Зверь в клетке

ГЛАВА 12: С ЧИСТОГО ЛИСТА Чонгук пришёл домой позже обычного. Чимин уже начал волноваться, хотя и знал, что Чонгук просто задержался на работе. Но после похищения любой опоздание вызывало холодок в груди. Когда ключ наконец повернулся в замке, Чимин выдохнул и пошёл встречать. — Привет — улыбнулся он, но улыбка тут же сползла, когда он увидел лицо Чонгука. Уставший. Очень уставший. И какой-то... потерянный. — Что случилось? — Чимин подошел ближе, взял его за руку. — Чонгук? Тот молча обнял его, уткнувшись носом в макушку. — Я уволился — сказал он глухо. Чимин замер. — Что? — Уволился — повторил Чонгук. — Написал заявление на увольнение, сегодня днём. — Но... почему? — Чимин отстранился, заглядывая ему в глаза. — Ты же любил свою работу. Ты столько лет... — Тебя я люблю больше — перебил Чонгук. — И я больше не могу рисковать. Каждый день, выходя на улицу, я знал, что могу не вернуться. А после того, как тебя похитили... я понял, что не выдержу, если с тобой что-то случится, пока меня нет рядом. Чимин смотрел на него и чувствовал, как глаза начинают щипать. — Чонгук... — Я не могу быть полицейским и одновременно мужем, который заботится о семье — продолжил Чонгук. — Это слишком опасно. И я выбрал семью. Выбрал тебя. Чимин всхлипнул и бросился ему на шею. — Дурак — прошептал он. — Какой же ты дурак. — Знаю — усмехнулся Чонгук, обнимая в ответ. — Твой дурак. — Мой — согласился Чимин сквозь слезы. — Самый лучший дурак в мире. Неделю Чонгук просто отдыхал. Впервые за много лет он не вставал по будильнику, не мчался на вызовы, не сидел в засадах. Он валялся с Чимином в постели, смотрел фильмы, готовил еду и просто наслаждался жизнью. Чимин тоже взял паузу в студии, чтобы побыть с ним. — И что ты будешь делать дальше? — спросил он как-то вечером, лежа на груди у Чонгука. — Думал открыть свое дело — ответил тот, перебирая его волосы. — Охранное агентство. Или частные расследования. Что-то, где я смогу использовать навыки, но без риска для жизни. — Звучит неплохо — Чимин приподнялся на локте. — А где? — А вот это второй вопрос — Чонгук посмотрел на него серьезно. — Я думал... может, нам купить дом и уехать из Сеула? Чимин удивленно моргнул. — Уехать? — Да. Купим дом где-нибудь за городом. Или вообще в другом городе. Начать всё с чистого листа. Ты, я, новая жизнь. Без старых проблем, без бандитов, без всего этого дерьма. Чимин молчал, переваривая информацию. — Ты серьезно? — Серьезно — кивнул Чонгук. — Я давно об этом думал. Сеул слишком опасен для нас. А там... тихо, спокойно. Свой дом, сад, может, собаку заведем. Ты как? Чимин смотрел на него и чувствовал, как сердце переполняется любовью. — Ты правда готов на это? Ради меня? — Ради нас — поправил Чонгук. — Мы — команда. И я хочу, чтобы у нас было будущее, в котором мы не будем оглядываться. Чимин наклонился и поцеловал его. — Я согласен — прошептал он в губы. — Куда угодно, лишь бы с тобой. Они выбрали небольшой городок на побережье. Дом нашли быстро — старый, но крепкий, с большим участком и видом на море. Чимин влюбился в него с первого взгляда. — Смотри — показывал он Чонгуку, бегая по комнатам. — Здесь будет спальня, здесь гостиная, а здесь я сделаю танцевальную студию! — У тебя уже есть студия в городе — улыбнулся Чонгук. — А здесь будет моя личная! — Чимин подбежал к нему и повис на шее. — Я так рад, Чонгук. Спасибо тебе. — Ещё не за что — рассмеялся тот, подхватывая его на руки. — Дом ещё купить надо. — Купим — уверенно сказал Чимин. — Я чувствую. Они купили. Месяц ушёл на оформление документов, ещё месяц — на ремонт. Чимин носился с дизайном, выбирал мебель, краску, шторы. Чонгук занимался стройкой, сантехникой, электрикой. По вечерам они валились с ног, но всё равно находили силы на близость. — Ты такой sexy, когда работаешь руками — шептал Чимин, затаскивая Чонгука в душ. — А ты такой грязный, что отмывать придется долго — усмехался тот, намыливая его тело. В душе они неизменно занимались любовью — под струями теплой воды, прижавшись к кафельной стене. Чимин стонал, не сдерживаясь, зная, что в новом доме нет соседей за стенкой. — Громче — просил Чонгук, входя в него глубже. — Я хочу, чтобы море слышало, как тебе хорошо. — Чонгук! — выкрикивал Чимин, кончая. После они закутывались в огромные полотенца, пили чай на веранде и слушали шум прибоя. — Мы сделали правильный выбор — сказал Чимин однажды ночью, глядя на звезды. — Конечно — ответил Чонгук, целуя его в висок. — Потому что мы вместе. Наконец ремонт закончился. Они перевезли последние вещи, расставили мебель и впервые остались в полностью обжитом доме вдвоём. — Ну что — Чонгук обнял Чимина со спины, глядя на закат через панорамное окно. — Как тебе? — Лучше, чем я мечтал — честно ответил Чимин. — Намного лучше. — А знаешь, что нужно сделать в первую ночь в новом доме? — Что? — Чимин обернулся. — Освятить его — ухмыльнулся Чонгук и подхватил его на руки. — Чонгук! — засмеялся Чимин. — Куда ты меня тащишь? — В каждую комнату по очереди — серьёзно ответил тот. — Чтобы везде была наша энергия. Они начал со спальни. Уложив Чимина на новую кровать, он медленно раздел его, целуя каждый открывшийся участок кожи. — Ты такой красивый — шептал он. — В этом свете, в этом доме... ты как мечта. Чимин тянулся к нему, гладил широкие плечи, зарывался пальцами в волосы. — Люблю тебя — выдохнул он. — До безумия люблю. Чонгук вошёл в него медленно, глядя в глаза. Двигался плавно, глубоко, заставляя Чимина выгибаться и стонать. — Чонгук... еще... — просил тот. — Всю ночь — обещал Чонгук. — Всю ночь твой. Они занимались любовью долго, меняя позиции, переходя из спальни в гостиную, из гостиной на кухню, с кухни в ванную. Чимин потерял счёт времени, потерял счёт оргазмам. Он просто чувствовал Чонгука внутри себя, чувствовал его руки, его губы, его любовь. Под утро они рухнули на пол в гостиной, обессиленные, счастливые. — Ну что — прошептал Чимин, глядя в потолок. — Дом освящен? — Освящен — усмехнулся Чонгук, притягивая его ближе. — Теперь это точно наш дом. Жизнь наладилась быстро и удивительно спокойно. Чонгук открыл небольшое детективное агентство — занимался в основном поиском людей, проверкой фактов, иногда помогал местной полиции. Работа была не пыльной, но интересной. Чимин устроился в местную танцевальную студию, а по выходным вёл мастер-классы для детей. Он светился счастьем, и Чонгук не мог на него налюбоваться. По вечерам они гуляли по пляжу, держась за руки. Днём Чимин возился в саду, пытаясь вырастить хоть что-то (пока получалось плохо). Чонгук чинил всё, что ломалось (а ломалось часто). По ночам они занимались любовью. Не всегда бурно, не всегда долго. Иногда это был быстрый секс на кухне, пока Чимин готовил ужин. Иногда — долгая, томная ночь со свечами и массажем. Иногда — просто объятия и поцелуи, потому что сил на большее не было. — Знаешь — сказал Чимин однажды ночью, лежа на груди у Чонгука. — Я раньше думал, что счастье — это что-то большое. Достижения, успех, признание. — А теперь? — Чонгук гладил его по спине. — А теперь я понимаю, что счастье — это вот так лежать с тобой. Слышать твоё сердце. Знать, что завтра будет новый день, и мы снова будем вместе. Чонгук поцеловал его в макушку. — Мудрый ты стал, Пак Чимин. — Это ты меня таким сделал — улыбнулся Чимин. — Из преступника в домохозяйку. — В любимую домохозяйку — поправил Чонгук. — Самую красивую и желанную. — Льстец. — Правда. Они замолчали, слушая шум моря за окном. Утром Чимин проснулся от того, что Чонгук целовал его плечо. — Ммм — промычал он, не открывая глаз. — Рано ещё. — Уже десять — усмехнулся Чонгук. — Ты проспал завтрак. — Компенсируй обедом — Чимин повернулся, обвивая его руками. — Компенсирую кое-чем другим — Чонгук накрыл его губы поцелуем. Утро было ленивым и нежным. Они целовались, гладили друг друга, медленно приходили в себя после сна. — Хочу тебя — прошептал Чимин, проводя рукой по члену Чонгука. — Весь твой — ответил тот, раздвигая его ноги. Они занимались любовью неспешно, смакуя каждое движение. Чонгук входил медленно, глубоко, глядя в глаза. Чимин стонал тихо, почти беззвучно, уткнувшись носом в его шею. — Хорошо? — шептал Чонгук. — Очень — выдыхал Чимин. — С тобой всегда хорошо. Кончили они почти одновременно, слившись в долгом поцелуе. — Я люблю тебя — сказал Чимин, когда смог дышать. — И я тебя — ответил Чонгук. — Больше жизни. — Чонгук, смотри! — Чимин влетел в дом с телефоном в руках. — Смотри, какие они! На экране были щенки золотистого ретривера — пушистые комочки с чёрными носами. — Ты серьезно? — улыбнулся Чонгук. — Мы же договаривались! — Чимин надул губы. — Год назад договаривались! — Год назад мы ещё в Сеуле жили — напомнил Чонгук. — И что? Теперь у нас дом, сад, море! Идеальные условия для собаки! Чонгук смотрел на его сияющее лицо и не мог отказать. — Хорошо — вздохнул он. — Поехали выбирать. Чимин завизжал и повис на нём. — Ты лучший! Самый лучший на свете! — Знаю — усмехнулся Чонгук, чмокая его в нос. Они выбрали щенка — самого активного, который сразу вцепился в шнурки Чимина и не отпускал. — Он мой — заявил Чимин, глядя, как щенок грызет его палец. — Мы созданы друг для друга. — Вы оба ненормальные — констатировал Чонгук. — Но я вас люблю. Назвали щенка Гучи. Гучи рос быстро и так же быстро становился главным источником хаоса в доме. Он грыз мебель, таскал еду со стола, закапывал носки Чонгука в саду и спал исключительно на кровати, распихивая хозяев. — Мы создали монстра — вздыхал Чонгук, глядя, как Гучи разлегся на подушке Чимина. — Мы создали семью — улыбался Чимин, почесывая щенка за ухом. — И она прекрасна. По ночам Гучи спал в ногах, и иногда Чимину приходилось заниматься любовью максимально тихо, чтобы не разбудить собаку. — Тсс — шипел он на Чонгука, когда тот входил слишком глубоко. — Гучи разбудишь. — Гучи спит как убитый — возражал Чонгук. — А вот ты сейчас разбудишь соседей. — Здесь нет соседей! — напоминал Чимин и позволял себе стонать громче. Прошёл ещё год. Чимин сидел на веранде, пил кофе и смотрел, как Гучи носится по саду за бабочками. Чонгук возился с грилем — на обед планировалось мясо. — Иди ко мне — позвал Чимин, когда Чонгук закончил. Тот подошёл, сел рядом, обнял за плечи. — О чем думаешь? — О том, как нам повезло — честно ответил Чимин. — Посмотри на это. Дом, сад, море, собака. Ты рядом. Что ещё нужно для счастья? — Ммм — Чонгук поцеловал его в висок. — Пожалуй, ничего. — А помнишь, как всё начиналось? — усмехнулся Чимин. — Тёмный переулок, полицейская машина, ты в форме... — Помню. Ты на коленях с моим членом во рту. — Чонгук! — Чимин толкнул его в плечо, краснея. — Я о романтике! — Это была очень романтичная сцена — серьезно сказал Чонгук. — Особенно когда ты смотрел на меня снизу вверх с этими своими глазами. — Ты невозможен. — Зато ты меня любишь. — Люблю — вздохнул Чимин. — К сожалению. — К счастью — поправил Чонгук и поцеловал его. Гучи прибежал и сунул мокрый нос им в руки, требуя внимания. Они засмеялись и принялись тискать собаку. В этот момент Чимин понял окончательно и бесповоротно: это и есть счастье. Простое, настоящее, их собственное. Никаких погонь, никаких преступников, никаких похищений. Только море, солнце, любимый человек и дурацкая собака, которая таскает тапки. Идеальная жизнь. Ещё один день из их спокойной жизни: Чимин проснулся от того, что Гучи лизал ему пятку. — Фу, Гучи — пробормотал он, пихая собаку ногой. — Иди к Чонгуку. Но Чонгук уже сам пришёл — с подносом в руках. — Завтрак в постель — объявил он. — Для моей любимой домохозяйки. Чимин сел, протирая глаза. На подносе были тосты, яйца, фрукты и кофе. — Ты сегодня подозрительно милый — прищурился он. — Что натворил? — Ничего — обиженно сказал Чонгук. — Просто люблю тебя. — Ладно, верю — Чимин взял тост и откусил кусок. — Ммм, вкусно. Чонгук уселся рядом, Гучи запрыгнул на кровать и устроился в ногах. — Знаешь — сказал Чимин, жуя. — Я тут подумал. — О чём? — О том, что я благодарен тебе. За всё. За то, что поймал меня тогда. За то, что не отпустил. За то, что выбрал меня. Чонгук взял его за руку, поцеловал пальцы. — Я тоже тебе благодарен. За то, что согласился остаться. За то, что полюбил в ответ. За то, что ты есть. Чимин улыбнулся и потянулся за поцелуем. — Я люблю тебя, Чон Чонгук. — А я люблю тебя, Пак Чимин. Навсегда. Гучи тявкнул, требуя внимания, и они засмеялись. Впереди был целый день. Обычный, ничем не примечательный день их обычной, ничем не примечательной жизни. Самой счастливой жизни, только для них двоих.