И, конечно, такое отношение к людям, отличающимся от других почти ничем, просто ужасное. И как однажды выразился сам Билли: «Чтоб они нахуй все сдохли, гомоёбы, им ли не плевать на то, куда я сую свой прекрасный и эстетичный пенис?». Эдди долго смеялся с этого и сквозь слёзы и непрекращающуюся истерику пытался поправить Харгроува с ”гомоёбов” на ”гомофобов”. Ого, а как так случилось-то, что Эдди Мансон и Билли Харгроув стали столь близки, чтобы обсуждать подобные темы, при этом не боясь осуждения от собеседника? Говорят, «своих видно издалека», но Эдди никогда не сможет упомянуть эту фразу, подразумевая Билли. Серьёзно, хоть кто-то задумался бы, что Билли, новый король школы Хоукинс и исследователь тел чьих-то мам, окажется не таким уж чёрно-белым? Мансон бы не догадался, хотя он довольно чувственный и внимательный парень. Он бы и не узнал, если бы однажды Билли сам не зажал Эдди за углом школы и молча отдал небольшой букет полевых ромашек. Кучерявый, если мягко выразиться, ахуел от такого презента. Или больше от человека, который вручил ему этот подарок. Но Эдди не выкинул ромашки. Он привёз их домой, нашёл какой-то высокий стакан, налил туда воды и поставил букет у окна, еле расчистев место для него. Ему было приятно. Эти немые знаки внимания продолжались две недели–Эдди считал. Билли дарил далеко не только цветы: однажды поймает на заднем дворе школы–вручит коробку конфет, потом найдёт в лесу у стола со скамьями–положит кожаный серый браслетик с гитаркой в середине (Эдди всё ещё его носит) или схватит за плечо у входа в трейлерный парк–подарит снова цветы. Он дарил букеты именно тогда, когда предыдущие начинали засыхать–и как только Харгроув понимал это, ведь Эдди не выбрасывал их сразу? Он ждал, пока всё опадёт до последнего лепесточка. И сначала Эдди сильно пугался–непонятно, что именно может произойти после. Потом привык к неожиданным встречам, хотя всё ещё вздрагивал. Ещё чуть позже Эдди и сам хотел подарить что-то в ответ, но Билли ни разу не попался ему на глаза. И естественно, у Эдди мелькала мысль, что однажды Харгроув подойдёт к нему, но уже с пустыми руками, и либо придушит, либо начнёт домогаться. А что ещё ожидаешь от человека, который молча находит тебя в самых неожиданных местах, дарит что-то и также, не сказав ни слова, уходит? Потом они наконец поговорили-оба нервничали. Их отношения, до этого вообще никакие, стали довольно близкими. И Билли, что всё ещё удивляет Эдди, никогда не подходил к нему с типичной для Харгроува фразой «Трахаться когда?». Узнав его поближе, Мансон понял, как этот человек нежен, чувствителен и тактилен на самом деле. Он никогда не отталкивает Эдди, когда тот обнимает его–всегда старается ответить, даже если занят. Он не требует этих обтираний языками, ему достаточно лёгкого касания губами, чаще в щёку или волосы (не лобковые, лол). При этом Билли не забывает, что перед ним не очередная дама за 40, а молодой парень примерно того же возраста–они равны, и их отношения не строятся на поцелуях и любовных разговорах. Они ведут себя, как близкие друзья, даже в школе. Но люди не спешат задавать вопросы, в первую очередь–из-за Харгроува и его тёмного взгляда на всех. Эдди сначала боялся светиться в обществе, его страхи были разнообразны: от «Нас обоих могут убить прямо здесь» до «Моя репутация уже на дне, а твоя может легко опуститься очень низко, к дерьму». Но Билли лишь посмотрел на Эдди и схватил его за руку, сжимая и не позволяя вырвать. Мансон, который всегда идёт против правил и убеждений, готов был чуть ли не расплакаться, только бы Харгроув разъединил их ладони. Он боялся не за себя, а за Билли. Ведь он не столь давно приехал, ему важна репутация, да и тем более, репутация в баскетбольной команде. Тогда Билли чуть не сломал руку своему другу и отпустил его лишь тогда, когда услышал тихий хруст. С тех пор он так не издевается. В настоящее время они уже привыкли к компании друг друга и научились обходить те границы, которые были установлены обществом. Светится только их дружба, а более личное остаётся только между ними. И Эдди рад этим условиям. Ему будут приятны любые условия. –Блять, может я просто выколю им всем глаза, чтобы не париться?–А Билли, очевидно, всё ещё не доволен ограничениями, которые ставили не они, а им. –Эй, спокойнее, мы и так много себе позволяем, некоторые вообще нигде не могут видиться. –Мне срать на остальных, я не хочу скрывать наши отношения. Я... Я люблю тебя, и хочу, чтобы это знали!–Билли всё ещё трудно даются слова «люблю», но он старается не забывать говорить их, что показывает, насколько он действительно ценит Эдди. –Рано или поздно, я уверен, люди одумаются. А пока я тебе предлагаю выпить ещё по баночке пива и пойти прогуляться. Уже стемнело.–Эдди смирился с этим блядским отношением к неправильным, уже давно. Судя по всему, это единственное, что он не выставляет напоказ. Билли ещё что-то себе проворчал под нос, повернулся к Эдди, поцеловал его в щёку и встал с кровати, чтобы осуществить сегодняшние не масштабные, но приятные планы. –Эй, Билли!–Мансон окликнул уходящего. Харгроув остановился и повернулся к Эдди в ожидании.–Я, ам... Люблю тебя. Тоже. Тоже люблю. Эдди был не меньше напряжён говорить эту фразу. После её озвучивания он покраснел и опустил голову. Может ему вообще не стоило этого говорить? Но, услышав смешок Билли, Эдди немного расслабился. Он немного поднял взгляд, чтобы увидеть реакцию парня. Билли улыбался искренне. Эдди замечает эту светящуюся улыбку очень редко. И Билли тоже покраснел, но он не скрывал этого. –Может похуй на пиво?–Харгроув, закрыв дверь, прыгнул обратно на кровать, цепляясь руками за Эдди. –А-ха, Билли, тише-тише!–Мансон явно не был готов к такому приливу любви, но не оттолкнул. Он никогда не оттолкнёт настоящего Билли.