Поместье Нопэльмтрис

      В немаленькой спальной комнате было темно. Очень темно. Обои бордовые, паркет из чёрного дерева, тусклый свет не улучшал ситуацию. Посередине стены стояла кровать. На ней стелилось чёрное одеяло с такими же по цвету подушками. Матрас был покрыт бордовой простыней. Справа и слева от кровати стояло по 2 тумбочки, такого же тёмного цвета. На них стояла банка таблеток — андрогены. Напротив спального места висело зеркало. Джиллиан — отличающийся спокойным и терпеливым характером — недолюбливал подобные обстановки. Он любил спать, уткнувшись лицом в стену, чтобы только слева от кровати была тумбочка и чтобы зеркало висело где угодно, но не напротив кровати. Ему нравились яркие цвета и ослепляющий свет. Прямо как... Сидни не смог вспомнить, где именно. Он знал, что ему нравится, но не знал, где он видел что-то, соответствующее его критериям. Комната также казалась ему знакомой, но он не мог вспомнить, из-за чего.       В целом, Джи этому не сильно удивился. Травка и не такое делает с памятью человека (и с чего он взял, что курит траву?). Однако, почему он проснулся в незнакомом месте? Где он вообще? Взгляд карих глаз попал на зашторенное окно. Быстрым шагом парень подошёл к нему и отдернул бордовую ткань.       Темнота. За стеклом не было ничего, кроме темноты. Просто чёрный экран. Джи невольно передёрнуло. Он тут же отошёл от окна.       Что за срань с ним приключилась на этот раз? Он не знал, кем он был раньше, проснулся в непонятном месте, за окном нет ни единого намёка на жизнь... В голове вертелось множество вопросов.       Джиллиан перевёл глаза на зеркало. В нём отражался парень среднего роста, с бледной (но с лёгким загаром) кожей и худым телом. Черты лица мягкие, но не слишком. Губы обветренные. Джи никогда не пользуется гигиеничками. Попросту не видит в них смысла. Волосы бирюзовые, прямые, короткие. Было видно, что когда-то Сидни пытался самостоятельно подстричься, ведь пряди были неровными: одна длиннее или короче другой. На лоб падала прямая чёлка, также подстриженная самостоятельно. Глаза кофейного оттенка. Под глазами синяки. На шее висел кулон с цветком (кажется, олеандром). На тело была надета красная футболка, расстегнутая тонкая рубашка с изображением цветов, джинсовые шорты, белоснежные гольфы и сандали. На среднем пальце чёрное кольцо. Необычно, наверное... Впрочем, альтруист на это внимания не обратил. Казалось, что все так и должно быть. Нормально все с его внешностью. Не стоит париться по этому поводу. -И в какую хуйню ты влип в этот раз, Джи...-       Парень резко прервал себя, услышав собственный голос. Бархатный, с нежными нотками. Не низкий, но и не высокий. Конечно, он, скорее всего, часто слышал себя, но по какой-то причине ему было непривычно, даже немного неприятно слушать свой голос, будто в нём есть что-то неправильное. Он невольно поежился.       Сидни из интереса положил руки в карманы шорт, пошастав в них. Пачка сигарет с каннабисом, коробок с мятными конфетками, голубой платок, зажигалка... Да уж. Ничего полезного, пусть вещи и кажутся знакомыми.       Лады, может быть, тут есть выход. Кто его знает. Джиллиан ещё не проверял, верно? Верно. Значит, сейчас и проверит. Тем более, не может ведь он быть единственным человеком здесь. Наверняка есть кто-нибудь ещё. В конце-концов, кто-то ведь его сюда принёс...       Парень наклонил ручку вниз и дёрнул на себя. Обычный коридор, ничего такого. Такие же бордовые обои, паркет из чёрного дерева. Такая же неуютная атмосфера, которая нервировала Джи (пусть он и не знал, почему). Скрипящие половицы, непонятный запах жареного мяса... Сидни не любил мясо. Ему казалось, что люди не имеют права убивать животных ради мяса. Ему подобное было чуждо. И скрип дерева ему не нравился. Было в нём что-то родное, но при этом пугающее. Даже не так. Тревожное, пропитанное осуждением. Парень поспешил спуститься вниз по лестнице. И она ему тоже не нравилась. Джи любил крутые лестницы, чтобы был риск оступиться и упасть. Было в этом нечто клёвое...       Парень спустился в прихожую, подергал дверную ручку. Заперто... Все форточки тоже не открываются. Джи обречённо вздохнул и, пройдя в гостиную, сел на диван, скрестив ноги и откинув голову на спинку. Наверняка, если бы здесь был кто-то ещё, он бы вышел на шум. Навряд ли здесь кто-нибудь есть. Значит, придётся пока что только ждать...

***

      В этом месте Джи провёл около двух месяцев. За это время новых людей он не повстречал. Но зато выписал для себя несколько важных правил о поместье: 1. Еда и вода здесь не нужна. Только если тебе не захочется ощутить её вкус. 2. Сон также не нужен. Неизвестно, зачем здесь кровати. 3. От чего-то было ощущение, что андрогены нужно принимать. Не ясно, почему. Джиллиану просто казалось, что ему это нужно. 4. Выхода из поместья нет. Окна, конечно, можно открывать... Но пролезть через них нереально. 5. Нельзя ходить на кухню.       В целом, Сидни не жаловался. Ему было вообще по кайфу. Главным для него было не ходить на кухню, а не учитывая это, все было прекрасно. Людей вокруг нет, никто не трогает. Хотя, Джиллиан любил компании людей. Парень любил общаться. Но вот ещё одно "хотя"...       Если ты один, то никто не будет бросать на тебя косые взгляды. Можешь хоть дрочить на мусорное ведро — всем будет по боку, ведь они этого не видят. Хотя, не то, чтобы Джиллиану сильно требовалась дрочка. Он не нимфоман. Вполне можно потерпеть какое-то время.       В очередной раз присев на старый кожаный диван в гостиной, достав из кармана коробок с сигаретами, чиркнул зажигалкой и затянулся горьковатым дымом. Молодой человек откинулся головой на спинку дивана, посмотрев в потолок. Хорошо-то как... Да и, плюсом ко всему, Джиллиан сейчас один, и его никто не тронет.       Увы да ах, но Джи ошибся.       Спустя пару минут Джиллиан услышал медленные, слабоватые шаги по лестнице вниз. Курильщик повернул голову в сторону лестницы, положив сигару в курильницу.       На лестнице стояла девочка, лет 14. Рост у неё был крохотный-крохотный, кожа бледная-бледная, а тельце тощее-претощее. Волосы у девчушки были чёрные, жёсткие, заплетенные в 2 низкие косички. На лоб набок падала чёлка. Узкие, как щели, глаза имели огненно-оранжевый цвет. Одета девочка была в белую рубашку с короткими рукавами, красный галстук-бабочку, синюю юбку-комбинезон, белые чулки и чёрные туфли. Кажется, японская школьная форма. Девочка стояла на ступенях, опираясь на стену обеими руками, как бы опасаясь упасть.       Сидни настороженно привстал с кожаного изделия, почти протрезвев. Он к детям был неравнодушен. Все вокруг норовили сказать, что Джи — прирожденная мать, и по сути, так и было. Джиллиан точно мог бы быть отцом. -Эй?.. - парень осторожно подошёл к черноволосой, положив ладони ей на плечи, от чего та вздрогнула. - ты в порядке?.. -... - девочка с болезненным непониманием спросила. Голос у неё был очень тихий и слабоватый. - вы кто?.. -У меня тот же вопрос... - альтруист вздохнул. - меня зовут Джиллиан... Сидни. О себе ничего не помню. А ты...? -... - девчушка невольно сжала пальцы на стене. - Рю Мураками... -Рю, значит... -Мураками-тян. - черноволосая поправила Джи. - там, где я, наверное, родилась, не принято называть друг-друга по именам, если вы не очень-то и близки. -Ясно... Значит, Мураками-тян.       Именно так Джиллиан познакомился с девочкой, которая вполне могла бы считаться его дочерью, пусть и не кровной. К Рю у него не было чувств, как таковых, но они, тем не менее, впоследствии стали друг для друга близкими людьми. Ближе, чем родители.