Пленник Султана

Ночной воздух был густым, как финиковый сироп, и пропитан ароматами жасмина, раскаленного песка и дорогих благовоний. Султан Люцифер стоял на своем огромном балконе, сложенном из белого мрамора и инкрустированном лазуритом. На нем был только легкий шелковый халат, расшитый золотыми яблоками, который едва скрывал его бледную кожу. Его взор был устремлен на огни ночного города, но мысли витали далеко. Внезапно тишину дворца, обычно нарушаемую лишь мерным шагом стражников, прорезал звук, похожий на помехи старого радио, — неуместный и пугающий в этом восточном великолепии. — Ваше Величество, вы кажетесь... брошенным на произвол судьбы в этом золотом великолепии, — раздался вкрадчивый голос прямо за его плечом. Люцифер не обернулся. Он лишь крепче сжал перила, чувствуя, как магия тени окутывает его лодыжки. — Аластор, — процедил он. — Ты снова здесь. Радио-демон, одетый в алый кафтан с вышивкой в виде оленьих рогов, шагнул в полосу лунного света. Его широкая улыбка сияла белизной, а в руках он непринужденно вертел свою трость с микрофоном. — Как прискорбно, — Аластор приложил руку к груди. — Столько подозрительности в вашем взгляде! Удивительно, что вы мне до сих пор не доверяете, мой Король. Я ведь просто пришел позвать вас на прогулку. Ночь слишком прекрасна, чтобы проводить её в компании собственных теней. Люцифер наконец обернулся. Глаза Султана невольно заплутали в лабиринте обнаженной кожи: он изучал размах сильных плеч, игру живых мускулов под бледной кожей и это вызывающе красивое лицо, где за кукольной, почти девичьей миловидностью скрывался оскал истинного, первобытного демона. — Странное предложение для того, — Люцифер сделал шаг к нему, его голос был полон яда, — кто перебил половину моей элитной гвардии в нижнем коридоре, взломал магические печати, которые создавали боги, и пробрался в мои покои совершенно нелегально. Аластор тихо рассмеялся, звук его смеха эхом отозвался в тишине. — О, ваша стража... они были так невыносимо скучны, Ваше Величество. Все эти доспехи, эти серьезные лица... Я лишь немного облегчил им смену, отправив их на заслуженный, хоть и вечный, отдых. А насчет доверия... Разве я хоть раз причинил вред вам? — Ты — ходячее бедствие, Аластор, — выдохнул Люцифер, чувствуя, как гнев странным образом сменяется азартом. — И куда же ты хочешь меня повести? — Туда, где нет тронов, — Аластор протянул руку в черной перчатке. — Только вы, я и шум ночного базара. Идёмте же, Люцифер. Или вы боитесь, что ваше золото потускнеет без присмотра? Люцифер помедлил секунду, а затем с вызовом вложил свою ладонь в руку демона. *** Они не шли по парадным лестницам. Аластор, окутав их обоих черным дымом, просто шагнул с балкона в пустоту. Люцифер ожидал падения, но вместо этого они мягко приземлились на крышу одного из домов в торговом квартале. Город снизу выглядел иначе — живой, грязный, яркий и настоящий. Они шли по узким улочкам, скрытые тенями Аластора. Люцифер, привыкший к поклонам и раболепию, с любопытством озирался. — Посмотрите сюда, — Аластор остановился у лавки старого торговца сладостями, который уже спал прямо за прилавком. Демон ловко, словно фокусник, выхватил из корзины две засахаренные груши и протянул одну Люциферу. — Это воровство, — заметил Король, но грушу взял. — Это дегустация без спроса, — парировал Аластор, откусывая плод. Они долго бродили по набережной, где вода в фонтанах казалась расплавленным серебром. Аластор рассказывал истории — едкие, полные цинизма и черного юмора, от которых Люцифер против воли начинал смеяться. В этот момент они не были Королем и Убийцей. Они были двумя хищниками, решившими устроить перемирие ради одной ночи. У фонтана Аластор внезапно сорвал черную розу, растущую в королевских садах, мимо которых они проходили. — Для вашего величия, — он прикрепил цветок к халату Люцифера. Его пальцы на секунду задержались на груди Султана, и Люцифер почувствовал, как сердце предательски ускорило бег. — Ты невыносим, — прошептал Люцифер, глядя в его горящие глаза. — Я очарователен, — поправил его Аластор. *** Когда они вернулись на тот же балкон, рассвет еще не тронул небо, но воздух стал прохладным. Люцифер стоял у перил, тяжело дыша от долгой прогулки и странного возбуждения. — Ну что ж, — Аластор отвесил шутливый поклон. — Прогулка окончена. Полагаю, теперь вы прикажете меня казнить за вторжение? Люцифер резко сократил расстояние между ними. Он схватил Аластора за края кафтана и сильно дернул на себя, заставляя Радио-демона склониться. — Казнь — это слишком просто для тебя, — прорычал Люцифер. — Я предпочитаю более... длительные пытки. Аластор не сопротивлялся. Напротив, его руки легли на талию Люцифера, прижимая того к себе. — Неужели? И что же вы придумали, мой дорогой Султан? Люцифер вместо ответа впился в его губы поцелуем — жадным, властным, пахнущим той самой засахаренной грушью и опасностью. Аластор ответил с не меньшим пылом, его когти слегка впились в бедра Короля сквозь тонкий шелк. Они буквально ввалились в спальню, сбивая по пути тяжелые подсвечники. Золотые украшения Люцифера со звоном рассыпались по коврам. Аластор толкнул Короля на огромную кровать, заваленную подушками, и навис сверху, его тени неистовствовали на стенах, сплетаясь в причудливые узоры. — Ты всё еще нелегально в моих покоях, — прошептал Люцифер, запуская пальцы в алые волосы демона и притягивая его лицо ниже. — Тогда наказывайте меня так долго, как только сможете, — выдохнул Аластор, прежде чем скрыть их обоих под тяжелым шелковым балдахином, где алое и золото слились в одно неразрывное целое до самого утра.