Цена вопроса

Есть в этом мире новости, которые ты определённо не хотел бы слышать в десять утра, находясь в офисе и пытаясь не отпинать скрежещущий принтер. — Юр, у меня серьёзная проблема! — ворвался в мои наушники голос Лены, моей жены, и я машинально убавил звук, чтобы не дать ушным перепонкам лопнуть. — Что случилось? — спросил я, вытаскивая старый картридж. На другом конце трубки послышался тяжёлый вздох. — Я въехала в Бугатти. Мои руки замерли. Я моргнул и подумал, что мне могло послышаться. Так ведь бывает, да? Старые наушники могут барахлить, она явно не могла назвать машину стоимостью в районе пяти миллионов долларов. И это если брать одну из дешёвых. — В смысле — въехала? — В прямом! — она повысила голос и мне пришлось снова убавить громкость. — Бампер в хлам. Предложила отплатить натурой, владелец согласился. Я выдохнул. Вот, что называется — “гора с плеч”. Въехала и въехала, с кем не бывает. А натура? Уберётся у него в саду, может, домработницей поработает. — А моя проблема в чём? — спросил я почти спокойным голосом. — Владелец — гей. Между нами повисла тишина. Кажется, даже принтер перестал издавать какие-либо звуки. — Ты… — заговорил я, но был перебит. — Я дала ему твой номер. В наушниках послышались гудки брошенной трубки. Моё тело оцепенело, а шестерёнки в голове зашевелились с бешеной скоростью. До меня дошло. Она собиралась использовать свою натуру совсем по-другому. И мало того — видимо, предложила мою. Рукой я нащупал спинку стула, стоящего рядом, и упал на него. Да, именно упал. Благо хотя бы стулья в этой компании мягкие, так что я не травмировал свой зад. Он мне ещё понадобится. То есть, не в том плане… Не то чтобы для того… Блять. Из груди вырвался протяжный вздох, и я зарылся пальцами в свои волосы. Моя жена, с которой я был все эти пять лет и женился на ней в свои двадцать, предложила переспать незнакомцу на дорогой тачке, которому снесла бампер. Моя Лена, что казалась мне порядочной и хорошей девушкой. Девушка, младше меня на два года, на которую я потратил всю свою молодость. Да, у нас были конфликты, и мы не были той самой парой из романтического сериала. Однако мне не казалось, что всё могло бы дойти до такого. Пока я вкалываю на работе, как главный раб этой бюрократической системы, она предлагает водителю Бугатти оплату телом. Теперь ещё и не своим. Браво. О лучшей жизни и мечтать нельзя. Тем же вечером Лена встретила меня на кухне. Нервно стучала ногой и пила уже четвёртую банку пива, судя по ситуации на столешнице. Я кинул свою сумку на диван, подошёл к ней и заговорил: — Какого хуя это было? Она сжала банку так, что та согнулась и из неё плеснуло пиво. — Такого! — крикнула Лена. — У меня не было выбора! — Как не было выбора? — я взмахнул рукой. Ну правда, как можно было нести такую чушь? Её глаза сверкнули, она вздёрнула подбородок, отвечая: — А вот так. Что, у тебя завалялось пару тысяч долларов на починку? — Не у меня, а у тебя. Это твоя машина. — Ах вот как ты заговорил! — Лена сжала банку полностью и кинула её в мою сторону. — Так чего же ты на ней ездишь? Я увернулся от летящей в меня банки, — спасибо на том, что не нож — и закатил глаза. Как и в любую другую нашу ссору она говорила только то, что ей было удобно сказать. — Я взял её только пару раз, чтобы забирать тебя с пьянок. — из моего рта вырвался смешок. — Ты мою разбила, если вдруг не помнишь. — Да какого чёрта ты вообще сейчас на меня взъелся?! — Ты серьёзно не понимаешь? — недоумевал я. — Блять, ты предложила своё тело первому попавшемуся мужику! Лена поправила волосы и рассмеялась. — А что, ты внезапно заревновал? — она плевалась в меня словами, словно ядом. Не зря в год змеи родилась. — Тебя все эти пять лет брака не волновало, с кем я сплю! В этот момент внутри меня что-то с грохотом рухнуло. — Ты что, спала с кем-то за моей спиной? — Видишь! — Лена сделала пару яростных шагов, сокращая дистанцию между нами. — Ты меня вообще всё это время не замечал. — Лена… — я постарался сказать хоть что-то, но мне этого не дали. — Скажи, Юр. Когда мы последний раз занимались сексом? Я замолк и всерьёз задумался над её вопросом. Год, два… Нет. А когда мы вообще доходили до конца? Не учитывая того, что я почти двадцать четыре часа в сутки торчу на работе, были ещё времена, когда мы летали в отпуск. И как-то ничего не вспоминается. — Ну вот, — с разочарованной улыбкой сказала моя жена. — Я тебя вообще не возбуждаю. И что мне оставалось делать? — Да ты просто шлюха, хватит оправдываться! — не выдержал я. Я оплачивал все её покупки, держал на себе наши расходы, брал подработки, чтобы возить её по “инстаграмным” ресторанам, а она всё это время трахалась с кем-то другим за моей спиной. — А ты импотент! — выкрикнула она и прошла мимо. Мне оставалось только наблюдать за тем, как она кидает какие-то свои вещи в дорожную сумку, и накидывает на себя куртку. — Ты куда? — поинтересовался я. — К подруге. Врёт. Врать она не умеет, всегда отводит взгляд в левый угол и нервно заправляет волосы за уши. Так я и остался один в квартире. Точнее, как сказать один. Я и мои бесконечные мысли, которые не собирались сплетаться во что-то единое. За один день моя жизнь перевернулась с ног на голову, ещё и отплясала чечётку. Узнать, что твоя жена спит с другими мужчинами все пять лет брака, а затем получить как вишенку на торте тот факт, что твой номер есть у богатого пидораса, которому предложили с тобой переспать — пик счастья. Я переместился на диван, достал телефон и принялся расспрашивать первую попавшуюся нейросеть. Сейчас меня интересовало слишком много вопросов и все они сводились только к одному — попытке больше узнать про однополые отношения. Пришлось несколько раз одернуть свои собственные пальцы от написания слова “гей”. Нет, невозможно. Я бы не стал даже под дулом пистолета подставлять свою задницу мужику. Пальцы набрали запрос: “Сколько стоит починка бампера на Бугатти?” Пробежался глазами по выданной информации и обомлел. Пятьсот тысяч. Не рублей. Долларов. А судя по тому, что Лена говорила о бампере “в хлам”, ремонт может приблизиться к одному миллиону. Я перевёл взгляд на свой кошелёк, в котором лежали последние двадцать тысяч. Затем обратно на экран телефона. На кошелёк. Снова на экран. “Как спят мужчины с мужчинами?” Сука! Я сразу же стёр свой запрос и отложил телефон экраном вниз. Не стану же я опускаться до такого. Но и выплатить долг не в силах. Ладно, стоит сменить тактику и зайти издалека. Пришлось снова взять телефон, открыть Гугл и ввести более адекватный запрос: “Как отказать гею без последствий” Кликнул на первую попавшуюся ссылку, открылся форум. Кажется, это была ситуация какого-то школьника, где к нему чересчур активно клеился парень. Я прошёлся по комментариям: люди предлагали поговорить прямо, объяснить ситуацию, а если совсем никак — обратиться в полицию. Только проблема в том, что скорее он обратится в полицию. И тогда плакала вся моя свободная жизнь. Хорошо, допустим. Такой вариант мне не подходит, я ещё слишком молод и красив, чтобы оказаться за решёткой. Пальцы набрали следующее: “Геи опасны?” Сразу же высветился ответ: “Нет. Сам по себе человек не становится «опасным» из-за своей сексуальной ориентации. Гомосексуальность — это просто вариант человеческой сексуальности. Она изучается в психологии, медицине…» Дальше читать я не стал. Плечи слегка расслабились, я медленно выдохнул и вытер со лба появившийся пот. Глаза зацепились за следующий предлагаемый запрос: “Как понять, что гей хочет тебя трахнуть?” Я нажал, и передо мной сразу же высветилась целая инструкция: “Во-первых, флирт и внимание. Человек может часто искать разговор, шутить с сексуальным подтекстом, делать комплименты внешности, смотреть дольше обычного или пытаться установить более личный контакт. Во-вторых, физическая близость. Иногда интерес проявляется в попытках сократить дистанцию: садится ближе, чаще касается (например, дружески касается плеча, руки), ищет повод для тактильного контакта. В-третьих, намёки или прямые вопросы. Он может аккуратно спрашивать о твоей ориентации, о том, есть ли у тебя партнёр, как ты относишься к отношениям с мужчинами, приглашать куда-то вдвоём вечером и т.п.” И ничего из этих пунктов я не смог бы проверить без личной встречи. А желал ли я её? Определённо нет. Я стянул с себя офисную одежду и плюхнулся на кровать. Не хотелось ничего: ни есть, ни чистить зубы перед сном, ни спать толком не хотелось. Мысли в голове всё не утихали, продолжая скакать от одной к другой. А если владелец Бугатти всё-таки позвонит, то что сделает? Приедет, захочет где-то встретиться?.. А что, если всё гораздо хуже и он какой-то сексуальный маньяк? Ему ведь всё сойдёт с рук при таких деньгах. И когда дело дойдёт до того самого… Что, если я не смогу отказать, потому что испугаюсь? Значит, нужно не допустить того, что я испугаюсь. Руки сами снова потянулись за телефоном. “Как защитить себя от домогательств?” Всплыли советы по типу: “Держите дистанцию”, “Не соглашайтесь на встречи наедине” и “Носите с собой перцовый баллончик”. Точно! У Ленки ведь где-то лежал такой. Я купил его ей, после того, как к ней приставал коллега по работе. Я подорвался с кровати и в одних трусах побежал к шкафу. Хоть убейте, не помню, куда она его дела. Порылся в её части шкафа, перерыл все коробки рядом и наконец свершилось чудо — баллончик найден. Я повертел его в руках, почитал инструкцию на обёртке. Китайский не понимаю, так что от того, что я смотрел на какие-то иероглифы, понятнее не стало. Решил попробовать им пшикнуть — это была худшая идея в моей жизни. После женитьбы с Леной, конечно же. В горле запершило и я чихнул примерно четыре раза. Когда возвращался к кровати, продолжал чихать. Однако самое главное оставалось неизменным — у меня теперь было средство для самозащиты. Как же это чудесно. Вот подойдёт ко мне этот миллиардер, представится, улыбнётся своей самой соблазнительной улыбкой, положит мне руку на плечо, а я ему баллончиком в лицо и дам дёру. Эта картина в голове выглядела очень нелепой, однако успокоила настолько, что где-то под утро я смог уснуть с приятной мыслью: “Я готов”. Следующий день наступил так быстро, что я даже не успел это понять. Будильник ударил по голове, я потянулся, чтобы его отключить, а глаза тут же зацепились за входящее уведомление. Сон как рукой сняло. Я судорожно вчитывался в сообщение, потирая глаза пальцами. “Юрий, доброе утро. Это Марк, владелец Бугатти, ваша жена дала мне ваш номер. Когда вам удобно встретиться, чтобы обсудить варианты?” Перечитал его раз пять, прежде чем начал понимать написанное. Значит, Марк. На аватарке было его фото: взрослый мужчина, подтянутое тело, но фотография оказалась сделана так, что телефон закрывал его лицо. Хотя и без этого было видно — писаный красавец. И на гея не похож. Где-то был подвох. Он написал мне “доброе утро”. Это обычная вежливость? Флирт? Намёк? Марк собирается обсудить варианты. Варианты чего? Поз, в которых меня трахнет или ещё каких-нибудь непотребств, какие можно было бы вытворять, чтобы загладить долг? А самое сложное сейчас — написать ответ. Ответить грубо, вежливо или же по-дружески? Так, будто я не гуглил вчера, как в случае чего от него защищаться. Там говорилось что-то про “держать дистанцию”. То есть, доброе утро лучше не желать. Значит, придется отвечать максимально официально. “Здравствуйте. Могу завтра в 18:00. Кафе “Центральное”, подойдёт?” Нажал “отправить” и принялся ждать. Ответ пришёл почти сразу: “Да. До встречи” И всё. Ни смайлика, ни лишних слов. Даже реакцию на моё сообщение не поставил. Это что, стратегия такая? Думал я об этом сообщении и на работе. Его «до встречи» выглядело так, будто он ждал от меня не просто делового разговора, а чего-то большего. Я потряс головой в попытке отогнать мысли, и уставился на компьютер перед собой. Мимо прошёл Петрович из соседнего отдела, понятно это стало по тому, как завоняло селёдкой из-за его вечной “шубы” на обед. — Юр, ты че такой задумчивый? — спросил он меня с набитым ртом. — Ленка опять мозг пилит? — А? Да нет, всё нормально. Работы просто много навалилось. Я заметил в его глазах подозрение, но он всё же ушёл без допроса. Это заставило выдохнуть. И тут же мой взгляд упал на экран телефона. В голову сразу закралась мысль. Я ведь даже не знаю, с кем иду на встречу и как именно выглядит этот человек. А у Марка в описании профиля стоял никнейм. Я же имею право мельком глянуть его Инстаграм, ведь так? Удостовериться. В чём-то — не знаю пока, в чём. Никнейм был до жути простой и наводил на то, что этот мужчина работает архитектором. По крайней мере, так мне позволяли понять мои навыки английского, который я перестал учить ещё в восьмом классе. Стоп. В Инстаграме же никогда не было функции, которая показывает, кто смотрел твой профиль? Я создал, на всякий случай, новую страницу, и вбил аккаунт Марка заново. Откинулся на спинку стула, принялся рассматривать фотографии. В его аккаунте оказалось куда больше постов с разными постройками, планами, деловыми встречами, чем с самим Марком. Но у него были ещё истории. Я открыл одну из актуальных, и мой палец замер на экране. Пиздец красивый. Даже для меня, мужчины, он выглядел привлекательно. Не в том плане, что теперь было бы куда приятнее лечь под него, а в том, что и Ленку уже можно было понять. Скулы, прямой нос, уложенные чёрные волосы — всё, как нравится женщинам. Только вот Марк в них не заинтересован. Я представил, скольким дамам он уже успел разбить сердце, и на лице появилась ухмылка. Так, блять, ни за что. Это угроза, а не человек, из-за фото которого стоит улыбаться. Я пролистал истории и остановился на ещё одном фото. На ней был Марк на фоне какой-то европейской улицы, а в геолокации отмечен Милан. Улыбается, гад. Дальше был Марк в костюме на каком-то мероприятии, Марк в Париже, Марк в Германии и… Марк в спортзале. Фото в зеркале. В майке и шортах. Палец снова задержал фотографию. Я всмотрелся в его позу и не заметил, как пальцем левой руки начал поглаживать подбородок. Из аватарки в переписке я подумал, что он просто подтянутый, однако здесь, на этом фото, я видел не просто подтянутое тело. Отличный бицепс, спортивные ноги… Сзади прошла коллега, что заставило меня вздрогнуть и быстро перелистнуть эту фотографию. Я обернулся, чтобы убедиться, что никто не смотрит, и вернулся к экрану телефона. Прикрыл рот ладонью — на экране моего телефона красовалась фотография Марка на яхте. Без рубашки. С отлично видимым рельефом пресса. Я быстро потушил экран и отложил телефон в сторону. Что-то мне в моей реакции на это не понравилось. Что-то, что отдалось где-то внизу. Взял бутылку и сделал два больших глотка воды. Жарковато нынче в офисе. Интересно, почему другие этого не замечают? Нет, нужно продолжить изучение. Я прочистил горло — почему-то оно запершило — и решил пролистать саму ленту профиля. Помимо фотографий интерьеров и прочего, были ещё и фото с друзьями. Все мужчины, ни одной женщины. Совсем. Логично, гей же. В голову стрельнула странная мысль — а вдруг у него уже есть парень? Или если нет? Почему нет ни одного фото, где он бы ужинал с кем-то один на один? Появилось очень странное и неприятное чувство. Ещё были фотографии еды, Марк явно умел готовить. Или же у него дома был личный повар, что мне показалось вероятнее. Фото закатов, той самой машины, у которой из-за Лены больше нет бампера. Я полез в комментарии, все они были восторженные, в основном от мужчин. Глаза зацепились за один из них. Какой-то парень по имени Дима писал: “Марк, красавец, нужно будет как-то снова встретиться”. На это Марк ответил смайликом. Что же это был за Димка, которому он даже смайликом ответил? Оказывается, умеет их использовать, а я его уже в старпёры записал. Возле меня с хлопком упала папка и я резко спрятал телефон в карман. Глянул на человека рядом — это оказалась Ксюша, одна из моих самых близких коллег и по совместительству подруга Лены. — Юр, подпиши накладные, — сказала она мне и ткнула пальцем на одну из бумажек. — А, да… Я, не глядя, подписал бумагу и отвернулся. Ей Богу, будто за чем-то запрещённым застукали! Хотя, со стороны это так и могло показаться. Сижу и пялюсь на полуголые фотографии какого-то мужика. Ксюша отошла, однако не надолго. Вернулась примерно через минуту, заговорила со мной с несвойственной ей осторожностью: — У тебя всё в порядке? Я вскинул брови и уставился на неё. Кажется, спрашивала она вполне серьёзно. — Да, а что? — Это накладные на списание туалетной бумаги. — она снова положила передо мной свою папку. — Юр, ты в графе “получатель” поставил подпись “Марк Бугатти”. Мои щеки предательски вспыхнули, и я быстро схватил ручку, чтобы исправить это недоразумение. Давно я не испытывал такое чувство стыда. Как можно было настолько опозориться? — Прости, — буркнул я. — Недосып. — Я знаю, что вы с Леной поссорились. Кто бы сомневался, она уже доложила всем своим подругам. А Ксюша, в свою очередь, доложит и самой Лене. — Она рассказывала из-за чего? — Да, сказала, у тебя импотенция. Я громко шикнул на неё, чем привлёк гораздо больше внимания. Пришлось обернуться и извиниться перед всеми за резкий шум. — Да не импотент я, — прошипел я сквозь зубы. — Ага. — я проследил за её взглядом и заметил, что она пялится на мои штаны. — Вижу. Посмотрел на них и сам. Приехали. — Ты ничего не видела. — О нет, я всё видела. Однако время на спор тратить уже не хотелось, я быстро рванул в мужской туалет и закрылся в одной из кабинок. У меня встал. Хорошо, я убедился, что не импотент, а слова Лены были пустым трёпом. Но встал у меня не на Лену. Не на какое-то порно и даже не на женщину. На фотографии мужчины, которому моя жена снесла бампер. На фотографии гомосека. Тем не менее, я расстегнул ширинку. Последний раз занимался подобным рукоблудством ещё когда был подростком, задолго до встречи с Леной. И сейчас, в эти несколько минут, в моей голове всплывала не она. Блядский Марк. И блядская Ксюша, которая побежит рассказывать моей жене о том, что я излечился. Я постарался подавить вырвавшийся вздох, что вышло с трудом. Отдышался и понял, что теперь всё окончательно пропало. Весь следующий день я пытался убеждать себя в том, что такая реакция тела вполне объяснима. Несколько раз разговаривал с нейросетью, хотя знал, что толку от этого мало. Но я услышал от неё то, что хотел — эрекция на фото мужчины могла произойти, и это не делает меня геем. Обычная борьба организма со стрессом, попытка разрядиться, перезагрузиться, у всех мужчин такое бывает. И в такие моменты неважно, женские это длинные, элегантные пальцы или же мужские. Плечи, шея, выглядывающая из-под майки грудь… Я хлопнул себя ладонями по лицу. Не время о таком думать. Сегодня у меня встреча с этим богатеем и нужно выглядеть подобающе во всех смыслах. Держать лицо, произвести уверенное первое впечатление, так, чтобы у Марка и в мыслях не было переспать со мной. Одним своим видом показать, что я не как его дружки из комментариев в Инстаграме, и не стану ложиться под первого встречного мужчину. И что я натурал. Это самое главное. Вытащил из шкафа обычные чёрные джинсы — не новые, не старые, носил их чаще всего на прогулки с компанией. Натянул. Сидят нормально. Дальше — футболка. Чёрная, без надписей, самая обычная, таких у меня всего четыре. Иногда люди думают, что я хожу в одном и том же, но забывают про существование стиральной машины. Сверху неё накинул рубашку, потому что в ней удобно и Лена когда-то говорила, что мне идёт. Хотя какая разница, идёт или нет? Мне же не понравиться ему надо. Не стал застёгивать пуговицы и посмотрел в зеркало. Из него на меня смотрел обычный парень с взъерошенными волосами. Я провёл рукой по голове, пытаясь их пригладить, затем подумал, что пусть торчат, сейчас же так в моде. Всё как надо, ни одного намёка на вычурность. Сунул руку в карман джинсов, куда уже положил баллончик. Нащупал, проверил, не нажмётся ли случайно. Вспомнил, как пшикнул им в углу и полчаса чихал. Хороший урок. Никогда больше не воспользуюсь без надобности. В конце концов, я вздохнул, натянул кроссовки и вышел из квартиры. По дороге в кафе всё время повторял про себя: «дистанция, не смотреть в глаза, дистанция...». В голове вертелись все советы из форумов, прокручивалась и найденная информация о Марке, его заслугах. Что-то в голове не складывалось. Я был прав. Теперь в моей голове разбились абсолютно все представления о геях. Не сдавалось абсолютно ничего. Я заметил Марка как только вошёл в помещение и замер. Как гей может выглядеть так… нормально? Официантка обратилась ко мне спрашивая: — У вас зарезервировано? — Эм… — протянул я. Совсем из головы вылетело, что в этом заведении нужен резерв. — Я с тем мужчиной. — ткнул пальцем в Марка. Девушка вежливо улыбнулась и провела меня к месту. Не пойму, зачем. Что-то не припоминается такого сервиса в этом месте, где тебя даже к столику провожают. Я прочистил горло, стараясь не смотреть на сидящего за столиком мужчину, и опустился на своё место. — Здравствуйте, Марк. Я Юрий. Протянул через стол правую руку. В этот момент я поднял взгляд и наши глаза встретились. Всё тело мгновенно напряглось. Его глаза не были злыми, наоборот, достаточно спокойными и дружелюбными. На нём был обычный спортивный костюм, волосы, в отличии от «инстаграмных» фото, не были так уложены. Передо мной сидел самый обычный мужчина тридцати лет. Ладно, не совсем обычный. Симпатичный мужчина тридцати лет. — Приятно познакомиться вживую. Он пожал мою руку в ответ и я напрягся ещё сильнее. Рассмотрел часы на его запястье, дорогие. Да и костюм не из дешёвых, попробуй такой купи, все сбережения отдашь. И вообще, что он сказал? «Приятно познакомиться вживую». То есть, что бы это могло значить? Это он так подкатывает? — Юрий… — заговорил Марк. — А? — Ваша рука. — Что? — не понял я. — Вы пожимаете мою руку уже минуту. Я выхватил свою ладонь, попытавшись деть её куда угодно, но только не на стол. В итоге нервно сплёл свои пальцы между собой. Затем отвёл взгляд и осушил стакан воды залпом. Закашлялся, Марк подал мне салфетку, чтобы вытереть рот, я вежливо её принял. Стоп. Ухаживает за мной? Чёрта с два я поддамся. Скомкал салфетку и кинул её на стол. Так-то, будет знать, что со мной такой глупый флирт не сработает. К нам подошла та же официантка, что провела меня, на подносе у неё были две чашки кофе и сендвичи. Она поставила их перед нами и удалилась. — Надеюсь, вы пьёте кофе, — сказал Марк. — В противном случае, закажу что-то другое. — Нет, всё в порядке, я пью кофе. Я ненавижу кофе. Ещё с тех пор, как Ленка купила кофеварку и каждое утро заставляла меня пить её странную жижу, больше похожую на глину, чем на напиток. — Хорошо. — он засыпал в свою чашку шесть дополнительных пакетиков сахара. — Любите сладкое? — вырвалось у меня. Марк глянул на меня и улыбнулся. — Не особо. Люблю баланс горечи и сладости. Я кивнул и почесал затылок. Какие-то странные предложения он говорит. Прозвучало, как что-то очень философское, однако думать об этом не захотелось — всё равно не пойму, пока прямо не скажет. — Так вот… — я попытался сформулировать мысли в связные слова, получалось с трудом. — О вариантах… — Стоимость починки — миллион двести. — Что? — Миллион двести долларов. В этот момент из-под моих ног, да что уж там, из под всего меня, ушла земля. Ни за что. Я никогда не смогу ему отплатить. Более того — у меня за жизнь не получится столько заработать. — Понимаете… — я попробовал сделать голос как можно более нейтральным. — Денег таких у меня нет. — Понимаю, — спокойно ответил Марк и сделал глоток кофе. — Это я так, для галочки. Чтобы вы имели представление. — Ясно… Нихуя мне не ясно, зачем вообще было такими цифрами пугать? Я прямо здесь чуть не откинулся. — Ваша жена говорила, что вы логист… — Верно. Он глянул мне в глаза и мне почему-то стало неловко. Даже почти стыдно. За то, чем я занимался в офисном туалете. Казалось, что на моём лице сейчас так и было написано: «Марк, я подрочил на ваши фото, большое спасибо». — Поможете с перевозкой и я спишу долг. Никаких денег. — Что? — мне показалось, я плохо его расслышал. — Ну, оформите перевозку машины в Питер, проследите за этим. И не придётся платить. Как это — не придётся платить. То есть, деньгами всё же не придётся, только вот… Он хочет, чтобы я поехал с ним. В Питер. Предположительно, ночью. Значит, там он меня и… — Вы меня слушаете? — спросил Марк. Я вынырнул из потока мыслей, и всмотрелся в его лицо. — Да-да. — я попытался изобразить улыбку. — Поездка, значит… — Перевозка, — поправил меня он. — Да-да, перевозка. Я так и сказал. Марк откинулся на спинку стула и я заметил, как его лицо стало мягче. — А вы не такой, как я думал. Ваша жена описывала вас иначе. Вот же чёрт! Ленка уже ему что-то рассказала. Нельзя доверять женщинам. Пришлось приложить массу усилий, чтобы оставить лицо нейтральным. — А как она описала? — Сказала, вы зануда и импотент. — Да не импотент я! — громко возразил я и сразу же прикрыл рот ладонью. Обернулся, чтобы убедиться, что этого никто не слышал и выдохнул. — Хорошо-хорошо. — он улыбнулся. — В первое я уже тоже не верю. Вы живой. Глаза у вас смешные, да и краснеете забавно. — Это когда я краснел? — Почти весь разговор. — Здесь просто жарко. — я отмахнулся, не может быть, чтобы вот так краснел перед мужиком, будто девочка. — Мы сидим под кондиционером. Глаза метнулись на потолок. Действительно. Наш столик прямо под кондиционером, из которого дул прохладный воздух. — Перейдём на «ты»? — Марк беззаботно сделал глоток кофе. Я уставился на него немигающим взглядом. Он рассматривал что-то за окном, сидя в вальяжной позе, словно не сказал ничего странного. Это ведь ломает все границы! Недопустимо. Нужно держать дистанцию. — Знаете, это как-то… — я попытался увильнуть, однако меня перебили. — Я ведь не кусаюсь. Я поперхнулся воздухом. Да ещё бы он кусался! Сразу бы достал баллончик и как брызнул в него. — Хорошо, — выдохнул я. — А можно уточнить кое-что? — я дождался, пока Марк кивнёт, и продолжил: — Может, вопрос глупый, я просто не разбираюсь. У тебя там в бампере золотые слитки хранились? Или краска магическая? Он усмехнулся, как-то даже по-доброму, как мне показалось, и отставил чашку. Слегка склонил голову набок, что-то во мне рассматривая. От такого взгляда по затылку пробежались мурашки. Меня будто прямо здесь раздели и разложили на этом же столе. — Знаешь, в машине, куда въехала твоя жена, каждый болт стоит, как твой телефон. — он кивнул на мой новенький Айфон, что лежал на столе. Я взял его в кредит месяц назад. — А бампер там не просто кусок пластика, там аэродинамика, датчики, система охлаждения... — он махнул рукой. — Короче, легче новую купить, чем эту чинить. Но я к ней привык. — К машине? — уточнил я, сам не зная зачем. Прозвучало глупо, но понял я это с запозданием. — К машине. — он посмотрел на меня с лёгким прищуром. — Ты всегда такие вопросы задаёшь? — Какие? — Как будто это допрос с пристрастием. Я замер. Он что, намекает, что я слишком много спрашиваю? Или это такая шутка? Я открыл рот, чтобы оправдаться, однако Марк вдруг улыбнулся. — Расслабься, Юр. Я шучу. Ты просто первый человек, который спросил про машину не «сколько стоит», а «почему столько». Это забавно. — А… — я почесал затылок. — Просто интересно. Я в этом не разбираюсь совсем. У меня даже своей нет. — А на чём ездишь? — На самом деле, у меня была своя, пока Лена её не разбила. Ну, жена моя. Или уже не жена. Я прикупил язык. Вот этого точно не стоило говорить. Это же то же самое, что сказать: «Ну же, бери меня, я как раз свободен». Буквально зелёный свет! Но Марк не сделал ничего, что пришло в этот момент мне в голову. Он кивнул, но расспрашивать про Лену не стал. Вместо этого отпил кофе и спросил: — А ты вообще откуда такой взялся? Ну, кроме того, что логист. — В смысле — откуда? — Ну, рос где, учился, чем живёшь. — он пожал плечами. — Мы же вроде как познакомились. Можно хоть немного узнать друг друга, пока кофе не допили. Я задумался. С одной стороны — это же личные вопросы. Так сказать, прощупывание почвы или что-то вроде того. С другой — он прав, сидим тут два незнакомца, обсуждаем бампер за миллион. Странно, с какой стороны не посмотреть. — Рос в области, — начал я нехотя. — Учился в университете на логиста, потому что мама сказала, что это перспективно. Живу... ну, жил с Леной. Теперь один. Люблю... не знаю, кино смотрю, в игры иногда играю. Скучный набор. — А кто сказал, что скучный? — Марк поднял бровь. — Кино, игры — это нормально. Ты в какие играешь? Я ожидал чего угодно, но не этого. Обычно на этом месте люди говорили «о, ну ты задрот» или «а мне некогда, работа». А он спрашивает — в какие? — Ну... стратегии всякие, — я почувствовал, что краснею. — Иногда стрелялки. Глупости, в общем. — Не глупости. Я сам раньше в «Цивилизацию» залипал, пока времени не стало. — он вздохнул. — Сейчас только в телефоне иногда, в перерывах между объектами. — У тебя же архитектура, да? — вырвалось у меня. Блять. Ослабил бдительность и осёкся. Теперь он поймёт, что я вдоль и поперёк изучил его Инстаграм. По взгляду было видно, что всё понял. Но комментировать он это не стал, вместо этого сказал: — Да. Понравилось? — Что? — я захлопал глазами. — Проекты. — А… Конечно, он имел в виду проекты, а не свои полуголые фотографии, на которые я имел честь передёрнуть. Ну зачем я вообще это вспомнил, как мне теперь ему в глаза смотреть? Я отвёл взгляд в сторону и покрутил чашку, отвечая: — Да… Симпатично. Однако в голове всплыли далеко не его здания. Я покрутил чашку, надеясь, что он не заметит моих горящих шёк. — Только «симпатично»? — Марк усмехнулся. — Я старался, между прочим. Я поднял глаза и тут же пожалел об этом. Он смотрел на меня с этой своей лёгкой улыбкой, и я снова залип. Ну как так можно — сидеть в спортивном костюме, с растрёпанными волосами, и всё равно выглядеть так, будто сошёл с обложки? — Да нормально, — буркнул я, снова утыкаясь в чашку. — Красиво. — Ага, «красиво», — повторил Марк, будто пробуя слово на вкус. — Приму за высшую похвалу. Я хмыкнул, но не ответил, потому что в этот момент сделал глоток кофе и тут же едва не закашлялся — горечь ударила так, будто меня решили наказать за все грехи разом. — Вот же… — выдохнул я и потянулся к сахару. Один пакетик. Второй. Третий. На четвёртом я поймал на себе его взгляд и почему-то не сразу отвёл глаза, как нормальный человек, а наоборот — завис, уставившись на него Марк усмехнулся. Я вспомнил ту чёртову статью. «Смотрит дольше обычного». А сколько это — дольше обычного? Есть какой-то таймер? Три секунды — уже флирт? Пять — можно вызывать полицию? — Что смешного? — спросил я. — Любишь сладкое? Из моего рта вырвался смешок. — Как там… баланс? Мы ещё немного поговорили. О еде, о том, где в Москве можно нормально поесть, а где только понты и маленькие порции. Марк рассказывал про какие-то места, я кивал, хотя половину названий слышал впервые. Затем разговор перескочил на работу — он спросил, бывают ли у меня вообще выходные, я сказал, что бывают, но они проходят в попытках отоспаться. Марк сказал, что у него то же самое. И так странно было — сидеть, есть сэндвичи, болтать о всяком, и почти забыть, что этот мужик — тот самый, которому жена меня предложила. Почти. Периодически я снова ловил его взгляд на себе, и всё возвращалось: и напряжение, и это дурацкое залипание, и мысли о том, что он вообще обо мне думает. Когда сэндвичи закончились и чашки опустели, я понял, что пора. Не знаю, сколько мы просидели, но за окном уже начало темнеть. Я потянулся за картой — привычка, Лена всегда заставляла платить, даже когда я ничего не заказывал. Однако Марк вдруг поднял руку. — Ой, да не нужно. — В смысле? — я замер с картой в руке. — Этот ресторан всё равно принадлежит мне. Я уставился на него. — Чего? — Ресторан, — повторил он спокойно. — Мой. Ну, не только мой, с деловым партнёром. Но я тут что-то вроде официального хозяина. Мне пришлось медленно убрать карту обратно в карман. Рядом с баллончиком. — Ресторан, — повторил я, осознавая. — Ага. — Твой. — Ага. — Целиком? Он усмехнулся. — Ну, не целиком. Но да. Я посмотрел на интерьер. Дорого. Стильно. И главное — над головой кондиционер, который дул мне в спину весь вечер. — А кондиционер тоже твой? — ляпнул я первое, что пришло в голову. Марк впервые за весь разговор громко рассмеялся — так, что пару человек за соседними столиками обернулись. — Кондиционер тоже мой, — ответил он, отсмеявшись. — Всё тут моё, Юр. — А, — только и смог выдавить я. — Ладно, — он поднялся. — Мне пора. Я напишу тебе на днях. Протянул руку. Я пожал — и снова засмотрелся на его пальцы. Тёплые, сухие, сжимают мою ладонь. Испугавшись своих мыслей, я отдёрнул руку быстрее, чем следовало. — До связи, Юр. — Хорошего вечера. Марк вышел, а я остался сидеть, глядя на пустую чашку. Всё тут его. Он ведь сам так и сказал — «всё тут моё, Юр». Я тряхнул головой. Нужно скорее выбегать из этого ресторана, раз здесь такие странные правила. Дом встретил меня тишиной и запахом Лениных духов, который всё ещё витал в прихожей. Я скинул кроссовки, повесил куртку и несколько минут просто стоял, глядя в одну точку. В голове было пусто и одновременно слишком много всего. Сел за стол, уставился на свои руки. Те самые, которые сегодня жали руку Марку. Которые он держал чуть дольше положенного. Или не чуть дольше? Может, мне показалось? Я поднёс ладонь к лицу, посмотрел на неё. Ну рука как рука. Ничего особенного. Тогда почему он её держал? — Юра, ты еблан, — сказал я вслух. — Он просто пожал руку. Люди так делают при знакомстве. Голос в пустой квартире прозвучал жалко. Я встал, прошёлся по комнате. Телефон лежал на столе экраном вверх. Я смотрел на него и думал: а вдруг он напишет? «Спасибо за встречу», или «было приятно», или… А что «или»? Что я вообще жду? Я схватил телефон и ушёл в спальню. Лёг на кровать, уставился в потолок. Перед глазами снова всплыло кафе. Марк, откинувшийся на спинку стула. Его улыбка. То, как он смотрел в окно, когда говорил про Питер. Как засыпал шесть ложек сахара в кофе. Полежал ещё немного, затем резко сел. Так, хватит. Это просто встреча. Деловая. Он предложил расплатиться работой, я согласился. Значит, всё хорошо. Значит, моя задница в безопасности. Но почему тогда внутри так неприятно? Тряхнул головой. Нет, надо переключиться. Доказать себе, что я нормальный. Что Лена была неправа. Что я не импотент. Я открыл ноутбук, зашёл на первый попавшийся сайт. Выбрал категорию «самое популярное». На экране началось видео — блондинка, брюнетка, стандартный набор. Смотрел минуту, две, пять. Ничего. Я сменил видео. Ещё одно. И снова ещё. Ноль. Абсолютный ноль. Это заставило меня начать нервничать. Перешёл в категорию «для опытных», далее «с игрушками», затем вообще какая-то хрень с двумя девушками и третьей, которая снимала на телефон. Никакой реакции. Я закрыл ноутбук и откинулся на подушку. — Импотент, — сказал я вслух. — Лена была права. Я импотент. В голове всплыло её лицо, когда она это говорила. Такая уверенность в голосе. Она знала. Она всегда знала. Просто я не хотел верить. Когда я закрыл глаза, тут же перед внутренним взором возникло другое лицо. Марк. Его улыбка. То, как он склонил голову набок, разглядывая меня. Как спросил: «Ты всегда такие вопросы задаёшь?» Я вспомнил его руку. Длинные пальцы, часы на запястье. То, как он протянул мне салфетку, когда я закашлялся. Как его ладонь сжала мою при прощании. Не сильно, но уверенно. Открыл глаза и снова сел. Стоит. Я уставился вниз, на потолок, снова вниз. — Да ну нахуй, — выдохнул я. — Только не это. Подумал о Лене — ничего. О девушках с экрана — ничего. О Марке — стояк, будто мне восемнадцать и я увидел голую бабу впервые в жизни. Это просто… Стресс. Да. Организм так разряжается. Я вспомнил, как он смотрел на меня. Тот самый взгляд, от которого по затылку побежали мурашки. Как сказал: «Глаза у вас смешные». Как назвал по имени — Юр. Я лежал так минуту, пытаясь успокоиться. Не помогало. Мысли о Марке лезли сами, без спроса. Его голос, низкий и спокойный. То, как он поправлял рукав спортивного костюма. Как смотрел в окно и говорил про работу. Посмотрел на свою ладонь. Ту самую, которую он сжимал. Перевернулся на живот и уткнулся лицом в подушку. Это конец. Я обречён.