Пятьдесят оттенков удовольствия

      И снова тишина. Оглушающая тишина не только в пентхаусе, но и в телефоне Йо. После их секса по видео Хао ни разу не набрал и не написал ему. Сколько прошло: одна, две недели?       Асакура посматривал на календарь и болезненно осознавал, что дни приближаются к тому самому празднику, о котором говорил Хао — Рождеству. Он обещал вернуться до Рождества, но никаких предпосылок к этому Йо не замечал. Интересно, как у него там дела? Удались ли переговоры? Собирается ли возвращаться в Японию? Собирается возвращаться к нему?       До сих пор не понимая, в каком статусе находятся их отношения, Асакура ломал голову каждый день, пытаясь решить эту дурацкую головоломку. Из-за чего чуть ли не ежедневно его посещала мигрень. Прогулки на свежем воздухе мало помогали, а последний гвоздь в гроб его уверенности забивали новогодние украшения на улицах и витринах заведений.       За прошедший месяц Йо так и не воспользовался банковской картой, которую ему оставил Доджи. Просто без надобности. Она лежала на прикроватной тумбе в спальне и только мозолила глаза. Йо хотел её убрать куда подальше, но задумывался об одном — вдруг она понадобится, чтобы встретить Доджи как подобает?       Возможно, он и воспользуется ею. Ведь Рождество для японцев не святой праздник, а праздник влюблённых. Обычно в этот день парочки устраивают романтические свидания, бронируя столики в ресторанах и ужиная при свечах. Но Йо не мог себе этого позволить, потому что не знал, вернётся ли Хао к этому дню или нет. Да и вообще не понимал, мог ли он устроить романтический ужин своему партнёру. Как Хао на это отреагирует?       Терзая себя этими мыслями, Асакура лежал в своей кровати после пробежки, как обычно слушая музыку в наушниках. Безэмоциональным взглядом смотрел на дату в телефоне — двадцать четвёртое декабря. Сегодня сочельник. А от Хао ни слуху ни духу.       Прошёл почти месяц с его отъезда, и Йо, как примерный житель этого дома, подготовил пентхаус к прибытию хозяина. Правда, не лично, а попросив прислугу: горничные убрали всю квартиру, и в частности спальню Доджи, повара приготовили еду на двоих, а не на одного человека, мастера красоты посетили Йо ещё вчера. И делать было совершенно нечего. Только ждать и сгорать от нетерпения.       Уже не надеясь на возвращение Хао сегодня, Асакура не заметил, как задремал в постели с наушниками на голове и гремящей в них музыкой. Снилось что-то обрывочное, неприятное, волнительное, но что именно Йо так не мог понять. И вибрация телефона резко вернула его в эту реальность, заставив вздрогнуть и мигом открыть глаза. Увидев на экране заветное сообщение, Асакура тут же нажал на него:       «Через час»       И долго, очень долго смотрел на печатный текст, медленно догоняя. Это Хао. Хао написал ему. Он наконец прилетел, сдержал своё обещание вернуться до Рождества.       Глаза как-то неприятно защипало, и Йо отмахнулся от выступивших слёз. Однозначно слёз радости. Одиночество закончилось, Хао вернулся и теперь их ждёт… Что будет дальше, Йо не успел додумать. Он резко сорвался с кровати и пулей улетел в ванную — подготовиться у него совсем немного времени. Точнее, Хао его практически не дал.       Внутри всё пылало, горело и сгорало к чертям собачьим от осознания, что вот сейчас всё изменится. Каким-то волшебным образом изменится, и ничего не будет как прежде. Поступки Хао тому доказательство. В своей голове Йо складывал всё в идеальную сказочную картинку и надеялся, что всё будет так, как он себе вообразил.       Но эта красивая картинка счастья разбилась о представшую реальность вдребезги, когда Йо из своей спальни услышал хлопок входной двери и вылетел в прихожую как пробка из-под шампанского. Хао стоял на пороге пентхауса, сбросив сумки на пол, и смерил холодным взглядом появившегося в гостиной парня.       Асакура замер, даже задержал дыхание, неотрывно смотря на любимое лицо. Всё такая же непробиваемая маска, отчуждённый взгляд, ни тени улыбки на губах. Внутри всё оборвалось. Хао молчал, не шевелился, только смотрел и чего-то выжидал.       И что это значит? Почему он так холодно на него смотрит? Йо будто швырнуло на несколько месяцев назад, к их первой игре, когда они ещё не знали друг друга настолько хорошо. Или же к четвёртой, когда Доджи предложил расторгнуть контракт. Тогда Хао смотрел на него именно так. И этот убийственный взгляд разрывал все внутренности на части.       Холодные мурашки пробежали по спине. Йо на секунду подумал, что он умер прямо в гостиной.       — Я дома, — впервые сказал эту фразу Доджи и еле заметно улыбнулся.       И Асакура моментально воскрес. Вернулся в желанную реальность, ведь именно он смог вызвать такую тёплую улыбку у Хао. Значит ему показалось… Аж гора с плеч.       — Добро пожаловать, — тихо ответил Йо и сделал нерешительный шаг вперёд.       А следом сорвался на бег, быстро преодолел расстояние между ними и буквально впечатался в крепкое тело. Сильно обнял за плечи и тут же поймал любимые губы своими, целуя жарко, жадно, голодно, словно они не виделись целую вечность, а не один грёбаный месяц. И Хао ответил ему, сжал в своих объятиях, и только сейчас понял, какое чувство наполнило его до краёв.       У него было примерно две недели, чтобы осмыслить всё то, что он чувствует к Йо. Признаться себе в том, что любит его, это значит откатиться назад, обвалить все свои устои, разрушить тот мир, что он строил годами. И Хао не хотел этого. Не озвучивал эту мысль не то, что вслух, а даже в своей голове. Решил просто отдаться течению и посмотреть, что будет дальше. Куда его заведёт жизнь с новым партнёром. Что случится с ними в проживании под одной крышей.       Напрасно обнадёживать себя Хао не желал, но то, что он сильно привязался к Йо, осознавал как нельзя чётко. Возможно, это и не любовь. Возможно, действительно просто привязанность. Возможно, по завершении контракта они разойдутся разными дорогами. Да, Хао пострадает какое-то время, но вернётся к привычному темпу жизни. А может быть, и нет…       Загадывать так далеко он не хотел, его так научила работа — в экономике ничего нельзя спрогнозировать заранее, даже на несколько недель вперёд. Поэтому он будет жить здесь и сейчас, а дальше — как карта ляжет.       Но отказываться от подобного проявления чувств Хао не желал, поэтому с жадностью целовал Йо на пороге пентхауса, наконец позволяя ему всё. Коснувшись его щеки ладонью и проведя по ней пальцем, Доджи почувствовал влагу — Йо плачет?       — И что это? — с усмешкой спросил он, отстраняясь от парня.       Йо смотрел на него влажными, искрящимися глазами, где на дне зрачков отражалось счастье. Неужели так рад его видеть?       — Ничего, — Асакура, не переставая улыбаться, быстро стёр слёзы со щёк и снова притянул к себе Хао для поцелуя.       Господи, как же он счастлив, что ему всего-навсего показалось! За одно лишь мгновение мир перевернулся с ног на голову. Внутри всё разбилось на множество осколков и собралось обратно. Хао улыбается ему, Хао целует его, Хао прижимает его к себе. Чёртов интриган! Заставил же поволноваться!       Сделав шаг назад, Йо стал тянуть его в сторону левого крыла, не разрывая поцелуя. Доджи только обувь успел скинуть, а чужие руки раздевали его и освобождали от одежды. Усмехнувшись, Хао отстранился и укоризненно покачал головой:       — У меня был трудный день. А ещё долгий перелёт…       — Так я тебя расслаблю, — жарко выдохнул в его губы Йо, развязывая на шее тугой галстук.       — Мне надо в душ…       — Так пойдём вместе.       Ну вот что с ним делать? Чертёнок.       В коридоре левого крыла пентхауса образовалась дорожка из скинутой одежды. Йо спиной зашёл в спальню Доджи, направляясь в ванную комнату наугад — даже если он упадёт, Хао поймает его, он был уверен.       И словно всё повторялось: как тогда, месяц назад, когда они, не отрываясь друг от друга, также попали в эту комнату. Только сейчас зашли дальше.       Включив горячую воду, Хао прижал обнажённого парня к прохладной плитке и своими действиями выбивал из него долгожданные стоны. О, как же он хотел их услышать всё это время. Получилось лишь раз по видеозвонку, и этого оказалось мало, очень мало.       Йо таял в его руках, сексуально выгибался, запрокидывал голову и давал ему место для влажных поцелуев. Хао теперь с осторожностью покрывал его кожу засосами, не принося боли, а вызывая сладостную дрожь от наслаждения. Вжимал в стену душевой кабины пахом и тёрся о его член собственным.       Йо дотянулся до полочки и выжал из бутылки гель для душа на ладонь, тут же размазывая его по телу Доджи под проливным горячим дождём из лейки. Он обхватил их члены в ладонях и стал надрачивать обоим, тут же услышав ответный рык на свои действия.       — Соскучился?       Низкий голос рядом с ухом заставил вздрогнуть.       — Да, — на выдохе простонал Асакура.       — Ждал меня?       — Очень.       — Для чего?       Опять провокация.       Йо поднял на Хао пьяный взгляд и убрал с красивого лица прилипшие мокрые пряди волос. А затем притянул к себе за шею и снова увлёк в поцелуй. Доджи перехватил инициативу и взял в свою ладонь два члена, вызывая у Йо резонирующий во рту стон. От долгого воздержания разрядка подступала слишком быстро. Они оба возбудились не на шутку, желая насытиться друг другом, и не раз. Точно не раз.       Но Йо задрожал первее, невольно кусая чужие губы, когда оргазм накрыл слишком быстро. Движениям ладони Хао невозможно было сопротивляться, как и осознанию, что он делает с ним. Распаляет, целует, дрочит, сводит с ума… И Доджи с упоением наблюдал за тем, как Йо стонет, кончает, бьётся о мокрую стену и содрогается всем телом. Поэтому сам подогнал собственный оргазм, наслаждаясь этим видом. Ну грех не воспользоваться!       Оба тяжело дышали, смотрели друг на друга пьяными глазами, переживали дрожь в ногах от долгожданного оргазма. Хао в последний раз провёл пальцами по головкам, заставляя Йо прикусить губу, и слегка отстранился, чтобы под напором воды смыть сперму с ладони.       — Ты вообще знаешь как сексуально выглядишь, когда кончаешь? — поинтересовался Доджи, посматривая на парня. Тот прижался к стене, силясь не упасть, и только покачал головой. — Я тебе сейчас покажу.       Выключив воду, Хао утянул его из душевой кабинки в пространство ванной комнаты и даже не позаботился о том, чтобы воспользоваться полотенцем. Он поставил Йо лицом к зеркалу и склонился над ним. Асакура ничего не понимающим взглядом посмотрел на отражение и заметил своё румяное лицо, — не только из-за оргазма, но и из-за горячего пара в комнате, — влажные глаза и приоткрытые покусанные губы. А затем перевёл взгляд на Доджи за своей спиной, что загадочно и одновременно хитро улыбался.       — Прогнись.       Он надавил на плечо Йо и заставил склониться над длинной тумбой из камня, которая держала раковину. За неимением смазки Хао выдавил на ладонь масло для волос из пузырька, что стоял недалеко от раковины, и двумя пальцами надавил на вход.       — Ты не готовился? — спросил Доджи, чувствуя сопротивление.       — Готовился, только не успел растянуть, — дрогнувшим голосом ответил Йо, отводя взгляд от зеркала. — Ты дал мне только час.       — Ну ничего, сейчас мы это исправим, — с предвкушающей улыбкой протянул Хао, — смотри на меня.       Йо заставили поднять голову и посмотреть на отражение. О, этот вид… Мокрый, разгорячённый, с заволоченными пеленой глазами, с блестящими в свете потолочных светильников капельками воды на коже. А следом перевёл взгляд на довольного Хао, что не переставал двигать пальцами внутри него и неторопливо растягивать.       — И больше не своди взгляда.       И этот властный голос… Йо застонал от давления на простату, и его только сильнее выгнуло над раковиной. Подавшись бёдрами назад, он сам насадился на длинные пальцы, чем вызвал у Доджи хищную улыбку. Надо же, ему нравится! Хао не отказал себе в удовольствии добавить третий палец и развести их в парне, наблюдая, как меняются его эмоции в отражении зеркала.       Асакура слегка зашипел и прикусил нижнюю губу. Да, давно его Хао не растягивал вручную. Но это даже приятно, так он чувствует его пальцы, что с каждым толчком давили на точку внутри. И это заставляло содрогаться, просить ещё и ещё, что Йо не постеснялся сделать.       — Ещё, — еле слышно выдохнул он.       — О, так тебе пальцев мало? — притворно удивился Доджи, вгоняя их до упора. Йо стоило огромных усилий не опустить голову вниз. — Что ж ты раньше не сказал.       Если бы Асакура мог, он бы посмеялся над этим маленьким спектаклем. Но стало совсем не до смеха, когда пальцы сменились горячей головкой, что надавила на вход. Нет, ещё слишком рано. Он не достаточно растянут!.. Но останавливаться, конечно же, уже никто не собирался.       Подняв одну ногу парня вверх, Хао заставил согнуть её в колене и опереться о каменную тумбу, следом вгоняя ставший твёрдым член наполовину. Йо выгнулся и звонко простонал на выдохе. Ну рано же!       Взгляд блуждал по отражению в зеркале, и если довольное выражение лица Хао он уже видел не раз, то собственное ввело его в некоторый ступор. Он действительно так выглядит во время секса? Теперь понятно, почему у Доджи каждый раз рвало крышу и он трахал его с таким диким голодом.       — Нравится? — усмехнулся Хао, заметив, как партнёр рассматривает их в зеркале.       — Почему ты молчал… — хрипло вопросил Йо.       — О чём? О том, что ты прекрасен с моим членом в заднице? — низко посмеялся Доджи и толкнулся ещё глубже.       И Йо уже не смог ответить. Промычал что-то неопределённое и сильно сжал края раковины пальцами. Боже, это безумие… Хао каждый раз выдумывает что-то новое, не перестаёшь поражаться. И именно сейчас он дарил ему новые ощущения: как оказалось, наблюдать себя и их секс в зеркале — это чистейшее наслаждение, как кристально-чистый наркотик, что попал в организм не через вену.       Удерживая ногу партнёра на раковине под коленом, Хао на пробу сделал первый глубокий толчок. Да, туговато, но сойдёт. Как же приятно ощущать себя в Йо спустя столько времени, его тугие мышцы, что обхватывали член и будто пытались поглотить. И как же он сладко стонал, дрожал под ним — трахал бы вечно.       А что, собственно, мешает ему сделать это сейчас? Впрочем, ничего, поэтому Доджи с каждым движением наращивал темп и выбивал из груди Йо стоны на грани крика.       Сжимая его бедро в свободной руке, Хао двигался и наслаждался представлением в отражении. Хоть он не раз видел сладостное лицо парня во время игр, но заниматься этим перед зеркалом оказалось исключительно двойным удовольствием. Йо не смел ослушаться и не сводил взгляда с отражения: видел, с каким голодом имеет его Хао сзади, видел его губы, искаженные в довольной улыбке, видел тёмные горящие глаза, что блуждали по его телу. И видел собственное отражение: заалевшие щёки, блестящие глаза, приоткрытые в стоне губы, и блаженное, блаженное выражение лица.       И из-за этого все чувства обострились до предела. Как-то чересчур ощутимо он чувствовал вколачивающийся в него горячий член, содранную о гладкий камень коленку, впившиеся в кожу бедра пальцы, и невыносимо болезненное трение собственного члена о раковину. Болезненное потому, что нестерпимо хотелось прикоснуться к нему и довести себя до финала, вот только руки отцепить от раковины он не мог. Напор Хао еле удавалось сдерживать, ещё немного, и они проломят этот чёртов камень!       — Ты уже? — насмешливо спросил Доджи. Он почувствовал, как парень задрожал, увидел в отражении почти до крови прикушенную губу и услышал тихий предоргазменный стон.       — Почти, — еле выговорил Йо, — не останавливайся…       В тёмных глазах загорелось яркое пламя. Хао повело от хриплого голоса партнёра, поэтому он наклонился, прижался грудью к его спине и обхватил его лицо пальцами. Сжал в них подбородок Йо и не позволил опустить голову.       — Смотри и не смей закрывать глаза, — властно приказал Хао и усилил темп.       Йо не сводил взгляда с зеркала, ощущал, как твёрдый член давит на точку внутри и подгоняет к разрядке. А горячее дыхание на ухо стало последней каплей. Тело содрогнулось от накрывшего оргазма, по мышцам словно провели ток, и казалось, что он даже видел вспышки электричества в отражении.       Ярко кончая, Йо смотрел на себя и ничего не осознавал, не мог сопоставить картинку, потому что мозг на мгновение отключился, а перед глазами появилась какая-то пелена. А Хао снова довольствовался видом кончающего партнёра в зеркале, не переставал в нём двигаться и до сладостной дрожи ощущал сжатые на члене мышцы.       Йо практически захныкал от движений внутри, из глаз полились слёзы, а из груди вырывались только тихие хрипы — на стоны уже не хватало сил. И Хао добавил ещё масла в огонь, вставив в его рот два пальца и прихватывая ими влажный язык. Блять, ну и развратно же он выглядит! Никогда бы Асакура не подумал, что может выглядеть именно так. Лишь Хао показал ему эту грань, о которой Йо сам и не догадывался.       Все эти действия довели Доджи до пика. Он больше не мог сдерживаться, не тогда, когда Йо так афигительно сжался вокруг него, когда смотрел на него через зеркало бесстыжим развратным взглядом, когда водил языком по его пальцам…       Оргазмируя с тихим стоном, Хао ещё раз убедился в том, что так хорошо ему только с Йо. Только он может вызывать такие сильные эмоции, только он заставляет желать его всё больше и больше, а Хао не может насытиться, только он способен доставлять ему такие оргазмы, от которых на мгновение забываешь собственное имя.       Вот же бля-я-ять.       Аккуратно опустив ногу Йо с раковины, Хао извлёк из его рта пальцы и шумно вздохнул. Йо наконец опустил голову вниз и часто задышал, пытаясь перевести дыхание. Да, они оба загнали друг друга, и нужно время, чтобы прийти в себя.       — Ну как? Тебе понравилось? — спросил Доджи, неторопливо выходя из парня. У того ноги сразу же подкосились, и Хао поспешил поймать его, прижимая к себе.       — Если ты такое видишь каждый раз… — начал Йо, но закончить не смог. Упираясь спиной в крепкую грудь, он рассматривал их в зеркале и жадно впитывал образы.       — А то ты не видишь, — усмехнулся Доджи.       Откинув голову на плечо партнёра, Йо глубоко вздохнул и ничего не ответил. Просто прикрыл глаза и наслаждался такой странной близостью, собирая себя по кусочкам после бурного оргазма. Хао обнял его поперёк живота, и Йо накрыл его руки своими. А следом ощутил горячее прикосновение к коже — чужие губы нежно поцеловали в шею, затем ещё раз, и ещё.       Асакура приоткрыл глаза и в отражении наблюдал за тем, как Хао дарит ему поцелуи. И это заставило его широко улыбнуться.       — Идём в душ, — тихо позвал Доджи и за руку утянул парня в кабинку.       Впервые за этот месяц Йо заснул так быстро, так крепко — без каких-либо кошмаров и обрывочных снов. Наверное, всё потому, что засыпал он в объятиях Хао на его кровати. Доджи прижимал к себе, слышал его размеренное дыхание, позволил закинуть ногу на бедро и растечься счастливой лужицей от осознания, что всё изменилось. И это не про секс, а про отношения.       Почему-то Йо казалось, что уже не существует никакой работы, контракта и отношений босса и подчинённого — всё намного сложнее, и одновременно с этим проще. Хоть Йо и находился в нирване от происходящего, забываться всё же не следовало. Он пока не понимал, как действовать дальше, поэтому решил в данный момент наслаждаться тем, что есть. Тем, что имеет прямо сейчас. Прямо под боком.       А на следующее утро проснулся, на удивление, раньше Хао, и не сразу понял, где находится. С минуту понадобилось, чтобы мысли о произошедшем втекли в сознание, вспомнить, что случилось вчера и как привело к тому, что Йо лежит в кровати партнёра. А затем долго всматривался в лицо Хао, который во сне потерял свою извечную маску. Такой расслабленный и умиротворенный… Видеть бы его таким всегда.       Следом возникла мысль: почему Доджи до сих пор дома? Обычно он просыпался ни свет ни заря и уходил на работу, но посмотрев на время и дату в смартфоне, Йо медленно стал догонять. Должно быть, Хао решил устроить себе выходной. Причём полноценный. Длительная командировка, перелёт, вчерашний безудержный секс, да и праздник сегодня. Когда-то же надо отдыхать. А то он себя так в гроб загонит, предпосылки осенью уже были.       Еле слышно выбравшись из постели, Йо на цыпочках покинул комнату, стараясь не разбудить Хао. А когда аккуратно, сантиметр за сантиметром, прикрыл дверь без единого звука, то поёжился от прохлады коридора. Да, голым по пентхаусу точно расхаживать не следовало.       Наспех одевшись в первую попавшуюся одежду в своей комнате, Йо прикинул в уме, что у него ещё есть время подготовить подарок. Надеялся, что успеет сходить в магазин и вернуться до пробуждения Хао. Мысли о том, чтобы просить о подобном Лакиста, даже в голову не пришло. Он всё сделает сам, просто нужно немного времени.       Прихватив с прикроватной тумбы банковскую карту, Йо также бесшумно оделся в прихожей и выскользнул за дверь. Времени не так уж и много, а успеть надо многое. Асакура решил пойти по классике японского Рождества: купил в магазине клубничный торт, в KFC жареную курицу, в цветочном надул шарики в виде сердечек, а свечи видел в каком-то кухонном ящике дома, поэтому покупать их не было необходимости. На всё про всё ушло где-то час, поэтому Йо чуть ли не бегом возвращался в пентхаус, ловя на себе понимающие взгляды прохожих и жильцов дома.       Аккуратно приоткрыв дверь и прислушавшись к звукам квартиры, Йо с облегчением понял, что всё-таки успел до пробуждения Хао. Хотя и готовить особо ничего не надо, он просто выставил покупки на стол, а шарики привязал к спинке кухонного стула. Пока искал в шкафах и ящиках свечи думал, что на такой читмил скажет ему Хао. Поругается? Отчитает? Разозлится? Или всё-таки смирится? Ведь сегодня праздник, один раз можно позволить себе послабление.       И Йо чуть не выронил зажжённые свечи из рук, когда обернулся к кухонному островку — Хао стоял на входе в кухню-гостиную. В домашнем халате, с наспех скрученным пучком на голове и со сложенными на груди руками. На губах то ли улыбка, то ли усмешка, а глаза блуждали по обстановке на кухне.       — И что это?       — Сюрприз? — почему-то Йо ответил с вопросительной интонацией, нервно улыбнувшись, и поставил свечи между тортом и ведром жареной курицы.       — Сюрприз? — насмешливо переспросил Доджи. — Типа на праздник?       — Типа, — поддакнул Йо. Как объяснить свой порыв он не знал. — С Рождеством.       — Ты же в курсе, что мы могли просто сходить в ресторан? — Хао подошёл к кухонному островку и осмотрел всё это «великолепие бедняка». Кажется, он ещё ни разу так не отмечал ни один праздник.       — Ты мог бы подобное устроить, я — нет.       Йо несмело подошёл к партнёру и поднял на него взгляд. Наверное, надеялся понять эмоции, вьющиеся вокруг его тёмной радужки: нравится ли ему? Что он вообще обо всём этом думает? Хао же смотрел на парня с лёгким интересом и думал, что ответить на такое проявление внимания.       — Тебе не нравится? — всё же решил уточнить Асакура, склонив голову набок.       — Твой поступок — нравится. Набор продуктов — не очень, — спокойно объяснил Хао.       — Значит, сюрприз не удался, — высказал мысль вслух Йо и заметно погрустнел.       Хао притянул парня к себе и обнял за плечи, тяжело вздыхая:       — Отчасти. Ты же в курсе, что на мой телефон приходят сообщения о списаниях с твоей карты?       Йо вдруг резко почувствовал себя самым тупым человеком на свете. Боже! И как он не подумал об этом? Своими действиями он не только разбудил Хао, которому на смартфон упало несколько смс-ок подряд, но и собственноручно спалил себя своими покупками.       Залившись от стыда краской, Йо прижал ладони к лицу и обречённо застонал, на что Хао засмеялся.       — Ничего страшного. Понравился сюрприз, — он в утешении поцеловал парня в макушку.       — Правда? — приглушённо сквозь ладони поинтересовался Асакура.       — Правда, — заверил Хао, — я могу съесть кусочек торта. Но от KFC точно откажусь. А шарики милые, — уточнил он, посматривая на висящие в воздухе сердечки. — Кофе будешь?       — Угу, — буркнул Йо, с трудом отлепляя руки от лица.       И Хао ничего не сказал о пункте 2.3, о котором не упускал случая напоминать каждый раз, когда Асакура ел что-то подозрительно неправильное. Одно послабление он уже дал в ресторане, это — второе. Ну сегодня-то точно Рождество! Сегодня точно можно!       — Кстати, ты ни разу не воспользовался картой за этот месяц, — вдумчиво проговорил Хао, запивая сладкий клубничный торт горьким кофе. Йо вяло ковырялся в тарелке, сидя напротив за кухонным островком. — Почему?       — Да мне и не нужно было, — пожал Асакура плечами. Жареная курица, что стояла в фирменном ведре KFC на столешнице, уже давно остыла. Да и есть её в одиночку желания не возникало.       — Ты можешь пользоваться ею, когда захочешь. Она безлимитная, — разрешил Доджи, залипнув в экономическую сводку новостей на телефоне.       Йо задумчиво почесал шею, где до сих пор горели вчерашние укусы Хао, но ничего не ответил. Безлимитная для него? Щедро, вот только Йо это не нужно. Он лишь один раз оплатил с неё покупки, купив Хао подарок. За его же деньги. Это даже звучит смешно. Да и нечего ему покупать, у него всё и так есть.       — Ты решил устроить себе выходной? — поинтересовался Асакура, поспешив сменить тему.       — Да, и надеюсь, в ближайшее время их будет больше.       — Почему?       — А ты не рад? — Хао оторвал взгляд от телефона и перевёл его на парня.       — С чего ты так решил? — м-да, они преуспели в разговоре вопросами. — Рад, конечно. Просто обычно ты круглые сутки на работе, поэтому…       — Сейчас работы будет меньше. Мы завершили большой проект, а всю мелочёвку я смогу оставить на замов, — ровно ответил Хао и отпил кофе из кружки.       — Кстати, как твои переговоры? Успешно прошли? — вспомнил Йо. Вчера он как-то не подумал об этом спросить. Не до этого было.       Доджи отчего-то приподнял уголки губ будто в слабой улыбке и подпёр подбородок рукой, облокотившись о столешницу. Долгим взглядом сверлил партнёра, словно пытался увидеть его насквозь, но… Йо как был, так и оставался невинным и простым парнем.       Боже… Проскочила шальная мысль, что Хао искал медь, а нашёл золото.       — Да, успешно, — как обычно не выдал своих эмоций Доджи и вернулся к смартфону.       — Я рад, — уже более расслабленно выдохнул Йо, сразу затыкая себе рот ложкой с кусочком торта. Чёрт, как давно он не ел сладкого?! Просто блаженство.       — Я забронирую столик в каком-нибудь ресторане на Новый год, — отстранённо произнёс Доджи, не отрывая взгляда от экономических графиков.       — Почему на Новый год?       — С тебя хватит калорий на эту неделю, — усмехнулся Хао, намекая на торт и целое ведро жареной курицы. — Тебе придётся попотеть в спортзале. И не только в спортзале, — с намёком добавил он, а Йо чуть не поплыл и не растёкся лужицей на кухне от его улыбки.       Что ж, потеть так потеть. Он совсем не против.

***

      Именно этим занимался Асакура в ближайшие дни — потел в спортзале. Хао, как и обещал, действительно работал меньше и всё больше находился дома. Теперь они чаще стали видеться в пентхаусе, завтракали и ужинали вместе, валялись на диване в гостиной за просмотром какой-то ерунды по телевизору.       Хотя Хао чаще сидел в телефоне и решал какие-то рабочие задачи, созванивался со своими заместителями и обсуждал то, отчего у Йо мозг напрягался и отключался, уходя на перезагрузку. Он зачем-то пытался вникнуть в суть разговоров, чтобы, возможно, поддержать Хао в беседе, но каждый раз залипал в одну точку и всё прослушивал.       Однако всё равно Асакуре казалось, что присутствие Хао — это очередной подарок на праздник. Который вот-вот нагрянет. И который они проведут вместе. И не просто в ресторане, а даже дома. Подобное тоже происходило впервые.       За этими радостными мыслями Йо не заметил, что совершенно сбился с привычного темпа на беговой дорожке. Как-то резко он стал отдаляться от экрана тренажёра, а следом запутался в ногах и на огромной скорости слетел на пол. Сильно ударился коленями и локтями, кажется, даже счесал их, но за абсурдностью этой ситуации даже не почувствовал боли. Только громкий смех вырвался наружу.       Ну надо же! Он никогда в жизни не оступался и не падал на ровном месте! А уж на беговой дорожке — тем более! Боже, и что творят с ним эти счастливые мысли? Совсем с катушек слетел, и в прямом, и в переносном смысле!       Хао, который вышел из рабочего кабинета на кухню, чтобы сделать чашку кофе, услышал какой-то грохот из правого крыла пентхауса. Нахмурившись, он прислушался к звукам — кажется, это донеслось из спортзала. Забив на кофе, он направился к нужной комнате и на подходе услышал заливистый смех своего партнёра. А открыв дверь, увидел его на полу недалеко от беговой дорожки. Йо сидел, поджав ноги под себя, и потирал ушибленные локти.       — Йо? — слегка обеспокоенно позвал его Хао, пока не понимая, что здесь произошло. Но Асакура его не услышал из-за наушников.       Подойдя к парню ближе, Доджи присел на корточки и скинул гарнитуру на плечи. Йо тут перестал смеяться и перевёл на него взгляд, по-глупому улыбаясь.       — Что случилось?       — Я… упал, — давя в себе смех, пожал плечами Асакура.       — Что? Упал? — не поверил Хао. — С дорожки?       — Ага.       — И как ты умудрился?       — Не знаю, — снова легкомысленно пожал плечами Йо.       — Ты не ушибся?       Надо же, Хао о нём волнуется. Интересно, как о партнёре или просто парне? Йо потёр саднивший локоть и с иронией подумал о том, что коленно-локтевая поза для него ещё не скоро будет доступна.       — Да так, колени счесал.       — Поднимайся, — безэмоционально сказал Доджи, подавая ему руку. Как обычно всё хотел скрыть за маской.       Йо опёрся о предложенную ладонь, вставая с колен, и тут же громко зашипел, вновь опускаясь на пол. Хао напрягся и внимательнее осмотрел парня, но пока не понимал, что вызывало такую реакцию. А Асакура замер на месте, прислушиваясь к ощущениям — что-то не так с ногой. Как только он попытался встать, стопу прострелило острой болью. И не сразу увидел, как Хао снова присел перед ним на корточки. И не успел отвести взгляд.       Доджи заметил в глазах партнёра тень страха. Йо судорожно задышал и попытался натянуть на лицо расслабленное выражение, да только вышло не очень.       — Что с тобой? — строго спросил Хао.       — Да так, ничего, — Йо выдавил из себя улыбку, — всё нормально.       Явно что-то с ногой. Ушиб, вывих, перелом? Блять, да как его угораздило-то? Корова на льду и то грациознее, чем он на беговой дороже! И что теперь делать? Что делать с ногой? Что будет, если Хао узнает об этом? Йо не может заболеть, Йо обязан отрабатывать контракт, обязан зарабатывать деньги на выплаты долгов. Что будет, если из-за чёртового перелома Доджи уволит его?       И страх от этого осознания всё равно не удалось скрыть. Хао увидел его.       — Поднимайся.       Йо не мог ослушаться. Собрав все силы, он попытался встать, не опираясь на ноющую ногу. Но взгляд на партнёра так и не поднял.       — Что с ногой? — сдержанно спросил Доджи.       — Ничего, всё в порядке, — заверил его Йо и тихо выдохнул. Поджал губы, еле касаясь носком кроссовка пола.       Хао смерил его тяжёлым взглядом и приблизился к парню практически вплотную.       — Не ври мне, — выдохнул он в его губы. — ещё раз спрашиваю: что с ногой?       Вздрогнув, Йо осмелился поднять взгляд и боязно посмотрел на Доджи.       — Не знаю.       — Ходить можешь?       — Могу, — уверенно кивнул Асакура. Лишь бы не показывать, как ему больно наступать на левую ногу. Лишь бы Хао не понял, что с ней случилось что-то серьёзное.       — Я же сказал тебе: не ври мне, — обманчиво-спокойным голосом сказал Доджи и схватил парня за руку. — Перелом? Вывих?       — Не знаю, — повторил Йо, качая головой.       Не собираясь и дальше слушать жалкие отговорки, Хао с лёгкостью подхватил парня на руки и направился к выходу из спортзала. Йо что-то пискнул от неожиданности, но сопротивляться не стал. Доджи невозмутимо прошёл в спальню партнёра и аккуратно опустил его на кровать. И Асакура с опаской подобрался выше к подушке, когда Хао присел на край и взял левую ногу в руки, чтобы освободить её от кроссовка и носка.       Йо сам боялся смотреть на неё. Ещё страшнее было показывать её работодателю, который может с лёгкостью уволить из-за травмы. Конечно, кому нужен секс-партнёр, который даже ходить не может?       Хао не переменился в лице от увиденного, а вот Йо широко раскрыл глаза, когда заметил появившийся отёк на стопе и небольшое покраснение.       — Тебе надо в больницу, — ровно проговорил Хао.       — Нет, не надо! — взволнованно воскликнул Йо. — Это ничего, само как-нибудь пройдёт. Уверен, что через пару дней уже смогу бегать.       Доджи посмотрел на парня нечитаемым взглядом. И видел не только на его лице, но и в его больших глазах тот самый страх — что будет, если это окажется перелом.       — Ты боишься, — догадался Хао.       — Чего? — не понял Йо.       — Ты боишься, что я тебя уволю, — повторил тот, — я прав?       Судорожно выдохнув, Асакура прикрыл ладонями лицо и завалился на подушку. Чёрт, и как он догадался? Йо нельзя, да и не хотел он, терять работу. Хотя бы до официального окончания контракта. Хао мог бы расторгнуть со своей стороны и вышвырнуть партнёра на улицу, вот только… Для Йо это была уже никакая не работа. А для Хао?       — Йо, — позвал его Доджи и поспешил успокоить, — я не уволю тебя из-за такого.       Асакура убрал руки от лица и с сомнением посмотрел на партнёра.       — Тебе нужно в больницу. Надо удостовериться, сделать рентген, — стал решать проблему Хао. — Я позвоню Лакисту и принесу что-нибудь холодное, — он встал с кровати и направился к выходу, — а ты не шевелись.       Проводив Доджи влажным взглядом, Йо постарался расслабленно выдохнуть. Так, ладно, одной проблемой меньше. Кажется, звёзды на его стороне. Но это нисколько не решает другую его проблему. Кинув взгляд на опухающую стопу, Асакура ещё раз мысленно выругался. Ну везунчик! Это же надо было: по своей же глупости нанести себе травму прямо перед Новым годом! Вот и накрылся их поход в ресторан. Накрылся в принципе праздник. И он только добавил проблем Хао.       Хао вернулся со льдом, завёрнутым в полотенце, и телефоном, который зажал между ухом и плечом. Вызывая Лакиста в пентхаус, он приложил лёд к опухающей стопе парня и услышал облегчённый выдох.       — Через пятнадцать минут выезжаем, — проинформировал он Йо. Как всегда невозмутимый.       — А как же твоя работа?       — Подождёт, — коротко ответил Хао, не отвлекаясь от дела.       — Спасибо, — поблагодарил Асакура, уже готовясь услышать коронную фразу Доджи, но её не последовало.       — Ещё рано благодарить.       Окинув парня взглядом, Хао решил, что для выхода он уже одет: спортивные штаны, футболка, только верхнюю одежду накинет в прихожей. А ему самому надо переодеться.       Через пятнадцать минут Лакист уже стоял на пороге пентхауса — да по нему можно часы сверять! Он каким-то сочувствующим взглядом окинул Асакуру, которого Хао снова принёс на руках в прихожую и помог ему одеться.       Йо вообще разрывало от эмоций сожаления, неловкости и стеснения. Каким-то немыслимым образом он доставил проблем своему партнёру, вынуждал носить его на руках, и вообще это выглядело довольно странно. Йо ощутил себя в каком-то романтическом фильме, потому что сразу вспомнились кадры, как жених носит невесту на руках.       Боже, что за мысли? Вспыхнув алым цветом, Асакура позволил себе скрыть лицо в плече Хао, когда он нёс его к машине. Блять, ну и абсурд.       Естественно, ни в какой обычный травмпункт или городскую больницу они не поехали. Лакист привёз их в частный медцентр, где у Хао в знакомых имелся один из лучших врачей Токио. Йо обслужили быстро и по высшему разряду. Сделали рентген, наложили охлаждающую повязку, с которой стало значительно легче, предложили шампанское на время ожидания, но Йо отказался, а после чуть леденец не вручили как маленькому ребёнку.       С подобной заботы Асакура выпал. Притих, боясь поднимать взгляд и смотреть на Хао, который, наоборот, был само спокойствие.       — Лёгкий вывих, ничего страшного, — констатировал врач, смотря на снимок в просвете. — На восстановление уйдёт две-три недели. Может больше. Никакой нагрузки, почаще прикладывать холодные компрессы, наносить мазь, через неделю можно начинать делать массаж.       Йо так шумно и расслабленно выдохнул, что на него обернулись все присутствующие в кабинете. Кажется, ничего серьёзного, он обошёлся малой кровью. И постарается вернуться в норму как можно скорее, только ради Хао.       — Хорошо, спасибо, — сухо ответил Доджи и принял от врача лист с рекомендациями.       Он снова подхватил парня на руки, а Йо вцепился в его плечи, на выходе из кабинета поблагодарив доктора. У двери их уже ожидал Лакист.       — Господин Доджи, позвольте вам помочь, — предложил он.       — Не надо, я сам, — отозвался Хао и направился к выходу из медцентра.       Йо посмотрел через его плечо на Лассо и поджал губы, виновато улыбаясь. На что мужчина только приподнял уголки губ. Да, всё меняется. Его господин точно изменился благодаря этому парню.       Пока Лакист заезжал в аптеку, чтобы купить всё необходимое для лечения, Йо тихо сидел в машине, не решаясь заговорить. Его больная нога покоилась на коленях Доджи, которую тот еле заметно поглаживал по лодыжке.       — Прости, я не знаю, как это получилось, — тихо выдохнул Йо.       — Ничего страшного. Главное, что ты не сильно пострадал, — ровно ответил Хао, поворачивая к нему голову. — Я могу нанять тебе сиделку…       — Не надо! — поспешил остановить его Асакура и словил на себе недоумевающий взгляд, поэтому добавил: — Врач же сказал, что ничего серьёзного. Я сам в состоянии о себе позаботиться.       — О, ну это вряд ли, — хмыкнул Доджи. — Тогда вынуждаешь меня заботиться о тебе.       Йо так и не понял, был ли это сарказм, или Хао говорил на полном серьёзе. Вот чёрт! Какой же он проблемный работник!       Увидев его удивление и ступор, Доджи добавил:       — Считай, это производственная травма на территории работодателя, и я обязан о тебе заботиться.       — Ты не обязан… У тебя много работы, ты не можешь постоянно сидеть со мной, — Асакура медленно покачал головой, собираясь с мыслями, — но… я благодарен тебе.       — Не переживай за меня. И я так хочу.       Этот разговор снова повторился. Как тогда, осенью, когда болел Хао и работал из своего кабинета в пентхаусе. Тогда Йо ухаживал за ним, заботился, приносил чёртов чай дважды в день, а теперь… Всё повернулось на сто восемьдесят градусов. И спорить и отговаривать Хао бесполезно, Йо был не вправе ни просить его о помощи, ни уговаривать работать в привычном режиме.       Но в груди разлилось какое-то тёплое чувство, когда они вернулись домой и Хао действительно стал заботиться о нём. Нанёс мазь на опухшую стопу, аккуратно закрепил жёсткий эластичный бандаж, приложил холодный компресс. Йо наблюдал за этим, стараясь не дышать и не спугнуть такого заботливого Хао.       И медленно осознавал, что Доджи меняется ради него. Или из-за него. Уже изменился. И поразмышлять об этом у Йо теперь предостаточно времени, а насладиться заботой и проявлением любви — тем более.