i like you

—Ай, да что за нахуй!?—по комнате разносится недовольный вскрик, когда в кучу из подушек и плюшевых игрушек прилетает увесистая книга. Из-под одеяла вылезает светлая макушка, а веснушчатое лицо морщится в сонной гримасе. Он распахивает глаза, смотря на девушку с тёмными волосами, стоящую у двери в его комнату,—Ты ахуела, что ли? —Твой лексикон невозможно слушать, Феликс,—фыркает она,—Вставай, до отправления поезда два часа. —Рэйчел, два ёбанных часа! Я мог поспать ещё!—Феликс скулит недовольно, сползая с кровати. Он поправляет смятую пижаму, оставляя одеяло раскинутым. —Прекрати материться, иначе я заколдую тебя и вообще разговаривать не сможешь,—Рэйчел смотрит на него предупреждающе и Феликс мгновенно замолкает, послушно побежав в ванную комнату. Он принимает душ и чистит зубы, пока прикидывает список дальнейших сборов. Сумка была собрана ещё со вчерашнего вечера, потому что его старшая сестра Рэйчел об этом любезно напомнила. Она сама закончила Хогвартс лет шесть назад, а теперь начинался последний учебный год для Феликса. Пятнадцатого сентября ему будет восемнадцать и он наконец станет совершеннолетним. Я смогу пить сливочное пиво и не доёбывать Минхо. Ли Минхо было уже восемнадцать и в октябре исполнится девятнадцать. Но он тоже был на седьмом курсе, правда учился на Когтевране. Рэйчел, кстати, выпустилась как ученица Гриффиндора. И младшая сестра Феликса, Оливия, была с того же факультета. В этот день для неё начинался второй курс, и ему даже завидно. В Хогвартсе было достаточно весело, если смотреть в целом и не думать о всяких придурках, с которыми он имел несчастье увидеться. Закончив с ванными процедурами, Ли идёт завтракать. Он и Оливия до сих пор жили у родителей, а самая старшая иногда приезжала погостить, когда не была занята работой. Поэтому, Феликса сейчас ждала тарелка ароматных сосисок и жареных яиц. Рядом стоял кувшин с апельсиновым соком, возле которого примостилась Оливия, а в кружку Феликса уже наливалось кофе. —Спасибо, мам,—он садится за стол и женщина улыбается ему, прекращая колдовать над завтраком после того как на столе появляется тарелка с панкейками и две банки джема. —Хорошо, что Рэй дома. А то я тебя вечно разбудить не могу,—вздыхает мама. У Рэйчел действенные методы. Очень действенные. —Ага,—он кивает, принимаясь за еду,—А папа нас подвезёт? —Он уже уехал, так что отвезу я,—пожимает плечами женщина,—Рэйчел тоже на работу скоро, говорит, что возможно пропадёт до самой зимы. Будет дома только к Рождеству. —Ясно,—вздыхает тяжело Феликс. Фактом, что его сестры не будет дома на его день рождения, он расстроен не был. В конце концов, он в любом случае встретит его в Хогвартсе в компании своих друзей. И получит поздравительные письма и подарки по почте,—Точно, совсем забыл! Ббокари кормленный? —Кормленный. Сидит в клетке и ждёт своего часа,—мама кивает, снова улыбнувшись. Ббокари – это сипуха Феликса. Отец подарил ему её когда он только поступил в Хогвартс. Парень в тот день был, мягко говоря, расстроен. Всё не задалось с самого утра: он едва успел на поезд, потерял по дороге мантию, в итоге ему пришлось ждать, пока прийдёт новая. Как же Хван Хёнджин над ним насмехался. Хорошо, что Минхо появился почти сразу и отбил у придурка желание доставать Феликса. Так и подружились, пусть словесно он всё ещё с Хёнджином препирался, хоть тот с годами и остыл. Теперь уже Феликс считал своим долгом его доставать. А как иначе с такими высокомерными индюками? Вокзал Кингс-Кросс встретил его привычным гулом и шумом отправляющихся поездов. Оливия шла рядом, вцепившись в его руку. Ей всегда было немного страшно в шумных и громких местах. Мама помогает довезти тележки и провожает их обоих до самого поезда. Проход через стену столь привычен, что Ли и не заостряет особого внимания. Хотя ему всегда было забавно думать о том, сколько магглов проходят мимо, даже не подозревая, какой мир скрывается прямо под их носом. Что Феликсу не нравилось в Хогвартсе, так это то, что интернета там до сих пор не было. Магия и техника взаимно плохо влияют друг на друга и он знал это. Но как же он не любил выпадать из потока событий на столь долгое время. Конечно, самое важное ему по прежнему сообщали родители в письмах, да и газеты тоже с этим справлялись. Мир магии во многом превосходил мир магглов, так что Феликс старался не жаловаться. Свободное купе находится быстро. Ли заходит внутрь, оглядевшись и посадив Оливию на диван. Обычно никто не жаловался на ребёнка, да и к тому же им всё равно придётся разлучиться, когда девочка вернётся к своим однокурсникам. —А где Минхо?—любопытно спрашивает Оливия. —Хороший вопрос. Шатается где-нибудь,—пожимает плечами Феликс, плюхнувшись рядом с Оливией. Её волосы немного растрепались, так что он приглаживает их и по новой прикрепляет маленькую заколку в виде звезды. —Феликс, а ты всё ещё злишься из-за того, что ты на Слизерине?—интересуется затем Оливия и старший Ли не может сдержать тяжёлый вздох. Причиной, по которой день поступления в Хогвартс для него окончательно потерял все краски было именно распределение. Он не знает и до сих пор понять не может, почему Распределяющая Шляпа решила выбрать для него Слизерин. Стереотип о том, что это факультет для злодеев уже давно устарел, однако желанным он для Феликса не был. Как минимум, ему не нравилось жить в подземелье. Как максимум, в большинстве случаев на Слизерин попадали выходцы из печально известных семей или высокомерные придурки вроде Хёнджина. Минхо неоднократно утешал его, что Шляпа сделала такой выбор только потому, что Феликс хитрый и амбициозный. И младший старался ему верить. Ну, я ж блять не вселенское зло? Я добрейшей души человек! И какого хуя тогда? Оливия щипает его и он ойкает, понимая, что слишком долго молчал. —Да не злюсь. Какая на... разница. Мага по факультету судить нельзя,—Феликс фыркает, потерев запястье. Щипалась Оливия удивительно больно,—Да и тем более, всё не так плохо. Подумаешь, Слизерин. Все уже давно знают, что там учатся не только какие-нибудь... гады. —Да, это здорово! Ты единственный в нашей семье, кто попал на Слизерин,—кивает Оливия. Умеешь утешить. —Ага, особенный дох.. Особенный очень,—он прочищает горло, проводя рукой по лицу. Всё-таки, не использовать привычную речь было слишком тяжело. Откуда я дерьма этого нахватался? Всё-таки, мир магглов на меня хуёво влияет. —О, вот ты где,—в купе врывается Минхо. Его синяя форма всё также идеально сидит на нём, а белые волосы, несмотря на растрёпанный вид, выглядят безупречно. Феликс часто не понимал, как Минхо может быть таким красивым, даже не пытаясь? Он просто существовал, а Ли думал, что его лицо должно быть на каждой картине и высечено скульптурой. И нет, влюблён он не был, просто он понимал, что Ли Минхо действительно очень красивый,—Приветик, Оливия. —Привет!—Оливия машет Минхо рукой и тот усаживается напротив них. —Где ты ходил?—выгибает бровь Феликс. —Проверял, чтобы с котами всё было нормально,—старший жмёт плечами. Суни, Дуни и Дори как дети для Минхо, он подобрал их совсем котятами и вырастил. Так что, Феликс понимал такую обеспокоенность. —Как думаешь, сколько первокурсников попадут на Слизерин в этом году?—спрашивает Феликс. Потому что в последние годы его возвращений в Хогвартс, приток слизеринцев почему-то знатно увеличился. —Мне что-то подсказывает, что не так много,—задумчиво произносит Минхо,—Думаю, больше всего будет когтевранцев. —Ага, все прям поумнели,—фыркает саркастично Феликс. Этот стереотип для него смысл всё ещё имел, ведь "конкретных тупиц", по словам Минхо на факультете не было. Каждый был умён, пусть и по-своему. —Возможно,—старший поворачивается к окну. До приезда в Хогвартс Феликс успевает обсудить с Минхо множество событий. Он часто рассказывал старшему о мире магглов и своих визитах туда, потому что старший среди людей никогда не жил. Феликс тоже, его семья была чистокровными волшебниками, как и Минхо, просто ему интересно было, что мог показать второй мир. А вот Минхо совсем этим не интересовался. Да и вообще у него было слегка предвзятое отношение к магглам и эту черту в нем Феликс недолюбливал. К счастью, ссор из-за этого не случалось. Но он всё ещё недоумевал, почему волшебник так не любил тех, кто магией не обладал. Ну, может магглы и странные типы. Но ведь и среди магов долбоёбов полно. Хотя, вспоминая то, как не любят магглов родители Минхо, я не удивлён. Как там они говорили... Магглы – бесполезный мусор, который только мешает магическому сообществу жить? Хорошо, что Минхо не такой же отбитый. Феликс прощается с Оливией, а затем следует за толпой семикурсников. Они с Минхо идут бок о бок, переговариваясь и оглядываясь, пытаясь увидеть, изменилось ли что-то за время их отсутствия. Макушка Хёнджина маячит где-то впереди и Феликс подавляет желание подбежать, чтобы дать оплеуху. Ходит бля, весь такой аристократ. Надеюсь, он ёбнется в лужу. —Кстати, мне нужно тебе кое-что рассказать,—произносит Минхо внезапно. Младший моментально оживляется, хмыкнув вопросительно,—Когда лишних ушей не будет. —Сука, и нахуй ты мне сейчас рассказал? Я же с ума сойду, пока дождусь окончания церемонии, а потом ещё и пока мы будем ныкаться в поисках укромного угла,—вздыхает недовольно Ли, хмуря брови. —Учись терпению, Феликс,—подчёркнуто спокойным тоном произносит Минхо. —Пошёл ты нахер,—бурчит Феликс, потрепав свои волосы. —Слышу знакомую речь, неужто Феликс с Минхо?—сзади раздаётся звонкий голос и Ли моментально разворачивается, ухватив подошедшего в свои объятия,—Ай, пусти! Лапы убери! Феликс, твою мать! —Чонин, я тебя так рад видеть!—улыбается блондин широко, совершенно игнорируя протесты Яна. Он ерошит его чёрные волосы, специально растрепав укладку и получая почти что презрительный взгляд. —Я тебя уже нет,—говорит Чонин. Он был совсем не тактильным парнем и не любил, когда его трогают, даже если это были его собственные родственники. Но австралиец черту всё-таки знал и мог остановиться, когда понимал, что Чонину действительно не нравится. —Когда-нибудь он тебе врежет,—цокает подошедший Чанбин и Феликс прыгает ему на руки. Тот успевает рефлекторно подхватить его, всё же споткнувшись и вызывав несколько ворчливых замечаний,—Твою ж... Феликс, можно и предупреждать! Феликс, обустроившийся на руках Со, улыбается как чеширский кот, сложив руки за головой. Оба гриффиндорца смотрят на него скептично, но Чанбин попыток скинуть Феликса не предпринимает. По крайней мере, пока. Потому что год назад преподавателям такое не очень понравилось и им даже хотели забрать пару баллов за "неподобающее поведение", но Минхо удалось заговорить преподавателей и они ушли безнаказанными. —Не-а. И Чонин мне не врежет, он меня любит,—качает головой Ли. —Безумно,—Чонин закатывает глаза с очевидным сарказмом в голосе. —Минхо хочет что-то рассказать, но этот падла ждёт, пока лишних ушей не будет,—оповещает затем Феликс. —Как неожиданно,—снова сарказм от Чонина. —Потому что это не то, о чём направо и налево трезвонить надо,—Минхо качает головой. Иногда Феликс думал, что не понимает почему самый старший вообще находился в такой компании. Он на их фоне был слишком спокойным, разве что Чонин с ним мог потягаться и то, Ян часто мог дать жару. А Минхо жару едва ли мог дать, если напьётся. Напивался он крайне редко. Величественные стены замка и едва уловимый запах пыли и камня пробуждают в Феликсе почти что детский восторг. Да, он был на Слизерине и да, он не любил придурка, что был с ним на одном факультете, но тем не менее, Хогвартс для него – второй дом. Со своей семьёй, пусть и немного странноватой. Попрощавшись с ребятами, Феликс садится за стол слизеринцев. Хёнджин сидит напротив, говоря о чём-то с каким-то парнем, если Феликс правильно помнит, Ким Сынмин. Он бы скорее определил парня на Когтевран, но возможно из-за чрезмерной надменности Ким находился здесь. Он тяжело вздыхает, бросая взгляд за сидящего за другим столом Минхо, а потом переводя взгляд на Чанбина и Чонина. Чонин что-то рассказывал, пока Чанбин молча кивал. Возможно, обсуждали ближайшие матчи в Квиддич. В конце концов, Чонин был капитаном команды, а Чанбин – один из загонщиков. Минхо был ловцом в своей команде, а Феликс довольствовался позицией охотника. Он вообще не очень-то и хотел играть, потому что синяков получал больше, чем удовольствия от игры. Да и к тому же, против своих друзей тяжело было играть. Игры, где нужно соревноваться, не для него. А ещё, загонщик в моей команде Хёнджин и по ощущениям, бладжер швырнуть он хочет в меня больше, чем в кого-нибудь из вражеской команды. Из мыслей вырывают громкие аплодисменты после того, как директор заканчивает произносить приветственную речь. Если честно, за столько лет она так и не изменилась. Даже борода профессора Мёрфи отрастала быстрее. Феликс не особо вслушивается в то, куда и какой первокурсник попал, но по взгляду, который ему посылает Минхо, понимает, что старший каким-то образом оказался прав. Шумной толпой ученики хлынули из зала по разным местам. Первокурсники следуют за старостами факультетов, а те, кому не впервой, идут в комнаты. Вернее, большинство из них. Кроме двух гриффиндорцев, одного когтевранца и слизеринца. Те сбегают за угол в одном из коридоров, торопливым шагом идя к печально известному туалету. —Всё-таки, мне не нравится, что мы собираемся в туалете Миртл каждый раз,—ворчит Чанбин, когда они заходят внутрь. —Сюда за столько уже кто только не заходил, так что расслабься,—Феликс фыркает, пожав плечами,—Вообще закроют нахер однажды и придётся на Выручай-комнату надеяться. —Уж лучше там, чем рисковать быть облитым туалетной водой,—цокает Со, закатив глаза. Он облокачивается о стену, его примеру следуют Чонин с Минхо, а Феликс плюхается прямо на пол. —Не обоссаная же,—Феликс качает головой, подперев подбородок рукой. Он переводит взгляд на Минхо, выгнув бровь выжидающе,—Ну, колись. Чё рассказать хотел? Минхо поджимает губы, отводя взгляд. Это один из тех немногих моментов, когда самый старший смущался или нервничал. Он вздыхает тяжело, взъерошив белоснежные волосы. —Я и Джисон теперь встречаемся,—наконец произносит он. Чанбин раскрывает рот, ошалело пялясь на Минхо, а Чонин выгибает бровь, слегка щуря глаза, словно не до конца уверен в правдивости услышанных слов. —Ахуеть, реально?—удивляется Феликс, вставая с места даже,—Чувак, ты же понимаешь, что тебе пиздец, если кто-то узнает? —Нет, я думаю, что стоит пойти и рассказать об этом сразу директору,—закатывает глаза Минхо, саркастично фыркнув,—Конечно, я знаю, что никому об этом знать нельзя! Мы всё-таки преподаватель и студент. —Напомни, сколько у вас разница?—спрашивает Чонин. —Три года. Ему четырнадцатого исполнится двадцать два. Ну, мне в октябре девятнадцать,—пожимает плечами Минхо,—Не критично. —Пойдёт,—хмыкает Чанбин,—Но мы за тебя рады, честно. Как встречаться-то начали? —В конце июня я ему признался. Он удивился и спросил, точно ли я осознаю, что делаю. Я разговаривал с ним около двух часов, доказывая, что я достаточно ответственный и он может мне довериться,—Минхо вздыхает,—Как мы видим, я смог. —Эх, счастливый. Вот бы мне тоже бойфренда-профессора,—мечтательно говорит Феликс, а затем хмурится,—Слушай, а это получается Когтевран в этом году выиграет? —Вообще-то, нет. То, что я его парень, не возвышает меня на фоне остальных. Тем более, здесь мы будем вести себя по-прежнему,—Минхо цокает, смотря на младшего. —Тогда мне не нужен бойфренд-профессор,—Минхо только качает головой, сжав переносицу пальцами. Они говорят ещё немного, а затем расходятся. Феликс спотыкается на лестнице, почти рухнув вниз и выкрикнув громкое ругательство, но успевает схватиться за перила. Минхо из-за этого решает проводить его к подземелью, пока Чонин и Чанбин уходят к своей комнате. —Мне всё ещё не нравится, что у всех факультетов нормальные общежития, а слизеринцы живут в подземелье,—ворчит Феликс. —Ликс, сколько лет уже прошло, ты не угомонишься,—усмехается Минхо. —Тебе легко говорить! Гриффиндорцы и когтевранцы в башнях живут. Да пуффендуйцы сраные даже лучше живут,—Ли топает недовольно и в пустом коридоре его ругательства отдаются эхом. —А пуффендуйцы что тебе сделали?—выгибает бровь старший. Подумав, он вспоминает,—Ты до сих пор злишься на Кайла за пуддинг? —Это был мой пуддинг, а эта тварина выбежала вперёд меня и забрала последнюю пачку,—он скрещивает руки на груди, остановившись возле портрета Салазара Слизерина. —Да-да, твой,—Минхо вздыхает,—Ладно, до завтра. И не думай даже о том, чтобы шутить как-то перед Джисоном. —Кстати, он знает, что ты нам рассказал? —Я это сделал с его разрешения. Феликс кивает, затем ещё раз прощается с другом. Всё-таки, за Минхо он действительно был рад. Хотя старший теперь был единственным, кто в их квартете находился в отношениях. Потому что Чанбин вообще предпочитал не находиться в официальных отношениях и всё своё время уделял интрижкам. Чонин только на пятом курсе встречался с какой-то девушкой с Когтеврана, но вскоре они расстались, потому что поняли, что друг другу не подходят. А Феликс... Отчасти моя неприязнь к Хвану появилась именно из-за того, что я словил на него краш год назад. А потом заметил, какой он высокомерный дебил. Нет, я никогда не забуду, как кто-то ему подарил конфеты на день всех влюблённых, а он выбросил упаковку сразу же, потому что он на диете. Мог бы для приличия хоть взять, а потом друзьям раздать, если таковые имеются. Так что, фактически Феликс единственный, кто никакого опыта не имел. Он знал точно, что девушки ему не нравятся так, как нравятся парни и больше ничего. Он был одновременно удивлён и слегка обижен, когда Чанбин сказал, что увидев парня первый раз подумал, что тот "сердцеед какой-нибудь и что к тебе в очереди строятся, чтобы твоё внимание получить. Или ты тот самый, который кадрит даже парней, думающих, что они гетеро". Ну да ладно, что было, то прошло. С такой мыслью Феликс забирается в свою кровать после принятого душа и переодевания в пижамную одежду. Сны его обычно не посещали, но сегодня он видел полную луну и слышал хруст веток, и шелест травы под ногами. Казалось, что он куда-то бежал. Или от кого-то? Слышится волчий вой и Феликс ощущает острую боль в спине. Что-то острое полоснуло его прямо по лопаткам и он падает лицом в сырую землю. Кто-то кричит, он не знает его ли это голос. Тьма накрывает его сознание и сон обрывается. А просыпается Феликс утром с фантомной болью в спине. День не пройдёт так хорошо, как он надеялся.