— Ты молодец, Рой

      Листва громко шелестела в тишине ночного леса. Тихо тлели угольки недавно потушенного пожара. Изредка ухал филин. Происшествие в Совином лесу, как и всегда, было успешно ликвидировано спасателями — они уже давно уехали на базу, заодно проводив Макса к его друзьям и мистеру Билдеру. И только Рой решил остаться под предлогом проверки ближайшей местности на возможные очаги возгорания, но на самом деле просто воспользовался возможностью побыть в сумрачных тенях деревьев наедине с пеплом — любил просто подумать о наболевшем и тревожащем. Сегодня, ещё в моменте тушения пожара, подумалось, что впервые сердце ничего не беспокоит, и можно будет просто насладиться контрастным спокойствием и тишиной после суматохи шумной операции, но за пару минут ребята смогли кардинально изменить этот план.        Пожар в этот раз выдался сложным — разделил дорогу на две половины, разгорался быстро и с нескольких сторон — так что Рою пришлось поднапрячься. Не помогала даже помощь Поли и Эмбер с небольшими огнетушителями. Было слишком жарко, пыльно, опасно… но всё обошлось. Теперь на месте пожара лишь едва заметно поднимался дым — белый и мягкий, а Рой всё-таки нашёл ещё один очаг возгорания — собственное сердце.        Перед самым уездом, когда ребята общались с Максом, а Рой доделывал последние дела на месте пожара, Эмбер упомянула, какой Макс молодец — смог вспомнить на какой улице находиться по методу Хелли. Но разве сейчас Рой не был достоин самого большого признания? В его сторону не смотрел даже Поли, самый близкий и обычно всегда читающий душу пожарного. Сердце резко заныло — ребята по-прежнему не обращали внимания на работающего друга, держа в центре своей вселенной Макса.        Усталость в момент накатила на тело, захотелось на скоростях уехать на мойку, прийти в себя после тяжелой работы и перестать шевелиться на ближайшие несколько часов, уснуть непробудным сном, чтобы на следующий день пропустить утренний патруль и остаться на своей парковке в одиночестве. Пусть тушение пожаров входило в обязательства Роя, признания и банальной благодарности иногда тоже хотелось. Особенно от таких же загруженных и понимающих его друзей-спасателей. Особенно от Поли.        А сейчас тишина. Непривычная. Убаюкивающая. Глаза буквально слипались, но Рой из принципа не возвращался на базу — ждал , пока все уснут, переживая о его отсутствии. Хотя сейчас думалось, что, наверно, о нём вовсе никто не думает. Ведь хотелось обычной похвалы, самой банальной и короткой, но искренней. Хотелось знать, что его труд тоже ценят, что ценят его самого.        Рой блуждал между деревьев, останавливался посидеть на каком-нибудь пне, чтобы услышать себя. Служба всегда занимала большую часть его жизни, и, зачастую, времени на свою персону критически не хватало — свободные минуты он старался проводить с друзьями, а не в одиночестве. И это только сильнее резало по сердцу.        В какой-то момент, когда мысли совсем поглотили сознание, а колёса крутились на автопилоте, Рой выехал на обрыв. Перистые облака опутывали светлую луну. Волны бились о скалы, брызги тихо возвращались к морю. Пожарный лениво перевоплотился, уселся на камень, стоящий на самом краю. Иногда правила, которым Рой всех учит, не действовали на него самого.        Море завораживало. Казалось недосягаемым, пусть и было совсем рядом. Его глубина и площадь ощущались огромными, необъятными, и сердце замирало. Только здесь проблемы казались мелочью. Только здесь становилось легче — море будто забирало боль и солёные слёзы, само становилось таким и уносилось в даль.        Прохладный ветер обдувал всё тело, но не бодрил, а только сильнее убаюкивал. Шум прибоя и шелест деревьев морочили голову сном. Нужно было возвращаться на базу — или Роя самого придётся спасать.        Пожарный лениво заколесил по дороге, зная, что сейчас точно никого не встретит, а потом тихо заедет к себе, чтобы за пару секунд отключиться от этого неприятного мира. Он уже не злился на друзей — море сделало своё дело — но небольшой осадок всё ещё тяготил душу.        Постепенно дорога становилась всё более знакомой, приближалась база спасателей. На прямой к ней дороге Рой не сразу заметил, что на въезде стоит знакомый синий силуэт, не шевелящийся и, кажется, спящий. Сердце подорвалось, сон в миг улетучился. Пожарный прибавил скорость.        Синим силуэтом действительно оказался Поли — мило сопящим и бормотавшим что-то неразборчивое. Он явно только дремал, потому что слишком часто дёргался. Какое-то время Рой просто наблюдал, пытаясь осознать, что Поли его ждал. Обида медленно стекала с сердца — лучший друг о нём, скорее всего, беспокоился. Думал о нём. И этого было достаточно, чтобы простить целый мир.        С трепетом в сердце Рой осторожно подъехал ближе к Поли:       — Эй, Поли, — пожарный перевоплотился, чтобы дотронуться до полицейского. Друг дёрнулся, резко раскрыл глаза. — это я, не бойся.        — Рой, — полицейский выдохнул, успокаиваясь. В его глазах цвета океана плавала сонливость, которую он старательно пытался скрыть. — где ты пропадал? Сколько времени? Что ты делал?        Пожарному тоже хотелось узнать, который сейчас час, и ответить на этот вопрос он не мог — только умилённо смотрел на самого лучшего в этом мире друга. На своего друга.        — Проверил лес на возможные очаги возгорания, я же предупреждал.         — Да, но не проверять же их настолько долго? Я ждал тебя. — теперь обида сквозила в голосе Поли. Ощущалось лёгкое раздражение с его стороны, но пожарный только шире улыбнулся.        — Не стоило, ты бы мог сразу пойти спать.        — Не мог, потому что беспокоился за тебя. — слишком резко ответил полицейский, но сам это понял и поубавил пыл. — Прости, — он вздохнул, мотнул головой. — просто хотел сказать тебе кое-что, и всё никак не дожидался.        Ветер приятно поддувал по напряжённым конечностям, немного расслабляя и остужая эмоциональный пыл двух спасателей. Природа за их спинами будто замерла — филины не ухали, листвы деревьев слышно не было, море осталось далеко. Тишина опутывала со всех сторон. Умиротворяла быстро стучащее сердце.        — Так что же ты хотел сказать? — спросил Рой, не подозревая о словах друга явно, но надеясь услышать желанное.        Поли стал ещё более серьёзным, несколько раз перевёл взгляд от одного глаза пожарного к другому. Тяжело выдохнул.        — Отлично сработано сегодня, верно? Пожар был таким сильным, что я, если честно, немного растерялся, но ты… ты молодец, Рой.        Слова теплым молоком лились из уст Поли — он будто читал душу друга и говорил именно то, что так хотелось услышать. На расстоянии и без наблюдения полицейский чувствовал Роя. Внезапно стало безумно стыдно за свои мысли о плохих друзьях, стало стыдно перед Поли, который ждал друга, не ложась спать, просто чтобы похвалить. Трепет сердца смог затмить былую обиду, о которой они обязательно поговорят завтра. Сегодняшний день и без того выдался насыщенным, и сейчас хотелось просто уснуть.       — Да, Поли, мы хорошо поработали. И спасибо тебе. Спасибо, что ценишь. — Рой дотронулся ладонью до капота друга, мягко улыбнулся, прикрыв глаза. Сонливость накатила на сознание. — Знаешь, я так хочу спать.       — Нам обоим уже давно пора. — полицейский, перехватив руку друга, несильно сжал её и улыбнулся — по-заговорщицки, с привычной хитринкой — и в душе вновь поднялось былое чувство тайны. Только их тайны, сладкой и до бабочек в животе приятной.       — Спокойной ночи, Поли.        — Сладких снов, Рой.        Спасатели не торопясь заехали на свои стоянки, освещённые выплывшей из под облаков луной, а успокоившееся море медленно уносило обиду на сегодняшний день