Осквернение.
13 марта 2026 г., 02:16
Небольшой дисклеймер.
Автор НИКАК не поддерживает действия персонажей и максимально их ОСУЖДАЕТ. ВСЕ ПЕРСОНАЖИ ДОСТИГЛИ ВОЗРАСТА СОГЛАСИЯ!!!!
. . .
Лили лавбрейдз - юная девушка, что провела 410 дней в заточении. В заточении, будучи куклой. Всего-то игрушкой на шарнирах, которой здорово промыли мозги, заставив верить, что это ее лучший исход. Да, может при жизни, в то время ее пребывания в человеческом теле она и была абсолютно другой. Но это была ее работа, и пусть кара покарала ее такой участью, это все же было слегка жестоко.
На вид ей лет 16-17, не больше, по мышлению кажется примерно тоже. Она странно выражала эмоции, и нередко, будучи уже сошедшей с ума могла поболтать со стенами. Но это все ещё была Лили, пусть и странная.
Длинные фиолетовые волосы, под которыми скрыты сотни капилляров, что теперь дают ей возможность настолько ловко управлять своими косами, держать ими вещи, что-то хватать.
Такая красивая, но такая фальшивая. Пластик и краска, с остатками человеческой души, но уж точно без наличия здравого рассудка. Кукла. Неприкосновенная и аккуратная. Самое то для замков и чаепитий.
Девочке выдавалось по минимуму еды и воды, что убивало остатки ее души окончательно, добивая лишь перепросмотром записей, что были сделаны ею же при жизни. Записи, которыми промыли мозги уже другим «новым» игрушкам. Но это не ее грех. Это была проблема той, что носила душу в жизненной оболочке. Из крови и плоти. Сама же Лили так и не осознала со временем, что натворила.
За эти деяния, совсем молодую Лили и пытали. Как выражался ее названный хозяин: «смерть - слишком малый исход для такого
Отродья»
Не смотря на это, Лили все ещё была положительно настроена к прототипу. Видела в нем некую взрослую фигуру, на которую хотела бы равняться.
Она всегда хотела быть с ним, но так и не осознала, что была создана им же для страданий. Эта мысль угнетает.
Время шло, а Лили продолжала расти мысленно, но никак не физически. Наверное это и стало ее самой главной проблемой.
. . .
—Сладкая улица, ох кенди, как прекрасно это место!
—«конечно, лили, давай поскорее устроим чаепитие с другими игрушками»
—оох кенди, ты, кажется читаешь мои мысли!! Конечно давай!
Девушка отправляется в свой замок, уже мысленно готовясь к предстоящему чаепитию
—оу, кенди, как же я могла забыть принести новый чайный сервиз
С этими словами она подходит к большому шкафу, доставая новый, за все это время ни разу не распечатанный набор красивый чашечек и десертных ложечек. Резные, с позолотой по бокам и осторожными узорами.
Коробка, что до этого момента и сохраняла всю эту красоту была откинута, когда лили уже в припрыжку двигалась к длинному столу, накрытым нежной скатертью.
Эту идиллию прерывал повизгивающий, слегка противный скрип суставов, железных, будто паучьи ножки.
Прототип. Создание, что и подвергло бедную девчонку такой участи, за что никакого чувства вины он уж точно не ощущал.
—господин прототип!! Вы тоже решили составить нам компанию за чаем сегодня!??
Она была так счастлива его приходу.
Обращаясь совсем тихонько к голове кошки
—кенди, как я выгляжу? Все должно быть на высоте для нашего особого гостя!!
Но кенди ей «ответить» не успела. Да и прототип ее тоже долго слушать не стал.
Тонкая, но очень сильная рука в одно мгновение схватывает лили, что та только успевает вскрикнуть.
—жалкая мразь. Я устал терпеть тебя, и сегодня по всем своим заслугам ты получишь.
Прототип с силой швыряет бедное пластиковое тельце об стену. На конечностях появляются трещины, а ее кото-собеседница разбивается вдребезги.
—Х-хозяин, что вы делаете?
Это было последнее что смогла спросить лили, прежде чем удар с силой повторился, в этот раз с большим усилием на ноги, из-за чего правая не просто треснула, а сломалась напополам.
Стоит отметить, что раз это ее новое тело, то и боль она тоже чувствует.
Истошный крик пронзает воздух, из глаз льются слезы, лили только и может попытаться схватиться за обрубок своей же ноги, пока не прекращает кричать от боли.
Прототип вновь подхватывает ее тельце одной рукой, а второй осторожно начинается выкручивать ей шарнир на левой ноге, при этом настолько точно зафиксировав ее тело в тески своих пальцев, что та не могла пошевелиться. Лишь кричать и плакать.
—может это наконец утихомирит мою ненависть к такой гниде как ты.
Создатель небрежно кидает свое творение на холодный пол. Она всего лишь игрушка, ни крови, ни органов, лишь полимер.
Не смотря на то, что молодая лили и не человек вовсе, что-то от человеческого тела в ней осталось. По крайней мере некоторые ощущения от органов, которых у нее может и не быть вовсе.
Пусть прототип точно так же не человек, но возможности его тела дают ему намного больше способностей, которые он может использовать как сам пожелает.
—может хоть так, ты наконец осознаешь тяжесть своих злодеяний.
С этими словами он острыми концами своих так называемых «пальцев» пронзает область ее тела, скрытую юбкой сарафана.
Новый наплыв сильной, острой, пронзающей боли критично бьет по телу шарнирной. От чего та лишь вновь вскрикивает.
Хозяин начинает резко и небрежно проталкивать в образовавшееся отверстие по несколько отростков своего же тела, продолжая ломать ее молодую плоть как изнутри, так и снаружи. Его это забавляет и отвратительно возбуждает.
Что он сделал с ее нежным, и таким невинным тельцем. Как изуродовал ее честь и достоинство, при этом даже не собираясь останавливаться.
Страдание лавбрейдз приносили ему лишь забаву и наслаждение. Мерзость. Так опуститься. Опустить ее. Так отвратно лишить невинности. Ублюдок.
Продолжая тем временем запускать части себя в нее. Она кричала. Истошно плакала и вырывалась, что с каждой минутой все больше и больше выводило из себя прототипа.
—думаешь, сука, я стану это терпеть.?
Сквозь зубы проговорил он, прежде чем в пару движений вырвать ее легкие руки, будто спички. Ситуацию это не исправило, ведь лили чувствовала все ту же боль, только теперь ещё и в руках.
—ПРОШУ, ПЕРЕСТАНЬТЕ, Я ИСПРАВЛЮСЬ, Я СДЕЛАЮ ВСЕ, МНЕ ОЧЕНЬ БОЛЬНО, ПОЖАЛУЙСТА ХВАТИТ
прототип не обращал внимания, погрузившись внутрь ее тела как только смог. Всю изломав ее, стер в порошок как физически, так и морально. Продолжая время от времени бить, но так, чтобы не сломать или убить окончательно. Ее страдания, вот, что забавляло и одновременно заводило этого выродка. Больше ничего. Иногда он начинал ее душить, смотрел и слушал как трещит ее пластмассовая шейка, пока сама девушка переставала хоть на некоторое время кричать от нехватки воздуха.
Отростки его тела, что изнутри так мерзко заполняли полое пространство тельца куколки стали переплетаться между собой, как клубок червей, что сейчас копошились в ее внутренностях.
Лили хотелось блевать, кричать, плакать. А в лучшем случае просто умереть на месте. Но прототип бы не позволил.
Достаточно самоудовлетворишвись данными действиями хозяин полностью покинул юную лили изнутри
—починю тебя позже.
С этими словами он спешно покинул замок. Оставив тело бедной девушки лежать до тошноты оскверненным.
Он не просто надругался над ней. Он изуродовал ее с головы до кончиков ног. Но меньше ненавидишь не стал.
Что же чувствовала лили? Боль, все еще страх. Стыд, непонимание - за что она теперь лежит здесь, полностью уничтоженная. За что он сделал ее такой грязной.
Испытывала лишь отвращение, и наверное, если бы у игрушек была бы такая возможность - ее бы сейчас сильно вырвало. Ей оставалось лишь ждать когда вернется прототип и починит ее тело, снова приведя его в первозданный вид. И переваривать то, что она как самый большой позор ее жизни унесет тайной с собой в будущем в могилу, если ей все же повезет в ней оказаться. Но доля хорошего ведь вернется когда-то?
Прототип достаточно отомстил. Достаточно удовлетворил свои потребности. Больше, эта игрушка ему была не интересна. Он так и не вернулся. Так и не починил ее.
Тошнота, боль, очернение достоинства. И мерзость к себе и своему телу.
Это было последнее что чувствовала лили лавбрейдз прежде чем отключиться. Отключиться навсегда. И наконец-то упокоиться.
