Связаны узами ненависти

На следующий день Коряков валялся в отходосах на диване иногда болезненно скуля. Голова раскалывалась, ночью он спал с перебоями и не мог уснуть. Сил не было ни на что. Илья лениво развалившись на покрывале обнимая подушку  скучающим взглядом разглядывал чужую кухню с довольно простеньким интерьером. Руслан не появлялся. Взглянув на часы Коряков отметил что уже 5 вечера, неужели он спал так долго?  Что тушенцов имел ввиду под «завтра ты увидишь меня»? Разве Илья каждый день не видит его?  Тушенцова дома не оказалось. Парень не пришел ни через час, ни через два. Не сказать что Коряков сильно волновался, просто было как то не по себе без Руслана. Вернулся парень только под ночь. Выглядел Тушенцов неважно. На скуле-большая царапина идущая по левой щеке вдоль, под носом была засохшая кровь и под глазом виднелся небольшой бланш. Он даже не взглянул на Корякова. В руке была бутылка алкоголя, руслан прошел в глубь квартиры на кухню осторожно ставя ее на стол. Илья пару раз недоуменно моргнул заходя за ним в комнату. Парень остановился в дверном проходе, облокотившись на косяк, и спросил: -рус? -м? -что с тобой Тушенцов ничего не ответил. Ни съязвил, ни улыбнулся, ничего. Просто молчал, садясь на диван и явно намеренно игнорируя вопрос. Коряков нервно теребил край футболки наблюдая как парень ловко откручивает крышку бутыля, выливая содержимое во взятый сзади стакан.  -что с ебалом? Руслан так же ничего не ответил, опустошая залпом стакан с алкоголем. Коряков поморщился, тушенцов сегодня был..другой. Не такой как обычно. Он не улыбался, не язвил, не издевался просто..был. Существовал как интерьер квартиры. Говорить не хотелось. В горле першило, шквал мыслей кружился бурей в голове перебивая Илью. Парень пытался что то донести, но Руслан не слышал. Ему будто бы заткнули уши, он принимал таблетки исправно не пропуская приемы, а теперь..теперь все заглушенные мысли, чувства, вырывались из головы заставляя тушенцова болезненно закрывать глаза.  Алкоголь помогал, но не сильно. Он мутил рассудок, снова заключая тяжелые размышления под стражу.  Ему казалось будто он сходит с ума. Медленно, бесповоротно. Илья был лишь его больной галлюцинацией да? Просто чтобы не тихо ебнуться, рассудок решил придумать ему Илью? Мерзко. Как он вообще мог ужиться с ним? Как?  -ты сегодня не пил таблетки да? -громом прозвучали слова Ильи в ушах и Руслан дернулся как от удара. Тушенцов старался его игнорировать, галлюцинация скоро исчезнет. Ну должна, похоже эта соблюдает свой образ надоедливого Корякова. В висках заныло, начало тошнить. За эти пару дней он блевал раз 15 наверное, хуй знает. Руслан мало что помнил, таблетки размывали мысли заставляя ни о чем не думать.  -уходи, хватит мне казаться.  -обреченно выдохнул Тушенцов в ладони скорее говоря это себе чем переминающемуся в дверях Илье. Было страшно. Пиздец как. Коряков никак не отреагировал, лишь подошел ближе к руслану осторожно опускаясь рядом: -ты думаешь я..тебе кажусь? -Недоуменно спросил Илья глупо хлопая глазами устремляя взгляд на Тушенцова. Он ничего не ответил, даже не посмотрев на Илью. Страшно, тяжело, больно. Наверное настоящий Коряков ненавидит его, ненавидит до дрожи в коленях, ненавидит до смерти.  Руслан не умел ненавидеть. Может он казался злым, отстраненным, не от мира сего, но по настоящему он никого не ненавидел. Ему просто было страшно. Страшно снова что все повториться, снова он окажется один, снова никто не останется рядом.. На его плечо опустилась холодная ладонь, Тушенцов вздрогнул от неожиданности испугано подняв взгляд. Его бросало в жар, ломка уже начиналась? Похоже температура поднялась, стало хуже. Ледяные руки обжигали плечо сквозь футболку: -почему я чувствую тебя? -спросил Руслан глупо бегая взглядом по размытому лицу напротив: -потому что я чувствую тебя -лишь так же нелепо как и раньше ответил Илья.  Тушенцов хотел уйти, скинуть чужие руки, огрызнуться, убежать. Лишь бы не чувствовать, не привыкать. Коряков осторожно обнял Руслана, заключая руки в замок на чужой спине. Парень уткнулся в чужую шею, по телу пробежала легкая дрожь. Тушенцов чуть помедлив ответил на объятия, положив руки на чужие лопатки будто бы цепляясь за последнее что было у него в жизни. Даже если это длительная, мучительная галлюцинация он был готов это прочувствовать. Даже если утром Руслан будет мыслить ясно и Ильи рядом не окажется, он будет вспоминать тот кроткий, хрупкий момент доверия. Он не отстранялся, рассудок мутнел все сильнее с каждой секундой, но одно он точно понимал-он доверил. Доверил Корякову себя, в таком состоянии, разрешил, позволил.  Запах чужого тела ударил в нос, и Тушенцов закрыл глаза зарываясь в шею Корякова. Под таблетками восприятие мира притупливалось, запахов он почти не чувствовал, вкусов тоже, а сейчас все было по другому. Парень прижал Илью ближе к себе, Коряков осторожно, будто боясь обжечься успокаивающее поглаживал его по спине, от чего у Руслана прошел шквал мурашек. Он наконец чувствовал, чувствовал мир по всей своей красе, по настоящему. Или так действовал алкоголь? Тушенцов понимал что это не правильно. «Друзья» какими как таковыми они не являлись по сути своей, так не обнимались. Так чувственно, тихо. Они ничего не говорили, и не надо было слов. Руслан доверился. Второй раз в своей жизни, надеясь что тот кому он отдал сейчас часть себя не предаст его доверие. Тушенцов рвано вздохнул, плечи расслабились. С ильей было на удивление спокойно. Буря в голове успокоилась, голова гудела но не так сильно как раньше, в глазах плыло. Руслан в последний раз моргнув закрыл глаза, удобно устраиваясь на чужом плече и засыпая в полных «доверия» объятиях. Он боялся что утром Илья уйдет, убежит навсегда, предаст.  … Но этого не случилось. Парень проснулся оттого что рядом с ним беспокойно ворочался Коряков. То так ему не лежится, то сяк. Руслан все еще обнимал Илью, но скажем так был в «доминирующей» позиции. Коряков уткнувшись ему в грудь и закинув руку на чужую талию сопел, иногда хмурясь во сне. Илья не был хрупким маленьким мальчиком с ладошкой как у котенка и 140 сантиметров ростом, но Тушенцов был явно по размерам крупнее его. Выше на сантиметров так 15, коренастей. Плечи были как минимум шире. Илья был рослым парнем, но все таки ниже и слабее.   Тушенцов сжал зубы. Головная боль вернулась быстро, даже сразу после его пробуждения. Руслан еще пару секунд бегал глазами по чужому, мирно спящему лицу рядом не убирая ладоней от его тела. Брови Ильи были опущены, веки закрывали зелено-карие глаза, парень был явно расслаблен и спал.  Тушенцов закатив глаза убрал руки с чужой спины, сбрасывая ладони Корякова с себя расцепляя объятия и поднимаясь на локтях, взглянул на время на настенных часах: 12 утра. За окном светило яркое солнце, лучи били прям в лицо заставляя Руслана чуть зажмуриться. Голова кружилась, надо было выпить таблетки. Вчера было плохо, но..не настолько. Было в том дне и хорошее. Тушенцов нервно дернулся заставляя отвернутся от окна, яркие цвета давили на мозг. С детства парень страдал эпилепсией и туретта.  Он последний раз взглянул на Илью. Парень поежился будто от холода, брови чуть нахмурились и коряков обнял колени поджимая из к груди. Руслан невольно хмыкнул. «не кажется» Поднявшись с дивана на котором им двоим явно было мало места, он открыл верхнюю дверцу шкафчика просовывая руку внутрь. Пошарив там ладонью пару секунд, парень безошибочно выудил из недр ящика новую упаковку таблеток, вытаскивая блистер.  Он тяжело вздохнул быстро переведя взгляд с Корякова на таблетку в руке и болезненно поджал губы. Без таблеток было плохо, но с ними было еще хуже. Когда нибудь Руслан слезет с этого говна…на этой мысли парень не запивая закинул в глотку колесо. … Илья проснулся не скоро. Продрав глаза парень не увидел рядом Руслана. Коряков помнил вчера очень даже хорошо, помнит как Тушенцов приперся домой, помнит как тот пил, помнит как отрубился. Илья привстал, потирая ладонью заспанные глаза и осматривая кухню. Ничего не изменилось, но в душе у Корякова играла буря эмоций. Мысли кружились вихрем в голове, он чуть нахмурился стараясь во всем разобраться. В вчерашнем поведении Тушенцова, в его мимолетном доверии. Он ощущал себя странно. Странно быть чужой опорой. Не привычно.  Руслана кстати было не видно и не слышно, похоже парень снова закинувшись таблетками как зомби сидел в своей комнате. Вчера Тушенцов был..живее что ли?  Кстати, нужно было домой сходить. Если руслан не выгонял его, теперь Илья был уверен что не выгонит поэтому надо было сходить за вещами. Например такими как наушники, и пару шмоток, а то Тушенцов постоянно ворчал потому что Коряков таскал его вещи. -Руслан? -окликнул его Илья заходя в чужую комнату. Парень лениво валялся на кровати пусто смотря в потолок: -м?  -ты..как?  Руслан не повернулся, отвечая на заданный вопрос: -никак -тебе лучше чем вчера? -Тушенцов нахмурился, на лице показалась самодовольная ухмылка: -блять, обязательно. Коряков чуть помедлил: -почему ты когда под таблами только и делаешь что лежишь? Неужели ни поиграть не хочется, ни еще что-то поделать? -неа. Вообще ничего не хочется. -лениво ответил тот, закрывая глаза. Луч света просочился сквозь закрытые шторы падая на его лицо, и Руслан нахмурившись отвернулся. -слушай, я сегодня ухожу. Тишина. Тушенцов медленно перевел взгляд на Илью. Брови сошлись над переносицей, он рвано вздохнул. -погоди -осторожно начал Коряков, но его прервали. Парень привстал чтобы хорошо видеть Илью. Ухмылка исчезла, Руслан то ли недоуменно, то ли испуганно бегал по чужому лицу стараясь выглядеть тень сомнения. Тушенцов привык к нему, привык к этой надоедливости, привык к глупым вопросом. Этого руслан и боялся. Что коряков сбежит: -ты уходишь потому что я больной? -Тушенцов нахмурился, страх резко сменился гневом: -нет -ты уходишь после вчерашнего да? что я сделал? -руслан.. -да что руслан! -парень вспыхнул поднимаясь с кровати вскочив как ошпаренный продолжая монолог: -ты с самого начала хотел свалить да? после всего? блять, если хочешь вали отсюда сука но запомни, я тебе здесь буду не рад! Твое очко я больше прикрывать не буду, если еще раз сюда сунешься я тебе самолично твою рожу разобью тебе ясно? -Тушенцов слишком резко изменился, Коряков потупил взгляд пусто рассматривая пол.  Он был явно не в порядке. Парень передумал что либо говорить и объяснятся и развернувшись молча вышел из комнаты. Через пару секунд входная дверь громко хлопнула, оставляя Руслана в одиночестве. Илья ушел. На глаза навернулись слезы, к горлу подступил ком. Он силой сжал ладони в кулаки, и лишь тяжело дыша сквозь зубы не сдвинулся с места. Злость пожирала все вокруг, руки тряслись взгляд скользил по только что захлопнутой двери и он силой ударил в стену рядом с собой. Руслан осмотрел разбитые костяшки нахмурив брови. Внезапно приступ гнева отступил, тушенцов успокоился и теперь испуганно бегал взглядом по двери облокотившись на стену рядом.  -блять. -только и прошептал он.  -сука я и вправду больной. Больной на всю башку долбоёб.  … Руслан снова лежал в отходосах на кровати кверху пузом, сверля взглядом потолок. Он уже вообще ничего не понимал, пару нужных таблеток и разум отключился полностью заполоняя все внутри зияющей пустотой. Парень чуть щурился, голова шла ходуном. Он опять блевал. Кажется у него уже началась изжога от постоянной рвоты.  Голова была чиста как белый лист, и это было хорошо. Хорошо что не было мыслей, не было ильи, были только успокаивающие таблетки. Парень долго не мог заснуть. Ему было тяжело погрузится в сон без чужого дыхания под ухом, без чужих холодных рук с такой осторожностью обнимающих его, тяжело. Руслана хватил нервный тик когда он снова подумал о Илье, парень болезненно закатил глаза, челюсть открылась и за этим последовал щелкающий звук. Боль разошлась по всему лицу, глаза закатились назад. Тушенцов рвано вдохнул, сжимая ладонью простыни. С кровати он пизданулся на пол, на кучи своей одежды и еще какого то говна. Голова раскалывалась пуще прежнего, заставляя парня все чаще схватывать тики болезненно прикладываясь головой об пол.  Но он уже ничего не понимал. Мир сиял неестественными красками, голова кружилась, перед глазами плыло.  -бл..я умираю? -только и прошептал Тушенцов болезненно усмехнувшись. Вскоре легкая ухмылка перешла в смех, и парень истерично валялся по полу держась за живот. Было смешно, но от чего? От мучительного ожидания смерти? Илья ушел, больше его никто не спасет. Где то в глубине души Руслан понимал что он ненормальный, таблетки не помогали а лишь затормаживали его не давая определенного результата. Либо он был душевнобольным, либо просто препарат делал из него овоща.  Он отключился, финально ударившись затылком о пол со всей силы. Последнее что он почувствовал, как голова намокает от какой то липкой, теплой жидкости. …