Ядовитый деликатес

Океан сегодня был чернильно-синим, а воздух — тяжёлым от соли и запаха грядущей бури. Капитан Гашарпун стоял на носу своего судна, и каждый его шаг по палубе отдавался сухим стуком. Его правая нога-колышек глубоко впивалась в старое дерево, оставляя отметины, которые он называл «шрамами своего корабля». Гашарпун поправил пиратскую шляпу, из-под которой выбивались жесткие светлые волосы. Его единственный здоровый глаз лихорадочно блестел, высматривая в волнах характерный блеск чешуи. Левый же глаз, разбитый и неподвижный, казался бельмом на его желтоватом, обветренном лице. Бледные оболочки, окутывающие его тело, словно призрачные ленты, лениво шевелились на ветру. — Желудок сводит, — прохрипел он, сжимая борт левой рукой, где вместо пальцев белел острый мощный коготь. — Эти выжившие, которых мы подобрали вчера… Жалкие создания. Трясутся от каждого шороха, плачут о потерянном доме. Слабаки! В них нет жизни, только пресная трусость. Мне нужно что-то... поострее. Гашарпун жил охотой на русалок. Он обожал их вкус, но ещё больше — их тщетную попытку сопротивляться. Для него сила была единственной валютой, а всё слабое заслуживало лишь того, чтобы быть съеденным. Вдруг по левому борту вспыхнуло ядовито-зелёное свечение. Оно не было похоже на мягкий свет биолюминесцентных рыб. Это был резкий, радиоактивный оттенок, прорезавший тьму глубин. — Вот ты и попалась, красавица, — оскалился Гашарпун. Он лично бросил сеть, утяжеленную свинцовыми грузилами, и с рычанием начал тянуть. Его мышцы под костюмом напряглись, а коготь впился в канат, раздирая волокна. Добыча была тяжелой, непривычно тяжелой. Когда сеть наконец упала на палубу, Гашарпун занес нож, ожидая увидеть испуганную морскую деву. Но на досках лежало нечто иное. Существо медленно поднялось на локтях, и Гашарпун непроизвольно сделал шаг назад. Перед ним был не кто-то слабый. Перед ним был Икс. Его голова, шея и длинные руки были абсолютно, пугающе чёрными, словно вырезанными из самой бездны. По бокам головы вместо ушей красовались изящные плавники — бесполезные, но странно красивые в своей декоративности. Длинные белые волосы рассыпались по палубе, контрастируя с чернотой кожи. Но самым поразительным был торс и хвост. Они были ядовито-зелёными, полупрозрачными, словно состояли из густого, колышущегося желе. Сквозь эту изумрудную массу Гашарпун отчетливо видел чёрный скелет — идеальные, хищные кости, которые не должны были принадлежать живому существу. — Ты… — Капитан наклонился вперед, щуря здоровый глаз. — Ты не русалка. Ты выглядишь как ошибка природы, которую забыли закопать. Гашарпун рассмеялся, хотя внутри него впервые за долгое время шевельнулось странное чувство, похожее на азарт пополам с тревогой. Он ткнул колышком в сторону зелёного хвоста Икса. — Ты тоже из этих «выживших»? Пришел сюда, чтобы я посмотрел, как ты будешь дрожать? — Капитан сплюнул на палубу. — Ты выглядишь слишком странно, чтобы быть вкусным. Но, возможно, твой страх на вкус будет лучше, чем твоё желе. Икс медленно поднял голову. Его пустые глаза уставились прямо на Гашарпуна. Он не дрожал. Он не умолял. Он просто смотрел, и в этом молчании было больше вызова, чем во всех криках тех, кого капитан съел до этого дня. — Ну, чего молчишь, прозрачный? — Гашарпун обнажил зубы в хищной ухмылке. — Давай проверим, насколько прочны твои чёрные кости.