Эксперимент тьмы: путь к хирургу и его последствия

После ареста Руперту удалось продолжить работать хирургом и тайно начать поиски Марты, дабы продолжить эксперименты. После того как Руперт нашел Марту в 4020025 году, он предложил ей снова создать еще одного верисена, Марта отказывалась от этого и предупреждала, что это может плохо кончится, но в итоге она согласилась. В 4032064 году Руперту удалось создать еще одного верисена – Вилли, который был очень похож на Элеану, единственное отличие – отсутствие крыльев. Марта заботилась о нем еще более бережно и даже давала отпор, если Руперт берет малыша слишком часто. Вскоре через 8 месяцев ящера вновь арестовали и на этот раз наказание было суровее – Руперта помещен в заключение на 64 адских лет, Марта оказалась в монастыре, а ребенка поместили в Социальный приют для детей и подростков №9. Пока Руперт отбывал срок его поразила трагедия, связанной с Алипием в 4036081 году. Его расстроило то, что одного из «детей Люцифера» не стало. «Как так произошло, что самый могучий во всем Аду не смог сберечь одного из верисенов?» - размышлял про себя Руперт - «был бы на его месте я, такого никогда не произошло». Многие из заключенных не верили своим глазам, что вместе с ними находился один из уважаемых хирургов. Несмотря на то, где находился Руперт, он жил по сути также, как и на свободе: читал книги и лечил серьезно заболевших заключенных, но в мыслях он желал наконец выйти из заключения и найти тех, кого он создал. Выйдя из тюрьмы в 3481 лет Руперт стал искать своих ангелоподобных, но это было безуспешно, как бы он не старался. Ему нельзя было возвращаться в Гордыню и заниматься медицинским делом, поэтому он переехал в Гнев. Спустя 4 адских года проживания в Гневе и поисков верисенов он смог вновь вернуться в медицинское дело и нелегально купить свою лабораторию, также у него появились свои помощники. Вскоре он встретил 225-летнюю Джекки, когда она прогуливалась по улице. Он скрытно наблюдал за ее жизнью, куда она ходила, как вела себя с окружающими ее демонами и с кем она общается. Его заинтересовало то, что друзья Джей не обращали внимания на то, что она ангелоподобная. Руперт обдумывал план о краже Джекки в свою "лабораторию", он хотел подробнее изучить ее особенности, которые она приобрела за жизнь, и ее внутренние органы, но не хотел как-либо попадаться на глаза власти, ведь за очередное вмешательство к ангелоподобным ему, возможно, грозит смертная казнь. Вскоре Руперт смог найти и 100-летнего Вилли в приюте, и он переключил свое внимание на него. Он часто стоял в стороне и наблюдал за ним вместе с одним из своих приспешников. Он стоял в темноте, чтобы не быть заметным для других. В один из дней в 4088484 году ящер решил проследить за Вилли, не скрываясь и похитить его. Весной этого года Руперт отправил двух своих приспешников похитить Вилли, но один из них создал портал в людской мир, из-за этого он туда и попал. Руперт был в ярости от этой ситуации, но он принял решение искать Вилли, перевоплотившись в людскую маскировку. Марта оказалась в монастыре в Гордыне, в котором находились все падшие ангелы. В нем они вымаливали свои грехи и надеялись на искупление. По началу Марте было тяжело привыкнуть к своему окружению и толпе, но благодаря новой знакомой Елене ей стало легче общаться с другими. Она привыкла рано вставать и читать молитвы, но волнение за своих детей не давало ей покоя. Она знала о ангелоподобных Люцифера и о том, что демоны крайне негативно относились к ним, поэтому она боялась, что с Вилли и Элеаной произойдет тоже самое. Когда произошел случай с Алипием Марта насторожилась сильнее, она начала бояться сильнее и молитвы не помогали ей забыть о детях. - Сегодня ты выглядишь более беспокойной, ты в порядке, сестра Марта? – спросила Елена во время обеденного перерыва. - Я волнуюсь за детей, вдруг с ними что-то произойдет – ответила Марта, смотря в пол – ну не могу я их забыть, страшно мне. - Слушай, может тебе найти какое-нибудь хобби? – произнесла Елена, поправляя подол длинной юбки - Думаю если Люцифер и отнял их у тебя, то он поместил их в благоприятную семью, где им не навредят. - Один из них в приюте, надеюсь ему не навредят… - ответила Марта. Прошел 81 адский год. Марта, давно привыкла к своему окружению, нашла друзей и компанию. Тем не менее, мрачные тени прошлого, особенно мимолетные воспоминания о жестоких экспериментах Руперта, не давали ей покоя. Ее терзали мысли об Элеане и Вилли, словно привидения, свивавшиеся вокруг ее сознания, забирая с собой все светлое и радостное. С каждым годом, начиная с 4040100 года, тревожность созревала в ее душе как яд. Марта не могла избавиться от навязчивых размышлений о прошлом, неумолимо тянущих ее в бездну отчаяния. Ее молитвы становились все более искренними и настойчивыми, каждое слово срывалось с ее губ, полное боли и страха. Марта молилась усерднее, чем даже самые преданные среди падших ангелов, склонившись в глубоких покаяниях и ритуалах. Многие из ангелов заметили, что Марта начала «угасать». Они заметили, как она стремительно теряла вес, ее худые щеки впали, а глаза утратили блеск, став пустыми и усталыми. Она отказывалась от пищи и воды, а ее молитвы, хотя и полные тоски, впоследствии казались лишь еле слышными шепотами. Это поведение тревожило ее соплеменников. Ангелы старались убедить Марту хотя бы попробовать что-то съесть, но каждый раз она лишь с покорностью отвергала их заботу, как если бы ее душа жаждала лишь одного — замереть в бесконечном ожидании, полную соединение с теми, кого она потеряла… В один из дней Марта вовсе не появилась на утренней молитве, что сильно насторожило Елену. В середине дня она решила зайти к Марте и проверить ее. Зайдя в комнату, она заметила Марту, будто лежащую на кровати и спящей, но ее тело было ужасно бледное и худой. Елена была удивлена внешнему виду Марты. - Сестра Марта, ты спишь? – спросила Елена, подходя ближе к девушке. Она осторожно наклонилась над своей подругой, пытаясь пробудить ее от глубокого сна. Она слегка толкнула Марту за плечо, но ее кожа была холодной, словно ледяной. В сердце ангела замирало все. Странное отсутствие тепла поразило Елену до глубины души; тело Марты стало каменным, неподвижным, словно она стала частью холодного мрамора. Елена поднесла ладонь к лицу подруги, надеясь ощутить хоть малейшее изменение, но вместо этого ее охватил ужас. Сердце забилось быстрее, а глаза, наполненные слезами, смотрели на неподвижное тело. Резкий всхлип вырвался из ее груди, и она, потрясенная, выскочила из комнаты. «О Боже, дорогая Марта!» - произнесла она, ее голос дрожал от горя и отчаяния. В душе Елены заклокотала буря эмоций: от безнадежного страха до невыносимой печали. Весна 4096576 года. Вилли, Джекки и Мефарий неспешно прогуливались по Кругу Гордыни. Настроение молодых верисенов, Вилли и Джекки, было далеким от безмятежного: на их лицах читалось озадаченное недоумение. Они перекидывали взгляды друг на друга, словно искали подсказку, что же привело их сюда. В отличие от своих спутников, Мефарий был спокоен как никогда. Его уверенный шаг и невозмутимое выражение лица выдавали в нем опытного незримого проводника, который, казалось, знал все тонкости этого места. Скоро тройка подошла к ангельскому монастырю, строение которого возвышалось перед ними. Арочные окна отражали солнечный свет и алое небо, создавая иллюзию, что сам монастырь светится изнутри. Мефарий уверенным движением извлек свое удостоверение из кармана пиджака. Охранник, стоящий на входе, взглянул на документ, выданный Мефарием, и, не колеблясь, отошел, позволяя демонам войти внутрь монастыря. - Что мы здесь делаем? – наконец спросила Джекки, желая услышать ответ насчет того, куда ведет их советник. - Скоро увидите, пока предлагаю прикрыть нос – ответил Мефарий, закрывая нос рукой. - Фу, здесь тяжело дышать! Это что, ладан? – воскликнул Вилли, закрывая мордочку руками. Демоны отошли от входа монастыря в правый холл, и открыли тяжелую темную железную дверь, обитую ржавчиной, которая скрипнула. Они начали спускаться по лестнице, каждая ступенька звучала как отголосок потустороннего мира. Коридор, казалось, поглощал свет, отбрасывая тени, которые танцевали по стенам. Чем глубже они опускались, тем удушливее становилась атмосфера. Вилли и Джекки, шедшие чуть позади Мефария, вдруг ощутили, как холод начинает обвивать их, как зябкий ветер, проникающий под одежду. Это смещение температур переносило их из жаркой Гордыни в мир мрачный холод. Неожиданно для себя они осознали, что привычный уют отошел, уступив место моросящему холоду, и это ощущение стало для них особенно жутким. Спустившись в самый низ, троица обнаружила огромное подземное помещение, пространство которого простиралось куда-то в бездну. Здесь царила тишина, которая была настолько густой, что казалась почти осязаемой. Пол был выложен темным камнем, а во всем помещении вздымались ряды белых надгробий, каждый из которых выглядел, словно был вырезан из чистейшего мрамора. Их поверхности светились тусклым, призрачным светом. - Что это за место? Почему здесь так холодно и… мрачно? – спросил Вилли озадачено и испуганно. - Где мы вообще находимся, что это за монастырь блять? – произнесла Джекки, недовольно взглянув на советника. Мефарий, движущийся впереди, остановился, огляделся и глубоко вздохнул, словно собираясь с мыслями перед важным шагом. - Это ангельское кладбище - ответил Мефарий - я давно хотел привести вас сюда, но надо было подождать, когда восстановится Вилли. Пойдемте дальше. Они проходили мимо надгробий, на каждом из которых были выгравированы имена, которые Вилли и Джекки никогда не слышали. Рядом с каждым надгробием лежали редкие цветы – лунные лилии, которые являются цветами ангелов, а также разбитые и потухшие нимбы, и белоснежные маски, на которых были без эмоциональные выражения лица. Обстановка была мрачной, троица шла по дорожкам между могил пока Мефарий не остановился напротив одной конкретной могилы. Верисены остановились. На надгробии была изображена молодая девушка с волнистыми волосами цвета блонд, ее лицо было спокойным, но будто слегка взволнованным и одновременно таким нежным, дата смерти записана как «11.05.4068289 г.». Вилли озадачено и встревожено рассматривал надгробие, Джекки удивленно посмотрела на могилу, а затем вопросительно посмотрела на Мефария. - Так погоди, это что… она? – спросила Джекки. - Да – ответил Мефарий – я посчитал нужным показать вам ее. Вилли шокировано смотрел на надгробие, он стоял молча, затем его взгляд остановился на маске, лежащей рядом. Джей насторожило молчание верисена и она начала немного переживать за него. - Ви, все хорошо? – спросила девушка. - Да – ответил Вилли – все нормально. - Если тебе станет хуже – говори – произнесла Джекки, погладив Ви по голове. Вилли кивнул и тихо спросил: - Мефош, а здесь можно… трогать маски? - Маски? Ну, думаю можно, а что ты хочешь сделать – произнес Мефарий. - Я хочу просто посмотреть – ответил Вилли, немного наклонившись и взяв в руку белую маску. Маска, которую держал Вилли, сверкала в тусклом свете. Ее форма была безупречна, каждая черта лица показывала равнодушие, но при этом оно выглядело прекрасным. Гладкая поверхность маски переливалась легким блеском, и Вилли не мог отвести от нее взгляда. Собравшись с мыслями, он достал из кармана штанов плотно сложенный лист, который сейчас казался ему таким же хрупким, как и его воспоминания. Когда он развернул фотографию, его охватило холодное чувство пустоты и отчаяния. На изображении была та самая девушка, которая покоилась напротив него — Марта. Она стояла, слегка улыбаясь, с маленьким Вилли на руках, ее взгляд был спокойным и теплым, а вокруг них витала мрачная атмосфера больницы. «Как же эта маска хорошо повторяет ее лицо», — подумал он, чувствуя легкое тепло и горечь в его сознании. В этот момент Вилли осознал, что даже если внешность может быть сохранена, душа, которая наполняла эти черты жизнью, уже ушла и он никогда не почувствует ее тепло, и не услышит ее голос. В его сердце образовалась бездонная пропасть, наполненная утратой и сожалением. Он перенес взгляд на Джей и Мефария — их лица отражали неподдельное сочувствие, они тоже испытывали глубокое волнение, особенно Джекки. Казалось, они могли осознать масштаб его потери. Вилли снова вернулся к пустым глазницам маски, смотря на них, как будто надеясь увидеть там что-то большее, чем просто холодный пластик. Его тяжелый вздох нарушил тишину. Собравшись с силами и преодолевая горечь в душе, он аккуратно положил маску на ее место у надгробия. Его руки слегка дрожали, когда он касался холодного камня. После непродолжительного молчания Вилли обнял Джекки, стремясь найти в ее объятиях тепло и утешение. Она заботливо обняла его крылом, укрывала его от холода и боли, как будто могла защитить его от всех забот и горестей. Сквозь тишину, наполненную тяжелым ощущением утраты, они вместе стояли, глядя на надгробие. В их глазах отразилась печаль. После долгих мгновений молчаливого размышления, когда каждый из них, казалось, переваривал свою собственную боль, они развернулись и начали свой путь обратно в Гнев с чувством неопределенности и пустоты внутри.