Билли спокоен.

***

Билли боится упустить из виду Эдди. Не потому, что не доверяет ему, а потому, что окружение Эдди не внушает должной симпатии. Билли можно назвать ревнивым и агрессивным. Но ведь как ему не стать таким, когда в детстве он был резко лишён близкого и дорогого человека? И он не смог получить той заботы, которую должен был получить. Вместо неё Билли окружала сплошная ненависть, агрессия и недоверие. Соответственно он вырос тем, кто будет контролировать каждый лишний шаг любимого человека, ведь Харгроув не хочет повторить тот же путь. Они уже давно вместе. Смогли даже переехать и жить вдвоём. Теперь Билли уверен, что Эдди рядом и не бросит его. Билли спокоен. Как и сам Эдди. Эдди не получил той заботы, в которую родитель вкладывает интерес за жизнью своего ребёнка. За малышом Мансоном никто не следил, он никому не нужен был. Он не мог поделиться со взрослым чем-то новым, ведь единственный его взрослый–дядя Уэйн–работал. И Эдди не винит его в этом, надо же на что-то жить. Но всё равно одиноко. Потом появился Билли. Он заботится об Эдди, всегда слушает его и с радостью знакомится с новыми друзьями Мансона. Иногда Билли может перегнуть палку, но Эдди знает, что это лишь на его благо. И ему это нравится. Нравится забота и внимание, исходящее от любимого человека. –Эй, Эдди, ты сегодня позднее вернулся.–Билли встретил Мансона сразу в дверях, не давая пройти. Он подошёл, обнял его, но взгляд остался таким же. Таким же мрачным и подозревающим. –О, да, прости, что не сказал,–Эдди оставался весёлым, ведь сегодня ему наконец повысили зарплату на работе, чего он ждал уже давно.–совсем забыл. Эдди работает в магазине музыкальных инструментов, консультирует и стоит за кассой. Сначала он был против такой нишевой подработки (по мнению Эдди), но Билли успокоил его и уверил, что пока что можно и там поработать, ведь Эдди любит музыку и хорошо в ней разбирается, а такие работники очень ценятся. А ещё этот магазин недалеко от их места проживания, что успокаивает Билли в первую очередь. –Ты же знаешь, что я всегда тебя жду вовремя,–Харгроув помог Эдди повесить куртку на крючок.–я люблю тебя, но не люблю твои задержки с работы. –Да-да, прости. Я же извинился. –Почему ты задержался? –Босс попросил зайти к нему после окончания смены. Мне подняли зарплату, представляешь! Взгляд Билли моментально расслабился, как и он сам в целом. Раз это только поэтому Эдди опоздал, то простительно. Тем более, Мансон сейчас так светится, что и Билли не может на него злиться. –Ладно, ужин уже на столе, садись. Я пойду в спальню переоденусь.–Он указал на пятна на одежде от готовки. –О, да, конечно! Наконец-то нормально поем за весь день, ха-ха.–Эдди мимолётно ополоснул руки и уже садился за стол, пока Билли отлучился. Но Харгроуву всё равно неспокойно. Стоя здесь, в темноте, в комнате, один, он начинает додумывать лишнее. «Почему Эдди настолько весёлый?», «Надо пересчитать, насколько именно Эдди задержался.», «Может завтра наведаться лично в магазин?», «Этот босс–он же вроде недавно расстался с девушкой...». Билли начинают закапывать свои же мысли, ему становится страшнее. Он искренне боится, что останется один. Также будет стоять в тёмной комнате, но за дверью уже не будет Эдди. Не будет Эдди и в его жизни. И не будет Билли в жизни Мансона. Билли забывает про первоначальную мысль «переодеться», выбегает на кухню, ищет Эдди. Видит. Эдди стоит у раковины, домывает тарелку. Билли тихо подошёл к нему. –Уже поел? –А! О, Билли, ты напугал меня. Да, ты, как всегда, на высоте в поварских навыках! Думаю, скоро дварфа перегонишь.–Эдди уже закончил мыть, выключил воду, вытер руки. Всё идеально, так, как надо. –Двар... Кого? Это из D&D твоего опять? –Да-а, они отличаются зорким взглядом на мясные и грибные блюда. Хотя полурослики тоже горазды в готовке... Билли понимает одну треть всего рассказа Эдди, но слушает и старается не забываться. Вникает в каждое слово. Билли успокаивается, стоя рядом с болтающим Эдди. Страхи, которые накатывали в комнате, отступают. Хорошо, что Эдди может так быстро расслабить Билли, сам того не зная. Но ночью Билли опять тревожно. Уже полночь, но он не спит. Всё ещё думает об Эдди, который уже давно дремлет, лёжа в одной кровати с Харгроувом. Часто, из-за накатывающих гнетущих мыслей Билли начинает агрессировать, но сейчас эту злость не на кого вылить. Он смотрит в спину Эдди, прожигая взглядом. Следит за его дыханием и сопением. Со стороны это выглядит очень жутко. Билли подползает ближе, обхватывая одной рукой торс Эдди, а другой–его шею. Прижимает к себе сильнее, чем положено. Но Эдди всё ещё спит, как минимум, так думает Билли. Хотя в порыве гнева и страха он не всегда правильно будет соображать. Губы Харгроува касаются открытого участка шеи. Сначала это лёгкий поцелуй, но потом он превращает в жгучий укус. Резкий и пробуждающий двиг челюстями. Конечно, от этого Эдди проснулся, моментально крикнув. Он хотел подскачить с кровати, но руки держали хватку, оставляя в том же положении. Не позволяя двигаться и убегать тем более. –Ай, что за нахер! Билли, это ты?–Эдди на может повернуть голову, ведь рука на шее держит его. Мурашки прокатываются по телу. Билли молчит. Вместо ответа вновь прикусывает кожу, оттягивает, заставляет кровоточить. Эдди вскрикивает, пытается вырваться. Он пытается бить Билли по рукам, толкается, но хватка Харгроува не ослабевает. Эдди страшно, ведь такой вид пробуждения происходит впервые, тем более ночью. Почему Билли так делает? –Билли, блять, отстань! Какого хрена!–Эдди заводит свою руку за спину, нащупывая кудри Билли. Тянет их, пытаясь отодвинуть от шеи. Но Билли лишь сильнее вцепляется. Его зубы уже красные от крови. От Эддиной крови. Мансон кричит, и непонятно, от чего именно: от боли или от неспособности вырваться. Билли отстраняется от шеи, чтобы схватить руку Эдди, которая тянула его за волосы. Но ладони Харгроува остаются на месте, продолжая прижимать к себе Мансона, соответственно, он хватается зубами за запястье. Это выглядит очень животно. И больно. Эдди больно, его шея обжигается укусами и кровоточит, а рука вывернута назад и не может отстраниться от зубов Билли. Какого хрена челюсти Харгроува такие острые? –Блять, Билли, ты из жопы дикой собаки родился? Мне больно, хватит, отъебись!–Эдди уже не может брыкаться, каждое резкое движение отзывается болью в плече. Слёзы скатываются непроизвольно. Эдди чувствует адскую боль, он начинает подозревать, что Билли пытается нарочно прокусить ему артерию или вену. Харгроув отпускает руку Мансона, и Эдди видит результат: на запястье не видно самого укуса, так как его закрывает большое количество стекающей крови. Будто его действительно собака укусила. Он теперь боится оборачиваться, да и не стоит. За его спиной лежит обозлённый Билли с красной челюстью и дикими глазами. Билли копит в себе агрессию, не разбираясь с источником. Потом он не может остановиться. Ему начинает нравиться причинять боль другим, даже близким. Он привык к этому и не спешит разбираться. Теперь Билли начинает выцеловывать шею и плечи Эдди, уже не кусая. Может, он так пытается успокоить Мансона? Непонятно, что творится в голове Харгроува на самом деле. Эдди успокаивается, но не оборачивается. Даже не пытается вырваться снова. Он лишь лежит, смотря в темноту. Почти не дышит. Эдди чувствует не только поцелуи, но и всё ещё стекающую кровь с руки и шеи. Всё ещё жжёт. –Эдди, ты любишь меня?–Билли прервал поток нежности, ожидая.–Эдди, я люблю тебя. А ты меня любишь? Эдди молчит. Вскоре отвечает: –Да, Билли. Я люблю тебя. Его голос дрожит, но это не похоже на враньё. Билли спокоен. А Эдди?