без промаха

– Джей Эм, стреляй… – Джей Эм, ты слышишь меня?... – Джей Эм, спусти курок, живо!       Голос Хосока доносился с динамика. Они всегда были на связи на таких заданиях, несмотря на то, что Чимин, которого Хосок называет “Джей Эм”, любитель тишины. Ему важно ровно дышать, быть внутри себя в такие моменты. Когда Хосок кричит, Чимин будто просыпается и стреляет. Хладнокровно и без лишних движений.

Как он докатился до жизни такой?

      Наверное, все началось с того, как он познакомился с Юнги. Молодой парень, старше его на пару месяцев, такой милый и заботливый, пробудил в Чимине яркие чувства, наполненные светом, теплом и добротой. Как и Пак в старшем. Они проводили много времени на свиданиях, дома друг у друга, делились историями и переживаниями, все, как делают парочки. Одно свидание Чимин запомнил надолго. Юнги тогда привел его в стрелковый клуб, где научил пользоваться огнестрельным оружием. Конечно же под жестким присмотром тренером и остальных людей, чтобы никто не поранился. У Пака не получилось сразу, но он смотрел на Юнги, который уже в пятый раз без единого промаха стреляет в движущуюся мишень и понимает, что до такого уровня хочет дорасти.

…И ведь дорос, даже перерос…

– Милый, сосредоточься, – Юнги подошел вплотную. – Не забудь придержать свою руку, – он плавно скользил по ней, чрезмерно отвлекая Чимина. – Не забывай дышать, – когда основания шеи едва коснулись губы Мина, Пак встрепенулся. – В твоей голове не должно быть мыслей. Когда ты будешь уверен, стреляй. И у него получилось. Они оба были счастливы, как никогда. Вот только суждено этому было длиться недолго….

***

– Господин Чимин?       Пак поднимает заплаканные глаза на человека, который подошел к могиле Юнги. Тот весь в черном, в деловом костюме, пальто и темно-зеленом шарфе. С прилизанными волосами и такими же печальными глазами. – Меня зовут Хосок. Я друг Юнги.       Чимин напрягся. Мин никогда не говорил про своих друзей, а тут, увидеть одного из них спустя год смерти любимого стало ударом. – Соболезную вашей утрате. Юнги много про вас говорил.       Тот сел рядом с Паком и смотрел вдаль. Ветер развевал мелкую траву, а солнце уже готовилось уйти за горизонт. Чимин снова просидел тут целый день, не замечая ничего вокруг. – Не хотите поработать над одним проектом? Насколько я знаю, вы сейчас учитесь на аналитика данных?       Чимин кивнул. Это была правда. Он поступил на аналитика, когда горел этой возможностью, ведь это была его мечта. Он планировал работать в успешной компании, строить семью с Юнги, купить кота или собаку, путешествовать. А теперь – ничего. Весь его мир стал черно-белым с серыми оттенками. – Вы могли бы войти в круг привилегированных людей. Наша компания огромна – F4. Вы явно слышали о ней.       Хосок не скрывал свою гордость. Даже несмотря на то, что он находился лишь в тени компании, отвечая за мелкие поручения, он являлся одним из тех, кто принимал важные решения. Молчание затянулось. Конечно Чимин слышал о ней и он мечтал о ней, вот только сейчас ему как будто это не особо было нужно. – Чимин… Мне нужно рассказать Вам правду. Вы страдаете. Я знаю это, потому что наблюдаю за вами уже полгода. Вы в глубокой депрессии. Тут даже обычный человек это поймет.       Пак напрягся, все также внимательно рассматривая собеседника. Ни разу не проронив слова он в душе надеялся, что тот просто уйдет, но Хосок все продолжал свой монолог, не чувствуя эмоций собеседника. – Юнги убили и мы почти знаем кто это. И мы предлагаем вам не просто проект, а возможность отомстить тому, кто это сделал. Подумайте над предложением, если примите решение, приходите в главный офис F4 и скажите, что вы ко мне. Я буду вас ждать.       Как оказалось потом, F4 – это не только компания по государственной кибербезопасности, но и одна из частей мафии, которая контролирует черную сторону города. Хосок, а вместе с ним и Тэхен, составляли команду по внедрению вирусов и троянов в компьютеры тех, кто работает против них, в частности, на отряд Akumoto. Но и проект, который предлагал Хосок, тоже существовал: разработка концепции современного искусства. Почему именно оно? Ким Тэхен был большим любителем этого, он много знал в мире музыки, литературы, художников, поэтому выбор был очевиден.       Когда Чимин впервые вошел в кабинет Хосока и Тэхена он удивился: повсюду мощные терминалы, каждый компьютер защищен системой обхода, наделен сервисами, которые перехватывают взломы мошенников. Сообщения шифровались определенным кодом, которые придумывали эти двое. И Чимин понял – он сделал вдох жизни, когда вошел сюда. – Мы должны придумать тебе псевдоним, – резко сказал Хосок. – Зачем? – Мы не можем общаться с нашими именами по обычному телефону или сети. Тебе также придется сделать новые аккаунты, а еще сменить квартиру. Я – Чон. Знаю, по фамилии, но тут уже что поделать. Тэхен – Винсент. А ты – Джей Эм. – Ты, кстати, можешь пожить у меня. Так будет удобнее, – предложил Тэхен, пережевывая жвачку уже пару минут, – У меня трешка, но я редко появляюсь дома, так как слежу за состоянием техники. У меня тут даже своя кровать и холодильник есть. – Это хорошая идея, Тэхен, – поддержал того Хосок. Чимин смотрел на этих двоих с легкой улыбкой. Находясь с ними всего пару часов, он чувствовал, будто вечность был с ними знаком. Но потом, как будто по взмаху крыла, его легкая радость исчезла. – Можете мне рассказать, как вы были знакомы с Юнги?       Кабинет окунулся в молчание. Они не хотели рассказывать ему, но были обязаны. А потом Хосок просто дал папку с делом об убийстве, с информацией, которую сами откопали в недрах компании, о том, что новичок с Akumoto должен был его убить в качестве вступительного испытания. Юнги был одним из исполнителей мафии. Скрываясь от гражданских, работал в приличной компании, приличным рабочим. Вот только его воздействие на черный мир не нравилось другой группировке.

… Вот к чему привел его Юнги.

***

– Господин Пак, как давно Вы не чувствуете эмоции? – На самом деле еще с подросткового возраста, но родители мне не верили. Я пытался покончить пару раз со своей жизнью, но получалось лишь причинять себе боль. – Я правильно понимаю, сейчас это состояние обострилось? Как давно? – Да. Прошло полтора года, после того, как умер мой любимый человек. – Хотите поделиться этим?       Чимин молчал. Он не хотел ничего. Даже этот визит к психотерапевту ему назначил Тэхен, беспокоясь о состоянии друга. Это посещение не привело ни к чему новому. Как бы Пак не хотел, его уже не спасти. Время идет, а он не может прийти в состояние облегченности, того, что мог чувствовать раннее. Даже те простые эмоции, которые были у него до появления Мина, были ему недоступны.

***

      Как и было оговорено, Чимин жил у Тэхена, пока тот вечно находился в офисе, закончил экстерном вуз, и, как его попросил Хосок, поступил на медиавистику. Он аргументировал это так: мы создаем тебе новую личность, поэтому, должно быть какое-то разнообразие у тебя. Дав Чимину папку с новыми указаниями, он оставил его один на один с компьютером и чашкой недопитого кофе. Работа по проекту росла, а работа темного характера не продвигалась. Казалось бы, наступило затишье, вот только этих троих вечно что-то беспокоило. Akumoto молчали, даже не было зацепок, чтобы их вычислить. Они не сдавались, это было что-то вроде мести.       Так прошло еще два года. Разгуливая по ночному Сеулу, Чимин слушал всплески воды реки Хан, смотрел на вечные огни, пытался разглядеть звезды на небе, на зеленые деревья. Зайдя в круглосуточное кафе, сел в самом углу, темном и неприметном, и уставился в телефон. На почте было пару сообщений от Тэхена с указаниями на ошибки в коде, несколько от Хосока с вопросами “Как дела” и “Что делаешь”. Пак лишь тихо фыркнул. Он знает, что на всех устройствах есть программа, которая дает доступ к геолокации, сообщениям, фотографиям и данным. Это, как мера безопасности, и Чимин это понимает. Один раз это спасло ему жизнь…       Он тогда сидел на скамейке на набережной реки, когда с сильным ударом по голове приложили чем-то тяжелым, а потом еще и накинули мешок. Память отключила ему все, что происходило после. Помнит лишь то, как проснулся уже в новой квартире, не в квартире Тэхена, и почувствовал огромную боль в своем теле. Как оказалось, в таком состоянии он пролежал несколько дней, с дикой лихорадкой. Ссадины и синяки не сходили еще долго, но забота других ускорила этот процесс. Когда ребята пришли, они рассказали ему, что Чимин долго не отвечал на сообщения, и Хосок решил проверить его геолокацию. Увидев то, что тот находится около порта, они оба поспешили на помощь и совсем не зря. Ребята из Akumoto насиловали Чимина прямо на улице, совершенно ничего не стесняясь, передавая Пака по кругу, как одну из дешевых проституток. – Но я ничего не помню… – Как оказалось, ты был без сознания все это время, но они тебя ничем не качали, повезло. – Это явно было предупреждение, Чон, – грубо вмешался Тэхен. Закинув капюшон на голову, он потягивал кофе из большой чашки. Приглушенный свет накалял обстановку, но что именно происходило Чимин не понимал. – Хочешь отомстить? – спросил Хосок – А можно? – получив кивок, Чимин задумался. А хотел ли он? А может ли он убить людей? Способен ли он на это?

Никаких эмоций. Теперь ты сам за себя. Не жалей себя, тряпка

      Где-то глубоко внутри Пака звучал то-ли голос Юнги, то-ли внутренний свой, серьезный и уверенный, стальной.       Первые попытки. Попадания. Напутствия Юнги, как на том самом свидании, настраивали парня. Чимин стрелял в каждого. Так точно, что ему бы позавидовали все. И он знал, что он лучший. Казалось бы, простой аналитик данных для всех, и только для определенных лиц – снайпер.       Почти бесшумные попадания: в грудь и голову.       Тогда в Чимине что-то сломалось окончательно.

Никаких эмоций. Теперь ты сам за себя.

Никто не поймет тебя. Ты одинок.

Твоя грусть, твоя печаль будет с тобой всегда.

Ты отомстишь. Тихо. По-своему.

Джей Эм вошел в азарт. Компания F4 стала замечать его данные и давала поручения большего объема: чиновники, бизнесмены, иностранные владельцы компаний. Все те, кто был неугоден F4. Чимин считал, что его изнасилование было не только предупреждение для их компании, но и мощный толчок для развития его личности, хоть и таким способом.

***

      А потом Пак встретил того, кто заставил его улыбнуться по-другому, немного иначе. Кто дал ему чувство безопасности. Кто оценил его ум, силу и доброту. И кто совершенно не знал ту сторону, который Чимин должен был скрывать.

Чон Чонгук

      Они встретились в том самом ночном кафе, в которое Чимин часто заходил во время своих прогулок. – Не хочешь ко мне? Расслабимся       И Чимин согласился. Ему было плевать. Он хотел новых эмоций и ощущений. Пак был уверен, что Чонгук позаботиться о нем.       Зайдя в квартиру к Чонгуку, они безудержно целовались, валились на кровать. Чон раздевал Чимина и обводил взглядом его тело. – Ты шикарный, ходишь в зал? – Да. Короткие диалоги, полуулыбки, неловкие действия Чимина, даже несмотря на то, что ему было интересно, захватывающе и совсем не неловко. – Неужели ты девственник? – Да, у меня никого не было.

Врешь. Та компания неплохо так засадила тебе члены в задницу

      Именно этот голос ему портил настрой, но забив его подальше в себя, отдался процессу. И Чимин соврет, если скажет, что ему не понравилось. Чонгук брал его в рот так умело, что щеки пылали изнутри, казалось, что Пак сейчас распадется на маленькие звездочки. Он растягивал его вход, целовал, говорил, какой тот прекрасный. Чимину нравилось. Он хихикал, генерируя шутки на ходу, возможно немного сбивая процесс, но он был живым. Когда им пришло время расстаться, Пак не грустил. Последующие два дня Чимин не грустил. Он вспоминал то, как провел время с Чонгуком. Его это заинтересовало.       А потом пошла череда свиданий. Они много гуляли, ходили по разным заведениям, которые открыты ночью. Пак старался не привязываться. Смесь эмоций не позволяла ему этого сделать, как будто психика кричала: Не трожь, убьет! Но он так хотел почувствовать себя вновь живым, чувственным, он так хотел почувствовать себя тем, кого выбирали и кого хотели.       Одним из таких "живых" свиданий был поход на выставку современного искусства, ту самую, которую курировал Тэхен, и документы по организации которой готовил Чимин. Он хотел, чтобы Чонгук увидел плод их многомесячного труда, даже на таком, пусть и сыром, но важном этапе. Они не стеснялись друг друга. Держались за руки, обсуждали каждую картину, внимательно слушали самого Кима, когда тот, нарочно проходя мимо, пристраивался и зачитывал лекцию "почему же этот раздавленный банан так важен для истории". Эти оба всего лишь улыбались на его слова, но поддерживали, кивали в знак благодарности и тихо шли дальше. Время между ними проходило незаметно. Чимину хотел больше, несмотря на то, что нельзя. Впервые в жизни ему так хотелось пойти против самого себя, того холодного и почти ничего не чувствующего парня. Если каждый раз он загонялся насчет того, что его эмоции в основном были подделкой для всех, то для Чонгука он был словно белый лист: чистый и открытый.       Как оказалось, Чон был очень болтливым. Он рассказал всю свою жизнь за пару часов, потом еще столько же спрашивал Чимина: о родителях, друзьях, работе. Пак говорил туманно, иногда абстрактно. На некоторые вопросы не давал ответ сразу, а только через время. Он говорил только ту информацию, которая была ему положена, того Чимина, которого должны знать все. Так прошло пару месяцев, пока Хосок не отправил новую информацию по делу об убийстве Юнги. Они вычислили того человека. Без лишних вопросов Чимин нажал на папку на своем компьютере и открыл первый документ.       Гудки заполонили наушники. – Ты уверен, что это он, Чон? – спросил Чимин, когда Хосок взял трубку. – Винсент никогда не ошибается. Это он. Что будешь делать? – Установлю на него маячок с геолокацией, и нужно будет внедрить программу. – Подожди, – Хосок опешил от такого плана друга, – ты с ним знаком? – Более чем. Встречались пару раз.       Пару раз – сильно преуменьшено. Раз в три дня на протяжении трех или уже четырех месяцев.       Голос холодный, но внутри сомнения. Чимин не хотел в это верить, но факты говорили об обратном. – Тогда действуй.       Чимину нравилось, что ему дают такой выбор. Просмотрев остальные документы, найдя подтверждающую информацию, что это именно Чонгук убил Юнги, все встало на свои места. Его чистый аккаунт, расплывчатые, хоть и подробные, описания прошлого. То, на что Чимин обычно не обращал внимания. Ему стало интересно, а знает ли Чон, кто такой Пак?       Написав Чонгуку то, отчего тот никогда не отказывается, он принял душ и, взяв все необходимое, направился к его дому. Тот открыл ему сразу после стука, как будто ждал прихода. Пак зашел и сразу снял с себя пальто, под которым, кроме брюк ничего не было. Очень эффектно. У Чонгука глаза на лоб полезли, а после, он прижался к холодным соскам Пака, полизывая и покусывая. Их кровать скрипела, как будто просила быть этих двоих поаккуратнее. Соседи после часа стонов начинали бить по батареям, но этим двоим надо было насытиться друг другом.       Когда после этого они лежали и обнимались, Чонгук крепко уснул, а Чимин начал свое дело: установить маячок было проще простого. Его тихие шаги не отдавались эхом, силуэт как будто был прозрачен. Самое логичное место - или куртка, или ботинки. Пак оставил свой выбор на втором варианте. Программу послать он еще успеет. Отписав Хосоку об успехе, он поцеловал Чонгука на прощание и, также тихо собравшись, ушел. Ночной город встретил его с теплотой. Кое-где ходили люди, яркие лучи светились с промоушенов. Чимин шел своей дорогой. Он принял решение.

А жизнь над тобой смеется только так, Чимин

Он старался не слушать. Гадкий и едкий голос прожигал ему душу, от которой ничего не осталось.

***

– Хосок мне нужно разрешение – Пак зашел в кабинет сразу с вопросом, чтобы не тянуть время. – На что? – Можно для Akumoto подготовить предупреждение, что скоро они лишаться одного? – Чимин, что ты задумал? – настороженно спросил Чон. Эти мысли друга иногда пугали его, как и сейчас. – Хочу устроить ему подарок. – Я спрошу у руководства. – Не стоит, я сам понесу всю ответственность за свои поступки, не прикрывайте меня. – Будь аккуратен, пожалуйста. Хосок не успел еще кое-что сказать Чимину, тот уже ушел, столкнувшись с Тэхеном в проеме. – Аура у него конечно специфичная, – хмыкнул Тэ. – Не спускай с него глаз, пожалуйста, что-то меня это начало пугать, – Хосок лишь улыбнулся и , сказав что-то сам себе, качнул головой.       И Чимин выслал им предупреждение: записку между телами пары убитых охранников на порту ночью. Тихо и без зацепок. Akumoto были в ярости: бегали как таракашки по городу, пытались искать “худого парня в тёмной кепке”, вот только таких, по описанию, чуть ли весь город. И Чимин видел, что Чонгуку не до их встреч. Установленная программа-шпион видела переписки с некием “Босс”, в которых числилась информация по подозреваемый в этом “бунте”, только среди них не было двух заветных букв: JM. Маячок постоянно крутился в черте города, от одного конца к другому, видимо искали, следили. Их догадки по поводу записки, где было лаконичное: “минус один”, не приводили ни к чему. Они смогли выяснить, что это было написано мужчиной, определённо левшой. Дальше для них был тупик. Они решили ждать.

***

      Темная ночь. Чимин знает, Чонгук должен сейчас быть здесь через пять минут. На перекрестке проспектов. У Akumoto сегодня своя миссия, в которую никто не должен вмешиваться, вот только они не учли появление Джей Эм. В наушниках играла тихая музыка, все подряд: разные жанры, биты. Это успокаивало, а когда даже получалось выстрелить в сильную долю музыки, он радовался.

“Я растворяюсь в громкой музыке”

– Джей Эм, слышишь меня? – лукаво протянул Хосок. – Да… Ответил таким же шепотом Пак. Хосок его иногда раздражал, что все время находился на линии, пока Чимин был на заданиях, но с другой стороны это успокаивало.

“Привыкаю к банальной истории, как в сериалах”

Безостановочные слова Чона растворялись в любимой музыке. Чимин дышал, выключал потихоньку мысли и эмоции.

“Неужели я зашёл слишком далеко, чтобы ты узнал меня?”

– Объект будет на точке через 45 секунд… - шепчет Хосок.

“Я знаю, ты знаешь”

      Чонгук пришёл в точку. Как раз точно. Что-то искал в телефоне. Смотрел по сторонам. Кого-то ждал. Время шло, Чимину было интересно, кто же придет, но этот неизвестный не приходил – Джей Эм, стреляй, не жди, – прозвучал голос Хосока, напоминая, что время не вечное. – Джей Эм, ты слышишь меня? – получив тихое “Да”, Чон продолжил, – Чего ты ждешь? Он может уже просто уйти. И Пак застыл. Через пару секунд он лишиться человека, который в последнее время делал его счастливым, заставлял улыбаться.

Прорвемся, милый. Ты всегда был один

Внутренний голос поддержал. Как и всегда. Судьба гадкая. Жизнь – боль. Чимин признается сам себе: скоро ему станет скучно. – Джей Эм, спусти курок, живо! – он будто проснулся проснулся от своих мыслей из-за крика Хосока в наушник. Быстро собравшись, сделал “вдох-выдох”. Нацелился. Тишина. Выстрел.       Прямо в сердце. Чимин даже с такого расстояния заметил.

“Луна, принимающая тебя, позволь мне её обнять”

      Собрав вещи, Пак начал аккуратно пробраться со здания сквозь деревья, как и делал это раньше. Никто не пришел. Неужели это был шаг в собственную смерть? Они пытались вычислить стрелка? Казалось бы, в округе никого не было. Они решили подставить своего человека?

***

      Поднимаясь в кабинет, Чимин заметил, что дверь была едва открыта. Яркий, холодный свет горел. Голоса Тэхена и Хосока обрывками доносились до коридора. Почувствовав что-то неладное, Пак стал аккуратно пробираться к двери, намереваясь подслушать то, о чем они говорили. - Думаешь, он понял? - спросил Тэхен. - Нет, - резко ответил Хосок, - Джей Эм делает то, что должен. - А если он узнает? - голос Кима становился тише с каждым вздохом. - Уже поздно.       Звук падающего металла донесся со стороны коридора, выдавая Чимина. Сделав вид, что он запнулся, зашел в кабинет и, тихо здороваясь со всеми, начал снимать с себя все оборудование. Тэхен сидел за компьютером, быстро что-то печатая, скорее всего аннотация к заключительному этапу проекта. – Тебе тут писали вечно, я отрубил телефон, – сказал Ким между делом. Хосок подошел к Паку, в свободной рубашке и брюках – тот ещё красавчик. – Ты молодец, – сказал он и похлопал Чимина по плечу.       Включив телефон и разблокировав его, он удивляется: около десяти сообщений от Чонгука, где тот просил подойти на встречу, спрашивал где он и почему его нет, тупые смайлики, которые плачут, затем сердечки. Часть сообщений были прочитаны. Шестеренки в голове Пака работали. Слишком громко. Тишина давила на Чимина. "Пойдем поедим мороженое?" - это было последним. В голове шумело. – А ещё я купил тебе кактус, – прервал затянувшееся молчание Тэхен. Тот достал из-под стола красивый пакет и поставил рядом с Джей Эм. Его как будто бы по голове ударили. – Я не понимаю, так он был виноват или нет?       Вопрос Чимина остался без ответа. Он почувствовал себя отчужденным, как будто не заслуживал всей правды. Уже придя домой, с раскалывающейся головой от мыслей, противоречий, он посмотрел подарок Тэхена. Милый, маленький кактус, покрыты сотни иголок, зеленый, в горшке в виде кота. Неприкосновенный. Первый и единственный цветок в квартире Чимина. – Привет, малыш, – он приглянулся Паку, – это твой новый дом. Сходив за водой для полива, Чимин поставил музыку под настроение: такое же опечаленное.

"Чувствуя свою душу, я вижу пустоту"

      Голос певца окутывал темноту квартиры, делал ощущение присутствия.

"Я знаю, тебе грустно, но именно это заставляет тебя сиять"

Чимин готов разрыдаться. Теперь уже по своей воли он лишился того, кто наполнял его светом. Он вспомнил Юнги, вспомнил друга, который покончил со своей жизнью, вспомнил дедушку, который был важен для Пака, но умер слишком рано. Все, кто важен для сердца парня, умирают. Даже Чонгук.

"В конце ночи ты снова оставишь меня без ответа"

      Чимин тонет. В этих чувствах, которые приносят много боли. Никто не может ему помочь. Никого нет рядом, кроме Хосока и Тэхена, и… кактуса.