Я не всегда смогу тебя спасти

      Только голова коснулась подушки как все тело расслабилось и стало тяжелым. Мысли в голове затихли, а боль ушла. Словно какой-то огромный груз упал с такого хрупкого тела, все заботы переживания испарились. От такого резкого расслабления Иллуги мгновенно погрузился в сон. Впервые за долгое время сон был хороший, он не сражался с монстрами, не спасал товарищей и не тренировался до потери сознания, только бы стать еще лучше и еще сильнее. Светило солнце, согревая белую, израненную кожу юноши. Теплый ветерок слегка трепетал серебристые волосы, с кроваво-красными кончиками. А рядом был ОН. Человек на которого все свою осознанную жизнь равнялся Иллуги. Всегда холодный, собранный, строгий и загадочный. Но здесь, во сне, лицо его было расслабленно. Загадочность улетучилась и он казался таким родным и в то же время таким нереальным. Иллуги смотрел на него, боясь моргнуть, будто он исчезнет. Он разглядывал Кирилла без стеснения, не пряча взгляд от любого шороха. Чувства, которые Иллуги боялся и прятал, даже от самого себя вышли наружу и не собирались никуда уходить. Так прошел час или два, трудно было определить, хотел растянуть этот момент до бесконечности. Просто быть рядом с ним это все о чем мечтал Иллуги, о чем то большем он и не смел мечтать, даже в таком хорошем сне. Вдруг Кирилл положил руку на голову и провел по волосам. Иллуги не отпрянул, не вздрогнул, принимая такие желанные касания, пока его разум тонул в желтых, солнечных и теплых глазах. Сердце трепетало, бабочки воспарили в животе. Он никогда еще не видел Флинса таким расслабленным и теплым. Лицо Кирилла медленно приблизилось к лицу Иллуги так близко, что юноша чувствовал дыхание на своем лице. Вдруг его губы коснулись лба.             - Мой котеночек, - прошептал мужчина, и сон рассеялся.

***

      Вода привычно хлюпала в ботинках, холодный, пронизывающий ветер так и наровил нырнуть под одежду, но высокий ворот стойко выдерживал все попытки. По мере того как Кирилл приближался к маяку, ветер стихал, а на самом острове и вовсе стих. Умиротворение и спокойствее правили на этом маленьком островке, казалось что само время тут замирает. Тяжелую, почти осязаемую тишину, в которой покоились мертвые, разорвали быстрые шаги ратника. Не прошло и мгновения, как Флинс оказался в своей хижине. Рывком открыл шкаф и замер.       - Что же подойдёт Иллуги? - Начал раздумывать он. - Вся одежда большая и тяжелая, надо что-то что подойдёт.              На глаза попалась старая кофта. Пушистая и некогда очень дорогая Кириллу. Не раздумывая, чтобы воспоминания не навалились, он схватил ее и такие же старые штаны.       - Должно подойти.

***

      - Кирилл? Не ожидал тебя здесь увидеть. Что-то случилось? - Нервно вздохнул командир.       - Да. Случилось. - Сквозь зубы прошипел Кирилл. - Один ратник ослушался приказа. Рисковал своей жизнью и чуть не сорвал операцию. Я требую отстранить его от службы.       - Это Иллуги? - устало спросил Никита.       - Да - с выдохом ответил Кирилл. - Я все еще считаю, что вы слишком рано назначили его такой ответственный пост.       - Я это прекрасно понимаю, но людей очень мало, а такие талантливые парни появляются редко.       - Но он еще не готов.       - Полагаю у тебя есть какой-то план как подготовить Иллуги морально? - в голосе послышалась надежда.       Кирилл коротко кивнул. Никита молча подписал бумагу и отдал ее подчинённому.

***

      Кирилл добрался до острова детей Морозной Луны только к вечеру. В воздухе висел аромат запеченных трав и свежего ржаного хлеба. Обычно Кирилл не обращал внимание на такие запахи - альвам не обязательно есть. Но сегодня запах еды заставил его остановиться. Людям ведь надо есть. Иллуги надо есть. Бедный мальчик не ел уже два дня. Флинс направился к источнику запаха. Лаума, увидев приближающегося мужчину, пошла ему навстречу.       - Как он?             - Весь день спит. Думаю он идет на поправку.       - Спасибо большое тебе за помощь, Лаума. Прости если мы злоупотрбляем гостеприимством, но я бы хотел, чтобы он побыл эту ночь здесь, а завтра...       - Кирилл, - перебила пламенную речь девушка, - все в порядке, мы всегда рады помочь.       - Могу ли я еще попросить еды для Иллуги? - Понизив голос, как можно вежливее спросил Флинс.       - Конечно, бери не стесняйся.       Альв сделал небольшой поклон принимая еду и направился к своему подопечному. Открываясь, дверь неприятно заскрипела медленно рассеевая сон Иллуги. Он совсем не хотел прощаться с реальносью, которую подарило ему воображение. Он все еще чувствовал на себе губы Кирилла, казалось что это действительно происходило на яву. Приближающиеся тяжелые шаги окончательно разбудили юношу. В нос ударил запах еды и желудок Иллуги болезненно сжался. Он поднялся на локтях и неловко перевернулся на спину. Шрам тут же напомнил о себе - боль пронзила спину миллионом иголок. Иллуги тихо зашипел сквозь зубы, стараясь скрыть боль и выглядеть здоровым. Смотреть на это было невыносимо. Этот мальчишка снова колечит себя, снова пытается геройствовать. Не раздумывая ни секунды, мужчина поднял его одной рукой и усадил себе на колени. Сердце Иллуги на мгновенье замерло, а в следующий миг забарабанило, будто вот-вот выпрыгнет из груди. Странное чувство дежавю захватило разум… и вместе с ним появилась робкая надежда, что это было не только во сне.       - Как себя чувствуешь? - Кирилл старался говорить привычным холодным тоном, но переживание вырывалось, как непослушное дитя, из-за чего голос звучал неестественно.       Два желтых глаза вцепились в юношу, тщательно изучая каждое его движение, вздох и взгляд, который Иллуги уже не мог оторвать от Кирилла. Металлические вставки на одежде кусали холодом почти голого мальчика, от чего по телу побежали мурашки. Оказавшись в полной власти мужчины, он почувствовал себе таким ничтожно маленький, что просто не мог соврать.       - Мне все еще больно. - Прошептал Иллуги.       Кирилл тяжело вздохнул и вручил тарелку с едой мальчику. Тот набросился на нее с жадностью, теряя времени на пережевывание. Большие куски с трудом проходили по горлу доставляя дискомфорт. Когда тарелка опустела, Иллуги хотел слезть с колен Кирилла, но мужчина его удержал.       - Тебе лучше пока поменьше ходить.       - Почему? У меня всего лишь царапина.       - Не просто царапина, - еле сдерживая эмоции ответил Флинс, - рана глубокая, был задет нерв, пошло заражение. Лаума потратила все сили, чтобы вылечить тебя. - Перечисляя последствия необдуманного решения, Кирилл все сильнее сжимал пальцы впиваясь в кожу Иллуги. - Удалось убрать заражение, но рана будет долго заживать.       - А как же служба? Меня ждут дела.       - Тебя отстранили. - Холодно ответил Флинс.       - Что?!       Иллуги вырвался из рук мужчины и вскочил на ноги, но стоило Иллуги сделать шаг, как спину резко прострелило, будто кто-то дёрнул невидимую струну под кожей. Мальчик тут же упал и скорчился, не в силах вынести этого. Ком застрял в горле не давая ему сказать больше ни слова. Я теперь обуза, говорил внутренний голос, Кирилл теперь нянчится со мной как с ребенком, отвлекаясь от важных дел. Эмоции заполнили Иллуги до краев и не выдержав наплыва он всхлипнул. Из глаз полились слезы. Кирилл снова поднял на руки подопечного и гладя волосы прошептал:       - Все наладиться. Надо немного потерпеть. - Голос был непривычно мягкий, что ком в горле получилось взглотнуть, но слезы всё ещё стекали по щекам.       Флинс продолжал гладить волосы Иллуги, позволяя ему успокоиться. Вскоре слезы перестали течь, а всхлипы совсем затихли. На их месте осталась лишь тяжелая пустота. Мальчик обмяк в руках Кирилла, словно тряпичная кукла. Почувствовав такое изменение, мужчина лишь сильнее прижал его к себе, недавая упасть.       - Послушай, - прервал молчание Флинс, - когда рана заживет, и ты восстановишься, ты снова сможешь нести службу в рядах светоносцев.       Иллуги пропустил эти слова мимо ушей. Он всегда хотел быть таким же сильным, выносливым как Кирилл. Хотел сражаться с ним плечом к плечу как равный. А сейчас он в одних трусах на руках у Флинса, еле может шевелиться, не говоря уже о том, чтобы ходить.       - Сейчас главное восстановиться. Тебе надо помыться, я отнесу тебя на пляж и помогу помыться. Оденешь чистую одежду, твоя к сожалению пропиталась кровью и я ее выкинул. А завтра отправимся на маяк. - Поглаживая волосы, рассказывал мужчина       Такая забота разливала в груди странное, тихое тепло. В реальность происходящего трудно было поверить. Все было как в том сне, где существовал только он и Кирилл, а все остальное ушло на второй план.       - Почему? Почему ты заботишься обо мне? - Еле слышно спросил Иллуги.       Потому что я люблю тебя, люблю тебя больше всех на свете, кричали мысли Флинса, которые он никак не решался озвучить. И лишь сказал:       - Потому что мы, ратники, семья друг для друга.       До пляжа они добрались в тишине, погруженные в свои мысли. С моря тянуло прохладным ветерком. Волны лениво наваливались и отползали, перебирая песок, и отражение луны тихо дрожало на их тёмной поверхности. Кирилл стянул с себя плащ и усадил Иллуги на него, затем он стянул с себя ботинки, штаны кофту и наконец трусы, оголив вставший член. В лунном свете тело выглядело божественно. Луч скользил по груди и торчащим соскам, вниз по твердому прессу, к члену, а затем по ногам. Иллуги взглотнул внезапно появившиеся слюни. Его съедало нетерпение, хотелось чтобы мужчина снова взял его на руки, чтобы невзначай прижаться бедрами к головке и проскользнуть ниже.       - Ты чего застыл? - Внезапный вопрос спугнул фантазии юноши и тот густо покраснел и отвел взгляд.       Кирилл подошел вплотную, снова взял мальчика на руки и стянул единственную одежду на нем и сразу прижал к себе. Возбужденный орган сразу среагировал на прикосновение к торсу мужчины, с губ слетел тихий стон.       - Иллуги, тебе больно?       Этот вопрос, словно удар под дых, выбил весь воздух из легких. Стало стыдно за свои чувства. Хотя он был уверен, что Кирилл чувствует то же самое.       - Нет, - растерянно ответил Иллуги.       Глаза защипало. От обиды на самого себя. Как можно было быть таким глупым и наивным, Кирилл никогда не полюбит такого как я, я для него не больше чем товарищ, давал неутешительные прогнозы внутренний голос, пока Флинс заходил в море с ним на руках.       Альва переполняла энергия природы, он чувствовал каждое малейшее движение и сознание отключилось, позволяя телу действовать на автопилоте. Но из омута его вывел всхлип Иллуги. Надо было заставить себя сосредоточится и быть внимательным, ведь каждое неосторожное движение может навредить любимому мальчику. Впервые в жизни Кирилл захотел стать обычным человеком, чтобы сосредоточиться на НЁМ, и только на НЁМ. Но сознание предательски отключалось, и движение становились грубыми и механическими. Такое с Кириллом было впервые, он давно привык чувствовать все, но что-то поменялось.       Вернувшись в лазарет Флинс чуть ли не роняя уложил мальчика в кровать, а сам свалился рядом с кроватью не в силах больше ходить.