Принцесса

      Тишина. Только шёпот волн, ласкающих песок, редкие крики ночных птиц где-то вдали. Океан дышал, будто спящий великан. А над ним…       Луна. Огромная, янтарно-жемчужная. Она висела в бархате неба, рассыпая по воде дрожащую дорожку из жидкого серебра. Кажется, протяни руку — и пальцы коснутся холодного, таинственного света. Волны подхватывали лунные блики, несли их к берегу, где они разбивались в миллионы сверкающих осколков.       Мистер Драгомир, бывавший на этом курорте не один раз, вёл компанию в «тайное местечко», где, по его словам, виды были особенно прекрасны. Остров не ограничивался только отелем. Стоило пройти дальше и вот уже дикий пляж, всё такой же чистый и прекрасный, с ласкающим ноги розовым песком.       Люси забыла про выходки Нацу и наслаждалась прогулкой. Нет. Эти виды ничто не может испортить! Над головой мириады звёзд блистали своей красотой. Млечный Путь — величественная, затуманенная река из миллиардов солнц. Отдельные созвездия складывались в знакомые узоры — вот Орион поднял свой меч, а Большая Медведица черпала звёзды из вечности.       — Эй, смотри, Люси, краб! — Нацу, успевший снять сандалии и побродить у кромки воды, подвесил за одну клешню довольно крупного, дрыгающегося краба прямо перед её лицом.       — Нацу, убери эту тварь! — взвизгнула она, отпрыгивая.       Краб щелкнул клешнями у её носа, а в следующее мгновенье схватился за нос Нацу.       — Ай-ай-ай-яй-яй-яй — забегал по песку Нацу, пытаясь отцепить членистоного монстра. — Хэппи!       — Крабы вку-у-сные, — плескал слюной голубой кот. Опомнившись, он вцепился во «врага» острыми когтями, впиваясь в мягкую плоть непокрытую панцирем. — Ай-я!       — Всю романтику портите… — вздохнула Люси.       «И снова она со своей непонятной романтикой!» — подумал Нацу, отлавливая сбежавшего краба. Он поднёс его к кричащей Люси уже чисто из вредности.       Ему потребовалось некоторое усилие воли, чтобы задвинуть в самый дальний угол памяти свой недавний «вокальный позор». Нет, его совсем не смущало то, что он сказал. Ведь это была чистейшая правда! Люси и правда пахла книгами, чернилами, чем-то тёплым и уютным, и… да, иногда бутербродами или колбасой, если они недавно ели. Этот запах действительно был «наркотиком» , он заставлял его чувствовать себя рядом с ней хорошо, уютно, как дома. Но самый жгучий стыд был в том, как он это сказал. Нацу Драгнил распевающий куплеты, словно какой-то отморозок Гаджил. Это было унизительно.       — Мы уже почти пришли, — сообщил Драгомир. Его спутница, кажется, была в восторге от него и от прелести открывавшихся видов, и совсем не замечала возни с крабом позади них. Как же Люси ей завидовала! Вот бы и ей никаких крабов больше не видеть…       Наконец, пара остановилась на небольшом уютном мыске. Драгомир с рыцарской грацией расстелил на песке шёлковый пледик, и они уселись в обнимку, глядя на лунную дорожку. Нацу похлопал по своему верному, потрёпанному одеялу, которое прихватил «на всякий случай». Они сели поодаль, сохраняя дистанцию.       — Может, поплаваем, Люси? — Нацу улыбнулся, глядя на тёмную, манящую воду. — Да на мне ж нет купальника! — Так на мне тоже нет, — ответил он, подняв брови. — Да, но ты-то мальчик, а я девочка, мне нужен купальник! — Мальчик, девочка… Какая разница то. Только в величине буферов. Вот, у меня совсем нет, — он с тупым видом пожамкал свою плоскую грудь.       Люси открывала и закрывала рот, словно рыбка, выпускающая пузыри. В голове пронеслась каша из мыслей: «Он… он только что… назвал мою грудь… буферами? И потрогал свою… И он вообще понимает, что говорит?!»       — Извращенец! — она отвернулась, скрестив руки на груди. Не дай бог, он ещё захочет проверить разницу на практике!       — Чего? — глянул на неё Нацу. Что он опять такого сделал?       — Нацу дурак, — хихикнул Хэппи, устроившийся на одеяле.       — Заткнись, летающая консерва! — огрызнулся Нацу, швырнув в него пригоршней песка.       Люси, стараясь отвлечься от окружающих идиотов, снова погрузилась в созерцание. Она смотрела на гладь успокоившегося океана, заворожённая его ночным, таинственным перевоплощением. Тихие, баюкающие волны лениво лизали берег, оставляя на песке кружевные, пенные узоры, которые тут же стирались следующей волной. А посреди этой чёрной, бархатной глади, будто специально для них, красовался серебристый диск Луны — такой огромный и близкий, что казалось, его можно подхватить ладонью, как мяч. Его холодный, призрачный свет дрожал на воде, рассыпаясь тысячами танцующих бликов, и в этот миг казалось, будто сам океан превратился в гигантское, ртутное зеркало, отражающее иной мир.       — Как красиво… — прошептала Люси, и её голос растворился в мерном шёпоте прибоя.       Воздух был напоён солёной свежестью и едва уловимым, сладковатым ароматом ночных цветов, смешанным с землистым запахом водорослей. От этой тишины, от усталости после эмоциональной бури дня, от монотонного шума волн у Люси неудержимо тяжелели веки. Она привалилась спиной к Нацу, сидевшему рядом, ища опору. Краем угасающего сознания она заметила похрапывание Хэппи, свернувшегося калачиком, и ровное дыхание Нацу. А ещё — пару начищенных до зеркального блеска лакированных ботинок, стоящих у кромки воды. Потом всё поплыло, потемнело, и она провалилась в пустоту.

***

      Люси открыла глаза. Сердце заколотилось, посылая по телу волну ледяного адреналина. Она дёрнулась, поднимаясь на локтях. Туман рассеялся, но стало только хуже. Где это они вообще?!       — НАЦУ! ХЭППИ! — закричала Люси, когда увидела, что друзья лежат на земле без чувств. Сердце бешено колотилось — неужели они…       Спустя мгновение…       — ХРРРРРРРХ, — всхрапнул Нацу, переворачиваясь на другой бок.       — Нацу! — сквозь зубы прошипела Люси, тряся его за плечо.       — М-м-м… ещё пять минуточек… — забормотал он, размахивая руками, словно отгонял назойливую муху.       Хэппи поднялся на лапки, зевнул и, почесав пузико, уставился на Люси круглыми глазами:       — А что случилось? Мы что, опять проспали миссию?       — Да проснись же ты, болван! — Люси тряхнула Нацу с такой силой, что его голова едва не оторвалась.       Нацу приоткрыл один глаз, потом второй, и огляделся вокруг.       — Нас что, выселили из отеля и заставили ночевать в лесу? — он зевнул так широко, что на глазах выступили слезинки. — Супер. Не люблю я этот королевский стиль… Всё блестит, аж в глазах рябит.       — ДА НЕ ПОНИМАЕШЬ ТЫ ЧТО ЛИ, ДУРЬЯ БАШКА?! — Люси в бешенстве схватила его за жилет. — НАС ПОХИТИЛИ!       Как по щелчку, Нацу вскочил на ноги, глаза прояснились, а кулаки вспыхнули пламенем.       — Где они?! — он завертел головой, ноздри раздулись, ловя запах врага. — Никого не чувствую… Хэппи, подними-ка меня, посмотрю сверху!       — Айя! — Хэппи схватил Нацу за жилет и с характерным «вжух!» взмыл в воздух. Они зависли над пологом леса, Нацу вглядывался вдаль, готовый в любой момент выпустить огненный удар в любую подозрительную тень.       Люси, скрестив руки в ожидании, стояла внизу, чувствуя, как по коже бегут мурашки от ночной прохлады и неизвестности.       — Ну и? — крикнула она вверх.       — Да тут вообще ни души… — Нацу нахмурился. — Только море, песок и луна.       Луна, огромная и холодная, молчаливо смотрела на них сверху.       — Так, — Люси вздохнула, — значит, нас либо похитили призраки, либо…       — Либо мы опять влипли во что-то странное? — перебил Хэппи.       Нацу ухмыльнулся.       — Ну что ж… — пламя на его руках разгорелось ярче, — тогда просто спалим всё дотла!       Люси застонала. Она уже предчувствовала головную боль.       — Для начала нам нужно отсюда выбраться. Ты видишь отель?       — Да, он там, — Нацу ткнул пальцем куда-то в сторону густых зарослей. — За этим лесом, кажется.       — Тогда идём в ту сторону, — Люси поправила юбку.       «Ну, конечно. Просто романтическая прогулка при луне. Как же я поверила… Чёрт пойми что!» — подумала она.       Они двинулись вперед, продираясь сквозь дикие заросли, пока не вышли к обрыву, над которым скрипел старый подвесной мост. Доски прогнили, канаты истлели, и в целом он выглядел так, будто рухнет от одного неверного шага.       — Стой! Руны! — Люси дёрнула рукой, но Нацу уже наступил на странные символы, выгравированные у начала моста.       Пространство дрогнуло.       В воздухе вспыхнула золотая надпись:       ✧《 Мост можно пересечь только держась за руки 》✧       — И что это за бред?! — взвизгнула Люси. — Кто это вообще придумал?!       Нацу скривился:       — Да ладно, просто идем и всё—       — А-а-а!       Мост ожил. Доски под их ногами зашевелились, словно змеи, а перила сжались, не давая им разойтись.       — ХЭППИ, ЛЕТИ ЗА НАМИ! — завопил Нацу, хватая Люси за руку.       — Айяяя! — кот рванул вверх, но не успел — невидимая сила притянула его к ним, и теперь все трое были вынуждены идти вместе, как в каком-то дурацком школьном походе.       Люси покосилась на Нацу, чувствуя, как её ладонь утопает в его большой, тёплой руке.       — Вспоминается… Это же самый романтичный курорт в мире… Может, мы угодили в один из их «аттракционов» или «испытаний для пар»? — прошептала она.       — Я сейчас спалю этот дебильный аттракцион! — зарычал Нацу, но мост в ответ качнулся, заскрипел и опустился на полметра, словно живое существо, предупреждая о последствиях.       — Нет уж, — прошипела Люси, впиваясь ногтями в его ладонь, — лучше просто дойдём до конца. Тихо и мирно.       Нацу скорчил брюзгливую мину, но шагал вперёд, крепко сжимая Люсину ладонь. Его рука была сильной, уверенной, ведущей. Мост скрипел, качался под их весом, заставляя Люси поёживаться и в страхе вглядываться в тёмную бездну под ногами, но вскоре они благополучно оказались по ту сторону. Доски тотчас замерли.       — Фух… — Люси выдернула свою руку, чувствуя, как по коже бегут мурашки.       Нацу нахмурился, разглядывая свою собственную ладонь. Её рука была… маленькой. И почему-то ему казалось, что сквозь кожу он чувствовал сумасшедший ритм её сердца, как у перепуганной птички, бьющейся о стекло. Или это просто его драконий слух улавливал стук крови в её венах? Странное ощущение.       — Ну что, летим снова? — Хэппи хлопал крыльями над ними, разглядывая лес впереди.       — Погнали, — сказал Нацу, отгоняя странные мысли.       С высоты открылся вид на гигантский лабиринт из живой изгороди — подстриженные кусты образовывали три входа.       — Опять эти дурацкие руны… — застонала Люси, подходя к лабиринту. — Может, просто перелетим?       — Двоих не потяну! — Хэппи развел лапками.       Пришлось идти пешком. Люси подошла центральному входу — и тут же в воздухе перед ней вспыхнула уже знакомая золотая надпись:       ✧《 Вход для мужчины 》✧       — Чего?! — она отпрыгнула. — Это что, дискриминация?!       Нацу тем временем подошёл к левому входу.       ✧《 Вход для женщины 》✧       — Ты это серьёзно?! — он скривился. — Я что, похож на женщину?       Хэппи, хихикая, подлетел к правому входу:       ✧《 Вход для кота 》✧       — ЭТО ТОЧНО, СТОПРОЦЕНТНО ПОД НАС ГОТОВИЛИ! — Люси трясла кулаками в воздухе, обращаясь к небу. — Кто-то здесь конкретно над нами издевается! Знает, кто мы, и ржёт в усы!       Нацу почесал подбородок, глядя на три портала.       — Ладно. Встретимся на той стороне.       — А если это ловушка и мы там застрянем навсегда? — Люси оглядела непроницаемые зелёные стены. От них пахло сырой землёй и чем-то… сладковато-пряным.       — Тогда просто спалим этот дурацкий лабиринт! — Нацу зажег кулаки, и от жара пламени зелёные листья начали скручиваться и чернеть.       — НЕТ! — Люси схватила его за запястье. — Ты же сожжёшь и нас заодно, идиот! И пол острова в придачу!       Они уставились друг на друга в немом противостоянии. Тишину нарушил Хэппи, жующий воблу, которую достал из своего маленького рюкзачка:       — Может, просто попробуем зайти? А там — будь что будет. Сидеть тут тоже не вариант.       Люси вздохнула, признавая поражение.       — Ладно… — она повернулась к своему, «женскому» входу. — Но, если что-то пойдёт не так — кричите.       Нацу усмехнулся, направляясь к своему порталу.       — Кричать будешь ты, когда встретишь в своём коридоре какого-нибудь розового единорога. Или принца на белом коне.       — Лучше единорог, чем очередной краб! — огрызнулась она.       Люси шагнула в лабиринт. Она выверяла каждый шаг, ожидая, что в любой момент земля уйдёт из-под ног или её подхватит какая-нибудь дурацкая ловушка, которая поставит её вверх тормашками.       — Эрза…       Голос Нацу донёсся из-за поворота.       Люси замерла. Что?!       Она бросилась на звук — и остолбенела. Это ещё что?! Откуда здесь вообще Эрза? И что они? ЧЕГО?!       Нацу стоял перед Эрзой.       И не просто стоял — он гладил её по щеке, что-то шепча на ухо. А она… Эрза смотрела на него так, как пишут в самых страстных романах — с томлением, обожанием, с полуприкрытыми глазами…       Но не это было главное… Главное было то… Что…       Эрза была в костюме креветки.       Ярко-розовом. С усиками. И хвостом.       — Эрза… ты такая… аппетитная в этом наряде… — Нацу томно вздохнул, и в его голосе прозвучала непривычная, бархатная нотка.       — Нацу… — прошептала она в ответ, прижимаясь к нему.       Люси не выдержала. Сначала из её горла вырвался сдавленный хрип, затем клокотание, и, наконец, её накрыла такая волна истерического хохота, что, наверное, её было слышно даже в столице. Она схватилась за бок, из глаз брызнули слёзы, она сползла по изгороди, не в силах устоять.       Но когда она протёрла слёзы и, всхлипывая, снова взглянула на поляну — перед ней был только пустой поворот, залитый лунным светом. Ни Нацу, ни Эрзы-креветки.       — ЧТО ЗА… ЧЁРТ?! — её глаза выпучились. Голова кружилась от смеха и непонимания.       Где-то позади, в густой тени кустов, стоял мужчина в тёмном плаще. Он щурился на потускневший, треснувший кристалл в своей руке и ворчал себе под нос:       — Чёрт… Кристаллы иллюзий выдохлись, что ли? Или сила проклятия на этих двоих не действует как надо? Надо было брать образцы посильнее…       Он швырнул камень в кусты, где тот погас с тихим шипением, и скрылся в зелени, словно призрак.       Люси, всё ещё трясясь от смеховой икоты, пошла дальше. «Ладно… Что дальше? Нацу в костюме омара, признающийся в любви Грею?» От одной этой мысли она снова расхохоталась.       А где-то в лабиринте Хэппи орал:       — НАЦУ! ЛЮСИ! ГДЕ ВЫ?! Я ЗАБЛУДИЛСЯ, А У МЕНЯ РЫБА ЗАКОНЧИЛАСЬ!       Нацу же в это время застыл, как скала, поражённый другим, не менее шокирующим зрелищем. Прямо на его глазах, этот вечно раздетый хрен, Грей Фуллбастер, с самодовольной, победной ухмылкой притягивал за талию к себе… Люси?! Люси в крошечном бикини?!       Да не просто Люси — а явно не сопротивляющуюся, с густым румянцем на щеках, томным взглядом и игривой улыбкой.       — Я тебе щас, башка ледяная… — зарычал Нацу, ярость забурлила в нём, как лава. Кулаки полыхнули алым, яростным пламенем. — Я ТЕБЯ СПАЛЮ ВМЕСТЕ С ТВОИМИ ДУРАЦКИМИ ТРУСАМИ!!!       Но в этот самый момент раскатистый, истерический смех Люси донёсся откуда-то из глубины лабиринта, явно не от этой иллюзорной версии.       Нацу заморгал, недоумевая, пламя на ладонях дёрнулось и ослабло.       — Чё за?!       Одна Люси — здесь, вторая — смеётся вдалеке… Значит, их две?       И будто в ответ на его хаотичные мысли, рядом с Греем из воздуха материализовалась ещё одна Люси. В вечернем платье.       — Три Люси?!       Нет, четыре. В пижаме.       Пять. В её обычной маечке и мини-юбке.       СТО ЛЮСИ.       Фигуристые, улыбающиеся блондинки заполонили весь проход, окружая его плотным кольцом. Они подмигивали, томно вздыхали, звали его по имени шёпотом…       — ЧТО ЗА ХРЕНЬ?! — Нацу отпрыгнул к стене, глаза округлись до размера блюдец. — ОТСТАНЬТЕ!       Он зажмурился, и когда открыл глаза — перед ним снова был пустой, тихий коридор лабиринта. Только его собственное тяжёлое дыхание нарушало тишину.       — Ничё не понял… — Нацу почесал затылок, чувствуя, как пот стекает по виску. — Я что, грибов где-то ядовитых объелся?       Где-то совсем рядом, за стеной, Хэппи отчаянно, уже почти плача, орал:       — НАЦУ! Я ТУТ СРЕДИ ЛЮСИ ЗАБЛУДИЛСЯ! ОНИ ВСЕ ХОТЯТ МОЮ РЫБУ, А ОДНА ДАЖЕ ПОПРОБОВАЛА ОТКУСИТЬ МНЕ ХВОСТ!       — Ладно… — вздохнул Нацу, пробираясь дальше. — Хотя бы не Греи. Сто Греев было бы пострашнее…       Наконец, все трое, потрёпанные и слегка не в себе, выбрались из лабиринта на просторную лужайку. Люси всё ещё время от времени хихикала, утирая слёзы.       — Так это ты там так ржала, Люси, — осуждающе, с надутыми щеками, смотрел на неё Нацу. Он всё ещё не мог оправиться от травмирующего видения «СТО ЛЮСИ» и чувствовал себя слегка осквернённым.       — Ну, да… — Люси закатила глаза, пытаясь сохранить серьёзность. — А что ты видел, что… стоп. Чего это ты жрёшь?! — её взгляд упал на Нацу, который хрумкал какой-то голубоватый, светящийся изнутри кристалл, подозрительно похожий на…       — ЛАКРИМУ?! — её крик эхом отозвался от стен павильона.       — Ты что, с катушек совсем съехал?! Опять хочешь слечь с температурой и пролежать в постели несколько дней, пылая, как печка?! — Люси бросилась к нему, пытаясь выхватить опасную, магическую «закуску» из его рук.       — Люси, отстань, я жрать хочу, — он отпихнул её одной рукой, при этом умудряясь другой рукой держать кристалл и дробить его своими острыми клыками. — Нашёл на полу в том лабиринте. Валяется — пропадать же будет!       Он отправил последний кусок кристалла в свою ненасытную утробу.       — Спасибо за угощение, — Нацу вспыхнул с новой силой и вытер уголок рта. — ВПЕРЕД!       И, прежде чем Люси успела вскрикнуть, он подхватил её и рванул в сторону отеля.       — Э-Э-ЭЙ! — она болталась у него на плече, как флаг на ветру. — НАЦУ! ТЫ СОВСЕМ ОХРЕНЕЛ?! ОПУСТИ МЕНЯ!       Но Нацу, подпитанный лакримой и жаждой наконец-то навалять кому-нибудь за этот дурацкий вечер, нёсся как пушечное ядро, оставляя за собой огненный шлейф и вытоптанную траву.       Где-то позади орал Хэппи:       — ЭЙ! НАЦУ! ЛЮСИ!       Кот топнул лапкой.       — И СНОВА ОНИ МЕНЯ КИНУЛИ!!!       Нацу, сделав последний мощный прыжок, подлетел к последнему бастиону — изящному мраморному павильону, украшенному колоннами и каменными львами. Нутром, инстинктом бойца он чувствовал — вот он, финальный рубеж, источник всех их бед!       — НУ! ВЫХОДИ, КТО БЫ ТЫ НИ БЫЛ! — рявкнул он, с размаху пиная дубовую дверь ногой. Изо рта, помимо слов, вырывались маленькие, яростные языки пламени.       — Зачем же так кричать и ломать имущество, юный друг… — раздался низкий, спокойный, прекрасно знакомый им голос.       Нацу поднял голову.       — Драгомир! — воскликнула Люси.       Маг стоял на лестнице, скрестив руки.       — Вы с неожиданным, но безоговорочным достоинством прошли все мои испытания… — с лёгкой театральностью произнёс он. — Но осталось последнее, самое важное… Оно покажет истинную силу вашей связи…       — ДА К ЧЕРТОВОЙ БАБУШКЕ ВСЕ ЭТИ ДУРАЦКИЕ ИСПЫТАНИЯ!!! — Нацу в бешенстве топнул, мраморная плитка треснула под его ногой. Он собрался было разнести павильон в щепки одним ударом, но вдруг замер на месте — его тело с ног до головы сковали вспыхнувшие из-под земли сложные, переплетающиеся руны.       В воздухе между ним и Люси вспыхнула новая, сияющая надпись:       ✧《 Вы должны произнести одно и то же слово. Одновременно. Искренне》✧       Люси хмыкнула, скрестив руки. Этой горящей, взрывной башке в его нынешнем состоянии в голову может прийти только одно слово… И ей, если честно, после всего этого, тоже.       — Я, — сказала она, глядя Нацу прямо в глаза.       — Тебя, — сказал Нацу, не отводя взгляд.       — СПАЛЮ-Ю-Ю!!! — проревели они хором, в идеальной синхронности, с одинаковой яростью и искренностью.       Руны вокруг Нацу треснули с хрустальным звоном, вспыхнули ярко-алым и рассыпались в пыль.       — ЗАМЕЧАТЕЛЬНО! ИДЕАЛЬНО! — Драгомир захлопал в ладоши, его лицо озарилось восторженной, почти безумной улыбкой. — ВЫ — ПЕРВАЯ ПАРА ЗА ВСЕ ГОДЫ, КОТОРАЯ ДОШЛА ДО КОНЦА И ПРОШЛА ФИНАЛЬНОЕ ИСПЫТАНИЕ С ТАКОЙ… ЭНЕРГИЕЙ! И ВЫ… — он не успел договорить.       — Ну всё, хватит. — Люси взмахнула рукой. Золотой ключ со свистом рассёк воздух. — ВРАТА НЕБЕСНОЙ ДЕВЫ, ОТКРОЙТЕСЬ! ДЕВА!       — НАКАЗАНИЕ, — сказала она и указала на мага.       — Да, принцесса, — раздался бархатный, послушный голос.       Не мешкая ни секунды, Дева влетела в Драгомира с двух ног, уложив того на мраморные плиты с оглушительным, сочным «БАМ!», от которого содрогнулся весь павильон.       — На-а-г-ра-а-да… — прохрипел поверженный маг, выронив из ослабевшей руки маленький светящийся камешек в форме идеального сердца.       — Это чё? — Нацу поднял его, повертел перед глазами…       И проглотил.       Драгомир, не в силах вынести такого варварства, отключился.       — О, смотри, Люси, у меня живот светится! — сообщил Нацу, сияя изнутри, как новогодний фонарик.       Люси закатила глаза.       — Поздравляю. Теперь ты официально самый тупоголовый светлячок в Фиоре.       Хэппи наконец добрался до них, запыхавшийся и взъерошенный. Он посмотрел на лежащего мага и светящегося друга и только вздохнул.       — Опять я всё самое интересное пропустил…       Где-то вдалеке, со стороны главного здания отеля, грохнул мощный взрыв, за которым последовали более мелкие. Величественный «Лунный поцелуй», переживший сотни романтических историй, наконец не выдержал натиска сил хаоса в лице этой троицы. На фоне ночного неба взметнулся столб дыма и искр.       — Кажется, я по пути… случайно нажал какую-то очень красную, очень красивую кнопочку… — Хэппи вилял хвостом, пряча за спину лапки, испачканные в саже и чём-то липком. — Она так призывно мигала…       — КАКУЮ КНОПОЧКУ?! — с предсмертным хрипом рявкнули Нацу и Люси.       — Ну, она была такая… блестящая… большая… и на ней было написано большими буквами «АВАРИЙНЫЙ СБРОС. НЕ НАЖИМАТЬ!»…       — И ТЫ НАЖАЛ?! — заорала Люси.       — Ну а что? — Хэппи пожал плечиками. — Кто же пишет такое на кнопках? Это же прямое приглашение! Их сразу же хочется нажать!       Живот Нацу вспыхнул ярче — лакрима, видимо, решила добавить драмы.       — О, смотрите! — Люси указала на него. — Нацу теперь может работать маяком! Моряки будут благодарны.       — Заткнись, Люси… — проворчал он, но внезапно осёкся, заметив, что Драгомир пришёл в себя и смотрел на пылающие руины отеля.       — Мой… мой курорт… — маг захлёбывался слезами. — Я… я вложил в него всю душу…       — Ну, вообще-то ты сам начал! — возмутилась Люси, скрестив руки.       — И вообще, — добавил Нацу, пылая уже не только в прямом смысле, — если не хочешь, чтобы что-то взорвалось, НЕ СТАВЬ КРАСНЫЕ КНОПКИ!       Хэппи кивнул в знак солидарности.       — И не пиши на них «НЕ НАЖИМАТЬ!»       Драгомир опустился на землю.       — Ладно… — он махнул рукой и достал из кармана ещё один кристалл. — Вот ваша награда за задание. Только… уходите. Пожалуйста.       Нацу схватил камень, осмотрел — и снова проглотил.       — НАЦУ!       — ЧТО?! ОН ЖЕ ВКУСНЫЙ!       Люси зажмурилась, считая до десяти, чтобы не прикончить их всех на месте.       — Всё. Идём домой.       — Ура! — запищал Хэппи. — А по пути купим рыбу?       — НЕТ!       Троица побрела прочь, оставляя за собой тлеющие обломки и морально сломленного мага, устроившего им незабываемое романтическое приключение.       Где-то вдали снова что-то грохнуло.       — Это не я! — завопил Хэппи.       — ХВАТИТ ПЫТАТЬ СУДЬБУ, ИДЁМ!       И они пошли, освещая путь светящимся животом Нацу…