Смерть и Порок
10 марта 2026 г., 01:39
Всем всегда интересно, что ждёт человека после смерти. На самом деле всё очень скучно. Мрачные жнецы придут, заберут душу и сложат на склад, как будто лента с жизнью — это какая-то старая вещь без воспоминаний и цены.
Сами жнецы – серые мыши, которые должны выполнять свою работу. Юркие, невидимые обычным смертным, которые должны танцевать под сенью бога, исполняя волю посредников между миром людей и потустороннего. Бывшие люди, те кто отдался богу и смерти по собственной воле.
Одним из таких был Грелль Сатклифф, который убил себя из-за невзаимной любви. Зарезал себя, истёк кровью и пополнил ряды жнецов.
***
В поместье было как всегда тихо по ночам. Сиэль этого требовал, чтобы нормально спать, ведь у мальчишки чуткий сон из-за кошмаров, которые то уходят, то возвращаются. Казалось, юный граф может услышать жужжание комара в винном погребе, находясь в противоположной части поместья. Себастьян это знал. Его долг по ночам обеспечивать безопасность и тишину. В перерывах можно почитать книги или полюбоваться розами в саду. Этим он и занимался. Любовался закрытыми бутонами роз. Хрупкой крепостью, которая защищает бутоны от ночной влаги. Вокруг было так тихо, казалось, что даже сверчки не смеют нарушить тишину в присутствии волка под маской святости. Но тишину всё-таки прервали. Раздался пронзительный рёв бензопилы, и Себастьян тут же увернулся от удара разъярённого Грелля Сатклиффа. Жнец развернулся на каблуках и повернулся к обворожительному демону, который тут же лучезарно заулыбался гостю. Это казалось только сильнее рассердило Грелля. ― Как ты мог наступить мне на лицо?! – закричал он. Всего пару недель назад было раскрыто дело Джека – потрошителя. Совсем недавно произошёл их поединок. ― Каким бы красавчиком ты ни был, ты не имеешь право уродовать меня! – Грелль снова кинулся с пилой на дворецкого и спустя пару ударов, демон с лёгкостью выбил бензопилу из рук яркого жнеца. Себастьян обхватил Грелля за талию, прижал к себе и прежде, чем тот успел что-то закричать заключил его в поцелуе. Поначалу Грелль мычал и сопротивлялся, но совсем недолго. Его тело обмякло, он прижался к возлюбленному и ответил на поцелуй. Так же страстно и жадно. Они перестали только тогда, когда оба немного насытились. ― Ты уж прости меня за эту выходку. Нужно было показать, что мы с тобой враги, - тихо похихикал Себастьян, проводя рукой по щеке любовника. ― Можно было поступить иначе… - надул губки Грелль. Как ребёнок, обиженно отвернулся и насупился. Но стоило получить новый поцелуй в висок, тот снова растаял. Этот демон очарователен до безобразия, и он слишком хорошо об этом осведомлён. ― За тобой никто не следил? – Себастьян заговорчески осмотрелся по сторонам и начал прислушиваться. Их отношения было большой тайной, которую никто не должен был знать. ― Нет. Хотя было трудно отцепиться от Уильяма. Кажется, он даже червей подговорил следить за мной. ― А зачем ты клеишься к этому Уильяму? М? – Себастьян прижал Грелля к себе сильнее, заставляя посмотреть в глаза, - Меня тебе уже не хватает? ― Уильям… милый. Но до тебя ему далеко. Это просто прикрытие, не беспокойся. Если я буду открыто липнуть только к тебе, меня могут наказать. ― А если меня это не устраивает? – томно прошептал Себастьян. ― Переживёшь, дорогой. И не такое переживал, - коварно улыбнулся Грелль, обхватывая шею демона. ― Ты только мой… И снова поцелуй. Снова тишина, которую никто не нарушал. Чудом никто не проснулся. Возможно это вмешательство демона, который позаботился о том, чтобы даже мыши в погребе не шелохнулись. Кто знает наверняка? Они встретились задолго до того, как заняли свои места в большом театре дураков. Жнец, плюющий на все правила и законы своего народа и демон, которому плевать вообще на всё. Это случилось почти сто лет назад… Как не удивительно это было кладбище. Церковное переполненное кладбище, с заброшенным склепом. Такое же тихое, но намного более одинокое. Люди обходили стороной то место из-за бредовых легенд. Мол там ходит демон, который пожирает души неосторожных гостей, что осмелились посетить склеп. Стены поросли диким виноградом и мхом, полы все в трещинах. В склепе бегали крысы, пожирая то, что осталось от тел. Людей, которых здесь похоронили, ждало лишь осквернение и зловонье, а не покой. Но даже такая смерть была очаровательной по мнению Грелля. Он приходил сюда, заходил в склеп игнорируя запах, крыс и кости. Проходил сквозь него и выходил через него к семейному захоронению. Садился прямо на гроб и любовался. Будь на небе луна, облака или тучи, это его завораживало. На колоннах и могильных камнях была густая растительность. Здесь не было крыс – здесь больше нечего было есть. Это место в прямом смысле мертво. Смерть дышала этим укромным уголком, она была им проклята. Проклята приходить сюда снова и снова. ― Я не первый раз тебя здесь вижу… - послышался голос, который посмел содрогнуть тишину. Внутри всё подпрыгнуло, но снаружи Грелль остался спокоен. Не из-за того, что не испугался или знал кто здесь. Просто он привык себя так вести. Грелль начал оборачиваться, вглядываясь в темноту между колоннами. Никого. Только тени, только виноград, только камни. Он уже решил, что ему показалось, но… ― Что тебя сюда приводит? – голос раздаётся снова и Грелль узнаёт, кто его произносит. Тот самый пожиратель душ из страшилок. И… ему плевать. Грелль рассмеялся, нарушив тишину уже со своей стороны. Собеседник был невидим, но его удивление застыло в воздухе. ― Почему ты смеёшься? ― Демон, который пожирает души обитает в таком месте, - похихикал он – Чем не шутка? ― А если мне нравится это место? ― О, я тебя понимаю, - пожимает плечами Грелль. ― Правда? ― Да. Оно прекрасно, - жнец обернулся к луне и к виду, который открывался из склепа, - Посмотри на это. Здесь всё мертво. ― Тебя чарует это место только тем, что оно мертво? ― Нет, - покачал головой Грелль, - Оно чарует меня тем, что у всего есть конец. Даже у меня. И у тебя тоже, демон. Я хочу умереть в подобном месте и мечтаю об этом. ― Ты ведь уже умирал… ― Та смерть была отчаянной и наполнена слезами. Я хочу умереть по-другому. По-своему. Демон замолк, потому что не знал, что на это ответить. Не знал, потому что… чувствовал то же самое. У всего есть конец. Их диалог закончился, и загадочный жнец продолжил сидеть и любоваться. Без всякой опаски. А потом, когда луна села, он просто ушёл, оставив после себя лишь размышления. У демона не было имени, а лицо и душа были уродливы. Создание тьмы и порока, он был всеми отвергнут. Демоны так и живут, они не принимают ни друг друга, ни людей, ни кого-либо вообще. Это им и не нужно, потому что они лишены эмоций. Или они думали, что лишены. Каждую ночь, демон наблюдал, как жнец возвращался. Он был спокоен, хотя явно знал о присутствии хищника за спиной. Ответ на это был просто. Жнец сам был хищником. На его руках была кровь тех, кому он подарил самое желанное, что есть в новой жизни. Жестокую кончину, окрашенную красным цветом, как его волосы. Сначала это было просто интересом. А потом… потом демон начал ждать. Они даже не разговаривали. Просто любовались видом. Демон не показывался, а жнец не требовал ничего от него. Демону не нужен сон, вся жизнь – ожидание. И оно по непонятной причине становилось всё тягостней. В один из вечеров, когда солнце начало близиться к горизонту, демон решил, что заговорит с ним снова. Но у судьбы были свои планы. Луна всё поднималась, а загадочный жнец не появлялся. Так прошла ночь, затем прошла следующая и следующая. Но алый жнец как будто испарился. Место, которое было родным, перестало быть таковым, а в груди ныло. Только вот по идее там ничего нет… В первую ночь он ждал. Во вторую - злился. В сотую - ещё надеялся. А через тридцать лет просто перестал приходить. Не потому, что забыл. Потому что понял: если алый жнец хотел вернуться, он бы вернулся. Демон стал сильнее и ему не нужно было прятаться на кладбище, чтобы красть души случайных людишек. Он стал заключать сделки с заносчивыми индюками, которые требовали от него всё самое предсказуемое. Власть, деньги, любовь, красоту. И демон давал. Имя демон получил, но только оно ему не нравилось. Многоликий, потому что тот мог менять внешность и прятать свою сущность под маской. Демону пришлось принять это имя, потому что иначе на зов откликнулся кто-то другой и Многоликому не досталось бы души. Голод давал о себе знать каждую минуту. Пустое чрево, пустая грудь. Пустая ли? Тогда почему так тоскливо? И тут он увидел до боли знакомую красную макушку. Он шёл в компании какого-то другого очкарика. И тот был серым, как и все жнецы. А он… он всё ещё был ярким и светился наглостью. Сначала Многоликого окатила радость. Он видит его, жнец в порядке и всё ещё жив. А потом пришла ярость. Он всё ещё жив и просто перестал показываться, не предупредив. Эта ярость была такой глупой и нелепой, что аж тошно. Они даже словом не обмолвились, а демону эта связь была дороже жизни. Дороже смерти, которой они оба очарованы. А потом пришла обида. Алый жнец наверняка его даже не помнит. Так какой смысл с ним говорить сейчас? Но как это обычно бывает, судьба снова сказала своё неумолимое слово. Многоликий поглотил душу очередного человека. Он стоял над телом очередного алчного идиота, которого сгубили собственные желания. Взгляд потух, теперь это просто оболочка, которой только один путь – в землю. Тишины не было. Снаружи дома барабанил дождь, а в небе сверкали молнии, развеивая непроглядную темноту ночи. И в этой какофонии из звуков раздались шлёпающие шаги и учащённое дыхание. Они приближались к двери, а затем она распахнулась. Это был алый жнец. Демон обернулся лишь на мгновение — и тут же отвернулся, пряча лицо. Глупо. Жнец всё равно никогда его не видел. Но вдруг узнает? А вдруг нет? Страх перед обоими ответами скрутил внутренности. Гость отдышался и просто закрыл дверь. Демон понимал, что тот его заметил, но он опять ничего не говорит. Может это от того, что для жнеца он просто пустое место? Какая ирония. Он считал, что у них есть какая-то связь, но видимо жнец ни во что не ставил их встречи. ― Ты демон, да? Ты на меня нападёшь? Он не узнал его? Ну да. Это логично. Они же не виделись. ― Молчание знак согласия. Я надеюсь на это, во всяком случае, - жнец громко откашлялся. Демон осторожно обернулся и осмотрел его. Как же прекрасен. Волосы немного отросли. Он их отжимал и на пол стекала вода. Не только с волос, но и с одежды, целыми струйками. Снова сдавило в груди. Снова обида, злость и тоска. Снова непонятно почему так. Жнец нагло прошёл в глубь дома и уселся в кресло, закинул ногу на ногу. Он откинулся на спинку и потянулся. ― Какой же сегодня отвратительный день… - жнец посмотрел на демона, тот не двигался, - Эй, ты же ничего дурного не замышляешь? Снаружи дождь, я не хочу сейчас сражаться. ― Дождь это всё, что тебя волнует? – вздохнул демон и наконец выпрямил спину. Пора бы смириться со всем или хотя бы сделать вид. Его явно не узнали, этим можно воспользоваться и прервать эту глупую связь раз и навсегда, - Я же могу просто убить тебя? ― Это будет не просто, но можешь, - жнец убрал алую прядь, которая попала ему в рот и прилипла к лицу, - У тебя какой-то знакомый голос. Мы раньше не встречались? ― Нет, - демон произнёс это уверенно, буднично и убедительно, но жнец всё равно посмотрел на демона и прищурился. Мгновение, его глаза расширились. Он смотрел на демона так, будто увидел призрака. Будто узнал. Он явно занервничал. ― Эм… Да, ты прав. Мы определённо не встречались, - суетливо протараторил жнец. Он поднялся с кресла и начал медленно отступать, - Знаешь. Кажется, дождь утихает… Думаю мне пора… Многоликий чувствовал это жжение не раз. Это не пламя, нет. Это что-то намного более горячее и взрывное. Жнец закричал и попытался удрать, когда его схватили и прижали к стене. ― Стой, подожди! – закричал он, - Я могу всё объяснить! ― Ты бросил меня! ― У меня не было выбора! ― Ты мог показаться хотя бы один раз! ― Они узнали о тебе! Повисло молчание. Снаружи продолжал шуметь дождь и прозвучала очередная вспышка грома, которая едва собой не перебила слова Алого жнеца. Демон держал его за плечи, вдавливая в стену, а жнец зажмурился. Молчание затянулось и тот опустил голову вниз. ― Они узнали… - продолжил он, - Департамент сказал, что я должен убить тебя. Я отказался и меня наказали, заперли почти на двадцать лет. А потом следили за каждым шагом ещё пять. Я не мог вернуться. А потом просто не нашёл тебя. ― Я уже покинул наше кладбище к тому моменту, - немного погодя сказал Многоликий. Он отпустил плечи жнеца и выдохнул. Это похоже на правду. Жнецы должны вести себя соответственно с демонами. Такое строгое наказание в порядке вещей. Демон даже не подумал об этом. ― Прости. ― Ничего, - покачал головой жнец, - Я рад, что ты в порядке, - он заглянул в лицо демону, положил руку ему на щёку, - И я рад наконец увидеть тебя. ― Моё лицо ужасно. ― Мне оно нравится, - улыбнулся жнец. Их взгляды встретились. Кровавые глаза с вертикальным зрачком и зелёные с золотым обручем. Два существа, которые до ужаса очарованы смертью и друг другом. Всего несколько мгновений и белый шум, который издавал дождь, нарушился снова. Только уже сладким поцелуем, прерывистым дыханием. Шуршанием ткани, которая нетерпеливо снималась с тел.***
С тех пор прошло ещё много лет. Их встречи были такими же тайными. Демон сменил множество лиц, пока не стал Себастьяном. Какого же было его удивление, когда он увидел своего возлюбленного в роли дворецкого мадам Ред. Пришлось приложить усилие, чтобы не рассмеяться прямо там, но он сохранил лицо и они сделали вид, что друг друга не знали. Затем произошла «первая» встреча и первый поединок. Они должны были ранить друг друга. Оба это понимали. Что Себастьяна особенно злило, так это чувства Грелля к Анжелине Даллес, тёте Сиэля. Это были не романтические чувства, но демон в роли дворецкого просёк, почему же Грелль убил свою «госпожу». Мадам Ред в любом случае ждало бы разоблачение после убийства проституток и её имя было бы запятнано. Жнец не мог этого допустить. В ту ночь, когда они встретились после долгой разлуки, Себастьян выместил всю ревность, которая накопилась. Возможно, он был слишком груб, потому что после его «поцелуев» остались синяки и укусы, но такова страсть демона. И Греллю это определённо нравилось, если судить по довольному лицу. Он едва не умер, но улыбался, как чеширский кот. ― Похоже, не у одного меня есть претензии... - похихикал Грелль, поглаживая наманикюренным пальцем обнажённую грудь любовника. ― Мне повторить? – Себастьян перехватил руку Грелля и коснулся губами кончиков пальцев. Затем заглянул в глаза: - Ты только мой. ― Какой же ты собственник… ― Наш танец будет длиться вечно. ― Я знаю. Не важно сколько масок каждый из них сменит. Не важно, как они будут танцевать. Они встретят свой конец вместе под покровом ночи и пускай весь мир сгорит дотла.
