Жое — человек

***

      Страшно. Страшно. Страшно. Страшно.

Это была единственная мысль Се Ляня, когда он увидел своих родителей, висящих на его шёлковой ленте.

Он уже не мог мыслить здраво. Ему было больно. Ему было очень больно. Не долго думая Се Лянь, в порыве эмоций, решился на это. Он взял эту же ленту и повесился. Он не знает сколько он висел. Все мысли спутались. На его щеках были дорожки от слез. Он больше не плакал. Он не мог, все слёзы закончились. Он не злился. Он не крушил. Он не делал ничего. Его глаза были пусты. Бессмертие — вечное проклятие. Он не может даже убить себя вслед за родителями. Зачем ему жить? Что ему делать без них?... Он не знал.

      Немного погодя, Се Лянь все таки вылез из петли. Он сел на пол. Он не шевелился. Он тупо пялился в одну точку и прокручивал мысли, которые съедали его изнутри. Он не знает, сколько он так просидел, прежде чем за его ханьфу начали дергать. Он даже не знал, когда начали дергать. Ему было все равно. Он медленно повернул голову и посмотрел на девочку, лет семи. Выглядела она прямо как Се Лянь в детстве, только волосы белые, глаза голубые, а также на ней было белое платьишко. Она не говорила, она просто хлопала своими большими глазками и смотрела на Се Ляня. Он смотрел на нее в ответ, только уже его глаза были уставшие. Так они и просидели, пока солнце не начало близиться к закату. Девочка не проговорила ни слова, как и Се Лянь. У него не осталось слов. Он слишком устал. Сам не заметил, как веки начали опускаться, а он с глухим стуком рухнул на пол. Так он и проспал практически весь следующий день.

      Очнулся он уже ближе к закату. Глаза не болели, мысли не путались, но он все также не испытывал никаких эмоций. Бездыханные тела его родителей по прежнему были тут, в этой комнате, но они уже не висели, а валялись на полу. Он глянул на них, но его выражение лица не изменилось. Складывалось ощущение, что это были совершенно незнакомые ему люди. Когда он огляделся, он увидел ту самую девочку. Она сидела в углу и обнимала колени, тихонько посапывая. Се Лянь взял тела своих родителей и пошел на задний двор этого дряхлого домика. Он похоронил их. Без гроба, без креста, без почестей. Они напоминали не государей, а крестьян. Он помнил про тот склеп из золота, который находился рядом с прежним дворцом, но он не пошел туда. Он был в розыске, к тому же сил не было ни на что.

      Вернулся он когда на улице уже было темно. Девочка уже проснулась и потирала глаза спросонья. Она взглянула на Се Ляня, а он на нее. Принц, а точнее бывший принц, попытался выдавить из себя вежливые слова, чтобы не напугать девочку, но вышло только сказать: "Кто ты?". Девочка хлопала своими глазенками и до сих пор сидела в углу. Она встала и подошла к Се Ляню. По видимому, она не умела говорить, что очень странно. Дети в ее возрасте уже начинают учиться, а она только и могла, что хлопать глазами. Она выглядела необычно для этой местности. Точно не крестьянская дочка, но и дворянской назвать было трудно. К тому же, откуда крестьянам, и тем более дворянам, взяться в глуши? И еще, куда -же делась лента, на которой висели родители? Все это было странно. Спустя непродолжительное время девочка сказала: "Кто ты?". Се Лянь опешил. Почему она повторяет за ним? Почему -то ему казалось, что эта девочка не знает его, поэтому сказал, как есть: "Я — Се Лянь". Голос не был громким, точнее сказать, он был очень тихим. Но в этой давящей тишине даже это казалось оглушающим. Девочка повторила: "Се Лянь....". "А твое имя как?" — Се Лянь попытался придать своему голосу как можно больше тепла, но это выходило ужасно. "Имя..." — девочка состроила странное выражение лица, как будто не знает что это такое. "Неужели, у тебя нет имени? Как же тебя называет мама?" — Се Лянь правда удивился этому, ведь даже крестьянским детям давали имена, хоть и незамысловатые, но все же, давали. "Мама? Нет имени" — девочка говорила простыми предложениями, и, как будто -бы, ее речь состояла только из слов, услышанных от Се Ляня. "Если у тебя нет имени, то надо его дать..." — Се Лянь потихоньку начал отходить от шока, но все же голос был бездушен. "Имя дать?" — девочка погрузилась в размышления и выглядела так, как будто бы впитывала информацию каждый раз, когда Се Лянь открывал рот. "Да. Что насчет Жое?" — Се Лянь ляпнул что то наугад. Ему правда нравилась эта девочка. Она очень напоминала ему его в детстве, и поэтому на подсознательном уровне вызывала теплые чувства. "Да" — девочка говорила также тихо, как и сам Се Лянь. После их простого разговора Жое подошла к Се Ляню и начала дергать его за ханьфу. Се Лянь не понимал этого жеста: "Ты что -то хочешь?". Голос его был таким -же безжизненным, но Жое это ни капли не пугало. Скорее, она была невдупленышем, которому все в новинку. Она продолжала дергать Се Ляня за ханьфу и он сдался. Он поднял ее на руки и немножко улыбнулся. Улыбка исчезла в тот -же момент, как появилась. Он застыл в изумлении. Неужели, он все еще может улыбаться?