Извини

Парень сидел сгорбившись и обреченно уткнувшись головой в колени. Он молчал, молчание было громче любых слов. Не было слез, была скрытая годами обида засевшая где то далеко внутри, была злость. Было темно, парень решил не включать свет. Из окна просачивались лучи от ночных фонарей, озаряя комнату тусклым светом. Наушники играли громкий джампстаил, от которого хотелось улыбаться, хотя было вообще не до улыбок. Было поздно, но спать не хотелось. Хотелось кричать, от боли, от обиды. Парень пытался заглушить навязчиво лезнувшие в голову мысли, но не получалось. Психическое расстройство прогрессировало, не оставляя никаких шансов на полное излечение. Голоса перекрикивали музыку, будто впиваясь в кожу. Их было много, девушки, женщины, мужчины, дети, старики, все голоса слились в унисон.  Он привык, но было страшно. Страшно каждый раз. Таблетки не помогали, голоса кричали, приказывали, заставляя биться в тяжелейшей агонии. Но он не бился.  Парень безжизненно сидел на железной, продавленной временем кровати, облокотившись на стену позади себя. Он терпел. Илья силой зажмурил глаза. Вспомнились слова врача: «Илья Иванович..это не лечиться»  Не лечиться…Он был уверен что все настроены против него. Этот серьезный дядька врач, сосед по комнате максим, даня, ксюша, руслан, андрей, все. Все друзья тайно ненавидели его, так шептали навязчивые голоса, и он им верил. Они вбивали это в чужую голову, заставляя слепо верить в этот бред. У него была не острая степень шизофрении, он слышал голоса, видел галлюцинации, но не бился головой о стену или не понимал вообще ничего. Нет. Он понимал.  Илья всегда был отстраненным, нелюдимым. Парень знал что все мысли которые вертятся в голове-не его. Будто их вложили внутрь, это не его мысли, не его тело, не его голова. У него не было ничего своего, только голоса и одиноко стоящая тень в углу комнаты. Из за побочек таблеток он не понимал где находится, дереализации окутывала с головой оставляя парня в недоумении. Он не мог дрочить-не мог кончить, не мог спать, не мог есть. Ничего не мог.  Парень метался в двух мирах: бесконечной, приятной эйфории и страшной депрессии. Он особо не мог ни улыбаться, ни плакать, ничего. Лицо не выражало эмоций, было тяжело. Илья исправно пил таблетки, но это не помогало. Ничего не помогало. Никогда. У него была зависимость от Галоперидола, разве это было хорошо? нет. Он часто падал в обмороки от недомогания, иногда его хватали эпилептические приступы-но очень редко. Акты жестокости и насилия-как база. Пару раз он пытался задушить максима во сне, а ксюшу-изнасиловать. Даню избить, при Руслане он просто плакал, а Андрею он наговорил такого в приступе бреда что тот бесследно исчез.  Он страдал. Илью часто рвало, прям на кровать, прям на себя. Он редко приходил на учебу. Он вообще редко куда уходил из их квартиры. Ксюша, Даня, Руслан и Максим знали о «особенности» парня. И понимали. Шабанов конечно иногда вскакивал с кровати когда слышал шорохи или шум, боясь за свою жизнь. Боясь что Илья снова захочет его убить.  Это было страшно. Ему самому было страшно. Пару раз Коряков пытался покончить жизнь самоубийством: петля, те же таблетки, но всегда Максим был рядом. Всегда вытаскивал из петли, всегда вызывал скорую. Когда на его руках появились темные порезы вообще перестал отходить от Ильи ни на секунду. Коряков все понимал. Все, кроме того зачем он это делает.  Иногда Илья замирал в странных позах, просто сверля взглядом оппонента тем самым обычно пугая его. Коряков перестал мыться. Вообще. Только пока кто то из его друзей не загонит силой, в ванную не ногой. Он попросту не мог даже встать с кровати, не говоря о принятии душа. Парень ничем не занимался. Мог просто часами смотреть в одну точку под воздействием таблеток, без них он тихо сходил с ума. Он почти не говорил, чаще всего мычал. Илья не мог концентрироваться, по крайней мере это очень тяжело ему давалось. Илья стал рассеянным, дерганым, постоянно что-то забывал. Болезнь поражала его, не оставляя ничего от прежнего, веселого Корякова. Это уже был не он. А кто то другой. Неужели его тихо заменили? но как? как он сам этого не заметил? Ему всегда казалось что кто-то следит. То тень, то максим слишком долго задерживает взгляд, то кто-то не так ходит, будто разглядывая. Это был животных страх, заставляя сердце биться сильнее.  В квартире было тихо. Где то вдали слышались тяжелые шаги, будто кто-то бежал. Максим, его сосед по комнате-веселый парень. Больше про него Илья в целом ничего не мог сказать. В комнату залетел радостный парень распахивая дверь и будто моментально сдуваясь видя состояние Корякова: -иль ты окей?  Он только промычал. -ты сегодня будешь спать в ванной или?.. -здесь. Шабанов проскользил по чужой фигуре и осторожно присел рядом, закрывая за собой дверь. Он молчал, будто боясь снова привести Илью в ярость, но все таки собравшись с мыслями спросил: -иль..ты выпил таблетки? Коряков молчал. Голоса кричали в уши, перебивая чужой голос, тень сдвинулась давая понять что никуда не уходила, а лицо максима исказилось злобной гримасой: «он хочет чтобы ты умер..он боиться тебя. Ты-животное. ты же знаешь это? зачем ты живешь.Живешь так. Разве тебе нравится страдать? тебе нравится наводить на других страх?» шептал женский голос и коряков схватился за голову лишь проговорив: -макс.. Шабанов вскочил с кровати как ошпаренный, оглядевшись по сторонам он рванул на их кухню. Парень давно выучил где лежит пузырек с таблетками. … Коряков лежал на спине, пусто смотря в потолок. Таблетки помогают, но не сильно. Голоса стихли, пытаясь пробиться сквозь пелену препарата а тень исчезла, растворяясь прям на глазах.  «это не мое тело..» -а твои ли эти мысли? -прошептал Максим.  Илья дрогнул, поворачивая голову на спящего напротив шабанова. Он спал, отвернувшись к стенке. Его лица не было видно, он точно спал? Парень медленно поднялся с кровати, озадачено осматриваясь по сторонам: «я же выпил таблетки?..» -а ты думаешь они тебе помогают? -уже другой голос. Ксюша. Будто бы прям под ухом. Илья резко развернулся. Никого.. «ксень?» -нет не ксюша -голос уже был другим, бархатным, мужским. Даня..Чужие руки взгромоздились на его плечи, давя вниз будто бы заставляя рухнуть на землю. Коряков испуганно вскрикнул, на глаза навернулись слезы. Он попятился назад, создавая много шума и тихо шепча про себя: -уходи… -голоса вернулись, снова градом нападая. Тень снова была в углу, и сверлила его пугающим, неморгающим взглядом. Парень жалостно всхлипнул, силой упираясь спиной в дверь. Дани рядом не было, ксюши тоже только Максим который ворочался на своей кровати. Перед глазами начало все плыть и мир заиграл чудовищными, яркими красками режущими глаза. Ужасные мысли снова хлынули в чистую после таблеток голову заполоняя все вокруг.  «это не я..» Он резко вскочил на ноги, стукаясь головой об вешалку. Парень тяжело дыша оглядывал их с максом комнату. Две кровати, две тумбы, шкаф, окно. Рванув с места он стремительно вылетел из спальни оказываясь в маленькой кухню. Взгляд метался из стороны в сторону, что-то судорожно ища. Что? он так и не понял. Просто так нужно было. А ему ли это нужно было? А кто такой я? Есть ли я вообще?  Свет моргал, будто бы предупреждая о грядущей опасности. Сзади себя илья слышал шепот, всех кого он когда либо знал. Самый громкий был руслан: давний друг. Был с Коряковым еще до обострения болезни. Он что-то кричал: но Илья старался не слушать. Парень рвано вздохнул, его схватил резкий приступ удушья. Стало тяжело дышать, перед глазами все поплыло и парень медленно сполз по стене вниз. Последнее что он услышал был испуганный голос Максима: -Блять!  …….