Подслушано

Айзека нет в школе уже две недели, на звонки он и не отвечает, и на сообщения тоже. Я чувствую себя виноватой из-за того, что не могу нормально с ним поговорить. Сегодня я снова хочу пойти домой к Айзеку в надежде, что в этот раз его мать придет с работы и откроет мне. У учителя спросила, почему его нет, но сказал, что заболел. Либо врет, либо не знает, если бы Айз заболел, то написала бы мне. Подруги и друзья спрашивают, почему его нет. Я же, мать вашу, его девушка и всё знаю. До его дома идти долго, на такси денег нет, а маршрутку ждать долго. Поэтому решаю пойти пешком. Спустя минут 30 я дохожу до его подъезда, заходя туда, сажусь на лестницу напротив двери Айзека. Айз живёт с мамой, после развода мать замкнулась в себе, мало разговаривает и необщительная. Отец Айзека, Николай Константинович, изменил ей, променял на молодую девушку. Мать Айзека, Валентина, хорошая женщина, но она не верит, что Айзек меня по-настоящему любит, и как раз-таки она и стала мне говорить про то, что мы не подходим друг другу: «Тоня, посмотри на него, он молодой, красивый и богатый парень. Пойми, он уедет в Москву, а ты здесь останешься. Ну у тебя нет денег, понимаешь? Ты хорошая и красивая девочка, но пойми, я тебе помогаю». По началу я ей не верила, но вскоре я правда поняла, что так и будет. У меня нет будущего, а у него есть. Также Айз хочет, чтобы я к нему переехала, хотел ключ от квартиры дать, но я отказалась, хотя сейчас я об этом жалею. Я его очень люблю, вспоминая о нем, по моему телу разливается теплое чувство, которое греет меня, как тело Айзека. Я хочу быть с ним, но не могу, здесь я сгнию, а он уедет, даже если я с ним перееду, там будет много красивых девушек, и он в них точно влюбится, а меня бросит, и что тогда я буду делать в огромном городе, где у меня нет ни друзей, ни знакомых. Слёзы медленно вытикают из моих глаз, быстрым взмахом руки я их вытираю. По лестнице я слышу шаги и вижу Валентину Ивановну. Вскакиваю с лестницы и улыбаюсь.  - Здравствуйте.  - Здравствуй, Тонечка. Я стою перед Валентиной Ивановной, мамой Айзека, и пытаюсь понять, что происходит. Она смотрит на меня с удивлением и растерянностью. На ней белая рубашка, заправленная в длинную юбку, которая заканчивается чуть выше колен. Тёмные короткие волосы слегка растрёпаны. - Я к Айзеку. И можете сказать, что с ним случилось?  - Тонь, прости, но я не могу.  - В смысле? Можете меня впустить? Я хочу с ним поговорить.  - Его нет дома. Он уехал. Не знаю, когда он будет дома.  - Где он?  -Тоня, я не могу тебе сказать. Подожди его здесь, ладно? Хочешь чаю или кофе? -Нет, спасибо, не нужно. Я снимаю обувь и надеваю свои любимые тапочки, которые привезла из дома месяц назад. Они очень удобные. Я сажусь в кресло, а Валентина Ивановна начинает что-то готовить на кухне. Спустя час я смотрю глупые видео на телефоне, и тут вдруг мама Айзека садится рядом со мной на диван и включает телевизор. Идёт передача про животных. Ещё через час она начинает нервно теребить свою юбку. -Тоня, а родители не будут волноваться? -Нет, Валентина Ивановна, не будут. Я предупредила маму. Можно я останусь у вас на ночь? Она смотрит на меня с сомнением, но потом кивает. - Хорошо, спи здесь. Я пойду в душ. Если Айзек придёт, скажи ему, что ужин в холодильнике. Валентина Ивановна уже помылась и помогла мне постелить постель. Она дала мне пижаму Айзека и легла спать. Я не могу уснуть, жду, когда он придёт, но глаза закрываются. Вскоре я засыпаю.  Не знаю, сколько прошло времени, но я слышу хлопок входной двери, я подскакиваю и подхожу. На пороге стоит Айзек, глаза не привыкли к темноте, снова его фигуру и дрожащие руки я могу увидеть. Таким я его видела только один раз, когда его родители развелись и мать пыталась покончить с собой. Я медленно подхожу к нему, он смотрит на меня, снимает обувь, глаза постепенно привыкают к темноте, и я могу увидеть грязь на его кедах.  - Тоня? Что ты здесь делаешь?  Его голос дрожит, он глубоко вдыхает и продолжает.  - Прости меня. Я должен был сказать, что не приду в школу.  - Айз, что случилось?  - Тоня, ничего, правда. Ты сама как? Брат не психует? Мать там с ума не сошла окончательно? - Помедленнее. Всё хорошо. Что с тобой?  - А с тобой? Почему ты на меня злилась, Тоня? Я как-то обидел тебя? Если ты из-за этой... Мэри, да? Ну то прости. Это идиотка сама мне под мотоцикл бросилась. - Айз, я...  Сказать ему, что нам стоит расстаться? Что без меня ему будет лучше? Нет, сейчас не стоит, ему плохо. Если я скажу, то станет хуже, я подхожу, обнимаю его за шею и целую в щеку.  - Всё хорошо, вспылила просто, день был плохой, мать психовала. Вот и взбесилась.  - Понял, может, погуляем или дома посидим? Как хочешь?  - Пойдем, не знаю, на улицу.  Я быстро накидываю кеды также быстро, как и он. Мы выходим из подъезда, спускаемся по лестнице, перепрыгивая ступеньки. Оказавшись на улице, смотрим друг на друга тупо.  - Айз, прошу, скажи, что случилось.  - Не могу.  - Почему?  Он молчит. У него опухли глаза, он будто бы похудел. Взгляд пустой. Выпил? Навряд ли, не пахнет ни сигаретами, ни алкоголем. Наркотики, возможно, но Айз не такой.  - Прошу, Айз, я никому не скажу.  - Прошу, Тонь,  - Что, Айз? Мой голос срывается на крик, я не могу больше сдерживать раздражение. Злость кипит в моем теле.  - Лисёнок, прошу, успокойся. Я скажу.  - Ну?  - Я виноват в смерти человека. Что? Мои зрачки увеличиваются от удивления, рот приоткрывается, и я не понимаю, правда ли это, хотя по его эмоциям и так понятно, что не врет.  - Никому не говори. Ладно, Тонь, я доверяю тебе.  - Конечно, я не скажу. А в чем ты именно виноват?  - Я... Помнишь Влада? С гонок. Весёлый такой.  - Да, помню, конечно. А что такое? - Понимаешь, у нас гонки были, и... Он выпил, а знал об этом только я, Влад мне в открытую сказал про это. Понимаешь? Если бы я сказал «Нет», то Влад был бы жив, по злился бы на меня, но был бы, БЛЯТЬ, ЖИВ. ПОНИМАЕШЬ, ТОНЬ? ОН БЫЛ КЛАССНЫМ ПАРНЕМ, ПОНИМАЕШЬ? Я... Я виноват. У него мать больна, серьезно. Она похоронила родного сына и сама слегла после похорон, буквально через 3 дня инфаркт. Я виноват. Я тебе помочь не могу, матери тоже. Я сволочь, Тонь.  Его глаза. Они красные, полны невыплаканных слез. Он сидит на лавке, я сажусь к нему. Моё тело содрогается от холода, видя это, Айз снимает толстовку и протягивает мне, быстро надев, я вижу его руки, они все в царапинах? Глубоких.  - Тоня, я мудак и отвратительный. Прости, что вообще это говорю, у тебя и так в жизни полный пиздец. Прости.  Его ногти впиваются в кожу, капли крови на его руках. - Айзек! Не делай так.  Я легонько бью его по руке, которая впилась в другую.  - А... Прости.  - Айз, ты очень, очень хороший. Я тебя безумно люблю, и это хорошо, что ты поделился со мной этим, я ценю это.  Я нежно целую его в потрескавшиеся и искусанные сухие губы.  - Лисёнок, может, ты ко мне переедешь? Так будет лучше и тебе, и мне.  Я долго молчу, собираясь с мыслями, и киваю головой в знак согласия.  ***** Девушка, лежа в кровати, вздрагивает от внезапного сообщения.  Привет, котик. Помнишь Влада? С гонок который, ну кучерявый, курящий такой. Ну короче, он умер, я на его похоронах был. Там было много людей, даже Айз был, грустный такой. Хотя мы все были на соревнованиях, и, скорее всего, Айзек видел Влада последним, жесть, скажи?  А и ещё прикинь, спустя там дня два-три его мать сдохла. Пиздец, короче. Только ты никому, а то мне достанется. Люблю, скоро буду, жди.  Читая это, на лице девушки появилась злобная ухмылка, она знала, что сделает с этой информацией. Ребят спасибо что читаете! Мне очень приятно, если не сложно, то поставьте звёздочку и оставьте комментарий! Так же у меня есть ТГК https:https://t.me/pollisolli