Лезь ко мне

Омега вальяжно раскинулся на кушетке в школьном медпункте, лениво болтая ногой. Пока медбрат обивал пороги директорского кабинета, выбивая для этого несносного пациента официальный отгул на пару дней, сам же «больной» с азартом рубился в телефон. Вид у него был настолько цветущий, что возникал закономерный вопрос: зачем вообще отправлять его домой? Увлеченный игрой, Чимин даже не повел бровью, когда дверь скрипнула. Тем временем в кабинете раздался сочный мат — его персонажа зажали в кольцо и безжалостно расстреляли. — Да чтоб вас всех так же по кругу пустили, суки! — зло выплюнул омега и отшвырнул телефон на подушку, закидывая руки за голову. — Ну что там с моей свободой? Не думаю, что директор мог тебе отказать, мой дорогой друг. Перед ним стоял молодой бета, на вид не старше двадцати пяти. Хосок пришел в эту школу год назад простым практикантом, планируя вскоре найти место поприбыльнее, но Пак Чимин стал той самой переменной, что спутала все планы молодого практиканта. Именно этим несносным, но чертовски обаятельным омегой бета оправдывал свое решение остаться в школе по сей день. — Ты — одна сплошная заноза в моей заднице, Пак Чимин, — Хосок устало потер переносицу, поправляя очки. — Подавитель выпил? Чимин коротко и уверенно кивнул. — У тебя вечно две крайности: либо ты приползаешь в синяках после драки, что для школы выглядит совсем не порядочно, либо у тебя течка. А в остальные дни ты заходишь просто поебать мой мозг и отвлечь от работы. — Грубо звучит, доктор, — ухмыльнулся Чимин, спуская ноги с кушетки и глядя на бету снизу вверх. — Но ты ведь всё равно не перестанешь этого делать? — Не-а! — Чимин сиял так искренне, что Хосок только махнул рукой. — Куплю себе ящик успокоительного. После каждого твоего визита мне нужна тройная доза, — бета прислонился к столу по другую сторону кушетки. — Дальше — больше. Тебе меня терпеть еще очень долго, — Чимин дерзко показал язык с блестящим шариком пирсинга, накинул рюкзак на плечо и направился к двери. — Тебе выпускаться через полтора года, — напомнил бета, провожая его взглядом. — Это не значит, что я перестану тебя доставать и заходить в гости к твоему коту, когда покину стены этого ада! — Чимин звонко рассмеялся, заметив, как старший закатил глаза. — Вернусь с отгула — притащу твое любимое печенье и персиковый чай! — крикнул он уже из-за двери. «Вот же мелкий паршивец», — подумал медбрат, и его губы растянулись в нежной улыбке. Как бы Чимин ни раздражал, он был рад этому знакомству. Омега ворвался в его серую жизнь медика-одиночки с первого дня практики — заявился с яркой улыбкой и кучей ссадин, требуя мазь, чтобы снять отек. Чимин был не в меру разговорчив, в то время как юный медик предпочитал слушать и ценил тишину. На этом контрасте — разговорчивый омега и молчаливый бета — они и сдружились.

***

Чимин шел по пустому коридору, полностью погруженный в любимый плейлист. Внезапно тишину нарушил резкий звук: из дверей спортивной раздевалки прямо перед его носом вылетел чей-то портфель. Любой другой прошел бы мимо, но Чимин не был бы собой, если бы не заглянул внутрь. В нос сразу ударил тяжелый коктейль из феромонов. Воздух был пропитан агрессией. Завернув за ряд металлических шкафчиков, он увидел троих альф, столпившихся в кучу. Омега демонстративно кашлянул в кулак и альфы расступились, а Чимин увидел четвертого — тот сидел на полу, прижавшись спиной к стене. — Чимин-и! — знаменитый Чон из параллельного класса, противно оскалился. — Учуял мой запах и пришел повидаться? Он сделал шаг навстречу, но омега просто отодвинул его в сторону и присел на корточки перед парнем на полу. — Всё в порядке? — прошептал он, убирая черную челку с лица незнакомца. На щеке того уже начал расцветать красный след от руки. Трое на одного — Чимина это всегда бесило. По парню было видно, что он не из драчливых, а очки на переносице лишь подтверждали образ «ботаника». Как правило, за счет таких и самоутверждаются недалекие альфы. Парень застыл, глядя на Чимина усталым взглядом. Чимин выпрямился, чувствуя за спиной чужое присутствие и раздражающий запах, и резко обернулся. Зачинщик стоял вплотную, сложив руки на груди и вызывающе облизывая губу. — Ты че, сладкий, меня избегаешь? — Меня от тебя тошнит, — Чимин демонстративно прикрыл рот рукой. — Остроумно, — улыбка на лице альфы погасла. Он схватил омегу за подбородок. — Долго еще ломаться будешь? — Руку убрал. Иначе сейчас сломаю, — процедил Чимин. Альфа лишь выдохнул, явно возбужденный этой неприступностью. — Черт, как же меня возбуждает твоя неприступность, — выдохнул Чон, хватая руку Чимина. — Потрогай и сам в этом убедишься, киса. Он попытался прижать ладонь омеги к своему паху, но тут же взвыл от резкой, пронзающей боли в пальцах. Чимин предупреждал. Откинув руку придурка, он рывком поднял «ботаника» с пола, подхватил его рюкзак и вытолкал парня в коридор, громко захлопнув дверь. — Он невероятный, — пробормотал за дверью Чон, баюкая пострадавшую руку. — Ты идиот, Чон? Он тебе чуть пальцы не вывернул! — закричал его друг. — Чимин всегда был диким, поэтому не советую с ним связываться. — Я бы и рад, — подал голос альфа, продолжая прожигать взглядом входную дверь. — Только я не могу контролировать тот фактор, что при виде него у меня яйца гудят, как новогодние колокольчики. — Избавь нас от подробностей! — хором отозвались друзья, прикрывая лицо рукой.

***

Они шли в тишине. Альфа рядом был напряжен или наоборот раздражен, он крепко вцепился в лямку рюкзака и упорно не поднимал взгляда. Чимину это начало казаться забавным. — Эм… спасибо, что заступился. Но я бы и сам справился, — заговорил парень первым. — Какой милый, — улыбнулся Чимин. — Ты типа ботаник? — Я хорошо учусь. Это не одно и то же, — в голосе альфы проскользнули стальные нотки, отчего Чимин даже опешил. — Ладно-ладно. Послушай, «хорошо учащийся», ты в каком классе? — Десятом. — А программу одиннадцатого потянешь? — Чимин не хвастался знаниями, но его обаяние всегда помогало получать хорошие оценки. А сейчас, перед экзаменами, помощь была необходима. — Мне тут автоматы по паре предметов нужны, а я, видишь ли, приболел. — Могу попробовать… — альфа вопросительно приподнял бровь. Омега совсем не выглядел заболевшим. — Сегодня занят? — Чимин подошел вплотную, оказываясь почти глаза в глаза из-за небольшой разницы в росте. — Нет. — Тогда жду в семь у себя. Адрес скину, — Чимин потрепал его по волосам и зашагал к выходу. — Постой! С чего вдруг? Я не соглашался! — крикнул альфа вслед. — Ты мне должен за спасение, — не оборачиваясь, бросил омега. — Я не просил меня спасать! — Но тебе это необходимо. В следующий раз они нападут толпой, а ты явно не из тех, кто машет кулаками. — Думаешь, сможешь подкупить меня защитой? — Смогу, — Чимин подмигнул через плечо. — Жду в семь. Чимин скрылся за большими стеклянными дверями, оставив альфу стоять посреди коридора. Парень ещё несколько секунд смотрел в пустоту — туда, где минуту назад стоял омега, словно ожидая, что тот внезапно вернётся и снова бросит что-нибудь столь же наглое и самоуверенное. Чёрт. Самоуверенность Чимина неприятно задела его. Кровь словно вскипала в жилах, а внутри медленно разрасталось глухое раздражение. Омега появился из ниоткуда, вмешался в драку, схватил его за руку, будто имел на это полное право… а потом ещё и заявил, что будет ждать его вечером. Словно он просто обязан прийти и права выбора у него нет. «Наглый придурок…» — альфа резко выдохнул и провёл ладонью по лицу, будто пытаясь стряхнуть с себя эти мысли. Развернувшись, он направился к лестнице, ведущей на второй этаж, где находился кабинет. Шаги эхом отдавались в почти пустом коридоре. Он старался думать о чём угодно — о заданиях, о завтрашнем тесте, о чертовой драке в раздевалке. Только не о дерзком омеге с пирсингом на языке и слишком уверенной улыбкой. Прошёл почти час. Когда телефон в кармане завибрировал, парень достал его машинально. *Новое сообщение* В котором была написана всего одна строчка с адресом. Ни приветствия, ни какого-либо объяснения. Младший несколько секунд прожигал экран взглядом. «Он даже не сомневается, что я приду.» — эта мысль снова заставила внутри что-то раздраженно дернуться. Быстро заблокировав телефон и убрав тот обратно в карман, он тихо выдохнул и опустил взгляд на парту перед собой. Чем быстрее он разберётся с этим странным приглашением, тем быстрее всё закончится. И тем быстрее он сможет вернуться домой.

***

Дома Чимин мгновенно провалился в сон, но действие подавителя закончилось слишком быстро. Тело начало ломить, а резкий звонок в дверь вызвал лишь вспышку ярости. — Сука, кого там принесло?.. Увидев на камере альфу, Чимин выругался. Он совсем забыл о своей «сделке». Открыв дверь, он увидел всё то же недовольное лицо. — Слушай, я сам просил тебя зайти сегодня, но мне хреново. Давай перенесем? — Чимин старался дышать через раз, чтобы не учуять запах альфы. — Я не девочка по вызову, чтобы бегать туда-сюда. Давай учебники, быстрее начну — быстрее закончу, — альфа бесцеремонно прошел внутрь, отодвигая Чимина в сторону. Что ж, Чимин всё-таки предупреждал. Похоже, альфа ещё не до конца почувствовал, в какую опасную ситуацию ввязывается. Он махнул в сторону кухни, показывая дорогу, а сам направился в свою комнату за учебниками. Заодно Чимин надеялся найти где-нибудь подавитель. Хотя говорить об ответственности за собственное здоровье было довольно смешно — при каждом удобном случае он просто брал отгул, запирался в квартире и молча пережидал всё в одиночестве. Поэтому покупать подавители он давно перестал — смысла в этом почти не было. Вернувшись на кухню, Чимин разложил учебники перед альфой на столе. Сам он сел напротив и уткнулся в телефон, пытаясь отвлечься на что угодно, лишь бы не концентрироваться на чужом феромоне. Получалось, откровенно говоря, плохо. Спустя полчаса альфа уже заканчивал задание по второму предмету и, казалось, вообще не замечал ничего вокруг. Это давало Чимину прекрасную возможность внимательно рассмотреть его. Ровная линия подбородка. Чётко очерченные скулы. И чертовски привлекательная шея, в которую прямо сейчас хотелось уткнуться носом, глубоко вдохнув чужой феромон. Развратные мысли не заставили себя ждать. Неприятное, тянущее чувство внизу живота возникло почти сразу, заставив Чимина слегка поерзать на стуле. — Как тебя хоть зовут? — Чимин отложил телефон. — Разве это важно? — младший поднял взгляд. — Неприлично использовать твои мозги и не знать имени. — Юнги. — А я Чимин. Пак Чимин. — Знаю. Было видно, что альфа либо не отличается разговорчивостью, либо общество омеги ему просто неприятно. Но Чимин всё равно оказался немного обескуражен — он впервые встречал настолько молчаливого человека. Даже Хосок в начале их знакомства говорил больше двух слов за раз, а из этого альфы, дай бог, удавалось вытянуть хотя бы одно. Поднявшись со своего места, омега легко обогнул стол и остановился за спиной Юнги. — Что ты делаешь? — поинтересовался альфа, продолжая писать задание и даже не оборачиваясь. — Ты девственник? — в лоб спросил Чимин. Разум мутился. Он наклонился вперед, упершись одной рукой в стол, и глубоко вдохнул чужой феромон, словно действуя на автомате. — Тебя это не касается. — Ты можешь переспать со мной? Юнги на мгновение замер. Его глаза округлились, а взгляд уткнулся в стол, будто он пытался осмыслить услышанное. Чимин наклонился ещё ближе и провел холодным кончиком носа по изгибу чужой шеи. Пытаясь вдохнуть новую порцию воздуха, Юнги только сейчас почувствовал, насколько сильно обострился чужой феромон. — Теперь всё понятно, — ухмыльнувшись, альфа отодвинул стул, заставив омегу сделать шаг назад. Затем поднялся и опёрся поясницей о край стола, скрестив руки на груди. — Ты просто решил меня использовать? — Ага, — ухмыльнулся в ответ Чимин и сделал шаг вперёд. — Тогда иди обратись к Чону. Я давно заметил, что у него на тебя стоит, — сказал он, стараясь держать голос ровным. Но внутренне Юнги чувствовал, как все его уверенные позиции рушатся. Сердце бешено колотилось, а ладони слегка вспотели. — Он меня не интересует. Лучше уж с ботаником, чем с нарциссом, — парировал Чимин с хищной улыбкой, делая ещё шаг вперёд. Юнги хотел отвести взгляд, двинуться назад, но ноги словно приросли к полу. Его тело напряглось, мышцы под лопатками будто сами готовились к обороне. — Я отказываюсь, — устало вздохнул он, пытаясь вернуть хоть крупицу контроля. — Уверен, что сможешь отказаться? — голос Чимина был мягким, но в нём слышалась угроза, почти игривое обещание. Юнги почувствовал, как кровь приливает к лицу, смешиваясь с диким возбуждением, которое он отчаянно пытался подавить. Каждое движение омеги, каждый шаг вперед ломали его внутренние барьеры. Он понимал, что должен сопротивляться, что это не время поддаваться, но странная, почти невыносимая притягательность омеги делала его тело чужим для него самого. Чимин шагнул еще ближе и прижал его к столу, не давая отступить. Юнги напрягся, дыхание сбилось, глаза расширились. Но волна феромонов, мягкий запах кожи, прикосновение носа омеги к его шее — и Юнги почувствовал, что его сопротивление трещит по швам. Сначала лёгкая дрожь, потом слабое желание расслабиться, сдаться, позволить омеге взять инициативу. «Боже, что со мной происходит?» — мысленно вскрикнул он, одновременно напуганный и пораженный собой. Чимин медленно провёл носом вверх, втягивая его запах глубже, и остановился у самого уха. Юнги почувствовал, как весь мир сужается до этого мгновения, до этого прикосновения. — У тебя приятный запах, — прошептал Чимин. — А мне редко кто нравится. — Буду считать это комплиментом, — хрипло отозвался Юнги. Мир вокруг Чимина окончательно перестал существовать — всё пространство сузилось до густого, дурманящего запаха, который кружил голову. Осознание того, что альфа не отталкивает его, а стоит неподвижно, позволяя нарушать все личные границы, стало для омеги тем самым «зеленым светом». Оковы самообладания рухнули. Чтобы окончательно убедиться в своей власти над ситуацией, Чимин прикрыл веки и медленно, почти тягуче качнул бедрами вперед. Когда он ощутил встречное тепло и твердый бугорок чужого паха сквозь слои ткани, по телу прошла электрическая искра. Внизу живота сладко потянуло, и из горла едва не вырвался низкий стон, который омега вовремя подавил, до боли прикусив губу. Юнги не сопротивлялся. Понимая это, Чимин окончательно проиграл борьбу с затуманенным похотью разумом. Он вцепился пальцами в ворот черной футболки альфы, сминая хлопковую ткань, и начал быстро отступать назад, буквально утягивая парня за собой вглубь квартиры. Они вошли в спальню — царство теней и тишины. Лишь тонкие, призрачные лучи уличного фонаря пробивались сквозь щели в занавесках, полосуя пространство бледным светом. Чимин уверенным жестом обхватил Юнги за талию, чувствуя под ладонями его напряженные мышцы, и, ловко поменяв их местами, толкнул альфу на кровать. Мягкий матрас спружинил под чужим весом. Не теряя ни секунды, омега взобрался сверху, по-хозяйски устраиваясь на чужих бедрах. Оказавшись в доминирующей позиции, он заглянул младшему в глаза, пытаясь рассмотреть его реакцию в темноте, а затем нетерпеливо потянул край его футболки вверх. Ткань казалась ему сейчас грубой преградой, мешающей ощутить то, в чем он нуждался больше всего, — жар обнаженной кожи. Юнги поддался этому напору. Он слегка привстал, опираясь на локти, чтобы облегчить задачу и помочь омеге стянуть через голову футболку. Смысла сопротивляться Мин больше не видел, да и глупо было бы лгать самому себе: ответное желание жгло изнутри. Еще там, в душном школьном коридоре, он успел оценить вызывающую, притягательную внешность Чимина, а сейчас, когда этот омега податливо устроился на его бедрах, контроль окончательно дал трещину. Подавшись вперед, Чимин впился в его губы рваным, жадным поцелуем, в котором не было и капли нежности — только чистая, концентрированная страсть. Он начал ерзать, дразняще прижимаясь бедрами к чужому паху и задавая ритм, от которого в голове становилось пусто. Юнги этот напор не просто устраивал — он его заводил. Чимин явно был из тех, кто привык брать свое, не тратя время на кокетство и недомолвки. На мгновение отстранившись от манящих, припухших губ, Юнги быстрым движением снял очки. Оставив их на тумбочке, он тут же вернулся к омеге, впиваясь в его рот с новой силой. На этот раз поцелуй стал глубже, Юнги пустил в ход язык, властно захватывая территорию, а его ладони опустились на чужие ягодицы. Он крепко сжал податливую плоть, заставляя Чимина двигаться еще быстрее. Омега выгнулся в пояснице, словно натянутая струна, желая максимально плотно слиться грудью с чужим телом. В тишине комнаты раздался его приглушенный поцелуем стон — тихий, вибрирующий. Пальцы Юнги тут же впились в его бедра сильнее, подтверждая: этот звук стал для альфы лучшим катализатором. — Я больше не могу терпеть… — выдохнул Чимин, отстранившись всего на пару сантиметров. Его дыхание было сбитым, горячим. — Хочу почувствовать тебя внутри. — Перед этим тебя нужно растянуть, — низким, осекшимся голосом предупредил Юнги, хотя его собственное тело требовало немедленного продолжения. — Я уже… — Чимин запнулся, прикрывая веки. — Пришлось самому… чтобы хоть как-то уснуть. Чимин нехотя оторвался от горячего тела Юнги и поднялся, соскальзывая с кровати. Одним резким, хозяйским движением он потянул за край чужих штанов, избавляя альфу от одежды вместе с бельем и оставляя всё это бесформенной кучей на полу. Следом на ковер полетела и его собственная одежда. Омега замер на мгновение, стоя в неверном свете фонаря абсолютно нагим. В его позе не было ни капли стеснительности — лишь вызов и томительное ожидание. Да и знакомо ли было этому дерзкому парню чувство смущения? Вряд ли. Юнги тем временем сдвинулся назад, припадая спиной к мягкой обивке изголовья. Он замер, завороженно наблюдая за каждым движением омеги. Взгляд альфы цепко скользил по фигуре Чимина, задерживаясь на его руках: тонкие, изящные пальцы, которые так гармонировали с его статусом, контрастировали с избитыми, покрасневшими костяшками — немым свидетельством его колючего характера. Чимин протянул руку к тумбочке и, нащупав пачку презервативов, выудил из неё один квадратный пакетик. С тихим шорохом разорвав упаковку, он вернулся на своё излюбленное место между бедер Юнги. Омега сосредоточенно принялся раскатывать латекс вдоль напряженного члена альфы. Юнги молчал, чувствуя, как внутри всё натягивается до предела. Он видел, как Чимин кончиком языка мазнул по своим пересохшим губам, а в его расширенных зрачках, отражавших скудный свет из окна, плясали искры неприкрытой похоти. — Ты такой заинтересованный… — Юнги не выдержал и хрипло усмехнулся, глядя на это сосредоточенное лицо. — Будто ребенку наконец-то дали игрушку, о которой он давно мечтал. Чимин на мгновение замер, вскидывая на него потемневший взгляд, и дерзко вскинул подбородок. — Я бы посмотрел на тебя в гоне, — парировал он, опаляя альфу горячим дыханием. — Тогда бы ты не смеялся, а разделял со мной это желание каждой клеткой. Не желая больше тратить время на пустые разговоры, Чимин перешел к делу. Он поудобнее устроился над чужим пахом и, чуть привстав на коленях, направил головку члена к самому входу. Разница в диаметре между его собственными пальцами, которыми он пытался подготовиться до этого, и внушительным размером альфы была очевидной. На мгновение Чимин замер, осознавая, что легко эта задача ему не дастся, но отступать не собирался. Юнги внимательно наблюдал за каждым его движением. Он видел это странное сочетание животной страсти и отчаяния в глазах омеги. Собственное тело альфы уже отзывалось болезненной, тягучей пульсацией, требуя немедленной разрядки. Понимая, что Чимин слишком напряжен, Юнги решил помочь. Он властно обхватил затылок старшего, зарываясь пальцами в его волосы, и притянул к себе для глубокого, дурманящего поцелуя. Одновременно с этим он позволил своим феромонам — заполнить пространство спальни, чтобы окутать Чимина и заставить его расслабиться. Это сработало почти мгновенно. Чимин почувствовал, как напряжение в мышцах сменяется вязкой негой. Он прильнул к крепкому телу Юнги, доверчиво уложив ладонь на его вздымающуюся грудь, и глухо замычал в поцелуй от накатившего удовольствия. Юнги из последних сил сдерживал рвущийся наружу инстинкт хищника. Глядя на податливое, обнаженное тело на своих бедрах, он положил широкую ладонь на ягодицу омеги и начал мягко, но настойчиво надавливать, помогая ему опускаться ниже. Чимина же окончательно вывела из себя эта медлительность. Предтечка жгла изнутри, требуя всего и сразу. Жадно вдохнув новую порцию чужого запаха, он с удвоенной силой впился в губы Юнги и резким, уверенным движением опустился вниз, принимая в себя всю длину за один раз. В тишине комнаты раздался громкий, сорванный стон блаженства Юнги. Чимин, чье дыхание сбилось в рваный хрип, в порыве чувств попытался снова поцеловать альфу, но промахнулся и случайно прикусил его нижнюю губу, оставляя на ней яркий след. — Дикая кошечка решила показать свои зубки? — Юнги прищурился, и на его губах заиграла самодовольная, почти хищная улыбка. Он смотрел на нарочито недовольное лицо Чимина, но тот не смог долго удерживать маску раздражения. Как только внутри ощутилась первая мощная пульсация, зрачки омеги расширились, заполняя почти всю радужку, а гнев окончательно растворился в чистом наслаждении. Заметив, что движения Чимина становятся рваными и тяжелыми, а его силы на исходе, Юнги решил перехватить контроль. Он поудобнее устроился у изголовья, крепко обхватив талию старшего ладонями, и начал интенсивно толкаться бедрами навстречу. Одну руку он переместил вперед, обхватывая член Чимина и задавая быстрый, сводящий с ума ритм. Омега был лишь благодарен за эту инициативу: он до боли вцепился пальцами в плечи альфы, судорожно вжимаясь в него всем телом и пытаясь поспевать за каждым мощным толчком. Спустя несколько мгновений Юнги увидел, как лицо Чимина исказилось в экстазе. Омега зажмурился так сильно, что на веках проступили морщинки, а его рот открылся в беззвучном, надрывном стоне. Юнги ускорился, доводя их обоих до предела, пока наконец не услышал тот самый протяжный, вибрирующий звук, которого так ждал. Он почувствовал, как живот и ладонь обожгло горячей, липкой жидкостью, а ноги Чимина, расставленные по обе стороны от его бедер, мелко задрожали, теряя опору. В ту же секунду разрядка накрыла и Юнги. Чимин отчетливо ощутил, как презерватив внутри него стремительно наполнился теплом. Даже сквозь латекс и узкие стенки это ощущение было настолько ярким и интимным, что омега на мгновение перестал дышать. Когда последние судороги стихли, Чимин, лишенный сил даже на то, чтобы поднять голову, просто рухнул Юнги на плечо. Он прижался носом к изгибу его шеи, жадно впитывая успокаивающий запах альфы. Юнги же, не выпуская его из объятий, ловко подцепил пальцами ног край пледа и подтянул его к себе. Он накрыл их обоих, пряча разгоряченные тела от прохлады комнаты, и принялся ласково поглаживать Чимина по спине, успокаивая его сбитое дыхание. — У тебя есть парень? — внезапно нарушил тишину Чимин. Голос его звучал глухо и сонно, он почти окончательно провалился в небытие, уютно устроившись на чужом плече. Юнги замер, продолжая мерно поглаживать омегу по лопатке. — Хочешь предложить мне встречаться? — в его тоне скользнула легкая, едва уловимая усмешка. — Ага, — честно выдохнул Чимин, даже не пытаясь играть в недотрогу. — Ты классно трахаешься. И, что важнее, замечаешь то, чего хочу я, что мне нравится. Упустить такого парня было бы просто грехом. Юнги на мгновение перестал дышать, обдумывая услышанное. — И тебя даже не смущает мой возраст? — наконец спросил он, глядя в темноту перед собой. — Обычно омеги мечтают найти себе альфу на пару лет старше, солидного и при деньгах. А я для тебя просто «младшенький». Чимин чуть отстранился, заглядывая Юнги в глаза. Его взгляд, всё еще подернутый дымкой недавнего удовольствия, был удивительно серьезным. — Когда мы трахались, твой возраст меня как-то не смущал. С чего бы ему мешать нам сейчас? Юнги тихо хмыкнул, притягивая его обратно к себе и поудобнее устраивая под пледом. В этом омеге было столько обезоруживающей прямоты, что сопротивляться ей было бесполезно. — Хули, терять мне всё равно нечего, — философски подытожил альфа, зарываясь носом в растрепанные волосы Чимина. — Давай посмотрим, что из нас двоих может получиться.