Дистанция

      — Привет.       — О, привет, — Эли опять звучал так, будто его застали врасплох или он не ожидал звонка. Ну, того самого звонка, который случался каждое утро без исключений. Он опустил газету — Рен не разобрал название, успел разглядеть только размытое фото полного лысого мужчины посреди полосы.       — Вы, мистер, вообще не бережёте деревья, — с укором произнёс Рен.       — Я уверен, что при производстве этой газеты ни одно дерево не пострадало. Бумага ужасная, не говоря уже о чернилах, — Эли продемонстрировал почти чёрные подушечки пальцев. — Я слышал, что если попросить дворецкого прогладить вашу газету утюгом, такого безобразия не будет.       — В следующий раз так и сделай.       — Непременно. — Эли смотрел куда-то поверх планшета и слегка щурился.       — Да господи, надень уже очки! — не выдержал Рен. И тут же испугался, что сейчас начнутся поиски и поговорить они не успеют. Ещё дома Элингтон никак не мог привыкнуть к тому, что теперь для того, чтобы поймать предметы в фокус, ему нужно напяливать очки, из-за чего под рукой их никогда не оказывалось. А вот под ногой… Всего два раза. Они почти завели новую ежемесячную статью расходов. Потом пробовали линзы, но этот взрослый, казалось бы, человек так орал, когда пришло время прилеплять их поверх зрачка! И ещё больше — когда отлеплять. Было смешно, что помогло не выйти из себя и не напомнить, что почему-то в тату-салоне он молчал. Ну, как молчал… Он флиртовал с мастером. А потом уверял, что «просто разговаривал». Впрочем, это могло быть правдой, потому что в их паре именно Эли отвечал за связи с общественностью и дружелюбие. Рен не совсем понимал, зачем просто разговаривать с тем, кого видишь первый раз в жизни. На это экстравертивная часть их дуэта отвечал: «Да как ты вообще со мной заговорил?!». Рен резонно замечал, что это было с неблаговидной целью увлечь в глубины порока самого горячего чувака в баре, а вовсе не банально поболтать, так что выкуси! И вообще, чудо, что Рен в этом баре оказался в рабочие часы — обычно его вызывали что-то чинить не тогда, когда вокруг люди.       — Доволен? — услышал Рен, моргнул и понял, что Эли, видимо, научился не оставлять свои очки где попало — они уже красовались на его лице так, будто всегда там были.       — Очень. Так ты хотя бы не забудешь, как я выгляжу.       — Я отлично помню, как ты выглядишь. Все семь дюймов.       — Кхм, шесть.       — Мы играем в кто меньше?       — Ты выиграешь.       — Ах ты… — Эли почти убедительно изобразил возмущение. — Это была лесть, Ренджамин!       — Это не моё имя.       — А это была шутка.       — Мило с твоей стороны, но можно о серьёзном?       — Валяй. — Эли отошёл открыть дверь на балкон. На кухню ворвались звуки утреннего города. Весьма громкие звуки. Это всё не очень походило на готовность к серьёзному, но Рен на секунду закрыл глаза и заставил себя не раздражаться.       — Ты точно не сможешь приехать на праздники?       — Точно, — Эли вернулся к столу и подпёр подбородок рукой.       — Ты бы хоть изобразил, что думаешь.       — Вот так? — Эли приставил палец ко лбу.       — С тобой невозможно разговаривать.       — Я тоже тебя люблю.       — Но в отпуск-то ты приедешь?       — А ты как думаешь?       — Да?       — Значит, да. До завтра?       — До завтра. — Рен ещё на пару секунд задержал взгляд на улыбке. Мельком посмотрел на блики в очках. Он там не отражался — Элингтон опять пялился чёрт-те куда, только не в камеру.