Дистанция

      Рен не помнил, когда разлюбил заниматься сексом с включённым светом. Вернее, он никогда не был фанатом, но Эли настолько не заботил уровень освещённости и в нём настолько была выкручена на максимум спонтанность, что поначалу Рен просто не успевал произнести: «Алекса, выключи свет» («Мфффмммкхмммм» глупый робот не понимала), а потом и его самого перестало это хоть сколько-то заботить.       Но теперь… Рен не мог сказать, что именно ему не нравится: то, как по видеосвязи в эти моменты выглядит Эли, или как Эли может видеть его самого. В любом случае одного раза хватило и Рен за всех решил, что просто голоса ему достаточно. Эли не спорил.       Эли даже не смеялся… слишком долго, когда Рен сказал: «Давай сделаем всё правильно». Он просто спросил, в чём это «правильно» заключается. Рен объяснил. Пунктов было два:       1) Они вместе ужинают и обсуждают, как прошла неделя («То есть каждый день мы не обсуждаем, как прошёл день предыдущий?», — уточнил Эли. «Не придирайся», — проворчал Рен).       2) Секс.       С первым пунктом всё было в порядке. Эли не перебивал и никуда не торопился, так что Рен мог в подробностях рассказать про всё, что с ним произошло за семь дней. Произошло. Ха. Но к чёрту этот самоанализ и мерзкий внутренний голос, убеждающий, что происходило с ним великое ни-че-го — жизнь не обязана быть наполненной свершениями и приключениями. Он перетащил своё тело дальше по шкале времени и почти ничем не выдал, каких усилий это ему стоило.       Про дела Элингтона они говорили мало: тот отделывался общими фразами и очень быстро переключался на «Давай трахаться».       Легко сказать. При всей своей тяге к правильноделанью, Рен не имел ни малейшего понятия, в чём это правильно заключается. Ну, то есть… Когда они ещё жили вместе, Эли мог вдруг отправить с работы дикпик (не всегда свой… но это совсем другая история), а когда уезжал на выходные к родителям, почти неизменно пытался втянуть Рена в секстинг.       Первые пару раз Рен делал вид, что не понимает, что происходит. Нет, ну конечно, он дрочил, буквально впиваясь в буквы глазами. Но написать что-то вразумительное самому не получалось. Так что в ответ на своё:       «Срочно! Что делать человеку, когда он уже засунул в себя два пальца правой руки, а в левой держит дилдо?»       Эли получал: «А как ты тогда сообщение набрал? 🤔».       «Омг! 🫠ну представь, что я носом нажал голосовой набор! Ну спасибо!!! 😂ты же понимаешь, что когда я смеюсь, вообще ничего в себя засунуть не могу? Сейчас же скажи что-нибудь грустное!»       «кажется, все мыши, которых мы травили, умерли».       После этого Эли сообщал, что разбудил своим смехом родителей, комната которых за стеной. А планировал разбудить стонами неясной (им) этиологии. Рен, кстати, подозревал, что свои стоны Эли искусственно накручивает. Не то что он намеревался ловить его на этом или жаловаться…       «Так что там с пальцами?» — возвращал он разговор к центральной теме. И дальше этот локомотив ехал сам. Эли как будто не замечал, что один делает всю «работу».       Сейчас же в этой схеме что-то сломалось. Первый раз, когда они собрались заниматься сексом по видеозвонку, это ощущалось, как реальный грёбаный первый раз! Как будто никто из них не знает, что говорить, можно ли что-то говорить, не странно ли смотреть, насколько странно не смотреть, что вообще делать с руками, почему этих рук одновременно так много и не хватает?! А-а-а!       В конце концов он практически потребовал от Эли: «Да сделай ты уже что-нибудь!» Тот сделал. Что-нибудь. Большую часть этого что-нибудь Рен не видел, потому что мешали закрытые глаза. А то что видел…       Его не оставляла мысль, что Эли не похож на себя. Что он успел измениться за какой-то жалкий месяц, который они провели порознь. Разве раньше он гладил свою грудь вот так? Придурок! Раньше он этим не занимался, потому что у него были твои руки для обслуживания таких нужд! Но вот движения руки на члене — их же он помнит? Да? Это они? А они были постоянные? Он хотя бы свою собственную технику опишет сейчас? Ну вот так, чтобы не перепутать с другими? Ничего подобного, потому что это данность. Дыхание — это алгоритм, но не алгоритм. И то что происходило с ним, когда Эли был рядом, точно так же неописуемо, так что успокойся уже! Он успокоился. Почти. И соврал, что кончил.       Утром стало стыдно и захотелось обсудить, что это было. Эли выглядел весёлым и беззаботным и не сразу понял, чем Рен недоволен. Дошло до него только во время дополнительного звонка вечером. Они согласились, что во всём виновато видео и больше так делать не надо. Под конец Эли разродился практически одой, в которой фигурировали различные части тела Рена, начиная ото лба и заканчивая большими пальцами ног. Рефреном шла фраза про «Я буду сосать вечно». Рен был не в состоянии оценить всю литературную ценность этого произведения, так как за те четыре минуты, что оно длилось, успел получить то, что иначе как ударом оргазма по сердцу не назовёшь, и уснуть.       Теперь у него была сэкономленная таблетка снотворного. Неплохо.       Так что мама неправа — они с Эли точно распутали ребус отношений на расстоянии. Она что, думает, у них за семь лет не было проблем? Были. Больше, чем хотелось бы, но они решили их все. Нет буквально ничего, что нельзя преодолеть, если приложить желание и немного усилий.       — Ты никогда не пишешь первым, — Рен прикончил бокал и снова потянулся к бутылке. Да, ему сказали пока не пить, но пусть приберегут свои советы для людей, которые пить не умеют.       — Правда? — Эли по ту сторону экрана накрутил на вилку спагетти.       — Абсо…люоо…утно точно, — Рен не понял, почему слово оказалось таким сложным для произношения. — Объяссс…шшш…нись. — И это тоже. Похоже, он так долго заставлял свой язык выговорить всё как следует, что Эли успел дожевать и положить вилку.       — Этому точно есть логическое объяснение, — теперь вместо спагетти он жевал изнутри свою щёку.       — Я слу…слушшшаю.       — Я просто не жаворонок.       — Ок…кей. Пши ночью.       — Видимо, причина всё-таки в другом, — у Эли был такой вид, будто он действительно прилагал все силы, чтобы разобраться с этой загадкой. — У нас просто так заведено? Вот я и думал, что ты сам предпочитаешь, чтобы я не лез со своими сообщениями, пока ты не напишешь или не позвонишь.       — Ха, не угадал.       — Я там видел, что твоя сестра приедет на праздники…       — Не пер…реводи тему!       — О, ты хочешь поссориться? — Эли улыбнулся, как будто был рад, что приблизился к разгадке.       — Нет, — Рен оттолкнулся от края стола, чтобы отъехать подальше.       — А выглядит как да.       — Тебе… показалось.       — Может быть. Раздевайся.       — Нет.       — Нет?       — Я… — Рен забыл, куда поставил бутылку с водой. Не без труда обнаружил её под столом. Отпил. Но вода, вместо того, чтобы послушно продвинуться по пищеводу вниз, решила начать выбираться наружу через глаза. — Мне кажется, я не могу так больше.       — Почему?       — Потому что! Мне надо, чтобы ты был здесь! Как раньше. Да, я иногда возмущался, когда просыпался от того, что кто-то пытается об меня трахаться…       — Я не думал, что ты реально спишь.       — Да заткнись ты! Но это было в сотни, миллионы раз лучше того, что происходит сейчас! Это тебе просто. Мне сложно пробиваться сквозь этот экран. Сложно превращать буквы в ощущения! Мне нужно сразу… чтобы протянуть руку… и ты тут. Я больше не буду жаловаться, что ты сопишь мне в ухо, честно!       — Может…       — Нет! Обещай, что вернёшься.       — Обещаю.       — Так-то лучше. — Рен пошарил в пакете доставки, достал салфетки и шумно высморкался. Эли всё это время неотрывно смотрел на него. — Чего? Да, я испортил наше свидание.       — Всего одно.       — Ты должен был сказать, что я ничего не испортил.       — Ты ничего не испортил.       — Я пошёл спать.       — Я тоже.       Утром Рен почувствовал себя полным неудачником и, ещё до того, как принять таблетку от разрывающей голову боли, написал: «Ты встал?»       Ответ пришёл немедленно, что лишний раз доказывало, что вовсе не Рен тут жаворонок: «Показать?»       Он кивнул. Потом вспомнил, что тут это не сработает и отправил плюс.       Через секунду на экране материализовалось🥒⤴️, и это было настолько нелепо, и настолько по-Элингтоновски, что он чуть не рассмеялся в голос. Через минуту он уже проглотил все положенные таблетки, перераспределил подушки и лихорадочно набирал:       Мне срочно нужен массаж.       Горла.       Изнутри.

      Не будешь больше обвинять меня в пятидюймовости?🤨

      Не буду🧎‍♂️       👏

      Так-то лучше. Потому что сейчас ты получишь стимуляцию,

которая достигнет бронхов.

Это звучит эротично или жутко?

А, точно, ты же не можешь ответить😝

Моргни два раза.

      😉х2