Война или военная девушка и её жизнь

Каникулы — очень приятная вещь как для учеников, так и для учителей. Но не совсем приятен был один факт. Учителя должны были приходить в школу и дальше продолжать работать. Василиса знала об этом, и такой факт её не устраивал. — Варь, я сейчас домой сгоняю за вещами и вернусь, — прокричала девушка из коридора. — Хорошо, может, тебя подвести? — предлагала учительница. — Нет, спасибо, я сама. Ключи взяла, — выходя из дома, проговорила девушка. В след ей Варвара сказала что-то, но что она не поняла. Дома у мамы пахло борщом, который стоял на плите. Добрыня бегал на улице с детьми, снова играя в футбол. Маргарита Васильевна сидела за столом в комнате дочери и что-то писала по работе. Дверь открылась, и Васька зашла со словами: — Привет, мам. Я за вещами и деньги из тайника заберу. А, и ещё: на работе скажи, что Варвара Дмитриевна заболела. Ну или хочешь — можешь правду сказать, что мы с ней уехали. — Привет… Стоп! Кто куда уехал? Можешь, пожалуйста, помедленнее? И кушать будешь? Объясняй по-нормальному, ничего не поняла. — Потирая переносицу, проговорила женщина и начала смотреть на дочь, которая уже собирала вещи и объясняла: — Я и Варя встречаемся, теперь живу у неё. Деньги мне нужны, чтобы увезти её кое-куда. Ну, не важно. На счёт работы только проблемы. Не знаю, может, схожу в школу, поговорю с директрисой и завучами — и все дела. Вообщем, пока, мам. Покушать можно было бы, но я спешу. Дочка поцеловала маму в щёку и ушла. Девушка спешила, но хотела порадовать любимую и поэтому зашла в магазин, чтобы купить букетик цветов и кольцо: ведь она посмотрела её размер пальца. Денег в тайнике было около трёх миллионов; часть была заработана на войне, другая — во время работы, а третья просто копилась. Купив шикарный букет цветов и серебряное кольцо с султанитом, она направилась уже как бы в новый дом. Девушка открыла дверь ключом и зашла. — Варвара Дмитриевна, вы согласны встречаться со мной и жить, любить, ценить, получая то же самое в ответ? Можно теперь сказать, что это прям официальное предложение. — Василиса сказала эти слова стоя на колене с букетом и кольцом. — Мы же итак встречаемся. Я согласна хоть жениться на тебе: ведь ты самое дорогое, что есть у меня. — Варя сказала эти приятные слова, обняла и поцеловала любимую. — Это ещё не всё. Так как сейчас наступили каникулы, я хочу отвести тебя в отпуск, а потом и к твоим родителям — познакомиться. Если ты не против, конечно. Согласна? — снова задавала вопрос младшая. — Нууу… я не знаю. Можно наверное. Давай только ты скажешь своей маме, что мы встречаемся? А лучше — вместе. — отвечала учительница. Вместо ответа был обычный кивок головой, и девушки принялись собирать вещи. Василиса и Варя направились к маме младшей, чтобы всё рассказать, хотя она и так всё знала, но не официально. Поэтому они сказали всё как есть, на что получили одобрение и решили остаться на ночь перед отъездом, а потом — на вокзал. Поезд был до Москвы, там они сели на самолёт и полетели в Дубай. Девушки попрощались с мамой Василисы и отправились в путь. В Дубае. Они ни в чём себе не отказывали, ели что хотели, пили и купались, наслаждались моментом и просто кайфовали. Варя просто врала маме, говоря, что она на работе и очень занята. Но фотки в ВК от мамы не скрыть. Ольга Сергеевна — так звали её маму — была в курсе об отдыхе дочери. Она не ругала её и не говорила, что знает. Ведь Варя выкладывала фотки со второго аккаунта, о котором никто практически не знает. Даже там была одна фотка, по виду которой у Ольги Сергеевны появлялись сомнения. Эта фотка с Василисой. Они стоят вечером на фоне воды и целуются. Для мамы это казалось очень странно и неправильно, но она ждала, когда дочка расскажет всё сама. Одним вечером: — Всё, ладно, мам, пока. Мне нужно доделать тут по работе отчёт по оценкам, — врала Варвара по телефону. Василиса лежала на кровати и просто смотрела в потолок, ожидая любимую. — Поговорила с мамой? — интересовалась девушка. — Да. Я так уже устала ей врать, но не могу сказать правду. Потом, когда приедем. Устала капец сегодня, — легла на грудь старшая и обняла военную. Василиса переложила любимую на подушку и начала целовать — жадно, страстно, так что у той чуть ли не кровь из губ пошла. Варю всё устраивало: она ждала, хотела, чтобы её так любили. Но она предпочитала быть первой и не давать себя никому просто так. Резким движением она перевернула генерал-майора и нависла над ней. — Можно или против? — спросила Варвара. — Можно и нужно, делай что хочешь, — промолвила Василиса и убрала руки. Прядь рыжевато-каштановых волос спадала с лица старшей. Она была прекрасна, а лунный свет создавал атмосферу. Варвара Дмитриевна стала снимать с военной большую футболку, а после и всё остальное. Младшая уже тяжело дышала, она была готова, но у учительницы был другой план: она хотела слегка поиздеваться, потянуть время, так скажем. Она раздела её и очень медленно начала целовать шею, останавливаясь на груди. Покусывала и игралась с соском, а потом приступила к животу. Целовала и кусала, а после целовала укус снова, словно извиняясь. — Пожалуйста… Варечка… пожалуйста… — прерывисто говорила Василиса, вцепляясь пальцами в шикарное тело учительницы и сжимая её футболку. Ответа от Варвары не последовало — она просто сняла свою футболку, и руки младшей оказались на одеяле. Училка снова прильнула к губам, покусывая их. Василиса уже не выдерживала и начала стонать Варе прямо в губы. От этого старшая специально отстранилась и вернулась к телу. Целовала ключицы, живот, грудь, ноги, руки — выжидала время. Сквозь стоны Васька смогла хоть что-то сказать: — Умоляю тебя… Варечка… Прошу… бы…стрее… В-Варя, прошу… — Я подумаю, любимая, — ответила Варвара и решила пощадить свою девушку. Она резко вошла двумя пальцами, на что получила крик и громкий стон. Варя двигала пальцами быстро, резко выходила, потом снова входила и медленно, а затем просто делала «ножницы», выпрямляя пальцы внутри. Старшая ощутила, когда Василиса была на пике, отстранилась и приступила языком. Она делала быстро, жёстко, но приятно — и вот военная кончила. Это был протяжный стон, дрожь по всему телу и расслабление пальцев. Варя просто встала и пошла мыть руки. Вернувшись, одела свою девушку, а после легла рядышком. — Зайка, спасибо, я тебя люблю, — сказала генерал-майор и потянулась поцеловать любимую в щёчку. — Не за что, Василисочка, я тоже тебя люблю, — проговорила Варька и обняла военную. После чего они заснули, а завтра должны были ехать на родину учительницы.