Тигр и Кролик

Что может быть более странным, чем внезапно ожившая безумная идея? Чем возможность, что за гранью личных моральных принципов? Что может быть более странным, чем каждое утро просыпаться в постели с двумя мужчинами? Ответом для Мунбёль было только слово «ничего». Ничего в этом мире не могло быть более странным, чем ситуация, в которой она находилась… Сейчас Им Мунбёль проживала жизнь, которую не могла представить даже в своих самых смелых фантазиях. Ловкие пальцы Чонопа скользнули под ее футболку, едва касаясь кожи живота, что тут же отвлекло ее от мыслей, ненавязчиво намекая на продолжение минувшей ночи. Мунбёль выдохнула в спину Ёнгука, который, кажется, тоже уже проснулся, мгновенно развернулся и громко чмокнул ее в лоб. Рука Чонопа опустилась чуть ниже и, Мунбёль, резко дёрнувшись, подскочила с кровати, чуть ли не падая на пол. — Я в душ, — попыталась оправдаться она, — чувствую себя грязной. — Я с тобой, — сказал Чоноп и хотел пойти следом, но похоже был задержан Ёнгуком. — Оставь ты ее хоть где-то одну, разве не видишь, ты слишком наседаешь, — прозвучал низкий голос, когда Мунбёль скрылась за дверью ванной комнаты. — Да кто бы говорил, ты постоянно давишь на неё… Дальше она уже не слышала, да и не особо хотелось. Ванна уже набиралась, и хотелось как можно скорее опуститься под воду с головой, чтобы смыть все странные мысли, включая главную: «как Мунбёль вообще на это все согласилась и зачем?»

***

Годом ранее

— Мужчины делятся на пять типов: тигр, собака, кот, кролик и змея. Я абсолютно уверена, что мой редактор именно «тигр» и ты меня не переубедишь! — Мунбёль сложила свои очки для чтения в футляр и рухнула на диван, стараясь не задеть смартфон с отвеченным вызовом, стоящим на громкой связи. Звонок лучшей подруги, единственное нормальное успокоительное, доступное Мунбёль в те дни, когда редактор вебтуна выносил ей мозг словно просто для того, чтобы было… — Бёль, погоди, а кот это кто? — раздался голос Ханби, которая, судя по фоновым звукам убиралась в квартире. — Коты — милые, ласковые, но в то же время невероятно холодные мужчины, не поймёшь, что у него в голове, он рядом, когда хочет и ему абсолютно плевать, когда этого хочешь ты… — протянула Мунбёль. — А собаки тогда получается наоборот? — уточнила Ханби. — Собаки — это нежнявые и заботливые лапоньки, верные, преданные, бегают за тобой, правда заботой своей могут заколупать просто до невозможного, — Мунбёль подтянула к себе ногами подушку и продолжила: — А змеи как Ёнхван… — Бывший твой что-ли? — по ту сторону что-то загремело, а следом раздалось и недовольное ворчание подруги. — Он самый, чтоб его, — Мунбёль стукнула подушку. — Змеи — сексуальные, страстные и очень умелые в постели, но увы все их существование сплошь секс и обман. А вот кролики другое дело, они стремительные, в жизни и в сексе, очень активные и инициативные, но из-за этого кажутся слишком навязчивыми, лучший из типов, и в беде не бросят, и в долг не попросят. — А тигры тогда какие? — вздохнула Ханби, так, словно ей не особо интересно, но разговор поддержать как-то нужно, впрочем, это никогда не беспокоило Мунбёль. — Тигры — властные, сильные, часто безумно ревнивые, но такой будет защищать тебя до последней капли крови… — Она закрыла глаза, представляя своего редактора, который идеально попадал в это описание. Мысль о том, что произошло несколько минут назад, заставила ее громко зарычать. — Бёль, дыши, возьми себя в руки! — завопила Ханби так, что смартфон захрипел. — Скотина драная! — закричала Мунбёль. — Чтоб вы, редактор Бан, провалились в бездну отчаяния! В пучину страданий, чтоб тебя! — Выдыхай, Бёль, вдох-выдох, вдох-выдох… — вторила Ханби как молитву, пока Мунбёль каталась по дивану, вколачивая в него подушку хаотичными ударами рук. Зла на этого мудака не хватало: только же к ней одной он постоянно и цеплялся, никогда краем уха даже не слышала о том, чтобы редактор Бан хоть раз кого-то другого отчитал. — Что твой ненаглядный на сей раз натворил? — тихо хихикнув в трубку, спросила Ханби. Мунбёль села, сложила под себя ноги, обняла подушку и затараторила: — Я отправила ему главу, а он мне прислал отказ, с пометкой «ошибка в сцене номер шесть», я все проверяю, исправила, отправляю ему обратно, а он звонит и такой: «госпожа Им, вы знаете что такое анатомия мужского полового органа?» Ханби захохотала так громко, что желание убить редактора немного поутихло. — Я ему отвечаю, что естественно знаю и там, как положено цензурой все замазано, так что все анатомические детали не просматриваются. А эта скотина… Этот… Кхм… — Ну и, что он? — нетерпеливо взвыла подруга. — Что он на это ответил? — Не смотря на ваши слова, читателю должно быть даже с цензурой заметно, что это именно член входит в нее, а не, скажем, кукуруза. Как давно у вас был секс, госпожа Им? — А сейчас умру, — протянула Ханби, судя по звуку, почти плача от смеха. — Я чуть не выпалила, что буквально вчера с резиновым другом, названным «редактор Бан», но чудом сдержалась и ответила, что совсем недавно… — Мунбёль замолчала, слушая дикий визг подруги, которая, судя по фоновому звуку уже принялась за постирушки, и когда та перестала истерически хохотать, продолжила: — Он ответил, что тогда все ясно, но это не значит, что я не должна переделать. Предложил мне посмотреть туториал по рисованию членов и был таков. — Надо было ответить ему, чтобы показал свой член в таком случае, — Ханби перестала смеяться и серьезным тоном спросила: — Думаешь, он специально тебя задирает? — Да я уже не знаю ничегошеньки, — громко вздохнула Мунбёль. — То позвонит по видео и скажет, что я молодец, а иной раз кричит на меня, будто я ему жизнь поломала. На самом деле никто из авторов вебтунов на него не жаловался, все его хвалят и он всех хвалит, а я… «Мунбёль, переделай это!» «Ты что творишь, Мунбёль?!» «Мунбёль, ты снова за своё?» Но больше всего меня бесит, когда он говорит: «Госпожа Им, у вас тут ошибка!» Всей душой его за это ненавижу! — Я думала, что ты его любишь… — проворчала Ханби. — Конечно люблю, а от чего я по-твоему бешусь? Исключительно от того, что эта наглая тигрячья морда со мной так, когда я к нему всей душой и сердцем. Мунбёль встала с дивана и, схватив смартфон, направилась на кухню. — У тебя сегодня как по планам? — спросила Ханби. — Письку нарисовать надо под цензурой, но правдоподобно, а потом я полностью свободна, — ответила Мунбёль, пытаясь найти в своей квартире хоть что-то съестное, — у тебя планы? — Может быть, бахнем по курочке с пивом? — жалобный голос подруги и желание сходить в любимое кафе, что-что, а это сильнее любых уговоров. — Окей, я позвоню как освобожусь. — Принято! Мунбёль сбросила звонок и сунула телефон в карман джинсового комбинезона. Стоило сходить в магазин за продуктами, так что изучение рисования писек подождет. Она сняла резинку с хвоста, распушая свои слегка волнистые и ужасно непослушные волосы. На улице уже довольно сильно потеплело, хотя до начала лета оставалась ещё пара месяцев, так что Мунбёль не задумываясь накинула серый кардиган, сунула ноги в слегка растоптанные кроссовки. В коридоре пахло свежим кофе и чем-то сладким, Мунбёль никак не могла разобрать, чем именно, а когда огляделась, поняла, что у квартиры по соседству стоит совсем новая мебель. Неужели наконец-то кто-то въезжает в это пустое жилище. Прошлые соседи постоянно ругались по ночам из-за этого она привыкла работать по ночам, а спать в первой половине дня, но редактор все время будил ее звонком к полудню, так что режим удалось восстановить, сейчас бы не очень хотелось, чтобы соседи были проблемные. Пусть соседями будут кто угодно, кроме семьи с маленькими детьми или пары алкоголиков. Звук открытия лифта было слышно на всем этаже, так как здание было небольшое и уже довольно старое, но несмотря на это, оно хорошо обслуживалось, потому мало кто спускался по ступенькам, почти все ездили на лифте, даже невзирая на то, что его двери открылись с ужасным громким скрипом. Из лифта буквально без всяких преувеличений вышла груда коробок и направилась в сторону разинувшей рот Мунбёль, ее бы, пожалуй, ещё и удар хватил, если бы у этой кучи коробок не было ног. — Прошу прощения, — пробормотала она еле слышно, но даже несмотря на это, кажется, ее сразу же заметили. — О, не могли бы вы, мне помочь? — прозвучал довольно звонкий, но очевидно мужской голос. — Вы же моя соседка? — Похоже, что так, а чем помочь? — Мунбёль подошла немного ближе. — Откройте пожалуйста дверь, код пятнадцать двадцать пять пятьдесят один. Она поспешила набрать, произнесенный соседом пароль, и когда дверь пропищала, Мунбёль потянула ее на себя пропуская эту груду коробок в квартиру. Спокойно прикрыв за ним дверь, можно было отправляться в магазин за продуктами. В такие моменты Мунбёль действительно задумывалась, почему из всех предложенных вариантов она выбрала эту квартиру: из-за того, что недалеко неплохая кофейня или все же была какая-то другая причина. Квартира была довольно далеко от компании, выпускающей её вебтун, поэтому редактор не приезжал, а именно звонил. Если бы квартира была рядом, стучался бы редактор Бан в её дверь в такие моменты, как сегодня? Или, может быть, она сама бы ходила в компанию? К чему попусту гадать о таких вещах, что сделано то… Мысли прервал внезапно зацепившийся за вывеску «Кофешоп» взгляд. — Разве тут собирались открывать кофейню? — почти во весь голос удивилась Мунбёль. Главная любительница кофе на весь Сокчо, а то и Канвондо, чего уж мелочиться-то, и не знает о новой кофейне, это же все равно, что в гостях палочки в рис воткнуть вертикально. Надпись на двери говорила о том, что официальное открытие должно было состояться через несколько дней. Мунбёль потянулась за телефоном и отметила себе в календаре, что нужно обязательно заглянуть в эту кофейню и проверить качество здешнего кофе. Теперь вопрос об этом районе и этой квартире был почти закрыт: если в «Кофешопе» на самом деле будет неплохой кофе, то можно и задержаться в Сокчо ещё на пару лет. Завернув за угол и, к счастью, уже дойдя до супермаркета, Мунбёль была готова совершить свой еженедельный обряд покупки продуктов. По пути от входа к кассе в корзине оказались: рыба, куриные сердечки, рис, туалетная бумага, салфетки, сладкая картошка, миёк, несколько пачек рамёна и для готовки по мелочи, паста твенджан… В целом тележка оказалась наполнена немного больше, чем Мунбёль предполагала. Заказывать доставку в такой близости от дома, самое что ни на есть расточительство, так что, взяв себя в ноги, так как руки заняты пакетами, Мунбёль поспешила домой. На этаже безумно вкусно пахло кофе, она была готова поклясться в том, что этот запах появился здесь впервые. Дверь в соседскую квартиру была приоткрыта, и как и предполагала Мунбёль аромат, исходил оттуда. — Не забудьте поменять код, я случайно его запомнила, — выкрикнула она и пошла к своей квартире, шурша объемными пакетами. — Подождите, — раздалось из-за двери, — вы любите кофе? Мунбёль поставила пакеты у двери и обернулась. Она никак не ожидала увидеть то, что возникло перед ней словно чудесный сон, посреди тяжёлых будней. Сон, который явил ей то, чего она совсем не ждала — нереально красивого мужчину по соседству. Напротив нее стоял высокий, по сравнению с её ростом молодой человек. Если подумать, то, наверное, его рост был близок к ста восьмидесяти сантиметрам. Его атлетичное телосложение буквально бросилось в глаза, так как его фигура просвечивалась сквозь тонкую немного взмокшую футболку. Мунбёль подняла взгляд выше… Овальное, немного вытянутое лицо с небольшими, похожими на кошачьи глазами, которые были слегка прищуренными, ровный и аккуратный нос с заметной родинкой и немного пухлые губы, растянутые в самую яркую из увиденных ей когда-либо улыбок. Потеряв дар речи после всего, что ей довелось лицезреть, Мунбёль просто закивала, максимально быстро, чем, кажется, развеселила соседа. — Меня зовут Мун Чоноп, — он протянул руку, все так же ярко улыбаясь, — могла попросить меня помочь тебе принести продукты, мне только в радость. «Кажется, он — собака» — мысль стремительно ворвавшаяся в голову провалилась куда-то в сознание. Если её сосед на самом деле мужчина-собака, то стоило бы с ним подружиться. — Я Им Мунбёль, — она протянула руку в ответ. Чоноп легонько развернул ее ладонь, заставив щеки невольно вспыхнуть. Это было совсем не в стиле «собаки». — Мне тридцать один год, — улыбнулся он. — Я буквально на капельку постарше, — неловко пробормотала Мунбёль. — Отлично, значит ты теперь моя Нуна, — он поднял все пакеты, поставленные ранее на пол. — Давай хоть в дверь их занесу, обещаю не подглядывать на беспорядок в твоей квартире. Лицо Мунбёль вытянулось, но дверь она все же открыла. Обычно сильного беспорядка у нее не было, разве что, одежда валялась на диване, но не похоже, что он собирался топать в комнату. Будто бы зная, где находится кухня, Чоноп ловко сгрузил пакеты и развернулся, к следующей за ним хозяйке квартиры. — Так ты любишь кофе? — спросил он, делая шаг чуть ближе, но не нарушая границ. — Люблю… — протянула она. — Сварить тебе латте? — вопрос прозвучал так неожиданно, что Мунбёль чуть не отступилась, делая шаг… Не хватало сейчас в объятья к нему рухнуть, как в дешёвой мелодраме. — Было бы здорово, — улыбнувшись в ответ насколько было возможно по-доброму Мунбёль сообразила, что купленная ей заморозка уже наверняка начала потихоньку таять. — Тогда жду тебя в квартире по соседству, как только ты разберешь покупки, — сказав это, Чоноп быстро покинул помещение и действительно, как и обещал, взглядов по сторонам не кидал. Быстро утрамбовав продукты в холодильник, иначе это запихивание всего и вся на скорую руку не назовешь, она поправила волосы, чёрт его знает зачем, и поспешила в квартиру соседа, который будто почувствовал, что она уже на пороге. — Проходи на кухню, только не споткнись о коробки, я ещё не разбирал вещи, — достаточно громко крикнул Чоноп, и направление кухни угадывать не пришлось. Мунбёль обогнула стоящие друг на друге коробки. Луч света падал сквозь едва распахнутые шторы и в этом потоке света клубилась пыль, намекающая на то, что уборкой после отъезда соседей тут не занимались. Поворачиваясь в сторону кухни, Мунбёль на мгновение подумала, что судя по запаху, этот красавчик должен работать в кофейне. — Нуна, — Чоноп, вновь озаряя все вокруг своей улыбкой, повернулся к ней, протягивая красивую зелёную кружку с латте. — Надеюсь, что это вкусно и ты не плеснешь мне это в лицо. По запаху уже можно было сказать насколько это вкусно. Говорят, что зрачки расширяются, когда смотришь на то, что на самом деле любишь. Когда Мунбёль смотрела на кофе, она могла бы поспорить, что в такие моменты её глаза состоят из сплошных зрачков. Если бы кофе был мужчиной, то это был бы лучший мужчина в мире. Первый глоток, слегка обжигающий, но яркий, такой же насыщенный, как первый поцелуй. Первый глоток, заставляющий сердце биться чаще, а затем второй, словно вспыхнувшая страсть где-то в глубине души, сокрытая и захороненная, вырывающаяся наружу. И третий, финальный глоток — любовь. Искренняя и чистая, наполненная глубиной и теплотой. Ей нужно было всего три глотка, чтобы понять насколько хорош кофе, жаль что с людьми было не так просто, иначе бы ее жизнь была без таких глупых ошибок как Ёнхван. — Ну и как тебе? — спросил Чоноп, облокотившись о столешницу. — Очень вкусно, — она сделала очень большой глоток и расплылась в улыбке как Чеширский кот. — По правде говоря, я безумно люблю кофе, запах, вкус, послевкусие, вот только экс-прессо не люблю? — Экс-прессо? Может быть эспрессо? — аккуратно переспросил Чоноп. — Нет, именно Экс-прессо, — хохотнула Мунбёль, — любимый кофе бывшего, так что это Экс-прессо, бывший кофе. Чоноп покривился какое-то время, а потом так громко расхохотался, что на секундочку слегка напугал Мунбёль. — Я открываю кофейню буквально за углом, так что можешь приходить ко мне, и я сварю тебе любой кофе, кроме бывшего, — почти перестав смеяться, добавил Чоноп. — А соседская скидка предусмотрена? — пошутила Мунбёль и никак не ожидала получить в ответ уверенный кивок. Ну что ж, даже если по итогу он скажет, что кофе за счёт заведения, она все равно будет платить, даже если это будет пара купюр в банку для чаевых, потому что хороший кофе — редкость, как минимум в Сокчо. Она допивала кофе в тишине, наблюдая за тем, как Чоноп разбирает коробку с посудой. — С моей работой все ясно, а ты кем работаешь, если не секрет, конечно? — спросил он, расставляя красивые чашки на полку. — Рисую вебтун, — она вздохнула так громко, что Чоноп обернулся и внимательно посмотрел на неё, явно ожидая завершения фразы. — Редактор устроил «адский понедельник», никак не пойму, чего он ко мне постоянно цепляется, ладно бы я все сделала плохо, но тут буквально по каждой мелочи. — А найти замену? — К сожалению, или к счастью, но он лучший в своем деле. — Тогда держись, — Чоноп пожал плечами, казалось, он хотел похлопать ее по спине в знак понимания и поддержки, но не рискнул. — Ты все же пароль поменяй, я его запомнила, вдруг завалюсь к тебе ночью пьяная, — она замолчала и вздрогнула, когда Чоноп вновь неожиданно рассмеялся. — Думаешь, я не в силах справиться с пьяной женщиной в своей квартире? — эти слова немного расстроили Мунбёль, что-то в этом роде говорили «мужчины-змеи», а значит от этого красавчика, стоит держаться подальше, ещё одну змею в своей жизни она точно не вывезет. — Я пойду, — сказала она, поставив кружку на стол. — Хорошо, можешь заходить в любой момент, — улыбаясь ответил он, — пароль ты знаешь. Мунбёль кивнула и направилась к себе. Как бы не ворчала, все равно понимала, что ей ещё нужно нарисовать «правильной формы член». Чтоб редактор Бан от икоты места себе не находил. Сколько бы она не злилась, но работа есть работа, так что усевшись за компьютер, первое, до чего добрались ее шаловливые ручонки — это открыть Нэйвер и написать «как выглядит член?»

***

Вечер пришел быстрее, чем она предполагала, а вот ответ от редактора задерживался, все бы ничего, а Ханби уже ждала ее в излюбленном заведении. Когда на экране, к несказанной радости, высветилось ни что иное, как: «нормально», Мунбёль, уже давно расфуфыренная, по собственным меркам, выскочила из квартиры и стремглав рванула в кафе. Оно было совсем недалеко от дома, так что уже через пару минут бега по улице, она влетела в дверь, тут же ища взглядом подругу. — Бёль, наконец-то ты хотя бы как женщина оделась, — кинула Ханби, стоило ей увидеть вошедшую в кафе подругу. — Если платье чуть выше колена и кроссовки считаются женщиной, то ты прямо богиня, — расхохоталась Мунбёль. А ведь и правда, Ханби в свои тридцать пять лет, одевалась как студентка: короткие платья или юбки, что казались всем вокруг, кроме нее самой, естественно, вызывающими, хоть и не чересчур. Ну и вишенка на торте — огромные каблуки. Мунбёль никогда не понимала прелести такой одежды и уж тем более обуви, но подругу никогда не осуждала. — Дядя Хван, дайте нам пиво, соджу и фирменное, — громко сказала Ханби. — Ты не поверишь, у меня такой красавчик поселился в соседней квартире, тридцать один год, но… — Мунбёль громко вздохнула, кажется сегодня это уже было почти ритуалом. — Похоже… он змея. — Ой нет, ещё одну ползучую тварь в твою жизнь пускать нельзя, — быстро смешав два коктейля из пива и соджу, Ханби продолжила: — Давай выпьем, чтобы в твоей жизни появился очаровательный кролик. Мунбёль кивнула и принялась за выпивку, а затем и за любимую еду. Время летит незаметно, когда твоя компания — это лучшая подруга, жареная курочка и пиво. На часах, что висели на стене кафе, было уже около полуночи. Ханби уже почти дремала, а Мунбёль, шмыгая носом набирала сообщение, предназначенное редактору Бану: «сам рисуй свои письки, я ухожу в другую компанию, о неустойке не беспокойся». Голова немного гудела, но нужно было сначала отправить домой Ханби. — Алло, Хансоль, ты дома? — спросила Мунбёль, дозвонившись подруге домой. — Забрать Ханби из «Курочка дяди Хвана»? — прозвучал женский голос в трубке. — Да, ты моя единственная надежда, — проскулила Мунбёль и услышала тяжёлый, но уже такой привычный вздох младшей сестры ее лучшей подруги. Ответа не последовало, но это не значило, что Хансоль не приедет за сестрой. Кто бы что не говорил, но эти двое были очень близки, и абсолютно не имело значения, что именно послужило этому причиной. То, что Ханби бросила колледж и работала, чтобы прокормить и обеспечить младшую сестру, или у этой крепкой сестринской любви была совсем иная причина — это было не важно… Ровно через двадцать минут Хансоль стояла на пороге кафе. Она подхватила сестру под руки и повела к машине, пока та, в очередной раз, оправдывалась бурча себе под нос. Мунбёль, сунула на переднее пассажирское сидение пакет с курицей, парой бутылок пива и газировкой, специально для Хансоль, затем, улыбаясь, проводила машину взглядом… Как только та скрылась за поворотом Мунбёль сразу полегчало, теперь, можно было с чистой совестью идти домой. Алкоголь уже начал выветриваться, а значит проблем быть не должно. Не важно как ровно она сейчас шла по дороге, она ощущала себя уже практически трезвой. Путь до дома оказался таким быстрым, что она даже удивилась, когда зашла в лифт. Лампочка на ее этаже почему-то мигала, стоило бы попросить соседа поменять. Ощущение что в темном углу кто-то стоит заставило ее рвануть на полной скорости к своей квартире, а шаги тут же последовали за ней. Вот же, как неприятности, так именно у нее. Мунбёль, набрала код и уже хотела забежать в квартиру, как ее за руку кто-то схватил. Невольно завизжав, она сжалась всем своим напуганным тельцем, будто маленький зверёк, над которым занесли руку для удара. — Госпожа Им, я не хотел вас напугать, но вы выключили телефон и… — низкий и до боли знакомый голос заставил ее распахнуть глаза. Она медленно повернулась и не поверила своим глазам. Протёрла их, но стоящий перед ней редактор Бан никуда не делся. Неужели он пришел из-за того сообщения. — Отойди от нее! — громкий и звонкий голос Чонопа окончательно вернул Мунбёль в чувства. — Я не причиню ей вреда… — холодно ответил редактор Бан. — Не знаю кто ты, но тебе уже удалось заставить ее закричать, — почти прорычал Чоноп. — Поговорим у тебя, — эта фраза заставила Мунбёль широко распахнуть глаза. Казалось, ее взгляд хаотично забегал по коридору, пытаясь найти хоть что-то, за что можно было зацепиться. Наверняка сейчас она выглядела очень комично, но ее сердце было готово выскочить из груди, он пришел… Пришел, чтобы увидеть ее, среди ночи… Она молчала, просто стояла и хлопала ресницами. — Кто ты ей, чтобы заходить в квартиру к явно выпившей девушке ночью? — грубо спросил Чоноп. — Меня зовут Бан Ёнгук и я ее босс, — низкий голос наполнил весь коридор и Мунбёль, наконец, услышала его имя. — Мун Чоноп, и я ее сосед, но… — он хитро сощурился и спросил: — А ты ее парень? — Нет, — все так же холодно произнес Ёнгук. — Планируешь? — уточнил Чоноп. — Нет… Сердце Мунбёль рухнуло и укатилось в неизвестном направлении. Хотя, чего она могла ждать, он же босс, а она горе-художник, которого всегда нужно поправлять. — А ты, планируешь что-ли? — после недолгих раздумий спросил Ёнгук. Мунбёль набирала пароль и как только замок открылся, как мышь шмыгнула внутрь, оставляя обоих красавцев под дверью. — Даже если и планирую, тебя это касаться не должно, так и знай, я буду защищать ее от таких людей как ты, даже если мы будем только друзьями! — Чоноп сказал это так громко, что она услышала его слова сквозь дверь. Сползая по стене на пол Мунбёль была рада и расстроена одновременно. Что было бы сейчас, не вмешайся ее сосед?.. Голоса стихли, тяжёлые шаги означали, что они оба ушли. Теперь она знала две вещи: Редактора зовут Ёнгук, а её сосед наверняка «кролик».