exes

***

      Мы устроились на заднем сиденье, Ник закинул правую руку мне на плечи и впритык прижался ко мне, протянув левую. – Так будет удобно? – спросил Ник. – Сойдет, – я притянул его ладонь ближе. – Приоткроем окно, тут душно и воняет твоими сигаретами. Николас только громко вздохнул, он не разделял мою нелюбовь к сигаретному запаху, но все–таки приоткрыл дверь со своей стороны. – Как ты считаешь, я виноват? – Виноват? – Ник снова придвинулся и положил руку мне на колени. – Я о Поттере… – Пффф, сначала я хочу услышать твое мнение, а то вдруг внушу тебе свое, – скривился Ник. – Он точно был под кайфом, я не планировал рассказывать ему о своих проблемах. По крайней мере сейчас, когда после слов «я тебя люблю» он сваливает к своей бывшей. – Стоп, что? Ты сказал ему что любишь? – Сказал. Ты так удивляешься, будто я вам не говорю это постоянно. – Мы – это другое, не сравнивай. А вот сказать такое челу, который разбил тебе сердце… У–у–у, – завыл Ник. – Прекрати! И не дергайся, а то накрашу тебе пальцы заодно. – Ты ни в чем не виноват, на него, видимо, свалили всю эту инфу, еще и хрен пойми в каком извращенном формате. Перебесится, – Ник махнул рукой. – Можешь жестикулировать не той рукой, которую я крашу, – дернул его я. – И в прошлый раз, когда я все испортил, он первым пришел извиниться. Но в этот раз я не знаю… – Ну все, хватит, отвлекись и сосредоточься на моих ногтях. Ник уложил голову мне на плечо, а потом провел носом по шее. – Ты как–то странно пахнешь, – хмыкнул он. – Странно плохо или странно хорошо? – я старался утихомирить дрожь в руках и не выйти черным лаком за границы. – Соблазнительно, – прошептал Ник. – Ник… – Все–все, я понял, – он выдернул накрашенную руку из моей хватки и замахал ею. – Я просто пытаюсь тебя отвлечь, окей? – Мгу. – Пошли прогуляемся, – Ник скинул кеды и вылез из машины. – А разулся зачем? – я выглянул из открытой двери. – Это приятно, – развел он руки в стороны. – Утопать босыми ногами в песке. Я бы предложил тебе сделать то же самое, но ты у нас брюзга. Я был уверен что в конце фразы он снова скривился, но рассмотреть это из–за полумрака не получалось. И да, Ник был прав, я очень осторожен в большинстве случаев. Что если я порежусь и занесу инфекцию или меня укусит какое–то насекомое… В целом да, я брюзга. Но кроссовки все равно снял и пошел следом за его удаляющимся силуэтом. Как же хотелось сейчас сорваться и увидеть Поттера, просто обнять его и просидеть так какое–то время, чтобы сбросить с себя груз вины, которой я по идее чувствовать не должен. Но нужен портключ, который еще нужно как–то достать, скорее всего нелегально, еще и потратив все отложенные деньги. Еще одно «но» – длинноногая брюнетка, Панси, которая скорее всего сейчас где–то рядом с ним. Странно что Поттер явился с ней. Как он объяснил ей срочное желание увидеть меня? Или она в курсе всего? Тогда другой вопрос – не смущает ли ее это? Или в недоотношениях так и должно быть? Вы просто друзья, круто проводите время вместе и знаете обо всех остальных. В этом чувствуется некая свобода, но это совершенно не мэчится со словом «любовь». Я наконец поравнялся с Ником, он медленно шагал, загребая ногами песок. – Хочешь, я достану тебе портключ? – Ты теперь мысли читаешь? – хмыкнул я. – Раз уж ты все еще любишь его… Честно говоря, я удивлен. Наблюдая как ты всегда стараешься держать дистанцию и не подпускать к себе людей, ты так просто… А вы вообще вместе или как? – Я не знаю. Мы обсуждали что–то типа дружбы с привилегиями, и для всех вокруг мы бывшие и все. Но это было до признаний в любви. – Можешь поплакать, я не стану осуждать, – хмыкнул Ник. – Пошел ты! Я не стану плакать, я зол на него и… – И хочешь увидеть его? Я уже говорил про портключ, смогу достать. – Спасибо, но не сейчас. Мне нужно все обдумать.       Всю жизнь я ценил свою свободу. Ну или относительную свободу. После расставания с Поттером у меня не было никого и ничего, что я мог бы потерять. Да, какое–то время самым близким человеком оставался Северус, но скоро не стало и его. В попытках уйти от мыслей об одиночестве я переосмыслил это и понял что совершенно свободен. Если что–то случится, никто не сойдет с ума, потеряв меня. Свобода делать все что захочется, бросать все и менять свою жизнь. Так не страшно потерять все и остаться ни с чем, начать с чистого листа. И когда я начал привязываться к Матео и Нику, проявил эту слабость, меня разрывало на части. С ними я чувствовал себя на своем месте, но они все усложняли, я мог потерять их, а они могли потерять меня. Свобода казалась бы безграничной, не оставь мой отец после себя кучу врагов и проблем. Он слишком поздно решил стать хорошим человеком. Сдать всех и умереть – самая жуткая его ошибка. Ведь всем плевать на подростка, кому он нужен и кто о нем вспомнит? Оказалось – вспомнят все, друзья отца, с которыми он боролся со злом, партнеры, которым задолжал, враги, которых предал. А ну и детишки этих врагов, как я мог о них забыть. – Драко! Мы слишком далеко отошли, дождь усиливается, давай вернемся в машину! – Ник кричал где–то позади меня. Дождь. Пошел чертов дождь, а я, утопая в своих мыслях, даже этого не заметил. Стало заметно холоднее, поднялся ветер, теперь шум моря вперемешку с дождем скорее пугал, чем успокаивал. – Подожди меня! – я со всех ног бросился догонять Ника. Дождь безбожно хлестал по щекам, казалось за пару секунд кофта пропиталась водой, а ноги теперь сильнее утопали в песке. Как только я догнал Ника, он ухватил меня за руку, повалил на мокрый песок и упал сверху, смеясь как умалишенный. – Че ты ржешь–то? – едва сдерживая смех, спихнул его с себя. – Это твоя машина сейчас будет вся в песке! Вот тут я уже не сдержал смех. – Значит придется раздеться, – хлопнул он меня по ноге, подхватился и понесся к машине. Догонять его совсем не было сил, я плелся к машине уставший, замерзший и мокрый. Ник и вправду решил раздеться прежде чем сесть в машину, он прыгал на одной ноге, пытаясь снять джинсы. – Мог бы просто очистить нас магией. – Мммм, раздевайся, вещи в багажник и побыстрее! – хихикал он. – И как я голый зайду в общежитие? – А кто сказал что мы едем туда? Не знаю что послужило причиной, но настроение Ника явно было на пике веселья. Всю дорогу он орал песни, а я только изумленно смотрел на него и не мог сдержать улыбки. Если бы нас сейчас остановила полиция, они явно решили бы что мы под кайфом. Сидим в машине в одних трусах, когда на улице максимум одиннадцать градусов, музыка орет так громко что можно оглохнуть. Ладно, нашу езду со скоростью улитки можно списать на непроглядную стену дождя. Мы остановились на подъездной дорожке небольшого дома. – Сейчас хватаем вещи из багажника и бежим в дом, – Ник заглушил машину и выскочил первым. Еще раз промокнув, мы ввалились в дом, от контраста температур тело покрылось мурашками. – Давай–давай в ванну, я сейчас от холода откинусь, – пихал меня в спину Ник. Он затолкал меня в душевую и крутанул краны, на нас полилась теплая вода. – Так–то лучше, – пробурчал Ник, упершись головой мне в плечо. Мы стояли так несколько минут, согреваясь. Тело расслаблялось, ноги начинали подкашиваться и сдаваться. Меня начало клонить в сторону, Нику пришлось поднять голову, он хмыкнул и прошелся по меня взглядом. – Ты пиздец какой красивый. С этими словами он вышел из душевой, схватил два полотенца и, накинув одно на голову, второе протянул мне. Я взял его и начал обтираться, Ник вышел из ванной, и я послушно поплелся за ним, мы оставляли влажные следы на деревянном полу. – Это дом дяди, – кинул Ник и принялся рыться в шкафу. – Ты прикалываешься? Он же мой препод! – Не парься, он сейчас живет со своей женщиной ближе к кампусу, тут бывает редко. Держи, это моя одежда, сойдет? – он протянул мне серые боксеры, футболку и клетчатые штаны. – Мгу, – промычал я. – Остальное снимай, кину в стиралку. Я пойду покурю. Есть хочешь? Думаю в холодильнике есть что–то для сэндвичей. – Может не будешь курить? – Мммм, бесишь, – прошипел он, забирая вещи. Штаны оказались слишком длинными и мне пришлось подвернуть их. От футболки не пахло сигаретами, большего я и просить не мог.       Ник уже сидел на подоконнике у открытого окна, когда я вошел на кухню, из–за порывов ветра у него не получалось зажечь спичку. – Это знак что не нужно курить, – хихикнул я. – Знак, говоришь? – хмыкнул он. Спрыгнул с подоконника и налетел на меня, толкнул, и я уперся спиной в холодильник. – Я не курю – ты меня целуешь, – хмыкнул он. – Все имеет свою цену. Я улыбнулся и чмокнул его в уголок губ. Он улыбнулся в ответ, прошелся взглядом по моему лицу и чмокнул так же. А в следующее мгновение обхватил руками мое лицо и впился в губы, одна рука спустилась к шее и сжала ее. – Ник… – попытался я сказать. Он отстранился, но сильнее сжал руку на шее. – Ну что? Я охуеть как хочу тебя поцеловать. Он ослабил хватку и уже собирался отстраниться, но я притянул его обратно, поцеловал, укусил губу. Его губы растянулись в улыбке – добился же своего этот хитрый змееныш. – Охуеть, – выдохнул он. – Теперь точно нужно покурить, – рассмеялся он. – Да конечно. Ты там обещал мне сэндвичи, вот давай корми. Николас всегда был таким, с вечно пошлыми шуточками и странными фразочками, будто мы все друг с другом спали по меньшей мере раз пять. Поев, он аппарировал нас в комнату общежития, где я все–таки сдался и попросил достать мне портключ к Поттеру. *       Кончено же Николас достал портключ. Чтобы решиться активировать его, мне понадобилось три дня размышлений, пара часов беспрерывного хождения по переулку, пока Ник скурил четыре сигареты и предложил дюжину решений. «Хочешь перемещусь с тобой?», «Можем поменять на другой день», «Может я смотаюсь и сам поговорю?», «Давай ты просто отправишь ему патронус!», «Я сейчас сам уже его активирую». – Ладно, но подождешь меня тут, ладно? Пожалуйста. – Конечно подожду, вали уже побыстрей, – хмыкнул Ник. От перемещения меня, как всегда, начало мутить, голова жутко кружилась, казалось, что вот–вот вывернет наизнанку. Немного привел в себя шум из–за двери Поттера: несколько голосов, смех… а через секунду дверь открылась. Я стоял, ухватившись за перила на первой ступеньке. Из дома вышло несколько парней, за ними Поттер. Двое прошли мимо меня не замечая, третий окинул взглядом, и вот Поттер – секундная встреча глазами, после которой он опустил голову и прошел мимо. – Поттер! – крикнул я. Он не обернулся. Только один из парней как бы невзначай развернулся, прошел несколько шагов спиной вперед, наблюдая за моей реакцией, и вернулся к остальным. – Поттер! Я больше не вернусь! – крикнул громче. Никто из них не среагировал, я смотрел вслед удаляющимся спинам. Внутри что–то рухнуло, меня будто сжали, скомкали мою душу и выбросили на обочине. Пока не подступили слезы, я решил свалить. Перемещение. И я падаю на колени, клонит вперед, упираюсь головой в холодный мусорный бак. – Драко? Ты… Холодные руки Ника. Ник. Как же я был благодарен, что он сейчас тут. – Аппарируй в мою комнату, пожалуйста. – Ладно, все плохо? – Это конец… думаю, конец, – горячие слезы уже текли по щекам. Холодные руки Ника пробрались под толстовку, обхватили горячую спину, и меня потянуло в водоворот аппарации. Он пролежал со мной на кровати до вечера, ни на секунду не выпуская из объятий. – Давай поедим? М? – Не то чтобы… – Нет, ты обязан поесть! И рассказать мне все, может станет легче. Хочешь, позову Матео? – Поем и расскажу, Матео не зови. – Ладно. Меня трясло, и виной была уже не истерика. Слез больше не было, мне было больно, нестерпимо больно, и сложно принять, что все это не сон. Что человек, которого я готов снова любить и которому снова готов отдать душу, опять разбивает мне сердце. Что это вообще было? Спор? Проверка? Он играл со мной? Все слова, которые он говорил – что это было? Ложь? – Еду скоро принесут, а теперь рассказывай! – Ник запрыгнул на кровать, сел сверху и сложил руки на груди. – Да нечего рассказывать, он игнорировал меня, – произнеся это вслух, на глазах снова выступили слезы. – Как раньше. Просто игнорировал мое существование. – Сукин сын! Хочешь, мы отомстим? Я готов уничтожить его, я ненавижу этого чертового Поттера. – Я тоже… ненавижу его. Так же сильно, как люблю, промелькнуло в голове. И я начал истерически смеяться. Как же так, как такое возможно? Моя любовь и ненависть к нему шли рука об руку. Ник растерянно смотрел на мою истерику и невольно улыбался в ответ моему смеху. *       Три дня. Три невыносимых, мучительных дня жизни на автомате, попыток держать себя под контролем. Три дня попыток отвлечься. Я едва не переспал с Ником. Напился и просто хотел почувствовать себя другим, не влюбленным придурком, который никому больше не нужен. – Слушай, я пздц как не против, я бы спал с тобой, ты только пальцем помани. Но, Малфой, я боюсь, ты об этом пожалеешь, – ответил он мне тогда, укутал в одеяло и крепко прижал к себе. Оказывается, справиться с разбитым сердцем намного проще, когда рядом с тобой друг. *       Уже было за полночь, когда я возвращался из архива. Ник, как верный пес, плелся рядом со мной к общежитию, на ступеньках которого нас ждала Панси. – Какого хрена ты тут делаешь? – со злостью выплюнул я. – Выслушай меня, – спокойно ответила она. Я посмотрел на Ника. Тот еще раз окинул ее взглядом и молча пошел вверх по ступенькам. – Просто выслушай меня до конца, ладно? – она глубоко вздохнула. – Этот кретин пожалел о совершенном сразу же, – она хмыкнула. – Понесся назад к дому, а тебя там нет. В панике решил аппарировать, представив тебя, – она снова вздохнула и села на ступеньку, опустив голову. – Его расщепило, он в Мунго. Я хотел что–то сказать, но Панси подняла руку, останавливая меня. – Выслушай до конца. Не знаю, что ты там подумал, но мы никогда не были вместе. Один раз переспали всего, а потом пару раз прикрывали друг друга, – она махнула рукой. – В общем, не важно. Знаешь, меня так сильно достало то, что происходит между вами. Он буквально сходит с ума с того самого дня, как вы снова встретились. Мы говорим только о тебе: о том, как все плохо, как невероятно хорошо, как сложно и как сильно он любит тебя. Теперь его любимый вкус – вишневый, потому что напоминает о тебе. Он заставил меня оббегать весь Лондон в поисках вишневой жвачки. Я знаю на память все ваши разговоры, мы обсудили каждый твой взгляд и каждое касание. Меня от тебя тошнит! Но он, сука, любит тебя! Да он… в общем, ты и сам знаешь. Вот, – она протянула мне обернутый в платок портключ. – Если захочешь – это в Мунго. Он там будет еще дня три. Поступай как хочешь. Она встала, отряхнулась и, сделав несколько шагов, тихо прошептала: – На твоем месте я бы никогда его не простила…