Ключ на тринадцать

Городской архив находился в подвале администрации и пах так, будто здесь похоронили мамонта, а потом сверху залили хлоркой. Плесень, сырость и канцелярия — гремучая смесь, от которой у Женьки сразу зачесалось в носу. — Господи, и сюда люди добровольно приходят? — простонал он, зажимая нос. — Тут же дышать нечем! — Дыши носом, — Руслан толкнул тяжёлую дверь. — И не ной. А то бабка услышит — сразу выпрет. — Какая бабка? Руслан кивнул вперёд. За столом, заваленным папками, сидела ОНА. Бабка была маленькая, сухонькая, с седыми волосами, собранными в пучок, и очками на шнурочке. Но взгляд у неё был такой, будто она лично расстреливала белогвардейцев в семнадцатом и до сих пор не потеряла сноровку. — Молодые люди, — скрипучим голосом произнесла бабка, даже не поздоровавшись. — Вы по какому вопросу? — Нам бы списки воинских частей посмотреть, — начал Женька как можно вежливее. — За девяносто пятый год. Чеченская кампания. Бабка сдвинула очки на нос и уставилась на них так, будто они попросили у неё почку. — А вы кто такие будете? — Мы это… исследователи, — ляпнул Женька. — Исследователи, — хмыкнула бабка. — Вон из исследователей последний тут сидел, потом диссертацию защитил, а меня в благодарность даже не упомянул. Так что валите-ка вы, «исследователи», пока я участкового не вызвала. — Погодите, — Руслан шагнул вперёд и положил руки на стол. — Нам правда надо. Не ради науки. У него… — кивок на Женьку, — отец пропал. Может, погиб. Мы хотим найти хоть что-то. Бабка прищурилась. Посмотрела на Руслана, на его наколки, на усталое лицо. Потом на Женьку, который стоял с несчастным видом и пытался не чихнуть от пыли. — Отец, говорите, — голос чуть смягчился. — А мать что? — Мать молчит, — буркнул Женька. — Вообще ничего не говорит. Я только фотку нашёл. И номер части. Он выложил на стол фотографию. Бабка взяла её тонкими пальцами, поднесла к глазам, долго рассматривала. — В/ч 12345, — прочитала она. — Расформирована. Документы должны были передать в областной архив. Но… — она замялась. — Кое-что могло остаться. Если пообещаете ничего не портить. — Обещаем! — выпалил Женька. — Цыц! — прикрикнула бабка. — Я не с тобой разговариваю. — Она уставилась на Руслана. — Ты, смотрю, служивый. Обещаешь присмотреть за этим шустрым, чтоб ничего не слямзил и не поджёг? Руслан усмехнулся уголком рта. — Обещаю. Если что — лично пристрелю. — Договорились, — кивнула бабка и тяжело поднялась. — Ждите здесь. Она ушуршала в глубину архива, оставив их одних. — Ни хера себе тут порядки, — выдохнул Женька. — Она тебя что, на поруки взяла? — У неё сын в Чечне воевал, — негромко сказал Руслан. — Вернулся без ноги. Так что она своих чует. Женька хотел спросить, откуда Руслан знает, но передумал. Было в его голосе что-то такое… не для расспросов. Минут через десять бабка вернулась с двумя пухлыми папками, перевязанными бечёвкой. — Тут списки личного состава. Частично. Можете посмотреть. Но только здесь, за этим столом. И ничего не выносить. Ясно? — Яснее некуда, — кивнул Руслан. Бабка ушла на своё место, но косилась на них поверх очков, готовая в любой момент цапнуть, если что пойдёт не так. Они сели за стол. Руслан развязал папки, и на них вывалилась куча пожелтевших листов, исписанных мелким машинописным шрифтом. — Охренеть, — сказал Женька. — И как мы тут будем искать? — Глазами, — буркнул Руслан. — Бери половину и смотри. Ищем Овчинникова. Или любые данные по этой части. Они уткнулись в бумаги. Минут двадцать стояла тишина, нарушаемая только шелестом страниц и мерным тиканьем настенных часов. — Слушай, — вдруг сказал Женька. — А твой взводный… он какой был? Руслан поднял голову. Посмотрел на Женьку долгим взглядом. — А тебе зачем? — Ну… просто. Ты про него вчера говорил. Про книжки. Про то, что на исторический хотел. Руслан помолчал. Потом откинулся на стуле и уставился в потолок. — Нормальный был. Справедливый. Молодой совсем, двадцать три года. Из Питера, блин. Там у него невеста осталась, мать. Он всё письма писал, говорил, вот дембельнусь — поженимся, поедем на Невский гулять… — Руслан сжал челюсть. — А сам погиб за неделю до дембеля. Глупо. Из засады. Я его тащил, а он уже холодный был, и я всё равно тащил, потому что… ну не мог бросить, понимаешь? Женька молчал. Слова кончились. — Понимаю, — сказал он наконец. Руслан глянул на него, кивнул и снова уткнулся в бумаги. — Ищи давай. А то бабка нас сейчас сожрёт и не подавится. Ещё через полчаса Женька наткнулся на список. — Руслан, глянь! — зашептал он. — Тут! Овчинников А.П., рядовой, 1975 г.р., призван из… — он запнулся. — Из нашего города, блин! Из нашего! Руслан перегнулся через стол, посмотрел на строчку. — Он, — кивнул. — Дальше смотри, есть ещё что? Они пролистали дальше. В другом списке, уже за девяносто шестой год, значилось: «Овчинников А.П., уволен в запас по ранению. Место жительства: г. N, ул. Садовая, д. 15». — Садовая, — выдохнул Женька. — Это ж в посёлке за городом. Там частный сектор. Он живой! Он тут, рядом! Руслан смотрел на него и молчал. — Чего молчишь? — Женька почувствовал неладное. — Всё же нормально, нашли! — Нашли, — согласился Руслан. — А дальше что? Женька открыл рот и закрыл. А действительно, что? — Ну… поеду, поговорю. — Поедешь, — кивнул Руслан. — И что скажешь? «Здарова, батя, я твой сын, двадцать лет тебя искал, почему ты нас бросил?» — А чё, нет? — Женька почувствовал, как внутри закипает злость. На Руслана? На отца? На себя? Хрен поймёшь. — Слушай, — Руслан вздохнул и потёр лицо ладонью. — Я тебе помогу, довезу куда скажешь. Но ты готов к тому, что он тебе скажет правду? Что у него там, может, семья, дети другие? Что ты ему на хер не сдался со своим внезапным появлением? Женька сжал кулаки. — А мне плевать, готов я или нет. Я хочу его в глаза увидеть. Спросить, какого хрена. Руслан посмотрел на него и вдруг усмехнулся. — Злой ты, программист. Аж страшно. — Иди ты, — буркнул Женька, но злость чуть отпустила. — Ладно, — Руслан поднялся и пошёл к бабке записывать данные. — Будет тебе встреча. Только потом не говори, что я не предупреждал. Бабка, узнав, что они нашли, аж прослезилась. Всучила им ещё каких-то бумажек и велела приходить, если что. На улице Женька выдохнул. Солнце палило нещадно, но в груди было холодно и пусто. — Слышь, — окликнул его Руслан. — Ты это… не дрейфь. Что бы там ни было, ты не один, я рядом. Договорились? Женька поднял глаза. Руслан стоял, прищурившись от солнца, и смотрел на него почти по-дружески. — Договорились, — сказал Женька и улыбнулся. — Слушай, а может, сразу и заедем? Ну, на Садовую? Руслан хмыкнул. — Прямо сейчас? Без подготовки? — А чё готовиться? — Женька пожал плечами. — Как в омут с головой. Или ты занят? — Занят, — кивнул Руслан. — Ты прав. Поехали.