В сети

Утро было мягким, почти ленивым, будто весь мир решил замедлиться именно для них, оставляя за дверью все тревоги и недосказанности. В зале было тихо, только свет спокойно ложился на пол, а я устроилась рядом с Егором, прижавшись к нему так естественно, словно это уже давно стало привычкой. Саша ушёл к Кате, и в квартире осталась эта редкая, почти роскошная тишина, в которой можно было не спешить, не прятаться за делами, не убегать от собственных чувств. Я лениво провела пальцами по его руке, рисуя какие-то невидимые линии, и чуть улыбнулась, не поднимая взгляда. — Мне начинает нравиться, когда ты остаёшься, — тихо сказала я. Он чуть наклонил голову, глядя на меня с лёгкой усмешкой. — Начинает? Я подняла на него глаза, едва заметно прищурившись. — Не привыкай. Он тихо хмыкнул и, не предупреждая, наклонился ближе, касаясь губами моей щеки, почти невесомо, будто проверяя, оттолкну я или нет. Я не оттолкнула. Наоборот, чуть повернула голову, и его губы задели уголок моих, заставляя меня на секунду задержать дыхание. — Вот это уже больше похоже на тебя, — пробормотала я, едва слышно. — На какого меня? — тихо спросил он. Я чуть улыбнулась, проводя пальцами по его плечу. — Который не делает вид, что ему всё равно. Он ничего не ответил, только притянул меня чуть ближе, и в этом движении было больше, чем в словах. Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга, слишком близко, чтобы притворяться, что это ничего не значит, и я сама первая наклонилась, легко касаясь его губ, будто проверяя, насколько это всё ещё реально. Он сразу ответил, мягко, но уверенно, углубляя поцелуй всего на секунду, а потом отстранился, оставляя между нами это тёплое, тянущееся напряжение. — Ты сегодня подозрительно спокойная, — тихо сказал он. — Это потому что ты рядом, — ответила я почти шёпотом, а потом, чтобы не звучать слишком серьёзно, добавила с лёгкой улыбкой: — Но не обольщайся, это временно. Он усмехнулся, проводя пальцами по моей спине, и на секунду его взгляд стал темнее. — Вчера ты не была настолько смелой,— напомнил он тихо. Я закатила глаза, но в голосе уже звучала улыбка. — Егор… — Что? — невинно уточнил он, хотя по взгляду было ясно, что он прекрасно помнит всё до мелочей. Я слегка толкнула его в плечо, но не отстранилась. — Все, не смущай меня. — Ты очень красивая, когда смущаешься ,— спокойно ответил он, наклоняясь ближе, снова касаясь моих губ, на этот раз медленнее, мягче, будто не спешил никуда. Я на секунду закрыла глаза, позволяя себе просто быть в этом моменте, прежде чем тихо выдохнуть и всё-таки отстраниться. — Нам нужно поговорить, — сказала я уже тише. Он не сразу отпустил, но всё же кивнул, возвращая взгляд к более серьёзному. — Ты про встречу с тем идиотом? Я кивнула, переплетая наши пальцы. — Перестань , ну ! Он ждёт, когда я позову его к себе. Мы должны встретиться и обсудить всё нормально — как действовать, как передать информацию, как выйти на Виктора так, чтобы на этот раз всё было без ошибок. Егор слушал внимательно, его рука всё ещё лежала на моей, и даже когда разговор стал серьёзнее, он не убрал её, будто напоминая, что я не одна. — Ты уверена, что это сработает?И вообще он человек доверительный?— спросил он. Я на секунду задумалась, а потом тихо ответила: — Да, но на счет ситуации я не уверена… но это шанс. И я не собираюсь его упускать. Он посмотрел на меня чуть дольше, чем обычно, а потом провёл пальцами по моей щеке, мягко, почти невесомо. — Тогда я рядом,что бы ты не решила,— сказал он спокойно. Я улыбнулась, уже без шуток, и, наклоняясь ближе, коснулась его губ коротко, но тепло. — Спасибо . И в этот раз в этих словах не было ни сомнений, ни страха. Я чуть отстранилась, всё ещё оставаясь близко, переплетая пальцы с его рукой, и на секунду просто смотрела на него, будто пыталась запомнить это спокойное утро, пока оно ещё не закончилось. Он провёл ладонью по моей спине, медленно, почти задумчиво, а потом тихо сказал: — К стати, у меня вечером съёмка. Я приподняла бровь. — Поздно? Он кивнул. — Да. Затянется, скорее всего. Я чуть наклонила голову, разглядывая его. — Значит, я сегодня тебя почти не увижу? Он усмехнулся краем губ. — Скучать будешь? Я сделала вид, что задумалась, а потом лениво ответила: — Возможно. Но не сильно. — Врёшь, — спокойно сказал он, и в голосе прозвучала тёплая уверенность. Я тихо хмыкнула, но не стала спорить, только провела пальцами по его плечу, а он на секунду накрыл мою руку своей, словно удерживая. И вдруг, без резкого перехода, но совершенно иначе по тону, он добавил: — Переезжай ко мне. Я сначала даже не сразу поняла, что он сказал. На секунду замерла, подняла на него взгляд, и в груди что-то чуть сжалось — не от страха, а от неожиданности. — Чегоо? — тихо переспросила я. Он смотрел спокойно, без улыбки, без шутки. — Ты и Саша, — уточнил он. — Так будет безопаснее. И… я буду спокоен. Я отвела взгляд, на секунду задумавшись, будто прокручивая это в голове, представляя, как это вообще выглядит. Я мягко выдохнула, чуть отстраняясь, но не убирая руки. — Егор… — тихо начала я, — это не просто «поехали ко мне на пару дней». Он молчал, давая мне договорить. Я подняла на него взгляд, уже спокойнее. — Это очень серьёзное решение, — сказала я мягко. — И я… не хочу делать его на эмоциях. Он чуть прищурился, будто изучая мою реакцию. — Ты думаешь, я предлагаю это на эмоциях? Я покачала головой. — Нет. Я думаю, ты предлагаешь это, потому что переживаешь. И… потому что тебе так проще меня контролировать. В его взгляде мелькнула тень усмешки. — Контролировать? Я слегка улыбнулась. — Ну да. Держать поближе. Он ничего не ответил, но пальцы на моей руке чуть сжались. Я мягко провела большим пальцем по его ладони. — Я не говорю «нет», — тихо добавила я. — Я говорю… давай не спешить. Повисла короткая пауза. Он смотрел на меня внимательно, чуть дольше, чем обычно, а потом тихо выдохнул и кивнул. — Ладно. Я улыбнулась, чуть ближе наклоняясь к нему. — Но мысль мне нравится, — добавила я уже мягче, почти шёпотом. Он усмехнулся, притягивая меня ближе. — Я запомню. Я легко коснулась его губ, коротко, тепло, словно ставя точку в этом разговоре, но не закрывая его окончательно. Потому что это было только начало. Я чуть отстранилась от него, всё ещё ощущая его тепло рядом, и, улыбнувшись, провела пальцами по его руке. — Я, кстати, хотела приготовить нам что-нибудь, — сказала я мягко. — А то ты вчера ел так, будто это последний ужин в твоей жизни. Он усмехнулся, не отпуская меня. — Может, я просто был очень голодный. Я прищурилась, глядя на него. — Очень? — Очень, — спокойно подтвердил он, и в его взгляде мелькнуло что-то тёплое и слишком внимательное. Я закатила глаза, но улыбка всё равно осталась. — Ладно, пошли. Проверим, насколько ты ещё голодный. Я потянула его за собой на кухню, но он не спешил отпускать мою руку, будто специально растягивая этот момент. — Я с тобой, — сказал он. — Помогать? — с лёгкой насмешкой уточнила я. — Конечно, — кивнул он. — Я сегодня полезный. Я тихо хмыкнула. — Это мы ещё посмотрим. Я открыла холодильник, доставая продукты, стараясь выглядеть максимально сосредоточенной, но это было почти невозможно, потому что он стоял слишком близко. Я чувствовала его ещё до того, как он снова коснулся меня. Его руки легли на мою талию, медленно притягивая ближе. — Булаткин… — протянула я, уже заранее зная, что никакой «нормальной» готовки не будет. — Мм? — тихо отозвался он у самого уха. Я попыталась сделать вид, что продолжаю нарезать овощи, но его пальцы скользнули чуть выше, и я сбилась, тихо выдохнув. — Ты мне  мешаешь, — пробормотала я, хотя сама уже улыбалась. — Я участвую, — спокойно ответил он. Я повернулась к нему, собираясь что-то сказать, но он тут же наклонился, касаясь моих губ коротко, мягко, будто это было самым естественным. Я на секунду задержалась, а потом всё-таки отстранилась, глядя на него с прищуром. — Нам нужно поесть. Он чуть улыбнулся, проводя большим пальцем по моей щеке. — Я не уверен, что это сейчас самое важное. Я покачала головой, но уже не скрывая улыбку. — Ты невозможный. Он наклонился ближе, почти касаясь лбом моего. — Я просто… — он сделал паузу, глядя прямо в глаза, и тихо добавил: — никак не могу насытиться тобой. На секунду я замерла, а потом тихо рассмеялась, отводя взгляд. — Это нечестно, — пробормотала я. — Почему? — спокойно спросил он. — Потому что после таких фраз я забываю, что вообще хотела делать. — Значит, всё правильно, — усмехнулся он. Я толкнула его в плечо. — Всё, отойди. Я серьёзно. — Хорошо, — легко согласился он…и в ту же секунду его пальцы прошлись по моему боку. Я резко вздрогнула и тихо вскрикнула, отскакивая на шаг. — Егор! Он уже откровенно улыбался. — Что? — Ты… ты сейчас серьёзно?! — я попыталась выглядеть возмущённой, но смех уже вырывался. Он сделал шаг ближе, прищурившись. — А что? — Не смей, — предупредила я, отступая назад, уже заранее зная, что это бесполезно. И в следующую секунду его пальцы снова коснулись меня — быстро, щекотно, заставляя меня рассмеяться и попытаться увернуться. — Всё, хватит! — сквозь смех сказала я, закрываясь руками. — Я тебя сейчас реально ударю! — Ты же боксёр, — напомнил он с усмешкой. — Давай. Я попыталась его оттолкнуть, но он только перехватил мои руки, притягивая ближе, и я всё равно смеялась, уже не сопротивляясь по-настоящему. — Ты ужасный, — выдохнула я, всё ещё улыбаясь. — Зато тебе весело, — спокойно ответил он. Я закатила глаза, но в следующую секунду сама потянулась к нему, коротко целуя, будто это было единственным способом его остановить. Он ответил сразу, но уже мягче, без спешки, и на этот раз я не отстранялась сразу. Когда мы всё-таки разошлись, я тихо выдохнула и, пытаясь вернуть себе серьёзный вид, повернулась обратно к столу. Я взяла нож, начала нарезать, и на секунду действительно стало спокойно… Пока через пару секунд он снова не оказался слишком близко. Я даже не оборачиваясь сказала: — Егор!!! — Я ничего не делаю, — невинно ответил он. Я усмехнулась. Я стояла у плиты, аккуратно помешивая соус, стараясь хотя бы на время сосредоточиться на чём-то простом и понятном, но это было почти невозможно, потому что Егор всё равно находился слишком близко, время от времени касаясь меня так, будто это происходило совершенно случайно. В какой-то момент раздался звонок. Он мельком взглянул на экран и чуть усмехнулся. — Дима. Я только тихо хмыкнула, продолжая «готовить», а он принял вызов и сразу включил громкую связь. — Да. — Ты занят? — послышался голос Димы, чуть более собранный, чем обычно. Егор бросил на меня короткий взгляд. — Я с Евой. Я тут же повернула голову, прищурившись. — Можно было и без этого, — пробормотала я, но в голосе уже пряталась улыбка. — А, — протянул Дима. — Тогда понятно, почему ты не сразу ответил. Я тихо рассмеялась и облокотилась о стол, ближе к телефону. — Привет, Дим. — Привет, Ева, — отозвался он уже мягче, но с привычной ноткой юмора. — Надеюсь, он там тебя не отвлекает от важных дел? Я покосилась на Егора. — Он — и не отвлекает? Это что-то новое. — Я так и думал, — усмехнулся Дима. — Ладно, я вообще по другому поводу. Егор сразу стал чуть серьёзнее. — Я слушаю. — Нет, — спокойно ответил Дима. — Это не по телефону. Нужно обсудить лично. Я мельком глянула на Егора, уловив, как в его взгляде появилась внимательность. — Насколько срочно? — спросил он. — Сегодня-завтра, — коротко ответил Дима. — Не горит, но тянуть не стоит. Егор кивнул, хоть тот этого и не видел. — Понял. Созвонимся. — Да, — ответил Дима, а потом будто вспомнил и добавил уже с улыбкой в голосе: — Егорыч , кстати… — М? —Я, на днях , хотел вас обоих позвать. Я чуть приподняла бровь. — Куда?  — Ко мне, — ответил он. — Когда у вас там появится время. Посидим, поужинаем, в приставку поиграем… я посмотрю, как вы вдвоём в одной комнате вообще существуете. Я тихо рассмеялась. — Это звучит как эксперимент. — Так и есть, — не скрывая веселья сказал он. — Мне нужно убедиться, что вы друг друга не убьёте. — Я постараюсь, — с улыбкой ответила я. — Вот, — довольно сказал Дима. — Егор, слышал? У тебя есть шанс выжить. — Мне хватает, — спокойно ответил он. Я покачала головой, всё ещё улыбаясь. — Ладно, звучит нормально. Позже договоримся. — Всё, ловлю на слове, — сказал Дима. Я бросила быстрый взгляд на Егора. — Ладно, давайте, до связи. Ева — держись там. — Обязательно, — с улыбкой ответила я Егор сбросил вызов, и на кухне снова стало тихо.

***

Вечер тянулся медленно, но не расслабленно — скорее сосредоточенно, с тем напряжением, которое появляется, когда понимаешь, что каждая деталь может оказаться важной. Мы с Андреем сидели за кухонным столом, напротив друг друга, между нами лежал ноутбук и несколько исписанных листов. — Если мы просто передадим это, — он кивнул в сторону флешки, — его зацепят, но не факт, что удержат. Он выкрутится. Я чуть нахмурилась, опираясь локтями о стол. — Значит, нам нужно больше, — тихо сказала я. — Что-то, что не даст ему шанса. Андрей кивнул, внимательно глядя на меня. — Именно. Нам нужно поймать его в моменте. Не просто доказательства, а действие. Я провела пальцами по виску, пытаясь собрать всё в одну цепочку. — Он не дурак. Он не полезет сам, если почувствует угрозу. — Поэтому он должен быть уверен, что её нет, — спокойно ответил Андрей. — Или что он контролирует ситуацию. Я усмехнулась без особой радости. — Он всегда так думает. Повисла короткая пауза. — Ты уверена, что готова снова с ним столкнуться? — чуть тише спросил Андрей. Я подняла на него взгляд. — У меня нет выбора. Он смотрел ещё секунду, будто проверяя, не скажу ли я что-то ещё, но я только выдохнула и кивнула. — Ладно, — сказал он. — Тогда мы делаем так… Он начал объяснять план, более чётко, по пунктам, и я слушала внимательно, иногда перебивая, уточняя, споря. Мы несколько раз возвращались к одним и тем же моментам, что-то меняли, что-то отбрасывали, пока всё не начало складываться в более-менее понятную картину. — Главное — не торопиться, — в итоге сказал он. — Один неверный шаг — и он исчезнет. Я кивнула, сжимая пальцы чуть сильнее, чем нужно. — Я не облажаюсь. — Я знаю, — спокойно ответил он. И в этот момент раздался звонок в дверь. Мы оба на секунду замолчали. Я нахмурилась. — Ты кого-то ждёшь? — спросил Андрей. — Нет… — тихо ответила я, уже поднимаясь. Я вышла в коридор, всё ещё прокручивая в голове разговор, и, открыв дверь, на секунду просто замерла. — Егор? Он стоял передо мной, чуть уставший, но с тем самым спокойным взглядом, от которого внутри сразу стало… легче. Я даже не подумала, просто шагнула к нему и обняла, прижимаясь ближе, и он сразу ответил, обвивая меня руками, притягивая к себе так, будто тоже ждал этого момента. — Ты рано… — пробормотала я ему в плечо. — Освободился пораньше, — тихо ответил он, проводя ладонью по моей спине. — Решил сразу к тебе. Я чуть отстранилась, но только чтобы посмотреть на него, и мягко коснулась его губ, коротко, тепло. — Я не ожидала, — улыбнулась я. Он скользнул взглядом по моему лицу, будто проверяя, всё ли в порядке. — А Саша где? — У Кати, — ответила я. — Я его оставила, потому что у меня Андрей. Он на секунду замолчал, и я уловила этот короткий, едва заметный момент, но тут же добавила: — Мы тут как раз всё обсуждаем. Я мягко взяла его за руку. — Давай, заходи. Он кивнул, заходя внутрь, и, проходя мимо, его пальцы на секунду чуть сжали мою ладонь, будто напоминая, что он здесь. Егор прошёл на кухню, чуть задержавшись взглядом на мне, и только потом перевёл его на Андрея. — Привет, — коротко сказал он. — Привет, — спокойно ответил Андрей. Я быстро поставила перед Егором кружку с кофе и села рядом, ощущая, как в воздухе сразу появляется напряжение — ещё до того, как кто-то что-то сказал. Он сделал глоток, но взгляд не отвёл. — Ну? — спросил он. — Что вы решили? Я выдохнула, собираясь с мыслями. — Есть план, — сказала я. — Но он… не самый простой. — Говори прямо, — спокойно, но жёстко ответил он. Я кивнула. — Мне нужно попасть к Виктору домой. Пауза. — У него есть часть информации, которой у нас нет. Она в сейфе. Я должна её достать. Егор медленно поставил кружку на стол. — «Должна»? — переспросил он. — Да. — И как ты собираешься это сделать? — Я войду, найду сейф и вскрою его. Он тихо усмехнулся, но в этом не было ни капли веселья. — Отличный план. Просто гениальный. Я сжала пальцы. — Это не шутка. — Я вижу, — холодно ответил он. — Это самоубийство. — Это единственный вариант, — спокойно сказал Андрей. Егор резко перевёл на него взгляд. — У тебя нет другого плана? — Есть, — ответил Андрей. — Тогда почему она должна это делать? Короткая пауза — и Андрей ответил, уже чуть жёстче: — Потому что она — лучший специалист . Егор прищурился. — В смысле ? — Потому что она лучшая из нас, — спокойно продолжил Андрей. — Она единственная, кто сможет вскрыть систему и получить доступ к сейфу. Это не просто замок — это защита, которую обойдёт только она. — Значит, пусть она и рискует, да? — холодно сказал Егор. — Значит, она единственная, кто это сделает правильно, — ответил Андрей. — Серьёзно? — в голосе Егора уже звучала явная злость. — Это твой «умный план» — подвергать её такой опасности? — Нам нужен результат, — спокойно сказал Андрей. — И она может его дать. Она сама принимает решения. Егор шагнул ближе к столу. — Она не инструмент. — Я и не говорю, что она инструмент, — так же спокойно ответил Андрей. — Я говорю, что она лучше нас. — Ты вообще понимаешь, о чём говоришь? — уже жёстко сказал Егор. — Это не игра. — Я понимаю больше, чем ты думаешь, — ответил Андрей, не повышая голос. — В отличие от тебя, я не руководствуюсь эмоциями. Егор резко усмехнулся. — Да? А чем? Тем, что тебе не придётся туда идти? — Я бы пошёл, если бы это имело смысл, и зависело от меня,— спокойно ответил тот. — Конечно, — холодно сказал Егор. — Очень удобно рассуждать. — Егор, — уже твёрже сказала я. Но он всё ещё смотрел на Андрея. — Ты вообще понимаешь, что с ней может что-нибудь случиться? Ты понимаешь,что я с тобой сделаю, если хоть одна волосинка…— жёстко начал он , но я его перебила . Я резко поднялась. — Всё. Хватит! Они оба замолчали. Я посмотрела сначала на одного, потом на другого. — Вы сейчас не решаете проблему, вы просто спорите, — твёрдо сказала я. — И это ничего не меняет. Егор повернулся ко мне. — Ева, это… — Нет, — перебила я. — Это моё решение. Он замер, глядя на меня. — Ты понимаешь, во что лезешь? — Да. — И всё равно… — Да, — перебила я снова, уже жёстче. — Я всё понимаю. Пауза. — Я не согласен, — глухо сказал он. Я сжала губы. — Тебя никто не спрашивает. Тишина. Он на секунду замер, будто что-то внутри него резко оборвалось. Потом медленно выпрямился. — Отлично, — холодно сказал он. — Делай как хочешь. Он даже не посмотрел больше ни на меня, ни на Андрея — просто развернулся и вышел, резко, не задерживаясь. Дверь за Егором захлопнулась слишком резко, и это напряжение ещё какое-то время висело в воздухе, будто не давая нормально вдохнуть. Я позволила себе всего пару секунд, чтобы переварить эмоции, а потом вернулась за стол, потому что сейчас было не время распадаться на чувства. Мы с Андреем продолжили работу уже без лишних разговоров — чётко, по делу, будто отрезая всё личное. Мы ещё раз разобрали весь план по шагам, прописали последовательность действий, зафиксировали возможные риски и пути отхода. Я перепроверила все доступы, коды, схемы защиты, которые могла взломать, отметила слабые места системы Виктора и то, где у меня будет хотя бы небольшой шанс пройти незаметно. Мы пересмотрели записи, сопоставили время, маршруты, поведение людей вокруг него, чтобы свести вероятность ошибки к минимуму. К концу всё было разложено почти до мелочей — холодно, чётко, без права на импровизацию. Примерно через час Андрей ушёл, оставив после себя порядок на столе и тяжесть в голове, которая уже не отпускала. Я осталась одна в квартире, и тишина стала слишком ощутимой. Сжав телефон в руке, я набрала Катю и попросила оставить Сашу у неё на несколько дней — сославшись на дела и осторожно упомянув, что у нас с Егором всё немного накалилось, потому что ему, мягко говоря, не понравилась моя идея снова влезть в проблемы. В голове мелькнула ироничная мысль, что он злится не потому, что я неправа, а потому что я опять оказалась права самым опасным способом. Катя, как всегда, отреагировала с привычной смесью поддержки и лёгкого юмора, а я, даже не видя её, всё равно невольно улыбнулась. Когда звонок закончился, квартира снова погрузилась в тишину — но уже другую, более осознанную. И в этой тишине было ясно одно: назад дороги уже нет. Я ещё какое-то время стояла посреди комнаты, сжимая телефон в руке чуть сильнее, чем нужно, будто это могло как-то повлиять на происходящее, и в конце концов всё-таки набрала его номер, стараясь сохранять спокойствие, хотя внутри уже нарастало то самое беспокойство, которое невозможно игнорировать. Гудки тянулись слишком долго, каждый из них будто отдавался где-то внутри, но он так и не ответил, и тогда я, не давая себе лишнего времени на раздумья, набрала снова, потом ещё раз, уже быстрее, с лёгким раздражением, которое постепенно смешивалось с тревогой, но результат оставался тем же — тишина по ту сторону. Я медленно выдохнула, опуская взгляд на экран, и, на секунду прикрыв глаза, открыла сообщения, позволяя эмоциям вылиться хотя бы в слова. Сначала пальцы сами набрали резкое, почти привычное: «Булаткин, перестань вести себя как ребёнок», и только отправив его, я на мгновение задержалась, словно понимая, что этого мало, что за этим раздражением скрывается совсем другое. Через пару секунд появилось второе сообщение — уже мягче, тише, почти вопреки собственному настроению: «Медвежонок, ну ответь…». Сообщения ушли, экран погас, а ответа так и не последовало. Я подождала ещё немного, глядя в пустоту, будто могла услышать его даже без звонка, но тишина оставалась неизменной, и тогда во мне окончательно что-то переключилось — та часть, которая не привыкла ждать. Я подошла к ноутбуку, включила его быстрым, уверенным движением и почти сразу погрузилась в работу, позволяя привычным действиям взять верх над эмоциями. Пальцы двигались автоматически, открывая нужные программы, обходя защиту, находя зацепки там, где для других их просто не существовало. Это было то, что я умела лучше всего — находить, когда кто-то не хочет быть найденным. Через несколько минут всё уже складывалось в чёткую картину, и на экране появилась точка, которая медленно перестала быть просто координатами, превращаясь в конкретное место. Парк. Тот самый — глухой, отдалённый, почти пустой в любое время суток, куда люди редко заходили без причины, и именно это делало его слишком подходящим для того, чтобы исчезнуть от всех. Я задержала взгляд на экране чуть дольше, чем нужно, чувствуя, как внутри поднимается знакомое напряжение, и тихо усмехнулась, почти без эмоций. Конечно, он выбрал именно его. Я резко закрыла ноутбук и встала, больше не позволяя себе сомневаться или тянуть время, потому что сейчас это было роскошью, которой у меня не было. Движения стали быстрыми и чёткими: куртка легла на плечи, кепка скрыла часть лица, а рука привычно потянулась к вещам, которые я никогда не забывала брать с собой в таких ситуациях. Небольшой нож занял своё место, перцовый баллончик скользнул в карман, и от этого стало чуть спокойнее — не потому что этого достаточно, а потому что я знала, что делаю всё, что могу. Я ещё раз взглянула на телефон, проверяя координаты, словно закрепляя их в памяти, а затем, не оглядываясь, вышла из квартиры, тихо закрыв за собой дверь. Холодный воздух снаружи сразу ударил в лицо, помогая окончательно собраться, и, ускоряя шаг, я направилась туда, где он сейчас находился, уже не думая о том, что скажу, а только о том, что должна его найти. Дорога заняла меньше времени, чем я ожидала, хотя внутри казалось, будто каждая минута тянется дольше обычного. Когда я добралась до парка, он встретил меня той самой тишиной, которая здесь всегда казалась чуть чужой — редкие фонари, тёмные аллеи и почти полное отсутствие людей создавали ощущение, будто это место живёт отдельно от остального города. Я замедлила шаг, всматриваясь вперёд, пока наконец не увидела его. Егор сидел на скамейке чуть в стороне, в тени, натянув капюшон так, что лицо почти скрывалось, и, судя по лёгкому покачиванию головы, в наушниках у него играла музыка. Он что-то тихо подпевал, не замечая ничего вокруг, полностью погружённый в свои мысли, и в этом было что-то болезненно знакомое — он уходил в себя, когда злился. Я остановилась на секунду, просто глядя на него издалека, будто давая себе время собраться, а потом медленно подошла ближе, стараясь не шуметь. Он не заметил. Я приблизилась ещё, почти вплотную, и, не раздумывая, мягко обняла его со спины, прижимаясь щекой к его плечу, чувствуя, как он на секунду напрягся от неожиданности. — Нашёлся… — тихо прошептала я ему, чуть улыбнувшись. — А я тебя по всему городу ищу. Он замер, и я почувствовала, как под моими руками он чуть расслабился, хотя напряжение всё равно оставалось. Я чуть крепче обняла его, уткнувшись носом в ткань его куртки. — Ты серьёзно решил игнорировать меня? — мягко продолжила я. — Это новая тактика? Очень взрослая, между прочим. Я чуть повернула голову, пытаясь поймать его взгляд, хотя он всё ещё не оборачивался. — Я уже начала переживать, что ты окончательно решил уйти в отшельники, — добавила я с лёгкой насмешкой. — Придётся приносить тебе еду в парк и кормить с ложечки. Я тихо усмехнулась, проводя рукой по его груди, чувствуя, как он дышит — чуть глубже, чем обычно. — Егор… — уже тише сказала я, мягче. — Ну хватит обижаться. Я наклонилась чуть ближе к его уху. — Я соскучилась . И на секунду просто осталась так, не двигаясь, будто давая ему время решить — оттолкнуть меня… или всё-таки остаться. Он какое-то время не двигался, будто переваривая сам факт того, что я здесь, а не где-то далеко, где ему было бы проще продолжать злиться. Музыка в наушниках всё ещё тихо играла, но он уже не подпевал — только сидел, чувствуя мои руки на себе. Потом медленно выдохнул. — Ты всегда всё усложняешь… — тихо сказал он, не оборачиваясь. Я едва заметно улыбнулась, прижимаясь чуть сильнее. — А ты всегда убегаешь, когда не можешь со мной спорить, — мягко ответила я. Он чуть покачал головой, будто усмехнулся, но без настоящего веселья. — Я не убегаю. — Да? — тихо переспросила я, чуть наклоняясь ближе. — Тогда как это называется? Он на секунду замолчал, а потом, уже тише, почти глухо, добавил: — Я просто не хочу смотреть, как ты подвергаешь себя опасности … и делать вид, что это нормально. Мои руки на мгновение замерли, но я не отпустила его. Он медленно снял один наушник, позволяя музыке раствориться в тишине, и чуть повернул голову в мою сторону, хотя всё ещё не смотрел прямо. — Ты понимаешь, что это очень опасно? — тихо сказал он. — Или ты просто решила, что на этот раз тебе повезёт? Я провела ладонью по его груди, мягко, успокаивающе. — Я не рассчитываю на везение, — так же тихо ответила я. Он наконец чуть повернулся, и я поймала его взгляд — тёмный, напряжённый, сдержанный. — Вот именно, — выдохнул он. — Ты вообще ни на что не рассчитываешь, кроме того, что должна это сделать. Я чуть склонила голову, глядя на него. — Потому что должна. Он резко замер под моими руками, а потом одним движением снял наушники и обернулся ко мне. В его взгляде не было ни капли прежнего спокойствия — только сдержанная злость и то напряжение, которое он уже не пытался скрыть. — Ты серьёзно? — резко сказал он. — Ты реально думаешь, что это нормальный план? Я не отпустила его, наоборот, только чуть крепче обняла, стараясь удержать этот момент, пока он снова не закрылся. — Егор… — Нет, послушай меня, — перебил он, уже сердито, вставая со скамейки так, что мне пришлось сделать шаг назад, но я всё равно осталась рядом. — Это не план, Ева, это безумие. Он провёл рукой по волосам, нервно, будто пытаясь хоть как-то сбросить напряжение. — Ты собираешься пойти к нему домой, к человеку, который уже показал, на что он способен, и думаешь, что всё пройдёт по плану? Я смотрела на него молча, давая ему выговориться. — Это пиздец как опасно, — продолжил он уже тише, но с той же жёсткостью. — Ты это понимаешь вообще? Я сделала шаг ближе, мягко коснувшись его руки. — Понимаю. Он резко выдохнул, качнув головой. — Нет, — сказал он. — Если бы понимала, ты бы не шла туда. Я подняла на него взгляд. — У меня нет другого… — Есть, — перебил он. — Есть всегда другой способ, просто ты опять выбираешь самый рискованный. Я чуть сжала его руку. — Потому что он работает лучше всех вариантов. Он на секунду закрыл глаза, будто это было последнее, что он хотел услышать, а потом посмотрел на меня снова — уже не только с раздражением, но с чем-то более глубоким. — Я не хочу тебя терять, — глухо сказал он. — Ты слышишь меня вообще? Моё сердце на секунду сжалось. Он сделал шаг ближе, почти вплотную. — Это очень опасно, Ева, пойми, — добавил он уже тише, но с такой силой, что игнорировать это было невозможно. — Это не игра, где можно всё просчитать. Я смотрела на него, не отводя взгляда, чувствуя, как его слова проникают глубже, чем он, возможно, хотел. Но отступить я всё равно не могла. Я на секунду замолчала, глядя на него, а потом медленно подняла руки и взяла его лицо в ладони, мягко, почти осторожно, будто боялась, что он сейчас снова отстранится. Он замер. Я чуть приблизилась, так, чтобы между нами почти не осталось расстояния, и тихо, почти шёпотом сказала: — Я сделаю всё очень осторожно… Мои пальцы едва заметно скользнули по его щекам, тёплые, успокаивающие, стараясь снять хоть часть того напряжения, которое в нём копилось. — Я не буду рисковать просто так, — продолжила я мягко, глядя прямо в его глаза. — Я всё продумала. Он смотрел на меня тяжело, будто всё ещё не верил ни одному слову. Я чуть наклонилась ближе, касаясь его лба своим. — Обещаю… — прошептала я. — Со мной ничего не случится. На секунду всё вокруг будто стихло, оставляя только это тихое обещание между нами. И я держала его взгляд, не отступая. Он смотрел на меня долго, тяжело, будто хотел поверить, но не мог позволить себе этого полностью. Его дыхание всё ещё было неровным, и я чувствовала, как под моей ладонью напрягается его челюсть. Я чуть приблизилась, касаясь его губ едва-едва, почти невесомо, как будто не целуя, а успокаивая. — Ну не смотри так… — тихо прошептала я, с лёгкой, почти детской мягкостью. Он резко выдохнул и в следующую секунду притянул меня к себе, крепко, почти слишком сильно, будто боялся, что если отпустит — я исчезну. Я обняла его в ответ, уткнувшись в его шею, закрывая глаза. — Я не отпущу это просто так, — глухо сказал он где-то рядом с моим ухом. Я едва заметно улыбнулась. — Я знаю. Он чуть отстранился, но не отпустил до конца, его руки остались на моей талии, удерживая. — Ты всегда делаешь по-своему, да? — тихо спросил он. Я чуть наклонила голову, глядя на него снизу вверх. — Только когда это важно. Он усмехнулся, но в этой усмешке было больше усталости, чем иронии. Я провела пальцами по его щеке, мягко, почти ласково, и снова приблизилась, касаясь его губ уже чуть увереннее, медленно, не спеша, будто давая ему время почувствовать, что я здесь, рядом. Он ответил сразу, но на этот раз глубже, крепче, и я почувствовала, как в этом поцелуе всё — и злость, и страх, и то, что он так и не сказал вслух. Когда мы отстранились, я не ушла далеко, оставшись почти вплотную. Он ещё какое-то время просто держал меня рядом, будто не хотел отпускать даже на секунду, и только потом медленно выдохнул, проводя рукой по моей спине. — Всё… — тихо сказал он, чуть отстраняясь, но не убирая рук. — Пошли уже. Я посмотрела на него с лёгкой улыбкой. — Куда? Он чуть прищурился, но в этом взгляде уже не было той жёсткой злости, только усталость и всё та же забота, которую он пытался скрыть. — Домой, — ответил он, чуть мягче. — Уже очень поздно. Я на секунду задержала на нём взгляд, а потом кивнула, легко переплетая свои пальцы с его. — Ладно. Он сжал мою руку крепче, будто убеждаясь, что я действительно рядом, и повёл за собой по тёмной аллее, не отпуская ни на шаг. И в этой тишине, среди редкого света фонарей и холодного воздуха, уже не было той острой напряжённости — только тихое, тёплое ощущение, что сейчас мы идём вместе.       Когда мы вошли в квартиру, тёплый воздух сразу сменил холод улицы, и я, закрыв за собой дверь, на секунду прислонилась к ней спиной, снимая куртку и переводя дыхание. Егор прошёл чуть дальше, привычно оглядываясь, будто уже знал здесь каждый угол, и от этого внутри мелькнула лёгкая, почти смешная мысль. Я прищурилась, наблюдая за ним, и с едва заметной улыбкой сказала: — Слушай… а ты вообще домой собираешься когда-нибудь? Или уже официально ко мне переехал? Он обернулся, глядя на меня с лёгкой усмешкой, и медленно сделал шаг ближе. — А меня уже выгоняют? — спокойно спросил он. Я тихо хмыкнула, проходя мимо него в комнату. — Я просто уточняю. А то ты как-то слишком уверенно себя здесь чувствуешь. Он догнал меня почти сразу, легко перехватив за запястье и притянув к себе. — Может, потому что мне здесь нравится? — тихо сказал он, наклоняясь ближе. Я приподняла бровь, но не отстранилась. — Опасная формулировка. — Почему? — его голос стал тише. — Потому что звучит так, будто ты не собираешься уходить. Он чуть улыбнулся, скользнув взглядом по моему лицу. — А если не собираюсь? Я на секунду задержала дыхание, а потом усмехнулась, будто отмахиваясь от этого. — Тогда тебе придётся платить аренду. — Чем? — тихо спросил он, уже совсем близко. Я чуть склонила голову, глядя ему в глаза. — Посмотрим… — пробормотала я. Он не дал мне договорить, мягко коснувшись моих губ, сначала коротко, будто просто проверяя, а потом чуть дольше, увереннее, и я сама потянулась к нему, отвечая без лишних слов. Его руки легли на мою талию, притягивая ближе, и на секунду всё снова стало слишком простым и понятным. Когда мы всё-таки отстранились, я тихо выдохнула, всё ещё оставаясь рядом. — Но вообще, — пробормотала я, чуть улыбнувшись, — ты подозрительно быстро освоился. Он усмехнулся. — У меня талант. Я уже хотела что-то ответить, но вдруг заметила, как его взгляд на мгновение стал внимательнее, чуть холоднее. — Вы долго сидели? — спросил он как будто невзначай. Я чуть наклонила голову. — С Андреем? — Угу. Я кивнула. — Долго. Нам нужно было всё обсудить. Он задержал на мне взгляд, и в этой паузе было больше, чем в словах. — Прямо всё? — тихо спросил он. Я усмехнулась, делая шаг ближе и легко упираясь ладонью ему в грудь. — О, начинается. — Я просто спрашиваю, — спокойно сказал он. — Нет, — покачала я головой. — Ты ревнуешь. Он тихо хмыкнул. — Не придумывай. Я приподняла бровь. — Конечно. Ты просто уточняешь, сколько времени я провела с другим мужчиной у себя дома. Он на секунду замолчал, а потом чуть наклонился ко мне ближе. — Мне не нравится, что он рядом, — сказал он тише. Я посмотрела на него внимательнее, уже без насмешки. — Он не «рядом». Он по делу. — Он слишком часто «по делу», — ответил он. Я вздохнула, но без раздражения, и мягко провела рукой по его щеке. — А ты слишком много думаешь. Он поймал мою руку, не отпуская. — Потому что ты даёшь повод. Я чуть улыбнулась, приблизившись почти вплотную. — Я даю повод… или ты просто ищешь? Он на секунду замер, а потом усмехнулся, но уже мягче. — Может и то, и другое. Я тихо рассмеялась и, не споря дальше, сама потянулась к нему, касаясь его губ коротко, будто ставя точку в этом разговоре. — Перестань, — прошептала я. — У тебя нет конкурентов. Он чуть прищурился. — Уверена? Я кивнула, глядя прямо в глаза. — Абсолютно. И в этот раз он поверил — или просто решил не спорить. Он всё ещё смотрел на меня с этим внимательным, чуть напряжённым взглядом, но в нём уже не было прежней жёсткости — только остатки ревности и что-то тёплое, почти ленивое. Я уже собиралась отстраниться, но он вдруг снова притянул меня к себе, ближе, чем нужно, его рука уверенно легла на мою талию, а пальцы чуть сжались. — Ты так спокойно об этом говоришь… — пробормотал он, скользя взглядом по моему лицу. — Как будто я должен просто забыть. Я тихо усмехнулась, чуть запрокинув голову. — А ты попробуй. Он наклонился ближе, почти касаясь губами моей щеки, медленно, будто нарочно. — Не получается, — тихо ответил он. Я уже почувствовала, к чему это идёт, и закатила глаза, хотя улыбка всё равно появилась. — Егор… Но он, кажется, вообще не собирался останавливаться — его губы коснулись моей шеи, медленно, лениво, а рука чуть сильнее притянула меня к себе. — Ты вообще понимаешь, что делаешь? — пробормотал он, почти шёпотом. Я тихо выдохнула, упираясь ладонями ему в грудь. — Да, — ответила я, стараясь звучать уверенно, хотя это было уже сложнее. — Я пытаюсь тебя успокоить. Он усмехнулся, не отстраняясь. — У тебя плохо получается. Я покачала головой и всё-таки чуть оттолкнула его, делая шаг назад, хотя он явно не был в восторге от этой идеи. — Нет, — с лёгкой улыбкой сказала я. — У тебя просто слишком хорошие планы на продолжение. Он прищурился, глядя на меня с тем самым взглядом, от которого становилось опасно тепло. — И что с ними не так? Я тихо рассмеялась, скрестив руки. — С ними всё так. Со мной — не очень. — В смысле? — он сделал шаг ближе. Я наклонила голову, глядя на него с лёгкой насмешкой. — После вчерашней ночи у меня, между прочим, всё ещё болит. Он на секунду замер… а потом усмехнулся, уже откровенно. — Это не жалоба, — спокойно сказал он. Я приподняла бровь. — Это именно жалоба. — Тогда звучит как комплимент, — тихо добавил он, снова сокращая расстояние. Я закатила глаза, но улыбку уже не скрывала. — Ты невозможный. — Ты это уже говорила, — напомнил он, легко касаясь моих пальцев. Я мягко отдёрнула руку, но не слишком убедительно. — Всё. Стоп. Сегодня ты ведёшь себя хорошо. Он чуть наклонился ближе, почти касаясь губами моих. — А если не хочу? Я посмотрела на него секунду… и всё-таки усмехнулась. — Тогда будешь страдать. Он тихо хмыкнул, но в глазах уже не было напряжения — только тепло и тот самый лёгкий огонь, который никуда не делся. — Посмотрим, — прошептал он. И, кажется, спор на этом не закончился.