Видение

Лес замер. Секундная стрелка на часах Джона едва дернулась, но для Линча мир взорвался ослепительно-белой вспышкой. Монстр, скрытый в зарослях, выпустил тонкий луч, который ударил Егору прямо в висок. В реальности Линч просто застыл с камерой в руках. Но в его голове… в его голове реальность сменилась самой потаенной фантазией, которую он подавлял месяцами. Глубокая ночь в хижине, Линч открыл глаза. Они больше не были в лесу. Они были в старой охотничьей избушке, освещенной лишь парой свечей. И самое главное — Джон. Тот сидел на кровати, и в его взгляде не было привычной иронии. Это был "его" Джон: дерзкий, но готовый сдаться. — Линч, ты чего застыл? — Джон вызывающе вскинул подбородок, поправляя очки. — Струсил перед тем, что сам заварил? Егор медленно подошел к нему. В этом мире он чувствовал себя богом. Он знал, что Джон будет огрызаться, потому что Линчу нравилось это ломать. — Я не трус, Джон. Я просто решаю, с чего начать твое наказание, — Линч схватил напарника за воротник свитера, рывком подтягивая к себе. — Пошел ты! — Джон ударил его ладонью по груди, но не оттолкнул, а скорее зафиксировал контакт. — Думаешь, если у тебя камера, ты здесь главный? Линч действовал жестко. Он повалил Джона на кровать — ту самую, с мягким матрасом, о которой писатель всегда мечтал. В два движения он привязал запястья Джона к столбикам кровати его же кожаным ремнем. — Эй! Какого черта?! Линч, развяжи! — Джон извивался, его голос звенел от ярости, которая только раззадоривала Егора. — Ты сдурел?! Я тебе не подопытный! Линч навис сверху, ощущая кожей жар, исходящий от тела друга. Он медленно снял с Джона очки и отбросил их в сторону. — Без них ты меньше болтаешь, — прошептал Линч, перекрывая ладонью горло Джона. — Сегодня ты будешь только слушать. И чувствовать. Он чувствовал, как под его пальцами бьется жилка на шее Джона. В этой фантазии всё было гипертрофированно: запах хвои от одежды, скрип старой кровати и то, как Джон, несмотря на свои крики "Сволочь!"и "Не смей!", непроизвольно выгибался навстречу его рукам. Линч достал из сумки ту самую вибропулю. Он знал, что в реальности у него её нет, но свет монстра вытащил этот образ из глубин его самых грязных мыслей. — Ты ведь этого хотел, Джон? Чтобы я наконец перестал быть «правильным»? — Линч включил прибор, и звук заполнил хижину. — Я хотел, чтобы ты... а-ах... — Джон осекся, когда Линч прижал жужжащий пластик к его бедру. — Ненавижу тебя, Егор... Ты просто... животное... — Твое любимое животное, — усмехнулся Линч, начиная медленно, дразняще вести игрушкой вверх по внутренней стороне бедра Джона, наслаждаясь тем, как тот задыхается от собственного бессилия. Линч в своей голове ощущал каждое движение с пугающей четкостью — аномалия монстра превратила фантазию в сверхреальность. Он видел, как на скулах Джона разгорается лихорадочный румянец, как тот до белизны в костяшках сжимает кулаки, привязанные к столбикам кровати. — Ты... ты просто псих, Линч! — Джон задыхался от ярости, его грудная клетка ходила ходуном под тонкой тканью футболки. — Развяжи меня, или я клянусь, я... Линч не дал ему договорить. Он резко подался вперед, вминаясь своим телом в податливое тело напарника, и накрыл его губы жестким, собственническим поцелуем. Это не было нежностью — это был способ заткнуть, подчинить, заставить почувствовать вкус чужой воли. Джон протестующе замычал, пытаясь отвернуться, кусаться, но Линч крепко перехватил его челюсть свободной рукой, фиксируя голову. Язык Егора бесцеремонно ворвался в чужой рот, пресекая любые звуки, кроме сдавленного горлового хрипа. Изощренное вторжение Пока Джон был дезориентирован поцелуем и нехваткой воздуха, Линч другой рукой потянулся вниз. Вибропуля в его пальцах продолжала неистово гудеть. — М-мм?! — глаза Джона распахнулись до предела, когда он почувствовал, как прохладный пластик коснулся его входа, уже подготовленного воображением Линча до идеальной мягкости. Егор не разрывал поцелуя. Он лишь чуть сильнее надавил на затылок Джона, заглушая его вскрик своим ртом, и одним плавным, неумолимым движением протолкнул жужжащую игрушку внутрь. Тело Джона подбросило. Он выгнулся дугой, его спина оторвалась от матраса, а пальцы судорожно скрючились. Вибрация внутри ощущалась как взрыв. Джон отчаянно забился, пытаясь вытолкнуть инородное тело, но Линч навалился сверху всем весом, придавливая его к кровати. Линч наконец отстранился от его губ, оставляя между ними тонкую нить слюны. Джон тут же жадно глотнул воздух, собираясь выдать новую порцию проклятий, но рука Линча мгновенно сомкнулась на его горле. Не сильно, но ощутимо. Ровно настолько, чтобы Джон почувствовал, как сужается мир. — Молчи, — выдохнул Линч прямо в его приоткрытый рот. — Просто чувствуй, как она работает внутри тебя. — Ненавижу... тебя... Егор... — прохрипел Джон, его зрачки дрожали, фокусируясь на холодном и решительном лице друга. — Ты... сволочь... а-ах! Вибрация отозвалась резким толчком внизу живота, и Джон непроизвольно всхлипнул. Его сопротивление начало давать трещину — тело предательски откликалось на стимуляцию, таз сам собой начал дергаться, пытаясь найти ритм с прибором. Заметив это невольное движение, Линч приподнял бровь. — Огрызаешься, а сам уже течешь от этого? — он наотмашь шлепнул Джона по бедру, оставляя на белой коже горящий след. — А-а! Твою мать, больно! — Джон зашипел, в его глазах блеснули слезы ярости. — Тебе нужно научиться принимать свою участь, — Линч снова усилил хватку на шее, заставляя Джона смотреть на него снизу вверх. — Ты здесь только для моего удовольствия. Скажи это. Скажи: «Я принадлежу тебе, Линч». Джон стиснул зубы так, что на челюсти проступили желваки. — Да пошел ты... в задницу... хозяин хренов... Линч усмехнулся. Ему нравилось, что Джон не ломается сразу. Он переключил режим вибропули на прерывистый, заставляя Джона содрогаться от непредсказуемых рывков стимуляции. — Ладно, — прошептал Егор, расстегивая ремень. — Посмотрим, как ты запоешь, когда я войду в тебя сам, не вынимая её. Линч в своем видении ощущал каждое движение с пугающей, почти болезненной остротой. — Ты сейчас замолчишь, Джон, — выдохнул Линч, его голос вибрировал от сдерживаемого рыка. — Потому что я больше не собираюсь слушать твое нытье. Линч приподнял бедра Джона, заставляя его поясницу прогнуться. Писатель, чьи руки были намертво притянуты к изголовью, оказался в позе абсолютной беззащитности. Он продолжал дергаться, его лицо было мокрым от пота, а очки давно слетели, открывая дикий, мечущийся взгляд. — Нет... Егор, подожди... это... это слишком много! — Джон сорвался на хрип, когда почувствовал, как Линч прижался к нему, уже готовый войти. — Вытащи эту хрень! Умоляю, вытащи... а-ах! Линч проигнорировал мольбу. Он вошел резко, одним мощным толчком, вбиваясь в Джона до самого упора. Пространство внутри Джона, и без того занятое работающей игрушкой, отозвалось острой, режущей вспышкой ощущений. Он закричал — громко, надрывно, запрокидывая голову так, что на шее проступили все жилы. Его тело инстинктивно попыталось сжаться, вытолкнуть захватчика, но Линч только сильнее затянул хватку на его горле, придавливая к матрасу. — Дыши, — приказал Линч, начиная двигаться. — Дыши через это, Джон! Это было безумие. Каждый толчок Линча вбивал вибрирующую капсулу глубже, заставляя её тереться о самые чувствительные стенки. Джон захлебывался собственным криком, его ругательства сменились нечленораздельным мычанием и всхлипами. — Твою... мать... Линч... — Джон судорожно хватал ртом воздух, его пальцы впивались в запястья, стянутые ремнем. — Я... я сейчас... сдохну... Хватит! Звонкий шлепок по ягодице заставил его тело снова выгнуться дугой. — Ты не сдохнешь, пока я не разрешу, — Линч ускорился, задавая жесткий, рваный темп. — Тебе ведь нравится, когда я решаю за тебя? Когда я заставляю тебя чувствовать то, что ты сам боишься признать? Линч видел, как Джон, несмотря на все свои протесты, начал непроизвольно подстраиваться под его движения. Его таз начал встречать толчки, а из горла вместо проклятий стали вырываться низкие, тягучие стоны, которые он отчаянно пытался подавить, кусая собственные губы. Линч чувствовал, как его собственное сознание плывет от этой гиперреалистичной фантазии. Он сжал пальцы на шее Джона чуть сильнее, ограничивая кислород, чтобы тот окончательно потерял связь с реальностью и сфокусировался только на боли и наслаждении, которые Егор вбивал в него. — Скажи это, Джон, — прорычал Линч, наклоняясь к его лицу. — Скажи, что ты сдаешься. Что ты мой. Джон мотал головой, его глаза закатились, оставляя только узкие полоски белков. Он был на самом краю, его тело дрожало в экстазе и агонии одновременно. — Твой... — наконец сорвалось с его губ вместе с рваным выдохом. — Сволочь... я твой... делай что хочешь... Линч чувствовал, как Джон под ним окончательно теряет связь с реальностью. Писатель больше не вырывался — его тело, скованное ремнями и зажатое весом напарника, мелко дрожало в конвульсиях. Вибропуля внутри продолжала неистово гудеть, сталкиваясь с каждым толчком Егора и создавая невыносимый резонанс. — Смотри на меня, Джон! — приказал Линч. Он перехватил лицо Джона ладонью, грубо заставляя его открыть глаза. Взгляд писателя был расфокусированным, затуманенным слезами и чистым, незамутненным наслаждением, которое он всё еще пытался отрицать. — Ну же, скажи это еще раз, — прошептал Линч, замедляя темп, но делая каждый толчок максимально глубоким и тяжелым. — Кому ты принадлежишь? Кто сейчас владеет тобой? — Тебе... — выдохнул Джон, его голос сорвался на всхлип. — Твою мать, Линч... ты... ты меня просто уничтожаешь... Да! Да, я твой! Пожалуйста... не останавливайся! Слышать эту просьбу от вечно гордого и независимого Джона было для Линча высшей наградой. Он сорвался, окончательно теряя остатки самообладания. Егор вцепился пальцами в плечи напарника, оставляя на бледной коже темные пятна, и начал вбиваться в него с яростной, животной силой. Джон закричал — на этот раз без слов, просто длинный, надрывный звук, полный боли и экстаза. Он выгнулся так сильно, что, казалось, его позвоночник сейчас треснет. Ремни на запястьях натянулись до звона, впиваясь в кожу. Линч чувствовал, как внутри Джона всё пульсирует, сжимая его в тисках. Вибрация игрушки, жар тел и этот сорванный голос напарника слились в один мощный поток. Егор накрыл рот Джона своим, заглушая его последний, самый громкий вскрик, когда волна оргазма накрыла их обоих одновременно. В этот момент мир Линча взорвался белым шумом. Возвращение в реальность Вспышка погасла так же внезапно, как и началась. Линч моргнул, чувствуя, как по виску стекает холодная капля пота. В руках он всё еще сжимал камеру. Перед ним был густой, темный лес, пропитанный запахом сырости и гнили. — Линч? Эй, Линч! Ты чего застыл, как истукан? — раздался голос Джона в паре метров впереди. Джон стоял к нему спиной, подсвечивая фонариком кусты. Он был в своем обычном свитере, в очках, ворчливый и совершенно... свободный. Никаких ремней, никакой вибропули, никакой покорности. Линч тяжело сглотнул, его дыхание всё еще было сбитым, а внизу живота тянуло от нереализованного напряжения. Фантазия была настолько яркой, что он на мгновение испугался, что всё еще находится в ней. — Линч, я с кем разговариваю?! — Джон обернулся, подозрительно прищурившись. — Ты что, привидение увидел? У тебя лицо такое, будто ты только что... я не знаю, демона встретил. Егор медленно опустил камеру, стараясь не смотреть Джону в глаза. Образ напарника — привязанного к кровати, плачущего и умоляющего о большем стоял перед ним как живой. — Ничего, Джон, — глухо ответил Линч, разворачиваясь. — Просто... свет в глаза попал. Пошли отсюда. Быстрее. — Ну ты и странный сегодня, приятель, — буркнул Джон, догоняя его и нечаянно задев плечом. От этого мимолетного контакта Линча прошибло током. Он ускорил шаг, понимая, что теперь его жизнь превратится в кошмар: каждый раз, глядя на Джона, он будет видеть то, что показал ему монстр. Линч шел по лесу, и каждый шаг давался ему с трудом. Гул в ушах от аномального света еще не прошел, но гораздо сильнее гудело внизу живота. Образ Джона — распятого на кровати, с сорванным от крика голосом и влажными от слез глазами — стоял перед ним так четко, что реальный Джон, идущий впереди и ворчащий на ветки, казался лишь бледной тенью. — Линч, ты спишь на ходу?! — Джон резко остановился и обернулся, едва не врезавшись в напарника. — Ты наступил мне на пятку уже третий раз! Что с тобой, черт возьми? Линч замер. Его взгляд невольно упал на шею Джона — туда, где в его видении он сжимал пальцы, оставляя красные отметины. В реальности там был только высокий воротник свитера, но воображение услужливо «дорисовало» пульсирующую жилку под кожей. — Ничего, Джон. Просто... голова кружится, — выдохнул Егор, стараясь придать голосу твердость. — Ну еще бы! Надышался болотных испарений, — Джон фыркнул и, проявив несвойственную ему заботу, шагнул ближе, протягивая руку, чтобы пощупать лоб друга. — У тебя зрачки на весь глаз, Линч. Ты точно в порядке? Когда пальцы Джона коснулись его кожи, Линча прошибло током. В голове вспыхнул кадр: Джон умоляет его не останавливаться, выгибаясь навстречу. Егор резко, почти грубо перехватил руку Джона за запястье. Он сжал его крепко — так, как сжимал в той хижине из видения. — Эй! — Джон вскрикнул, попытавшись дернуться. — Ты чего, больно же! Отпусти! Но Линч не отпускал. Наоборот, он сократил дистанцию, нависая над писателем. В лесу было темно, и в этой темноте Егор позволил себе то, чего никогда не делал в реальности — он посмотрел на Джона как на добычу. В его глазах отразился тот самый холодный, властный блеск из фантазии. — Линч... — голос Джона дрогнул. Он перестал вырываться, застыв от того странного, тяжелого напряжения, которое буквально искрило между ними. — Ты пугаешь меня. Что за шутки? — Это не шутки, Джон, — прошептал Линч, делая шаг вперед и вжимая напарника спиной в ствол старой сосны. — Ты ведь всегда жаловался, что я слишком правильный? Что я вечно всё контролирую? Он перехватил вторую руку Джона, прижимая обе его кисти к коре дерева над головой. Поза была один-в-один как в его "трипе" Джон задышал чаще, его очки чуть сползли, а в глазах вместо обычного возмущения промелькнуло нечто иное — узнавание. Словно он почувствовал ту темную энергию, которая сейчас переполняла Линча. — Ты... ты не в себе, — пробормотал Джон, но его колени предательски дрогнули, когда Линч вплотную прижался к нему своим телом. — Пусти... люди могут... — Здесь никого нет, Джон. Только мы и этот лес, — Егор наклонился к его уху, опаляя кожу горячим дыханием. — И я всё еще чувствую, как ты дрожишь. Не от страха, верно? Линч чувствовал, что аномалия всё еще шепчет ему на ухо, подталкивая. Он свободной рукой накрыл горло Джона, повторяя тот самый жест контроля. Пальцы ощутили тепло кожи и бешеный ритм сердца. — Скажи мне, — Линч надавил чуть сильнее, заставляя Джона приподнять подбородок. — Тебе ведь нравится, когда я решаю за тебя? Когда тебе не нужно строить из себя героя? — Пошел... ты... — выдохнул Джон, но в этом не было прежней злости. Это был вызов, на который Линч только и ждал ответа. Егор не выдержал. Он впился в губы Джона поцелуем — таким же жестким и властным, как в его видении. Джон охнул, пытаясь сначала оттолкнуть его, но сам он непроизвольно подался навстречу, отвечая с той же яростью. Линч понял: фантазия была не просто бредом. Это было предчувствие. И теперь он не собирался останавливаться, пока не получит всё то, что ему показал монстр. Линч отстранился от губ Джона так же резко, как и впился в них секундой ранее. Тяжелое, рваное дыхание обоих облачками пара застывало в холодном лесном воздухе. Глаза Егора горели лихорадочным, почти пугающим блеском — аномалия внутри него требовала завершения сценария, и полумеры его больше не устраивали. Джон стоял, прижатый к сосне, дезориентированный и ошарашенный. Его очки съехали набок, губы покраснели и припухли, а взгляд метался по лицу Линча, пытаясь найти там прежнего рассудительного друга. — В машину. Живо, — голос Линча прозвучал как хлесткий удар бича. — Линч, ты… ты чего? Мы еще не закончили осмотр сектора! — Джон попытался вернуть себе привычный ворчливый тон, но голос предательски дрогнул и сорвался. Вместо ответа Линч мертвой хваткой вцепился в локоть Джона и буквально потащил его за собой через кусты. Он не выбирал дорогу, он шел напролом, игнорируя хруст веток и протестующие выкрики напарника. — Да пусти ты! Больно, придурок! — Джон спотыкался, пытаясь вырваться, но хватка Линча была стальной. — Что на тебя нашло?! Это тот свет, да? Тебя переклинило?! Линч хранил молчание, которое пугало сильнее любого крика. Дойдя до внедорожника, он рывком открыл пассажирскую дверь и буквально зашвырнул Джона внутрь. — Сиди. Смирно. И не вздумай открывать рот, — отрезал Егор, захлопывая дверь и обходя машину. Весь путь до дома превратился в пытку. Линч гнал по лесной трассе, вцепляясь в руль так, что костяшки пальцев побелели. В салоне повисла такая густая тишина, что было слышно, как бешено колотится сердце Джона. Писатель сидел, вжавшись в сиденье, и искоса поглядывал на Линча. Он видел, как на челюсти напарника ходят желваки, и понимал: сейчас Линч — это не тот человек, с которым можно спорить. — Линч… — тихо позвал Джон, когда они свернули к дому. — Ты меня пугаешь. Серьезно. Давай просто… поговорим? Линч даже не повернул головы. — Мы поговорим, Джон. Позже. Когда ты будешь в том положении, в котором я тебя видел. Возвращение в «хижину» Как только машина затормозила у крыльца, Линч вытащил Джона из салона. Он не дал ему опомниться, волоча за собой по лестнице прямо в спальню. В голове Егора картинки из видения накладывались на реальность: скрип ступеней, запах пыли, полумрак коридора. Он втолкнул Джона в комнату и тут же запер дверь на замок. — Так, всё, хватит! — Джон наконец взорвался, оборачиваясь к нему и вскидывая руки. — Я не знаю, что ты там себе вообразил, но я не твоя марионетка! Открой дверь и… Линч молча шагнул вперед. Он не стал тратить время на споры. Одним резким движением он подсек ноги Джона, повалив его на широкую кровать — в точности так же, как в том проклятом свете монстра. — А-а! — Джон охнул, когда его спина встретилась с матрасом. Прежде чем он успел перевернуться, Линч навалился сверху, придавливая его своим весом и перехватывая запястья. Егор вытащил из кармана куртки прочные стяжки, которые всегда таскал в снаряжении "на всякий случай". — Линч, нет! Только не это! — Джон забился под ним, его глаза расширились от настоящего, острого страха, смешанного с диким возбуждением, которое он больше не мог скрывать. — Ты не посмеешь! Это уже не шутки! — Я никогда не шучу, когда дело касается контроля, Джон, — прорычал Линч, с характерным треском затягивая первую стяжку на запястье напарника, приковывая его к металлическому изголовью кровати. — Ты ведь сам хотел знать, что у меня в голове? Сейчас я тебе это покажу. Каждую. Чертову. Деталь. Линч потянулся к ящику тумбочки, где лежало то самое устройство, которое аномалия так заботливо подсказала ему в лесу. Линч достал из ящика ту самую вибропулю, которую он видел в своем «трипе». В реальности она была тяжелее и холоднее, но жужжала точно так же — низко, вибрирующе, заполняя комнату звуком неизбежности. — Линч… убери это… пожалуйста… — голос Джона сорвался. Он дернулся, стяжки на запястьях больно врезались в кожу, фиксируя его руки над головой. Егор не ответил. Он методично, не отрывая взгляда от испуганных глаз напарника, начал расстегивать его одежду. Ремень, пуговица джинсов, молния — каждый звук отдавался в тишине спальни как приговор. Когда Джон остался полностью обнаженным и беззащитным, Линч присел на край кровати, разводя его колени. Писатель попытался свести их, но Линч просто надавил ладонью на его грудь, пригвоздив к матрасу. — Смотри на меня, Джон, — приказал Линч. — Я хочу, чтобы ты запомнил этот момент. Потому что сейчас твоя гордость закончится. Он включил игрушку на средний режим и прижал её к внутренней стороне бедра Джона. Тот вскрикнул, его тело непроизвольно выгнулось, а пальцы судорожно сжались. — А-а! Черт… Линч! Это… это слишком сильно! — Джон задыхался, его лицо горело. — Перестань… я не могу… — Можешь, — отрезал Линч. — И будешь. Он начал медленно вести вибрирующим пластиком вверх, дразня, едва касаясь самых чувствительных мест. Джон метался по кровати, его стоны становились всё более рваными. Когда Линч наконец коснулся самого центра его возбуждения, Джон буквально зашелся в хриплом крике, его таз непроизвольно подлетел вверх. — Да… вот так, — прошептал Линч, наклоняясь к его лицу. — Твое тело уже сдалось, Джон. Признай это. Скажи, что тебе это нужно. — Да пошел ты… — выдавил Джон сквозь стиснутые зубы, но его голос дрожал. — Ты… сволочь… а-ах! Господи, Линч! Линч не давал ему передышки. Он добавил вторую руку, начиная ласкать Джона, синхронизируя свои движения с ритмом вибрации. Это была сенсорная перегрузка. Джон больше не мог огрызаться — он только всхлипывал, его голова моталась из стороны в сторону, а очки окончательно слетели на подушку. — Проси меня, — Линч внезапно убрал игрушку, оставляя Джона на самом пике, в звенящей пустоте. — Линч? Ты чего… не останавливайся! — Джон распахнул глаза, полные отчаяния и нужды. — Пожалуйста! Сделай что-нибудь! — Скажи: "Линч, возьми меня". Скажи, что ты мой, — Егор навис над ним, его взгляд был тяжелым и неоспоримым. Джон секунду боролся с собой, его челюсть дрожала. Но желание, разогретое аномалией и действиями Линча, было сильнее любой гордости. — Линч… возьми меня… — выдохнул он, роняя голову на подушку. — Я твой. Просто… закончи это. Линч довольно усмехнулся. Фантазия стала реальностью. Он отбросил игрушку в сторону и, не теряя больше ни секунды, вошел в него, окончательно закрепляя свое право обладания.