Март и клубника

«Купи левомицетин. Рецепт скину» Слава смахнул уведомление и сразу залез гуглить, что это за препарат такой. Глазные капли. Ладно. Он стоял в овощном отделе возле полок с китайской клубникой и думал, брать ли её в марте или не стоит. Но она манила своим розовым цветом и ярким запахом. На улице уже теплее, но пока только неторопливо тает снег по краям дороги и превращаяется в слякотные лужи. А хотелось лета, зелёной травы у дома и слепящего в глаза солнца. Слава проглотил желание замычать припев «Кайфограда», а то бабулька, что с профессионализмом отбирала жёлтые яблоки рядом, не оценила бы поющего одинокого мужика. Клубнику он всё же взял. От серости тоскливо. Ещё Мирон дома то пропадает в работе, то уставше после неё заваливается спать. А сейчас вот - насмотрелся в экран ноутбука. Скоро зрение посадит. Заново. Дома на стол Слава выкладывает хвойный гель для душа, «самые необходимые» продукты и пластиковый контейнер спелой клубники. Мирон стоит рядом - ждёт лекарство, получает его и молча уходит в спальню. Слава промывает ягоды под водой, заботливо отрывая зелёные хвостики, и пересыпает их в тарелку, предвкушая сладкий вкус. Ставит их у кровати, а рядом сидит Мирон и пытается разделаться с каплями. - Тебе помочь? - Я познакомился с больными глазами, когда ты ещё ходить не умел. Не учи учёного. Раздражённый. Слава на это тоже фыркнул. Положил в рот одну ягодку и стал наблюдать. Вкусная. Мирон быстро закапал в оба глаза и прикрыл веки. Слава откусил вторую. Хорошая клубника. Смотрел на него внимательно и медленно жевал. По щеке у Мирона покатилась слеза, и Слава замер. Понял, что за всё время, что они знакомы, что они вместе, он ни разу не видел его слёз. Не принято плакать по пустякам мужикам в России, а крутым рэперкам - тем более. Да и если сам Славка, эмоциональный и эксцентричный, может легко рассмеяться до слёз или приуныть тёмным вечером во время саморефлексии, то Мирон жил сдержаннее и как-то избегал таких ситуаций. Мирон не плакал. Слава стёр слезу с его щеки большим пальцем, и Мирон на мгновенье открыл глаза. Красные, а цвет их стал синий-синий. Слезятся ещё сильнее. Пушистые ресницы потемнели от влаги. Слава замер. Хорошо, что он впервые заплакал от капель, а не от сильного горя. А то Слава бы также стоял рядом и желал наплевательски на чужую грусть смотреть на его слёзы. Мирон снова их прикрыл, прошипел от боли и чуть приоткрыл рот - моментально появился насморк, и глупо хлюпать носом не хотелось. Славе захотелось сунуть ему клубнику, чтобы он обхватил её пухлыми губами и брызнул сладким красным соком. И поцеловать его. Плачущего. Но он себя пресёк - если Мирона слишком сильно выбесить, он может и отвесить подзатыльника, а потом залупиться и закрыться в другой комнате. - Открой глаза. - Щиплет, идиот, - ответил шутливо, а потом всё же раскрыл ресницы. Слава уже стоял опасно близко. Смотрел сверху вниз. В красные глаза и бегущие по щекам солёные слёзы. Снова вытер их, - Фетишист. - Это ты у нас «плётки, японки и тентакли», я просто тобой любуюсь. - Ага. Пока я... - проглотил «плачу». По-детски так. - Клубнику ешь. Вкусная. Мирон закинул в рот целую ягоду и стал быстро жевать, смахивая слёзы. Слава всё также смотрел, а потом поцеловал его. Солёного от слёз и сладкого от клубники. И родной "Мироновский" запах ударил в нос. И сразу наступило лето с зелёной травой и солнцем.