"Новая Сага" Глава 2 "Война осколков"

Пейзаж разрушенного сада на фоне заходящего солнца выглядел пугающе. Пока Стражи залечивали раны, а гости пытались навести хоть какой-то порядок, между Сэмом и Линой выросла стена изо льда и подозрений. Воздух, пропитанный гарью и тяжелым запахом крови, казался слишком плотным для дыхания. — Лина, почему ты молчала? Почему скрывала от меня Орихалк? — голос Сэма дрожал от разочарования. — Я хотела сказать! — Лина вскинула голову, и в её глазах блеснули слезы ярости. — Но голоса в голове... они шептали, заставляли молчать. Я думала, что нашла дом, где я в безопасности. А оказалось, что твой мир — это просто золотая клетка с хищником внутри, на которого открыли охоту! — Значит, теперь и ты меня боишься? — Сэм усмехнулся, и под этот горький звук по камням пруда проскочила первая изумрудная лягушка. — Вы все боитесь моей силы больше, чем врагов! — Да, я виновата! — Лина сорвалась на крик. — Виновата в том, что ТЫ строишь миры на костях! Что если всё Мироздание восстанет против тебя, пострадают все, кроме тебя! Тебя даже «Черное дыхание» не взяло, ты же бессмертный! — ДА, НЕ УБИЛО! ТЫ ЭТОГО ХОТЕЛА, ДА?! — ярость Сэма эхом раскатилась над руинами. Лина замерла. В памяти всплыл день их знакомства, её страх и его решимость. Но теперь чаша была переполнена. — А знаешь, что? Пусть бы и убило! Мироздание проживет без тебя, а я и подавно! — эти слова полоснули Сэма больнее любого клинка. — Лина, остановись... — Джуди попыталась подойти, но подруга лишь оттолкнула её. — И ты хороша! «Подруга» называется! — Лина задыхалась от обиды. — Я гнила в Астрале, меня пытали, меня почти сожгли! А здесь я получила лишь фальшивые улыбки и гору подозрений! Я думала, ты Создатель и твой мир защищен. Я ошиблась в тебе, Сэм. Во всём ошиблась. Сэм стоял, не в силах дышать. Она била в самое сердце. — Лина, это слишком жестоко... — прошептал он, чувствуя, как по щеке катится слеза. — Правда глаза колет? Ты думаешь только о себе! — Лина рывком сорвала кольцо с пальца и швырнула его в ноги мужу. Золото звякнуло о камень. — Прощай. И не ищи меня больше! Лина бежала, не разбирая дороги, подгоняемая собственными слезами и эхом яростных криков. Она рухнула в траву под сенью старой ивы у пруда, где ночная луна серебрила неподвижную гладь воды. Уткнувшись лицом в колени, она молила лишь об одном — чтобы кто-нибудь вытащил её из этого кошмара. Внезапно тишину прорезали шаги и тихий, режущий свист. — Приветствую, леди. Почему вы одна? Где ваша семья? — голос звучал вкрадчиво, с хлюпающими нотками. Из изумрудного тумана вышел серый кролик. Его наряд — бурые штаны на подтяжках и шляпа с пером — выглядел нелепым приветом из прошлого, но пустые, лишенные жизни глаза внушали первобытный ужас. — Кто вы? — Лина насторожилась, вжимаясь в ствол ивы. — Жена Сэма не знает, кто я? — Дэвид криво усмехнулся. — Впрочем, он и сам не осознавал, кто мы такие на самом деле. Я не наврежу тебе без необходимости... Десятая. Он поднес к губам костяной свисток. Резкий, неестественный звук расколол ночь. Отчаянный крик Лины эхом разнесся по всему особняку, заставив Сэма и Стражей мгновенно сорваться с места, забыв о недавней ссоре. Двигаясь вдоль тропы и прикрывая друг друга, отряд пробирался сквозь сгущающийся туман. — Семейные ссоры — это так... утомительно, — раздался голос Дэвида откуда-то сверху, с ветвей деревьев. — Но как сладко они звучат в нашем хоре! Новый свист взрезал воздух. Земля под ногами Стражей внезапно размякла, превращаясь в густую, пахнущую гнилью зеленую слизь. Она обволакивала ноги, затягивая героев в липкий плен. Изумрудные жабы, сотнями прыгающие из пруда, начали сливаться в единую, пульсирующую гору плоти. — Сэм, берегись! — крикнул Джек, чувствуя, как его скорость вязнет в жиже. Его «Серебряная пуля» бессильно вспарывала слизь, которая тут же затягивалась. Дэвид Эйландер поправил шляпу, обнажая в улыбке острые зубы. — Вторая Казнь не убивает тело, Создатель. Она топит душу в яде старых обид. Твоя жена уже захлебнулась... Дагон, явись! Из центра бурлящего болота поднялась исполинская, покрытая бородавками и тиной туша жабы Дагона, застилая собой свет луны. — Дагон, мальчик мой... твой ужин подан. Фас! — зловещий шепот Дэвида Эйландера потонул в рокоте, сотрясшем землю. Из тумана поднялось нечто чудовищное. Исполинский удильщик-переросток, чья бурая, сочащаяся слизью кожа поглощала лунный свет. Его красные глаза горели в ночи, как угли, а пасть, полная сотен игловидных зубов, источала запах разложения. На костяных отростках-антеннах пульсировали багровые щупальца-приманки, а само тело монстра извергало густой дым, скрывающий его истинные размеры. — Какой здоровенный урод! — выплюнул Джек, вскидывая винтовку. — И вонючий! — добавила Лаф, морщась от смрада. — Молчать! — взревел Дагон, и его голос ударил по ушам, как камнепад. — Кого я вижу... сам Созидатель. Какая честь — убить Творца. Или какое безумие! — Тогда, может, отпустишь нас? Или мне сдать тебя французским поварам на деликатесы? — Сэм усмехнулся, хотя слизь уже сковывала его по пояс. Дагон злорадно взвыл и обрушил тяжелую лапу на Сэма, вминая его в грязь. — Не с теми ты шутки шутишь, «волчонок»! У тебя крепкая мускулатура, но кости ломаются так же громко! — Проверим! — Сэм молниеносно выхватил «Золотой Орел». Грохот выстрелов разорвал ночную тишь, и коленная чашечка монстра разлетелась в клочья. — Понеслась! Стражи рванулись на помощь, но вязкая жижа забила автоматику их оружия. Лаф, не теряя секунды, призвала Синий Дух Тела: исполинская призрачная рука обрушилась на тушу удильщика, вбивая его глубже в болото. Но земля под ними ожила — лианы из чистой слизи, словно щупальца, начали опутывать героев, пригвождая их к месту. Даже Сэм, рубящий голову Дагона, оказался в капкане этих склизких пут. — Скай, пора! — выкрикнул Сэм, метнув в напарницу ослепительный сгусток ледяного света. Магия Снежной Королевы взорвалась в жилах лисицы. Вспышка инея разметала туман, и Скай предстала в новом обличье, окруженная аурой абсолютного нуля. — Холод всегда был мне по душе! — ледяной импульс прошел по земле, превращая вязкую жижу в хрупкое стекло. Слизь мгновенно осыпалась с тел друзей, возвращая им свободу. Сэм принял Хаотическую форму, его крылья взрезали морозный воздух. — Вчетвером на одного? Кем вы себя возомнили?! — взревел раненый Дагон, выплевывая рой ядовитых жаб. Но ответ был коротким. Джек и Лаф обрушили на него шквал свинца, Скай сковала его движения снежным вихрем, превращая кожу монстра в крошащийся лед. Сэм же, словно живой метеор, влетел в пасть чудовища. Взмах Арондита распорол челюсть изнутри. Дагон бился в агонии, пытаясь раздавить наглеца, но Сэм с хрустом пробил черепную коробку и вырвался наружу через темя. Одним финальным взмахом Демиург отсек исполинский язык монстра и всадил пулю в открытый мозг. Дагон рухнул, сотрясая лес, и медленно растворился в вихре снежных искр. Пока Стражи переводят дух среди тающего снега, кролик в шляпе с пером спокойно аплодирует им с ветки дерева. — Браво, Созидатель! — издевательский голос Дэвида доносился отовсюду и ниоткуда одновременно. — Ты убил моего питомца, но не вытравил яд, что уже течет в ваших жилах. Хор лягушек взревел с новой, невыносимой силой. Изумрудное сияние начало просачиваться сквозь мех Стражей, проникая в самые темные уголки их душ. — Вы все — лишь пленники своего загнивающего Эдема, — продолжал кролик, вальяжно поправляя подтяжки. — И такие разные... Джек, ты — герой передовой. Скай — изнеженная «принцесса», штабная крыса, прятавшаяся за документами. Разве вы не мечтали, чтобы другой просто делал свою работу? А ты, Лаф... Ты нашла счастье с партнером своего вида, но твой братец, кажется, считает это ошибкой. — Джек, это правда? — голос Лаф дрогнул, а в её глазах вспыхнул нездоровый зеленый огонек. — Я — принцесса?! — вскричала Скай, отталкивая Джека. — Я рисковала жизнью не меньше твоего, даже в этом проклятом «Раю»! — Ты понятия не имеешь, через что прошел я! — огрызнулся Джек, его лицо исказилось от ярости. — Моя жизнь тебя не касается! И тебя, Лаф, тоже! Как же я скучаю по временам, когда тебя не было рядом! Слова, полные гнили, лились из его рта, заставляя Лаф пошатнуться от боли. Дэвид, довольно пнув прибрежный камень, рассмеялся: — Видишь, Сэм? Старые обиды рушат всё. Вас ждет та же участь. — Нет! — Сэм вскинул «Пустынный Орел». — Мы не твоя семья! Грохот выстрела. Пуля разнесла костяной свисток и пробила шею Дэвида. Кролик захлебнулся собственной кровью, когда Сэм схватил его за ворот. — Где Лина? ОТВЕЧАЙ! — Ты её... не найдешь, — прохрипел Дэвид и внезапно растворился, обратившись в вонючий туман. Секунду спустя он уже сидел на ветке ближайшего дуба, целый и невредимый. Сэм открыл беглый огонь, загоняя противника вглубь леса. Дэвид метался между деревьями, мелькая бурыми штанами в свете луны. В очередное мгновение он возник прямо за спиной, ошеломленной Лаф. Сэм нажал на спуск, но кролик испарился в тот же миг. Пуля ушла в цель. Раздался пронзительный крик боли. Яростный смех Дэвида Эйландера разорвал ночную тишь: — А-ха-ха! Вот к чему приводит твоя беспечность, Творец! Резкий удар камня в висок заставил Дэвида Эйландера пошатнуться. Этого мгновения Сэму хватило: два сухих выстрела из «Орла» раздробили колени кролика. С воплем, больше похожим на кваканье, тот рухнул в кусты. Из теней вышли Ник и Джуди. — Сэм! Диана и Джейкоб нашли записи. Кто ранен?! — крикнул Ник, сжимая в руке еще один камень. Все обернулись. Лаф в ужасе прижала ладони к губам, глядя на Джека. Тот стоял неподвижно, его правая ладонь была залита кровью, но в кулаке он сжимал сплющенную пулю пятидесятого калибра, которую перехватил у самого виска сестры. — Джек! Прости меня, я не хотела тебя обидеть! — зарыдала Лаф, бросаясь к нему. — Нет, это ты прости... — Джек разжал окровавленные пальцы, и свинец со звоном упал на камни. — Я забираю свои слова назад. Скай, ты тоже простишь меня? — Конечно! Иди сюда, дурак, — девушки втроем сплелись в отчаянном объятии, пока по руке Джека стекали алые капли, смываемые начавшимся дождем. Джуди рванулась к кустам, где упал Дэвид, но нашла лишь примятую траву и пятна липкой жижи. — Его нет! Сбежал, гад! — В особняк. Немедленно, — голос Сэма был полон горечи. — Дождь смоет слизь, но не яд в наших душах. Нам нужно понять, как спасти Лину. В кабинете Демиурга воцарилась тишина, нарушаемая лишь шорохом страниц и стуком дождя по стеклу купола. Диана вышла в центр, её лицо в свете КПК казалось высеченным из мрамора. — Слушайте внимательно, — начала она. — Десять Казней — это не просто атаки. Это библейские бедствия, обрушивающиеся на миры за совокупные грехи. Список хронологический, и мы прошли лишь две ступени. Кровь Альдуса и Жабы Дэвида были лишь разминкой. Диана вывела на экран список имен, от которых в комнате стало еще холоднее: — Нашествие мошек — Элизабет Эйландер. Песьи мухи и дикие звери — Маргарет. Мор и заражение — Николас. Язвы — Джерард. Лаура Вандербум принесет огненный град, а Харви — саранчу. Затем Вильям погрузит нас во Тьму на три дня. Она сделала паузу, глядя Сэму прямо в глаза. — И последняя, десятая казнь. Смерть первенцев. Место вакантно, но символ — белый кролик. В комнате стало слышно, как бьются сердца Стражей. Лина. Проект «Десятая». Всё сошлось в одну жуткую картину. — Мы не будем ждать их прихода, — прошептал Сэм. — Кто следующая? Элизабет и её Мошки? Диана и Джейкоб синхронно кивнули, подтверждая страшную теорию. Глава 10 «Исхода» теперь писалась кровью в их собственной реальности. Тем временем, в багровых глубинах Астрала, где пространство изгибалось под весом темной воли, Ворон стоял у подножия Черного Куба. — Ну и как тебе наш Созидатель? — Альдус взглянул на Дэвида, чей вид был далек от щегольского. — Так себе, — прохрипел Дэвид, морщась от боли в раздробленных коленях. — Я еле выбрался. Он... он прострелил мне ноги, отец. Этот «волчонок» кусается больнее, чем мы думали. Из тени выступила массивная, властная фигура Вильяма Вандербума. Его присутствие давило на разум, как многотонный пресс. — Десятую так и не достали, — пророкотал он, и Астрал вздрогнул. — А время — это песок, который утекает сквозь наши когти. Элизабет! Из мглы бесшумно скользнула фигура. Элизабет Эйландер — Третья Казнь. Её глаза были закрыты плотной повязкой, но она «видела» мир через вибрацию тысяч крыльев насекомых. — Возьми Маргарет, — приказал Вильям. — Отыщите Десятую. Она всё еще там, прячется в тенях своего Создателя. — Хорошо, отец, — голос Элизабет был сухим и монотонным, как стрекот цикад. — Я.... я тоже могу... — попытался вставить Дэвид, опираясь на трость. — Тише, — Николас Эйландер положил тяжелую ладонь на плечо сына. — Не время, Дэвид. Твой час еще настанет. Хор замолк, но скоро он сменится Роем. Глухое, нарастающее жужжание тысяч мелких крыльев заполнило пустоту Астрала. Третья Казнь начала свой путь.