Звезда Авеллы.

День начинался просто замечательно. Солнце в Мельбурне светило, ослепляя, а погода обещала быть замечательной не только во время гонки, но и после, чтобы заиметь возможность сходить куда-нибудь и развеяться. На улице вновь присутствовали зрители, репортёры, а также из ниоткуда появилось что-то похожее на торговцев или промоутеров, предлагающих скоротать время перед гонкой. Мимо проходил черноволосый мужчина с красными кончиками волос, держа в руках стаканчик смузи и периодически проверяя наличие телефона в кармане. Звонкий смех и голос тех торговцев его заинтересовал. — Это что это у вас тут? — Парень улыбнулся, чуть расталкивая толпу вокруг себя. — Игрушки? А молодой парень, переставляя на импровизированном столе пластиковые стаканчики, продолжал рифмами зазывать окружающих. — Немецкая рулетка, она же татарское лото: можно выиграть кучу, а можно ничего! А кто просто так стоит, глаза пучит - пизды получит! Черноволосый уже не смог сдержать смеха. Он загоготал, прикрыв рот рукой, после чего начал шарить в карманах в поисках небольшой купюры. Мужчина протянул зазывале бумагу и тот приподнял один стаканчик, показывая, что под ним находится шарик для пинг-понга. — Запоминай, не отставай, чеши побольше - получай! — Как же его смешили эти поговорки... Но судьба сегодня была не на его стороне. Тот проиграл. Азарт резко вскипел в нем, и уже в следующую ставку он поставил на свою кофту, которую очень любил. В итоге проиграл и ее буквально меньше чем за минуту. Парнишка настолько обиделся, что, махнув рукой, нахмурился. — Так, сворачивайте это все. Это незаконно, Вы же в курсе? — А ты кто, чтобы мне это запрещать? — Я здесь достаточно важная персона. — Мужчина достал из кармана бейдж, который обычно не надевал, чтобы не привлекать папарацци. — Квак Джисок, продюсер гонщика Авеллы. У меня связи есть: понадобится, я быстро вашу контору тут прикрою. И тех "громкоговорителей" быстро не стало на прошлом месте. Зрители, пришедшие смотреть на гонку, с восхищёнными вздохами оборачивались на Джисока, а тот лишь грустно вздыхал. Остался без кофты. Под такой шумок он пробрался в гараж Авеллы, прикрывая оголённые руки. А тут во всю ходуном шла жизнь: инженеры носились, Сынмин сидел в телефоне возле болида, а вокруг Джуена столпилась группа механиков... Кажется, они пытались его заговорить. Ли нервно посмеялся, приняв позу "руки в боки". — Не зная вас, подумал бы, что вы... — И тут уже стало не смешно. Он чуть замедлил темп речи. — ...пытаетесь... Где Чонсу? Владелец команды резко оборачивается на Сынмина, который уже во всю глядел на него в ответ, выронив телефон из рук - благо его успел поймать Джисок, чей визит даже не приметили. — А что ты так смотришь на меня?! — Орео, скрестив руки на груди, грациозной походкой направился к Ли, хмуря лицо. — Будто я знаю. Мне кажется этот долбаёб убухался вчера в щи и теперь отсыпается дома! А ведь он был прав. В съемной комнате Кима царил покой и умиротворение: он спал, раскинувшись на кровати ещё во вчерашней уличной одежде и сладко сопел. Если бы кто-то посмотрел на него со стороны - сказали бы, что ему точно снятся ангелочки. Телефон мужчина оставил в прихожей, поэтому все пропущенные звонки автоматически пропускались мимо ушей. — Сука, увижу - убью его! — А в гараже О держало несколько человек: Джисок и двое стратегов, ведь парнишка рвался начистить лицо Джу - как-то странно он поступает. — Позвони ещё раз! Может, он уже едет, и не слышит? Я не могу выйти один на гонку! Ён его обожал. Все это время в нем души не чаял, но, увидев эту сторону младшего гонщика, немного разочаровался. Он чувствовал себя расстроенным и оскорбленным. Единственным способом привести О в чувства - одарить его звонкой пощёчиной, что Ли и сделал. Вокруг стало тихо. Джуён не собирался разбрасываться речами — уж точно не сейчас, — поэтому выдал одну, но поучительную фразу: — Что бы он не натворил - он твой партнёр. И он ушел. Молча, в свет, с широкой улыбкой на лице - кажется, в нем появился талант выдавать себя за другого, более счастливого, того, кого желает видеть публика. Мин покраснел от стыда, то ли от того, что Кима назвали его партнёром, то ли от того, что наговорил лишнего. Слово ведь достаточно двусмысленное, но второй смысл — явно не то, о чем нужно думать ему сейчас. Парня отпустили, после чего он, наконец-то, протер лицо, место удара и отправился к болиду. Гран-при со своими пятьюдесятью восемью кругами не предвещал для Авеллы ни поражения, ни победы. Гонка была интересной, но Сынмин вечно гнал позади — слишком стрессовал. Уже выходя из гаража для разогревочного круга он слышал звонкий смех репортёров, которые описывали Чонсу как труса. Сынмин хотел им вдарить по морде со всей силы. Как итог - восьмое место. Прямо под конец О сместил Ферстаппена на девятое, где-то рядом с Альпин. От Орео пытались добиться комментариев насчёт отсутствия второго гонщика, но в этот момент вовремя подоспел Квак, которому Джуен одолжил свой пиджак. — Со вторым гонщиком все в порядке, — Он улыбнулся, начиная сглаживать ситуацию. — Небольшая травма после вчерашней спонсорской вечеринки. Ушиб запястья - но, он уже идёт на поправку! К следующей гонке мы обязательно покажем вам то, на что Чонсу способен. Конечно, ответ продюсера был максимально правдоподобен и шикарно построен, но команду жужжащих журналистов это не устроило - они пустились вдогонку за пилотом Авеллы. Мин был готов вскипеть, когда услышал, что его окликивают: он развернулся, открыв рот, чтобы выпалить нецензурную брань, но у него зазвонил телефон. Сынмин неуверенно достал телефон из кармана, глянул на подпись... Ким Чонсу. Удосужился позвонить? Орео, не медля, взял трубку. — Какого хера тебя не было?!.. — Прошипел он в трубку, отворачиваясь спиной к кучке вопиющих. — Я сейчас же приеду и отгрызу тебе язык, чтобы ты молча водил болид! — Собираешься поцеловать меня, Минни? — Раздался глухой ответ в трубке, от чего младший замер. — Иначе не понимаю, как ты собираешься это сделать. Гонщик сбросил, убрав телефон в карман и покраснев. Он повернулся к журналистам, улыбнулся и попрощался, сказав, что устал. Ни Джуен, ни Джисок не заметили его ухода. В раздевалке - пусто, в гараже - тоже, даже неподалеку от трассы его нигде не было, а на звонки он не отвечал. Мин ввалился в чужую квартиру, почти что падая — Ким специально оставил дверь открытой для гостя. — Я тебе руки переломаю! Ты глянь - это что за хуйня?! Сынмин прошёл в грязных кроссовках половину коридора, показывая старшему телефон с изображением какой-то статьи в Инстаграме. Грязный пол заставил Су скривить лицо, а после и глаза закатить. Пронеслась мысль "Надо было хотя бы один будильник завести, чтобы проснуться и поехать на гонку... Тогда пол был бы чистым". — Что это у тебя? — Чон потянулся рукой к телефону младшего, но О придвинул телефон к себе: боялся. Мало ли что тот ещё сделает. — Статья. Про то, что ты спизданул, когда позвонил мне. Теперь я выгляжу как педик. — А ты не педик? — Мужчина ухмыльнулся. — Что? Ким подошёл ближе к Орео, слегка наклонившись и окинув его с ног до головы молчаливым взглядом. Младший занервничал, опустил руки на уровне живота. — Я все видел. Посмотрел запись с того момента, когда ты звонил мне - как ты краснел... Неужто понравилось то, что я сказал? Орео и слова вымолвить не смог. В горле встал ком, в животе защекотало, а щеки снова покраснели — и, действительно, — как на той записи интервью. Чон казался все ближе, будто вот-вот впритык подойдёт, а эта волчья, уверенная в себе ухмылка не давала покоя, лишь придавала чувство страха. — Ну? Ответ будет? — Не понравилось мне... Я не гей! И вообще, у меня девушка есть... Конечно, он врал, ведь не хотел выставлять себя доступным перед старшим. Сейчас ещё сочтут за шлюшку или тому похуже, а парниша только выстроил себе нормальную репутацию. Су удивлённо вскинул брови, но улыбка с его лица не спадала. Он пошел дальше, все приближаясь то ли к стене, то ли к выходу из съемной квартиры. — О, даже так? Ну, милый мой, даже тот факт, что ты не гей, не отрицает того факта, что ты можешь быть бисексуалом. И тебе могут нравиться мужчины... Рука Су медленно, но достаточно верно, поднялась до чужого торса, проводя рукой от груди до живота, оставляя за собой горячий шквал эмоций. Из рта младшего гонщика вырвался лишь удивленный вдох, а после его взгляд зацепился за руку, на которой пальцы, запястье и выпирающие вены вдруг стали неожиданно привлекательными. Сынмин попятился назад, провожая взглядом Кима, пока не упёрся в дверь. — Крошка, знаешь что... — Рука старшего протиснулась под его спину. Он облизнулся, будто бы обещая что-то большее, но... За спиной гостя открылась дверь. — Катись-ка ты отсюда. Мин вывалился из съемной подобно мешку с картошкой, а перед его лицом захлопнулась дверь. Он едва уловил сердитый взгляд Чонсу. Внутри все полыхало, в штанах едва начинало тянуть, а щеки краснели с каждой секундой... Парень встал с пола, отряхнулся от пыли и обиженно ударил кулаками по двери. — Уебок! Но долго с этим он возиться не стал. Нахмурился пуще прежнего и, не получив ничего в ответ, ушел, раздумывая о том, как он мог так легко повестись на эту уловку. Конечно Ким не мог делать этого всерьез! Правда ведь?