Рубиновый папоротник

Когда они вернулись к дереву, там уже вовсю шли разборки с Боккуном. При ближайшем рассмотрении, правда, выяснилось, что разбиралась с ним только Эми, пока двое приспешников молча наблюдали за происходящем (скорее всего, не без наслаждения). Майлз не стал вмешиваться в её выяснение отношений и осторожно прошёл мимо, надеясь, что Роуз ничего здесь не разобьёт. Декобоко на появление лиса отреагировали на удивление живо, словно им тоже было, что сказать, после чего последовал короткий разговор. — Да, вы можете здесь остаться, — в процессе диалога ответил Тейлз. — Мне как раз пригодилась бы помочь кое-в... Что это? — роботы отдали ему рисунок Космо. — Ого! Это же я и С- (Деко захлопнул ему рот. Тейлз всё понял и кивнул.) — Спасибо, что передали. Неожиданно шум со стороны ежихи затих. — Ай, пожалуйста, хватит! — на автомате продолжал кричать бедный и перепуганный Боккун, пока не понял, что его перестали мутузить. Эми заставили отвлечься уведомления в телефоне, в котором она читала сообщения от Соника: "Эми, прости, что не пошёл с вами в поход. Я сейчас немного занят, появились кое-какие дела в логове Роботника. Со мной всё в порядке, не переживай. Увидимся!" — О нет, Соник в логове Эггмана! Ему надо помочь! — ежиха сразу забыла про Боккуна и побежала спасать своего возлюбленного. Гонец облегчённо вздохнул, потирая ушибленные места: — Фух, наконец-то она отстала... После слов про логово Тейлз и Декобоко вопросительно переглянулись. Несмотря на то, что к Айво они все имели прямое отношение — просто с разных сторон — про логово никакой информацией не распоряжались ни следящие за ним мобианцы, ни служащие ему роботы. Прауэр смотрел на убегающую Эми, думая, стоит ли бежать за ней. Однако он так устал... Это был не только насыщенный день, но и насыщенная неделя, и в целом месяц. "Мне нужно перестать настолько отчаянно проявлять инициативу", — подумал Тейлз. — " Чем больше делаешь, тем больше требуют. С меня хватит". — Так в чём тебе пригодилась бы помощь? — перебил его мысли Омега. Тейлз и Космо задержались в кабине старого корабля ещё на какое-то время. Нужно было решить вопрос с папоротником, для начала, потом обсудить возможность переделывания комнаты, и, наконец, договориться о прочей мелкой помощи в доме или в гараже. На удивление Майлза роботы соглашались на всё, даже как будто с некоторым энтузиазмом.

***

— Ага, даже крышу поменяют, — кивнул Тейлз уже дома, вешая рисунок Космо на холодильник. — Сильно же их Эггман загонял. — Они такие смешные, очень жаль, что он с ними так обошёлся. Я наивно полагала, что Эггман всё-таки изменился, — грустно произнесла Космо, но поспешила сменить тему на менее печальную. — Тебе нравится мой рисунок? Я впервые рисовала Соника, поэтому, наверное, он получился не очень похожим, но я очень старалась. Для тебя! — Сидрианка улыбнулась и приобняла лисёнка. — Всё-таки я рада, что провела этот день с тобой, пусть и он получился таким, ну, странненьким. Спасибо большое, мой дорогой Тейлз, я тебя очень сильно люблю. Сегодняшний звездопад был невероятно красивым... а ты у меня ещё красивее! И вообще, думаю, нам стоит больше проводить друг с другом. Тейлз обнял её в ответ и поцеловал. — Спасибо большое, солнышко! Мне очень приятно, — он улыбнулся. — Рисунок тоже чудесный. Ах, да, по поводу Айво... это, так сказать, его фишка. Притвориться белым и пушистым, чтобы потом напасть из-подтишка. Сейчас, конечно, произошло не совсем то же самое, но на будущее: не верь ему. Такое уже было, есть, и будет ещё не раз. Майлз покачал головой. Без улыбки он выглядел сильно мрачнее и конкретно вымотанным. Он зевнул. — Давай ещё немного посидим и пойдём спать. Я ужасно устал, а завтра так много чего нужно сделать... Космо вдруг приблизилась и их губы снова сомкнулись в горячем поцелуе. Сидрианка была так счастлива, что позволила себе эту небольшую шалость. Рядом с Тейлзом она забывала о всех своих переживаниях и проблемах. Рядом с ним она расцветала. Она больше не хотела с ним расставаться. Никогда снова. Космо поняла, что она должна жить, ради него, ради любви. Девушка обняла его крепче. Лисёнок был таким мягким и тёплым, как большая плюшевая игрушка, которую так здорово обнять и уснуть в такой же мягкой и тёплой постели. — День и правда выдался насыщенным, — ответила ему Космо, делая вид, что только что ничего не произошло, хоть её и выдавал румянец. Она зевнула. — Я хочу завтра тоже поделать что-нибудь вместе. А сейчас... да, пожалуй, пора спать. Тейлз, я тебя очень люблю! — Я тоже тебя люблю, солнышко, — улыбнулся Майлз. — Я сегодня так страшно набегался, уже даже голова плохо соображает. Пойдём. Он неожиданно поднял её на руки. Каждый раз Тейлз удивлялся тому, какая же она лёгкая. Он без проблем отнёс Космо в её комнату, прижимая сидрианку к себе. Лечь спать лисёнок решил тоже с ней. Он считал, что всё равно сегодня они могли побыть вместе дольше, и всё, что произошло — просто нечестно. Так что будет полностью справедлив если они хотя бы поспят вдвоём. По мере засыпания голова наполнялась мыслями. Хорошими, плохими, тревожными, радостными... огромным количеством мыслей. Среди них затесалась одна интересная: с появлением Космо Тейлз стал лучше спать. И, казалось бы, ничего такого, но в сутках неожиданно стало появляться больше времени, а у него — больше сил. Одним своим присутствием в его жизни девушка делала эту самую жизнь лучше, насыщеннее, словно с чистого листа. А делает ли Тейлз её жизнь лучше? А достаточно ли он старается? А вдруг он слишком мало вкладывается в их отношения? Из начинающейся череды накручивания себя его вывела сидрианка, во сне прижавшись к нему ещё больше. Она здесь. Она рядом. И она бы точно не хотела, чтобы Тейлз думал о себе плохо. Она его любила и считала самым хорошим, милым и заботливым. Именно его. Поэтому даже если Прауэр и делает чего-то "недостаточно", он твёрдо решил, что будет давать ей столько любви и внимания, сколько сможет. "Я люблю тебя, Космо", подумал лисёнок перед тем, как тоже уснуть.