Кофе с корицей и немного счастья

Три года спустя после первой встречи в кофейне --- — Ты чего там возишься? — крикнул Марк из ванной. — Мы опаздываем! — Ничего! — крикнул Алекс в ответ и спрятал коробочку обратно в ящик с носками. Сердце колотилось как бешеное. Он планировал этот момент полгода. Перерыл весь интернет в поисках идеального кольца, советовался с мамой (она плакала), с папой (он сказал «ну, дело хорошее») и даже с Леной, которая теперь считала себя их «свадебной феей-крёстной». — Алекс! — Марк появился в дверях спальни, уже одетый, с мокрыми после душа волосами. — Мы опоздаем на твою же презентацию! — Иду-иду. Алекс застегнул рубашку и на ходу чмокнул Марка в щёку. — Ты какой-то странный сегодня, — прищурился Марк. — Что задумал? — Ничего. Хочу, чтобы мой парень наконец увидел, что я умею не только кофе пить, но и работать. — Сомнительно, но ладно. --- Презентация прошла отлично. Алекс выступал перед инвесторами, рассказывал про свой проект, а Марк сидел в последнем ряду и смотрел на него с такой гордостью, будто это он сам всё придумал. После выступления к Алексу подходили люди, жали руку, хвалили. Он кивал, улыбался, а сам краем глаза следил за Марком. — Ты был великолепен! — Марк подлетел к нему, когда зал опустел. — Я даже не понимал половины терминов, но было очень убедительно! — Спасибо. — Алекс взял его за руку. — Пойдём? Хочу показать тебе кое-что. — Куда? — Секрет. --- Они приехали в парк. В тот самый парк, где четыре года назад сидели на лавочке, ели пиццу с ананасами и целовались в первый раз. — Зачем мы здесь? — удивился Марк. — Холодно же. — Потерпи. Алекс вёл его по знакомой аллее. Вечерело, фонари ещё не зажглись, но небо уже наливалось глубокой синевой. У пруда было пусто — поздняя осень разогнала всех влюблённых и пенсионеров. — Помнишь? — спросил Алекс, останавливаясь у той самой лавочки. — Помню, — улыбнулся Марк. — Ты тогда крошку убрал с моего лица. — А ты спросил, можно ли поцеловать. — А ты сказал «да». Алекс повернулся к нему. Сердце колотилось где-то в горле. — Марк. — М? — Я… — Алекс выдохнул. — Чёрт, я репетировал эту речь неделю, а теперь всё забыл. Марк нахмурился: — Ты чего? Замёрз? Поехали домой, там расскажешь. — Нет, стой. Алекс опустился на одно колено прямо в осеннюю грязь. Марк замер. — Ты… — Подожди, дай скажу. — Алекс достал из кармана коробочку, открыл её дрожащими руками. Внутри лежали два кольца — простые, серебряные, с гравировкой внутри. — Я люблю тебя. Четыре года, три месяца и… чёрт, я не помню сколько дней. Но я люблю тебя каждую секунду. Я люблю, когда ты утром варишь кофе и ворчишь, что я снова сплю. Я люблю твои дурацкие татуировки, твой смех, твои носки, которые ты вечно теряешь. Я люблю, как ты пахнешь, как ты смотришь на меня, как говоришь моё имя. — Алекс… — Подожди, я не договорил. — у Алекса дрожал голос. — Я хочу просыпаться с тобой каждое утро. И не просто так, а по-настоящему. Чтобы ты был моим мужем. Чтобы у нас был общий статус, общая фамилия, общая жизнь. Навсегда. — Он поднял коробочку выше. — Марк, ты выйдешь за меня? Тишина. Где-то каркнула ворона. С ветки упал последний лист. Марк стоял неподвижно, смотрел на кольца, и по его щекам текли слёзы. — Ты… — прошептал он. — Ты идиот. — Эм… — Алекс растерялся. — Это значит нет? — Это значит, что я люблю тебя, придурок! — Марк рухнул на колени прямо в грязь рядом с ним, схватил его лицо в ладони и поцеловал. — Да! Тысячу раз да! Конечно да! Они целовались, стоя на коленях в осенней грязи, оба мокрые от слёз и начинающегося дождя, и это было самое прекрасное мгновение в их жизни. — Кольцо, — всхлипнул Алекс. — Надо надеть кольцо. — Надевай! Алекс дрожащими руками достал кольцо и надел Марку на палец. Потом Марк надел ему. Оба ревели, оба улыбались, оба были счастливы до невозможности. — Вставай, — сказал Марк, потянув его за руку. — Грязь холодная. — Подожди. — Алекс обнял его прямо так, в грязи. — Я хочу запомнить этот момент. Мы стояли на коленях в луже и плакали. Это наша история. — Идиот. — Твой идиот. — Мой. Навсегда. --- Свадьбу играли через полгода, весной. Маленькую, только для своих. В том самом парке, но теперь уже в мае, когда всё цвело и пахло. Лена была свидетельницей и рыдала громче всех. Папа Алекса вручил Марку удочку со словами «теперь официально зять, так что рыбалка по воскресеньям обязательна». Мама испекла три пирога и всё равно всем казалось, что мало. Они стояли друг напротив друга, оба в белых рубашках (фрак Марк запретил, сказал «мы не на коронации»), и смотрели друг на друга так, будто вокруг никого не было. — В согласии ли вы, Алекс, взять этого человека в законные супруги? — спросила девушка-регистратор. — Согласен, — выдохнул Алекс. — В согласии ли вы, Марк, взять этого человека в законные супруги? — Согласен, — улыбнулся Марк сквозь слёзы. — Можете поцеловать друг друга. Они поцеловались под аплодисменты, под майское солнце, под счастливые слёзы родных. А когда отстранились, Марк прошептал: — Я люблю тебя, муж. — Я тебя тоже, муж. --- Вечером, когда гости разошлись, они сидели на балконе своей квартиры, пили чай и молчали. Уставшие, счастливые, официально женатые. — Знаешь, — сказал Марк, глядя на звёзды, — я ведь тогда, в кофейне, когда ты заказал двойной американо и сказал «побольше», я подумал: «Этот человек войдёт в мою жизнь и перевернёт её». — И не ошибся? — И не ошибся. Алекс взял его за руку, повертел кольцо на пальце: — Я до сих пор ненавижу утро. — Знаю. — Но теперь я люблю просыпаться. Потому что просыпаюсь с тобой. И это навсегда. — Навсегда, — эхом отозвался Марк. И поцеловал его. ---