Палёная шкура

      Раздался сухой треск, и из-под кочерги выскочила небольшая головня. Запахло жжёной шерстью. Санса покосилась на расстеленную на полу медвежью шкуру, где сквозь толщу чёрного меха светилась теперь тускло-красная точка.       ── Стало быть, мёртвым ты его не видела?       ── Нет. ── Арья отставила кочергу и раздавила тлеющий уголёк кованой подошвой. Запах горелого усилился. ── Я не стала возвращаться, чтобы проверить.       Она снова уселась в кресло и с наслаждением вытянула к огню длинные ноги в узких ботфортах.       Из череды преследовавших Сансу кошмарных воспоминаний наиболее частым было это: её платье задрано выше пояса, сверху наваливается чужое тяжёлое тело, лицо обдаёт вонючим, кислым дыханием, острое колено раздвигает её бёдра, а липкие руки жадно щиплют нежную плоть… А потом вдруг насильник хрипит и как будто воспаряет над ней и исчезает, и вот уже она сама взмывает ввысь и оказывается повисшей на чьём-то широком плече, и её мокрая от слёз щека трётся о кольчугу…       Она искала с ним встречи, чтобы поблагодарить. «Вы такой храбрый!» ── «Псу не нужна храбрость, чтобы гонять крыс».       ── Он умолял, чтоб я его добила, ── фыркнула Арья. ── Пытался разозлить. Рассказывал, как насиловал тебя. Думал, я поверю.       ── Отчего же нет?       ── Мы скитались больше года, случалось и спать под одним плащом. Его не интересовали маленькие девочки.       «Потому что ты всегда была дурнушкой», ── подумала Санса. Губы будто снова ощутили пьяный поцелуй Сандора Клигана. В ту ночь он явился к ней в опочивальню, чтобы забрать с собой из осаждённой столицы. Она не пошла, себе на горе.       ── Я хотела его спасти, ── мрачно продолжила Арья. ── Предлагала залить рану кипящим вином. Он не дался, предпочёл сдохнуть. Чёртов болван!       ── Он боялся огня. Вообще всего, что горит или кипит. Однажды он взял поиграть игрушку брата и поплатился за это: Григор сунул его лицом в очаг.       ── Он сам тебе это рассказал? ── недоверчиво спросила Арья.       ── Да. ── Санса не стала уточнять, что после этого ей пообещали перерезать горло, в случае если она кому-нибудь проболтается.       Сёстры надолго замолчали. Арья недоумевала, почему она сама не догадалась о чём-то подобном, ведь одного вида безобразного шрама на лице её – кого? похитителя? товарища по оружию? – было достаточно. Санса думала о безымянной могиле, где лежат останки единственного мужчины, по-настоящему любившего прекрасную Сансу Старк – законную леди Винтерфелла, Королеву Севера.