тихий шёпот

Се Лянь не спал уже четвёртую ночь. Не потому, что не мог — он мог. Тело бога войны, даже падшего, не нуждается в отдыхе так остро, как у смертных. Но он боялся закрыть глаза. Он тонул в страхе. В маленькой комнатушке храма на окраине деревни водяных каштанов стояла тишина, такая густая, что казалось — она сама дышит. Се Лянь лежал на тонком соломенном матрасе, руки сложены на груди, как у покойника. Над ним — потрескавшийся потолок, где в лунном свете плясали тени веток. А под кроватью… Сначала он подумал, что это крыса. Тихий, едва слышный шорох. Потом — дыхание. Медленное, ровное, как у того, кто давно ждёт. Се Лянь не шевелился. Он знал этот звук. Знал с тех пор, как был ещё принцем Сяньлэ и впервые увидел белую маску в толпе на Празднике Фонарей. — Ты здесь? — прошептал он в потолок. Голос вышел хриплым, будто горло забыло, как говорить. Ответа не было. Только шорох стал ближе. Теперь он был прямо под матрасом — там, где пальцы могли бы коснуться пола, если протянуть руку. Се Лянь не протянул. Он помнил, что случилось с теми, кто протягивал. Вместо этого он начал считать. Один… два… три… На счёте «семь» дыхание под кроватью синхронизировалось с его собственным. На «двенадцать» — оно стало чуть теплее, будто рот прижат к доскам снизу. Се Лянь улыбнулся в темноту — горькой, привычной улыбкой. — Если хочешь меня напугать, — сказал он тихо, — то ты опоздал на восемьсот лет. Шорох остановился. А потом раздался смех. Не громкий. Не злой. Просто… знакомый. Как будто кто-то улыбнулся ему его же собственным лицом. Се Лянь закрыл глаза. Он знал, что утром под кроватью будет пусто. Но знал и другое: завтра ночью оно вернётся. И послезавтра. И так — пока он не сломается. Или пока не сломает его... он лежал в комнате до самого рассвета боясь сомкнуть глаз. Он чувствовал что он не один, его ждёт демон которого он боялся больше всего. Тот кто уничтожил его тот кто превратил его дом в ад... Под утро он заснул, случайно всё же из за проклятых канг он был самым обычным человеком.