Голод

Разум пуст. Желудок тоже.

Лололошка шел медленно осматривая руины что ранее были прекрасным ярким городом. Он был уничтожен, жестоко и грязно. Растерзан монстром, им самим -- Лололошкой. Хотя нет, лучше всё-таки Междумирцем. Он больше не достоин своего имени. В этом теле не осталось гения, не осталось первого, не осталось ничего. Нет больше в этом, ранее отзывчивом, альтруистичном, теперь же и черством сердце ни "Лололошки" ни "Ло". Междумирец сознательно оттрекся от своего "Я". Даже если не хотел. Он отрекся как только ступил на этот путь боли, страха, крови, слез и убийств. Попытайся бросить все сейчас -- он не сможет. Дикий голод сжирающий изнутри не позволит. Голод что рвал плоть, сжигал невинновные жизни, ломал мечты и надежды, отнимал данный им же свет... Слишком тихо, лишь глухие шаги отдавались от бесконечных руин. Взгляд -- мертвый. Не злости, не печали, не сожеления. Это лишь бескрайний омут, бездна, что жрет чужие души пряча где-то далеко в сознании. Руки грубые, пропитаны чужой кровью, грязью и страхом. В ушах до последнего слышатся крики о помощи, мольбы о пощаде. Всё эти крики были разрушены лезвием острого двуручного меча. "Брата" и "верного друга" ныне, заржавевшего, но всё еще рабочего орудия. Фиолетовый раскошный меч был помощником Междумирца во многих битвах. Как конь рыцарю -- верный друг, что, казалось будет с ним вечность, но кажется его скоро ждет последний бой. Как и это тело в принципе. Мужчина остановился. За свою жизнь Лололошка часто спрашивал себя: "какого это? безумие? Можно ли жить когда разум мертв, а душа -- грязна?" Нет. Не может. Такая душа не живет, не выживает. А существует. Так и существует тот, кого знали как "Лололошка", кто пришел как герой, а уйдет как монстр, как "Междумирец" о котором будут вспоминать как о ночном кошмаре, или демоном из преиисподнии, вернее скорее сразу Сатаны. Колени задрожали. Голод, голод с каждой секундой все сильнее. Он сжирал изнутри своё же тело. Сжирал, желая еды, свободы и хаоса -- истинной пищи. Упав на колени а затем упершись руками в землю Междумирец протяжно зарычал. Всё это диким зверем пытается вырваться наружу. Но он и не помнит как это выпустить. Лишь пожирать. Души, искры и веру. Междумирец поднял голову. Перед ним лежало тело. Еда. Искра... Он подполз ближе. Перчатка с острыми пальцами, или... может лапа с когтями? Впилась в плоть с неприятным хлюпающим звуком, а потом резко вытянула сердце оставив после себя кровавый фонтан от такого резкого движения. Главный орган для жизни пропитан силой искры. Мироходец, в котором Междумирец видит лишь еду, попытку уталить вечный голод. Маска приподнялась, а зубы впились в мясо разрывая ранее пристанище жизни на куски. Жадно, грязно и дико. В этом теле не осталось разума. Лишь сумасшедсший, голодный монстр. Теперь это дикий зверь с нескончаемым голодом. Он не лучше зараженных в Архее. Голодный. Дикий. Яростный. Нет больше "Лололошки". Да даже если и будет...

Уже

Будет

Поздно.