Божественная комедия: Девять кругов ада для французского тренера

У Локи болит голова.  Он ловит себя на мысли, что вымотан просто до безумия. Странная, непонятная, ползучая дрянь пролезает к нему в голову, прямо сквозь левое ухо. И почти сразу начинает отдавать пульсирующей болью то в районе затылка, то в висках.  И дело вовсе не в чересчур сильном перенапряжении после выматывающей силовой тренировки, а потом — еще и двух часов беспрерывного бега при максимальной скорости на дорожке.  Нет. Совсем нет. Подобные вещи — вполне обыденная часть повседневной рутины, которая (с его-то выносливостью) врядли хотя бы когда-нибудь стала бы проблемой. В конце концов, Джулиан одарен самим Богом, и с гордостью может называться самым талантливым игроком одиннадцатого поколения.  Но видимо судьба, так страстно любимая его лучшим другом, неожиданно решила, что ему слишком уж легко живется в своем прекрасном бытие гения.  И нет, речь идет вовсе не о маленьком дьяволе, который вечно пытался разрушить всю идиллию творящуюся в команде. (Ведь начать швыряться ботинками в сокомандников, пока те переодеваются, так весело, да, Шарль?) Ха-ха. К этому бесу Локи привык уже давно. Вернее — он собственноручно сам его и выбрал. Спрятал под крыло, ведь в мире невозможно выжить без баланса, а Шевалье так прекрасно уравнивал чаши весов французских игроков отвратительным немного необычным поведением.  Беда приходит только, когда ее не ждешь. И кто же знал, что трещина в храме их гениальной сборной расползется именно по самому крепкому и надежному столбу.  Поэтому тишину разрезает мысль понятная каждому. Смешная до безумия, и Локи бы точно расхохотался, если бы не знал, что это его собственный голос. Твердый и требовательный:  — Номер два, что с тобой?  *** Комедии как правило требуют времени, ведь весь юмор и шутка раскрываются в самом конце. Поэтому ждите.  Сначала Локи не придает этому никакого значения. Его, как капитана, конечно, волнует состояние собственных игроков, и именно поэтому он всегда старается максимально тщательно следить за физической (и психологической) формой каждого. Но, целая команда — та еще проблема, особенно если у тебя в кармане не окажется по чистой случайности лишних, скажем так, двенадцати пар глаз.  У Джулиана, к сожалению, имеется пока что только одна.  Да и кажется, что в общем-то нет никаких причин беспокоиться. Шарль ведет себя относительно тихо — всего три раза за день пытается взорвать тренировочный зал, роняет гантели прямо на ногу их вратаря во время практики, оставляет после себя в душевой огромную лужу, из-за которой Локи !почти! поскальзывается.  Ну и еще парочку вещей.  Согласно примерной статистике это — значительно меньше проблем, чем создает Шевалье в обычное время.  Возможно, он тоже беспокоится о предстоящем матче с Японией.  Затишье перед бурей куда более вероятно. Однако Локи пытается концентрироваться на позитиве и наслаждаться относительно спокойными деньками сколько сможет.  Все идет по плану. Единственное, что немного раздражает и выбивает из колеи — счет между Японией и Нигерией.  4:0  «Слишком много для слабаков» — думает Джулиан, хмурясь. Впрочем, он и не собирается отрицать развитие способностей Блю Лока.  Даже «гребанный» Исаги — мерзкий мальчишка, с еще более мудатским характером чем у Итоши Рина, Шидо Рюсея и всех грешников ада за последние двести лет вместе взятых. Даже он, стоит признать, неплохо улучшил свои навыки за последнее время.  Не то чтобы это повод для беспокойства. Просто Локи — в первую очередь тренер, и ему приятно видеть рост других игроков. Даже таких славных-но-ублюдков, как Исаги.  Шарль бесится, Локи бежит, а Хьюго читает.  Примерно так они и просматривают все нужные записи для анализа тактик и стиля игры будущих соперников.  Все идет по выверенной самим Всевышнем формулой, но неожиданно происходит помарка — небольшая запинка, из-за которой в ровном почерке пишущего появляется ненужная закорючка. Петелька, напоминающая молнию, посреди безоблачного неба.  Завиток.  Книга чуть опускается, а из-под длинных ресниц мелькают темные зрачки. Они не горят интересом или восторгом. Эти глаза, впрочем, вообще никогда не горят. Но факт остаётся фактом. И Джулиан, честно сказать, не может поверить в увиденное.  Хьюго отвлекается. Отвлекается от - мать его - чтения своей любимой книжонки.  Локи может поклясться, что если через час случится конец света, их вечно невозмутимый киборг-полузащитник ни за что и на секунду не оторвет своего взгляда от излюбленных белых страниц. Максимум — пожмет плечами, да скажет нечто на вроде: «Ну… Это было предрешено»  Но отвести глаза?  Еще тогда Локи приходит в замешательство, но никак произошедшее не комментирует. При беге сорок километров в час на дорожке — немного сложно сосредоточиться на каких-то мелких вещах типа «топ десять реакций Хьюго на телевизор».  Фраза больше подходящая для подборки видео на ютубе, где обезьянам поочередно демонстрируют то «Дашу путешественницу», то «Тома и Джерри».  Джулиан встает на пол, тут же вытирая лицо махровым полотенцем. Уши и голова болят, потому что видеть бесполезную японскую сборную — относительное удовольствие.  Мышцы гудят, голова кружится, а в горле пересыхает, но вопрос напрашивается сам собой.  — Что думаешь, Хьюго?  Полузащитник ведет плечом, не отрывая взгляда от страниц.  «Бесстыдник» — думает Джулиан. — «Действительно так и не поднял головы с начала включения записи» Однако мысль в ту же секунду разбивается в дребезги. Опровержение находится само собой.  На экране вновь появляется веселое японское лицо и кулачок, поднятый вверх. И… Нет. Локи не сошел с ума. Ему не померещилось: черные зрачки кратко, лишь на долю секунды, вновь подлетают вверх.  А затем опускаются вниз. Словно воришки, ограбившие банк и теперь прячущиеся, в страхе оказаться пойманными.  Локи стоило понять все еще тогда. Поймать преступников за хвост и выбить всю дурь как следует.  Но в тот момент — он не придает этому никакого значения. Только вскидывает брови, примечая, но не озвучивая собственных наблюдений вслух. Следит, как длинные пальцы перелистывают еще одну страницу. А Хьюго безразлично произносит:  — Несоответствие характеристик.  *** Чистилище.  Если бы он только знал, что произошедшее было стартом нового забега по дороге, выложенной прямиком в саму преисподнюю.  Впрочем. Во время обсуждения разделения обязанностей на матч с Блю Локом, а именно того, кто будет заниматься чьей опекой, Хьюго молчит.  Локи работает над планировкой самостоятельно, что не совсем свойственно, ведь роль стратега и «теневого» премьер министра, удачно придумывающего все тактики в их команде, обычно носит Хьюго.  Но он молчит.  По началу. Хьюго стоит, скрестив руки на груди. Его лицо, как обычно полностью лишенное каких-либо эмоций, вновь выглядит серьезно, но не напряженно. Джулиан, за время совместной игры, уже научился за секунду распознавать это выражение.  Оно означает внимание. И погруженность в тему.   Хьюго никогда не скупится на слова, всегда озвучивая поток собственных мыслей сразу и прямо в лоб. А следовательно, абсолютная тишина с его стороны в данный момент могла значить лишь…  Локи поражается собственным идеям и тому, насколько неправдоподобно они звучат.  Хьюго не хочет рассказывать, о чем думает.  Он что-то скрывает. Он точно что-то скрывает.  И пускай для команды молчание номера два кажется чем-то абсолютно нормальным, для истинного гения Джулиана Локи — это новшество. Однако он слишком занят и погружен в объяснение стратегий, чтобы хоть как-то отреагировать. Хьюго вклинивается в разговор, лишь когда в обсуждениях мелькает нечто крайне похожее на имя. Японское имя.  Локи не успевает даже договорить, ведь холодный тембр быстро прерывает его на полуслове. Так резко и грубо, что Джулиану на секунду кажется, что даже ревностно.  Нет, конечно, он смел лишь предполагать. Всего два варианта: то ли Хьюго так сильно боялся словосочетания «Исаги Йоичи», то ли не мог стерпеть, чтобы кто-то другой произнес заветное имя вслух без разрешения.  — Беру его на себя.  Локи хмурится. У него начинает немного болеть голова, но он привык доверять своему верному номеру два беспрекословно. Хьюго никогда не давал ему особых поводов для сомнений, а Шарль слишком подозрительно косится в сторону выхода, вероятно, уже планируя не тактику для предстоящего матча, а как бы поскорее сбежать.  Поэтому Локи остается лишь кивнуть и продолжить пилить строгим взглядом Шевалье.  *** Йоичи мудак. И этот факт, уже давным давно известный Локи, становится ключевой точкой в осознании продвижения его адской колесницы. Игра изначально кажется нормальной. Японская защита —  не крепче фанеры, ведь Шарлю не приходится прилагать даже особых усилий. Это вполне легко понять по его счастливому ни капли не уставшему выражению лица.  Локи оглядывается. Он видит воодушевленных сокомандников и гордится тем, что стратегия по созданию идеальной обстановки, в которой для каждого игрока Блю Лока находился свой противовес — работает.  Но трещина расползается дальше, и Джулиан наконец-то ее замечает.  Хьюго удерживает Шарля на плечах, оборачивается, но вовсе не в сторону команды. Не в сторону трибун и даже не в сторону камер.  Центр притяжения двух, как их обычно наименовал Шевалье, «черных дыр», то есть зрачков — темно-синяя макушка японского форварда.  Исаги Йоичи тяжело дышит от усталости, а Хьюго тяжело дышит при взгляде на Исаги Йоичи.  Стоит признаться, что Йоичи вполне симпатичный парень, но еще это не значит, что даже во время празднования гола можно так нагло засматриваться на него.  У Локи болит голова. Однако происходящее даже интересно.  *** Все становится даже слишком ясно, когда Хьюго прижимает Йоичи к себе всем телом. Локи ели удерживается от того чтобы не присвистнуть, вовремя прикусывая язык.  Хьюго плевать на прикосновения. Джулиан в курсе об этом, ведь знает своего товарища не год и не два, а гораздо дольше. Похлопывания по плечу, рукопожатия — нечто приемлемое в их кругах, не вызывающее особо отторжения или удивления.  Но когда Хьюго буквально удерживает на своих бедрах целое тело, упираясь чуть ли ни губами в чужой затылок. Локи шокировано зависает и почти пропускает контратаку Итоши Рина. Его вице-президент превратился в..? Во что?  Глаза Хьюго — никогда не заинтересованные, вечно уткнувшиеся куда-то вниз, спрятанные за пышными ресницами и тушью, теперь были распахнуты так, словно парень только что увидел восьмое чудо света.  Те самые «черные дыры» сузились до атомов и, кажется, уже были готовы расшириться обратно в миллиард раз крупнее — превратиться в необъятную вселенную и наконец-то подтвердить теорию большого взрыва.  Хьюго пялится на Исаги Йоичи.  Хьюго интересно.  Хьюго очень-очень интересно.  Локи думает, что попал в ад. Потому что за этой картиной до боли смешно наблюдать — может быть еще немного у него точно лопнет живот от сдерживаемого смеха.  Происходящее по-настоящему веселит, да и видеть такое благоговейное выражение лица сокомандника нечто новое и крайне приятное глазу.  Все лежит на поверхности. Джулиан в конце концов гений, поэтому ему не составляет особо труда распознать чистой воды симпатию в быстрых движениях и продолжительных взглядах.  Поэтому Локи не останавливает сюжет, а напротив — продолжает читать.  *** То что Хьюго испытывает что-то к Исаги Йоичи понять несложно. Но вот выражение лица Исаги, скованного в «случайных, точно-точно нужных лишь для защиты поля» объятиях, напрягает.  В эмоциях японца написано даже не удивление, а скорее отвращение. Локи не знает точно, что его полузащитник начал шептать прямо на ухо бедному эгоисту, но явно не сказки о прыгающих пони и радугах.  Хьюго вполне можно понять. У него ведь никогда не было ни девушки, ни парня. Да вообще никого. Джулиан иногда оправдывал этот довольно странный факт (Ведь Хьюго вполне симпатичный и умный парень) отсутствием как такового сердца в чужой груди.  За время совместной игры Локи даже как-то взаправду успел поверить в то, что у его номера два был маленький моторчик вместо живого кровавого аккумулятора.  Шутка затягивается. Сердце, где-то там все -таки было, и кажется, сейчас начинает биться чаще с каждой секундой.  Это отнюдь не отменяет отсутствия какого либо опыта у бедного, всегда сконцентрированного лишь на себе и своих целях парня. Вспоминая, как порой Хьюго мог напрягать и даже бесить своими теориями и «философией», у Джулиана косится челюсть в бок.  Ведь Йоичи не любит зануд. Он тоже та еще заноза и придурок. "Самопризнанный идеолог и философ, пытающийся внушить абсолютно всем свои убеждения".  «Два сапога пара» — промелькнет в голове у Локи, когда Йоичи озлобленно отталкивается от чужой груди, а Хьюго все также пялится на японского страйкера как на сложную математическую задачку, которую так жаждет решить.  *** Вся дальнейшая игра проходит также безумно весело. У Локи создается впечатление, что он смотрит ром-ком сериал про жаркое соперничество двух футболистов.  Хьюго трогает Йоичи, словно маленький ребенок, не знающий куда девать руки. А Исаги скалится, явно боясь и не понимая происходящего.  Но дело-то в том, что Хьюго тоже не понимает.  Он продолжает делать «что-то» видимо по наитию, так как является очень умным логистом-однако-девственником. Локи хочется ударить себя по лбу: с одной стороны игра проходит неплохо, и он должен радоваться опережению в счете, но с другой — Хьюго ведет себя как полный придурок.  Забивает гол, так пафосно. Совсем для себя не свойственно.  Уж точно не для того чтобы произвести впечатление на японского бомбардира.  Да-да.  Джулиана почти разрывает, ведь Хьюго обычно не выделывается: он — очень способный парень, к тому же еще и скромный. А тут резко превратился в павлина, виляющего хвостом перед потенциальной… Потенциальным? Кем? Локи все очевидно. Он оглядывает команду и по скорченным от сдерживаемого смеха лицам понимает, что им — тоже.  *** В раздевалке уже после матча Джулиан замечает, что Хьюго ведет себя не так как раньше.  Молчаливость ньюгена — не проблема. Локи однако даже рад, что кто-то (впервые он был готов снизойти до благодарностей Исаги Йоичи) смог выкачать весь словарный запас из его друга и наконец-то заставить заткнуться хотя бы на пару минут.  Круги ада продолжаются, ведь слишком очевидная влюбленность полузащитника всего лишь катализатор. Котельня-то начинает работать именно благодаря демонам.  Шарль слишком подозрительно улыбается. Смотрит в телефон, сидя в одном ботинке со спущенными до колен шортами, и в момент, когда Хьюго проходит мимо, комментирует:  — Не знал, что у роботов бывает брачный период.  Бес. Настоящий бес. Шидо Рюсей слишком быстро взрастил в Шарле свою уменьшенную версию.  У Локи очень болит голова. И живот.  Однако, если он сейчас рассмеётся, то точно лишится лучшего друга.  Именно комментарий младшего сокомандника разрушает молчание всего состава ПСЖ. Трещину, которую Локи вполне мог бы заделать, Шевалье расковыривает молотком.  И остальные это поддерживают. Начинают перешептываться, но Хьюго вновь включает режим автопилота: смотрит в книгу и даже бровью не ведет. Наверное, в плане интереса — белые листы все еще вне конкуренции.  Шевалье падает и растекается по скамейке всем телом, всё также не отрываясь от экрана мобильника. — Уууу… С Исаги ты был куда разговорчивее.  Красная надпись, гласящая о проигрыше, появляется в ту же секунду, когда Хьюго дает маленькому демону книгой прямо по лбу. Шевалье, явно не ожидавший подобного выпада от обычно крайне спокойного номера два, роняет телефон себе на нос. Взвизгивает, подобно коту, и вскакивает.  Локи закусывает губу, отворачивается. Он прячет саму собой растущую улыбку, продолжая складывать вещи в шкафчик. За спиной разворачивается целый фарс, но он в конце концов не обязан прекращать его прямо сейчас.  Шарль выругивается. Вероятно, хватает что-то в руки, параллельно падая на пол и тем самым сдвигая скамейку в сторону. Но Хьюго быстр и хитер: слышится характерный щелк закрывающейся двери, а уже после…  В затылок Локи прилетает ботинок.  В ушах раздается немного пристыженное: «Ой… Промазал», и что-то внутри французского ньюгена номер один начинает кипеть.  «Вот же мелкий гаденыш» — Джулиан не знает, кого винит больше. Шевалье, целившегося в их полузащитника. Или самого Хьюго, так умело избежавшего наказания.  Тем не менее. Факт остается фактом — он в бешенстве. От былой насмешки не остается и следа.  *** Четвертый круг закольцовывается через пару дней на обеде. Локи даже успевает забыть о своих наблюдениях и всех переменах в поведении подопечного.  Но Шарль благополучно обо всем напоминает, всего одной фразой: — Кажется, окончательное превращение в биоробота завершено! — он смеется, корча рожицы. — Бип! Бип! Парень жует бутерброд, параллельно выковыривая оттуда огурцы. Локи хочется его отругать за это, однако упоминание робототехники заставляет отвлечься.  Шевалье вновь издевается. Это обычное дело. Но, переведя взгляд на Хьюго, Джулиан замечает, что номер два так и не притронулся к пище.  Шарль как всегда озвучивает его мысли:  — Буэ-э-э! Хьюго, ты используешь детокс диету? Или перешел на солнечные батареи?  Хьюго сидит, чуть скрючившись, опираясь подбородком о собственные ладони. На него и вправду падает солнце, а на лице все то же выражение: абсолютная концентрация.  Но на чем? Хьюго никогда не читает за обедом, ведь «пищеварительная система во время своей работы ухудшает усвоение информации».  Локи сразу догадывается, а вернее — вспоминает в чем дело. Просто его немного удивляет, что сокомандника не отпустило до сих пор.  Исаги Йоичи даже здесь успел все испортить. Хотя задумчивый Хьюго до убогого нелеп. И Локи вновь решает не вмешиваться. Просто строго смотрит на Шарля, мысленно транслируя ему приказ — доесть и огурцы тоже.  Неожиданно Хьюго легко хлопает по столу и встает.  — Пойду почитаю. — говорит он, и это дежурная фраза, которая не должна вызвать вопросов.  Но Шарль — есть Шарль. И поэтому изо рта Шевалье вылетает:  — Готов поспорить, будь у тебя также как у Локи доступ к досье всех участников, ты бы с удовольствием использовал фотографию Исаги Йоичи в качестве закладки.  Острое и резкое замечание. Джулиан знает, что демоны бывают жестоки, но чтобы настолько… Прямо объявлять о переменах в чужом поведении… Еще и называя причину… Локи бросает быстрый взгляд на спину Хьюго. Лица не видно, поэтому остается лишь угадывать дальнейший исход событий: либо номер два как обычно просто цокнет языком, либо Шарль останется без головы.  Хьюго не начинает ничего отрицать.  Не удивляется и даже не смущается черт возьми. Лишь оглядывается, приподнимает одну бровь, обращаясь уже явно не к Шарлю: — А у тебя есть доступ к чужим досье?  *** Хьюго — деревяшка.  Смешной Пиноккио, у которого из-за вранья глупо отрос нос. Локи чувствует себя папой Карло, пытающимся взбодрить несуразное бревно. Локи нравится, когда его игроки думают. Но теперь Хьюго погружается в свои мысли подозрительно часто, еще и прямо на тренировках. Иногда он выглядит так, словно его поставили на паузу или забыли завести гаечным ключом.  Это пятый, шестой и седьмой круги ада вместе.  Джулиан ведь наивно полагал, что если все-таки раздобудет злосчастное досье одного японского бомбардира, а вместе с ним и номер телефона — Хьюго вновь включится в работу.  Но желаемое лишь замедляет процесс загрузки данных, ведь Хьюго не пишет Исаги.  Вот она — настоящая преисподняя: несколько вечеров подряд видеть, как бедный номер два то набирает сообщение, (разумеется, на английском), то стирает.  В принципе, Локи и не следовало ожидать от друга каких-то решительных действий. Он пытается приободрить Хьюго, напоминая про ту самую «судьбу».  — Что с тобой, номер два?  Но не учитывает того факта, что Исаги Йоичи — триггер, при котором все правила логики идут к дьяволу на именины.  Глупый Исаги Йоичи. Деталька, выведшая из равновесия самый слаженный элемент французской сборной. Но не сказать, что Локи мог злиться на этого мальчишку.  Влюбленный Хьюго — довольно интересный. Очень смешно видеть его душевные переживания, ведь Джулиан страдал примерно также в средней школе по одной девушке из параллельного класса.  Когда же Хьюго, на третий день все-таки решается на заветное: «Привет». В ответ прилетает вовсе не милое взаимное «Здравствуй!» и не относительно нейтральный вопрос: «Мы знакомы?».  Да даже не самое банальное игнорирование.  Логика действительно не подчинялась своим же законам рядом с Исаги Йоичи.  «Шарль, если ты думаешь, что, написав мне со второго номера, твоя шутка сможет продолжиться, то ты ужасно ошибаешься!»  А потом: «Это НЕ смешно».  Конечно, Локи узнает об этом только в процессе разнимания драки двух своих самых способных игроков.  У Джулиана вновь начинает болеть голова, когда выясняется, что у Шарля свои связи: «добрый Шидо-сан» великодушно поделился с ним номером Исаги. И французский дьявол решил, что было бы крайне весело пообщаться с асом Блю Лока от лица Хьюго.  Сказать по правде, Локи почти прыскает от такого признания. Но Хьюго выглядит слишком опасно, так что ради своего же благополучия Джулиан держит лицо.  — Ты должен сказать мне спасибо. — заявляет Шарль, мотая головой.  Эта фраза вроде как должна послужить оправданием его действий. Хотя крайне сложно адекватно объяснить столь злую шутку.  В ситуации Локи все равно жаль больше всего именно Исаги. Ведь общаться целых два дня с псевдо-Хьюго — тот еще кошмар.  Гореть им в аду всем вместе.  Номер два явно готов умереть от отчаянья: ведь меж черных бровей появляются еле заметные морщины, а губы недовольно искривляются. Этих скупых эмоций достаточно, чтобы понять, что Хьюго в бешенстве.  Локи боится предполагать, как подобное  потрясение может отразиться на итак заторможенной игре его вице-президента, так что номер один решает взять все в свои руки.  В тот же день он тащит Шарля почти за шкирку в отель Блю Лока и заставляет маленького дьявола объясняться лично. Шевалье не без препираний сознается в грехах, но это не выглядит как причастие.  Скорее похоже на объяснительную младшеклассника, подложившего преподавателю кнопки на стул.  Исаги, на удивление, реагирует спокойно и даже сам кланится, также прося прощение, правда не ясно за что. Поведение действительно становится открытием для французского капитана, ведь теперь Йоичи вовсе не выглядит как эгоистичный мудак.  Больше как… обычный человек? Ладно. Очень вежливый человек.  Хьюго, (который, кстати, всё-таки решился пойти вместе с ними), стоит рядом, словно тень. Он вновь завис: Исаги Йоичи слишком близко, а значит механизм способности здраво соображать опять выведен из строя.  Локи надеется, что их трио выглядит не слишком уж пугающе в глазах Исаги. Не хватает им еще раз (в который раз) опозориться.  Однако Шевалье стыда не чувствует. Он только закатывает глаза на все фразы «о плохом поведении» от Джулиана, и попеременно спрашивает:  — А где Шидо-сан?  За что также попеременно получает легкие подзатыльники от все того же капитана.  Исаги чешет загривок, все еще вежливо махая рукой на все извинения: — Не переживайте. Все в порядке, я, честно говоря, сразу догадался, что это не Хьюго. — Он делает паузу, неопределенно мотает головой. — Не думаю, что Хьюго стал бы общаться со мной… — на чужих щеках появляется румянец. — Так.   Как это «так», остается лишь гадать. Джулиан вполне может предположить, что «без миллиона грамматических ошибок», но мысли озвучивать не решается. Смеется над своей же шуткой в гордом одиночестве про себя.  А вот Хьюго тут же вспыхивает, подобно спичке. Вероятно, он тоже замечает смущение японца, поэтому тут же вклинивается в разговор:  — Йоичи.. — произносит он таким голосом, что брови Локи подлетают вверх, а нижняя челюсть падает почти на пол. И дабы спрятать свое изумление ему приходится отвернуться.  Так, он вновь натыкается на абсолютно идентичный его собственному пораженный взор Шевалье. Они обмениваются взглядами и одновременно поворачивают головы обратно.  Перед ними вовсе не картина, а целый сюжет.  Хьюго — истинная сталь по натуре, доспехи, защищающие Джулиана от всех невзгод и верный слуга, вдруг начинает медленно плавиться, расползаясь в скомканных объяснениях и оправданиях.  — Эм… Я… Прости меня. — Теперь это нечто, до недавнего времени приходившееся Локи сокомандником, напоминает кляксу ртути.  — Ой.. Что ты! Я совершенно не сержусь!  Исаги выглядит еще более странно.  Вообще — все происходящее необъяснимо!  Ведь Хьюго — логист, ужасный, жестокий рыцарь, порабощающий всех врагов своей философией. Он тверд, холоден и невозмутим.  Исаги же гребанный эгосистичный монстр, с острым как нож языком. Он пожирает всех, кто встанет у него на пути.  Два этих образа, плотно отпечатавшихся на подкорке сознания Джулиана вдруг рушатся. Ведь у Исаги дьявольски сильно горят щеки, а Хьюго мнется, перебирая пальцы, и бесконечно извиняется.  Локи ощущает себя единственным взрослым в этом помещении.  Шарль напоминает о себе довольным хмыканьем. Точно. Он ведь тоже здесь.  По крайне злорадному выражению лица не трудно догадаться — бес уже примечает новых жертв. И чтобы избежать еще одной ненужной неловкой ситуации, Джулиан берет все в свои руки.  В прямом смысле: хватает Шевалье за шиворот и тихо ретируется, ведь Хьюго взрослый мальчик и может и сам разобраться с объектом воздыхания. Шарль хнычет, что хочет «досмотреть свой с недавнего времени любимый сериал».  Сам себе удивляясь, Локи осознает, что и сам был бы не против понаблюдать за развернувшейся комедией, но статус авторитета в чужих глаза дороже — они упрямо продолжат шагать к выходу.  *** Дело доходит до свидания. Хьюго признается в этом почти сразу, вероятно, по привычке. Мысленно Локи ликует, ведь общение с Исаги Йоичи действительно пошло полузащитнику на пользу — наконец-то Хьюго вновь стал выкладываться на тренировках.  Теперь Хьюго сливает свой бесконечный поток слов прямо Исаги в личку. Йоичи еще и умудряется на все это отвечать, так что в команде ко всему прочему становится хоть немного, но тише. (Заткнуть Шарля — нечто из разряда невозможного)  В принципе Локи может сказать, что Исаги благополучно влияет на его ньюгена. Ведь Хьюго теперь даже более открыто улыбается, нормально ест и все безразличнее игнорирует шутки со стороны сокомандников.  Джулиан наконец-то может поспать чуть более спокойно, ведь теперь часть ответственности за его игрока, сам того не понимая, Исаги водрузил на собственные плечи.  К тому же, как упоминалось ранее, влюбленный Хьюго даже почти походит на нормального человека. Чувства отнюдь не сильно мешают его логике, а напротив вплетаются в нее и помогают совершенствоваться.  За вечер до того самого «свидания» Хьюго заставляет их с Шарлем подкрасить ему корни волос. Шевалье, конечно, был близок к тому чтобы подмешать к малиновому цвету черную тонику, но, слава Богу, у Локи уже имелась чуйка на все проделки этого маленького дьявола.  Перед уходом Хьюго очень долго красит ресницы, чем сразу напоминает капитану волнующуюся девчонку перед встречей с интернет бойфрендом.  Это крайне смешно, но Локи все еще смеется только про себя.  В конце концов, нельзя ведь подрывать самооценку тому, кто всего на один шаг позади.  *** Но в аду этажи не заканчиваются. Шевалье спускает Джулиана на своем чертовом лифте с небес на землю, а именно прямо к восьмому кругу.  Как? Своим отсутствием.  Только спустя полчаса с ухода Хьюго, Локи замечает, что не хватает еще кое-кого. Одного надоедливого, крайне проблемного и раздражающего рогатого мальца.  Слишком тихо и спокойно. Во французской сборной так не бывает.  Локи почти ударяет себя по лбу. Сначала он обыскивает в панике весь корпус ПСЖ, затем пытается дозвониться до Шевалье.  Все пятнадцать раз его сбрасывают. И Локи удостаивают лишь коротким сообщением в мессенджере: «Тсс… Я в засаде 😈» И этого оказывается достаточно, чтобы до Локи дошло, что здесь было к чему. Ему требуется всего пятнадцать минут, чтобы добраться до пункта назначения. И нет, не благодаря его безумно быстрым ногам. Для особых случаев Джулиан предпочитал пользоваться такси.  Задачка: «Найти Шарля в ресторане» не представляет из себя особой сложности, ведь у Локи со временем выработался особый детектор для поиска светлой копны волос.  Шевалье сидит возле окна за столом, читая огромную перевернутую газету. Маскировка на уровне настоящего профи, поэтому Локи требуется всего пять секунд на разоблачение.   Заметив капитана, Шарль не пугается и не удивляется. Он быстро хватает Локи за руку и усаживает на место рядом с собой, прикрывая теперь уже их обоих этой злосчастной бумагой.  Джулиан чувствует, как потихоньку умирают его нервные клетки, ведь спазмы в висках ударяют с новой силой. Он устало потирает переносицу, уже готовясь отчитать подопечного, но Шарль вновь его одергивает, приставляя указательный палец к губам.  Вопрос: «Какого черта?!» — повисает в воздухе. И Шевалье медленно кивает куда-то вдаль — в самый конец зала.  Локи пытается сконцентрировать зрение и понимает, что все догадки были верны.  Хьюго сидит за столом с Исаги.  Не просто сидит. Они ужинают вместе. Исаги ест какой-то салат, параллельно рассказывая о чем-то явно крайне интересном, потому что перед французским полузащитником все еще лежит не тронутая тарелка со спагетти.  Хьюго это не нужно. Он поедает самого Йоичи.  Взглядом. Разумеется, взглядом. Хотя Локи вполне мог поверить и в то, что Хьюго бы охотно сожрал всего японца целиком.  Полузащитник что-то говорит в ответ, и Йоичи хохочет, чуть прикрывая рот рукой. Смех раздается и над ухом самого Локи, но отнюдь не японца. Это всего лишь Шевалье:  — Видал? Сейчас наш мистер-логика от счастья взлетит.  Джулиан почти смеется в ответ, но быстро вспоминает о своем статусе «взрослого», поэтому одаряет Шарля крайне строгим и максимально неодобрительным взглядом, цедя шепотом:  — Подсматривать нехорошо.  — А я и не подсматриваю. — Отзывается Шарль с легкой улыбкой. — Я ем.  Он указывает на порцию конфет, все это время стоящую прямо у них на столе, и перед тем, как капитан успевает вновь начать говорить свою притчу «об ужасном вреде фастфуда и сладостей», Шарль закидывает в рот целую горсть: — Как думаешь, через сколько Хьюго решится положить ладонь на руку Исаги? Локи останавливает сам себя. Волей не волей, но поворачивает голову обратно к объектам наблюдения и всматривается еще лучше. Действительно: пальцы двух игроков лежат на столе в опасной близости. Если бы Хьюго захотел, он мог был накрыть чужую ладонь своей.  Или, например, переплести их пальцы. Сцепить в замок. Джулиан знает, что он капитан. Что он не должен поощерять насмешки над своими же товарищами и слежку за ними. А уж тем более самому этим заниматься — верх безответвенности.  Однако вопреки всему, он подчиняется такому манящему искушению: тоже берет пару конфет и отвечает, переворачивая на сто восемьдесят градусов их общую газету для прикрытия:  — Ставлю на семь минут.  Шарль хохочет, сжимая свой край тонкой бумаги, и шепчет:  — Не. Тут минимум час.  *** Восьмой круг ада оказывается слишком уж приятным, ведь Локи подчинился греху и пал.  Кто же знал, что сидеть полтора часа за столом и играть в игру «Верю не верю» с самим сатаной может быть настолько весело?  — Ох… Ну кто же так делает. — шепчет Джулиан немного разочаровано в момент, когда Хьюго наконец-то накрывает чужие пальцы собственной рукой. — Увереннее надо. Увереннее!  Шевалье согласно цокает:  — Мда… Что-то наш андроид совершенно не следует алгоритму.  Локи прыскает:  — Это еще какому?  Шевалье хитро ухмыляется, почтительно одаривая капитана улыбкой настоящего чеширского кота. — А как же пособие по свиданиям для чайников, которое он читал последние сутки?  — О ужас.. Серьезно? — Джулиан не может сдержать смеха.  Шевалье отпивает немного колы и слишком уж самолюбиво кивает.  — Ага. Ну кто ж кроме меня поможет нашему бедняжке… Стоп!  Шарль резко поворачивает голову назад и начинает восторженно визжать:  — Смотри! Смотри! — парень не может усидеть на месте, все кивает в сторону их объектов наблюдения. — Сейчас самое интересное!  Локи думает, что продолжением сериала должно стать что-то на вроде: «А заплатит ли Хьюго за них обоих или предложит поделить счет напополам?». Джулиан искренне надеется, что законы логики все-таки не позволят их полузащитнику выбрать второй (единственный неправильный) вариант.  Но все идет совсем не по плану.  Неуклюжий официант умудряется споткнуться прямо напротив столика сладкой парочки, и облить Хьюго каким-то голубым коктейлем.  Локи корчится от смеха, почти падая носом в стол, а Шарль начинает заливаться как сумасшедший куда-то в плечо своего капитана. Газетка трясется им в такт.   Тем временем в другом конце зала происходит полный фарс: официант извиняется, Исаги начинает с ним активно ругаться, а Хьюго выглядит немного озадачено, будто совершенно не ожидая подобной иронии от судьбы.  Он кивает, как догадывается Локи, в знак извинения. Йоичи тоже что-то отвечает, возможно уточняет, нужна ли Хьюго помощь, но в ответ полузащитник лишь мягко улыбается и отходит в уборную.  — Вот умора! — шепчет Шарль, и Джулиан вдруг осознает.  «Сейчас самое интересное!» — повисают в сознании чужие слова.  Дьявол улыбается. Локи понимает, что все пошло именно по плану. По плану этого мелкого деспота!  — Ты это подстроил?  — Ага. Официанты на многое способны за хорошие чаевые.  Вот теперь Локи хмурится. Шевалье видимо забыл с кем разговаривает. Статус тренера и капитана вновь восходит на первое место, так что Джулиан просто обязан отругать друга.  Шарль его опережает:  — Ой-ой! Ну подумаешь, смешно же получилось.  Локи думает, что действительно забавная ситуация. Но сейчас Исаги сидит за столом один с видом потерянного котенка. У них с Хьюго ведь первое свидание как никак, следовательно все должно было пройти идеально.  По крайней мере именно на это рассчитывал его друг.  Локи все-таки дает Шарлю подзатыльник. Но утаскивать из заведения не спешит.  Досмотреть комедию ведь тоже нужно.  *** Девятый круг ада начинается, когда Локи осознает, что с момента ухода Хьюго прошло более десяти минут. А полузащитник так и не вернулся.  Это совершенно не в его характере. Хьюго никогда не опаздывает: он даже слишком пунктуален, да и вообще способен разобраться с гребанной облитой рубашкой хоть за десять секунд.  Через пятнадцать минут Исаги не выдерживает, и Локи может его понять. Йоичи подзывает официанта, до недавнего времени пролившего на Хьюго напиток, и, вероятно, уточняет, что-то.  Встает и уходит в том же направлении, что и французский полузащитник пару минут назад.  Проходит еще десять минут.  Столик в конце зала — пуст.  Джулиан задумчиво произносит:  — Оба пропали.  Шевалье только допивает свою порцию колы и, протирая рот салфеткой, выдает:  — Ага. Идем.  Локи не верит собственным ушам.  — Чего?  — Говорю, иде-е-е-ем. — повторяет Шарль уже этим своим придурковатым «ноющим» голосом. — Спектакль продолжится уже в отеле.  Джулиану приходит предзнаменование свыше, что что-то здесь не чисто, поэтому он легко складывает руки на груди и смотрит прямо в желтые глаза подопечного своим самым испытывающим взглядом на свете.  — Что ты сделал? — строго произносит Локи, приподнимая бровь.  Шевалье вертит головой.  — Что ты сделал? — повторяет капитан вновь, словно экзорцист, пытающийся изгнать непослушного демона.  Шевалье все равно сопротивляется. Упрямо молчит, отворачиваясь. У Локи вновь начинает болеть голова, но сдаваться абсолютно не в его характере.  — Что. Ты. Сделал. — тон походит на голос настоящего диктатора, и тогда-то Шарль машет белым флагом.  — Ну.. Предположим… Чисто теоретически… Я мог заплатить официанту, чтобы тот не только устроил шоу с напитками… Локи испытывающе приподнимает бровь.  Если в механизм попадет хоть капля воды, устройство тут же выходит из строя. Вероятно, нечто подобное и спланировал маленький бес.  — Возможно… Он сказал им не то направление… — И где они сейчас? — Локи кладет ногу на ногу, все еще коря себя за собственную глупость. Как вообще он мог поверить, что идеи Шевалье могли окончиться чем-то хорошим?!  — А мне почем знать? — Шарль высовывает язык, строя нелепую мордочку. — Тем более пока ведь ничего не произошло… Самое время уходить!  Шевалье почти удается встать, но твердая рука тренера ловит его за шкирку. Девятый круг ада ждет, и Джулиан уже сам готов спуститься в самый низ.  *** В общем и целом — Локи (не без труда) разбирается сначала с непослушным подопечным, а уже потом с безответственным официантом-нарушителем.  Оказывается, что Хьюго и Исаги были отправлены в не используемую комнату для персонала. Вопрос: почему же объекты наблюдения так и не вернулись за стол остается. Локи дергает за ручку двери, но та не поддается. По ту сторону сразу слышится странный шум, как будто что-то на вроде коробок валится на пол, а затем и тихие перешептывания.  — Да! Мы здесь! — говорит Исаги.  Всем сразу становится понятно, что к чему. Локи договаривается с официантом о взаимном молчании — никто не узнает о прецеденте с незаконной оплатой несовершеннолетним сомнительных услуг, а взамен Хьюго и Исаги остаются в неведении, что кто-то вообще за ними следил.  Сделка есть сделка. И Локи с Шарлем все-таки удается начать аккуратно ретироваться в безопасное место.  Джулиан с Шарлем почти выходят из заведения, когда дверь кладовки наконец-то распахивается и из нее выходят…  Он не может поверить собственным глазам. Глазницы Шарля тоже превращаются в два широких блюдца.  Происходящее походит на абсурд, потому что у Хьюго полностью растрепанна прическа, расстегнуты первые три пуговицы ворота, а сами края рубашки неаккуратно кое-как заправлены в брюки.  Исаги выглядит не лучше. Он стоит за спиной полузащитника, в какой-то не свойственной для себя тряске. Волосы у японца в абсолютно таком же бардаке, словно в них кто-то зарылся несколько раз ладонью, а кофта застегнута лишь наполовину.  Эти двоя реально как «два сапога пара». Локи таращится на своего полузащитника и все понимает. Несмотря на головную боль, на губах расплывается улыбка, ведь Хьюго черт возьми выглядит как дровосек, которому волшебник Изумрудного города наконец-то подарил плюшевое сердце.  Колотящееся, горячее и отбивающее заветную азбуку Морзе.  *** На улице они молчат. Шевалье скорее всего осознает, что ему не хило влетит за подобную выходку, как только они вернутся в отель. Минимум три дополнительных подхода во всех упражнениях на пасы и пять оборотов вокруг стадиона трусцой.   Хотя после такого перформанса Локи ловит себя на мысли, что ругаться и ругать особо желания и нет. — Я, кстати, заклинивание двери не оплачивал… — тихо произносит Шарль, нарушая тишину, и Джулиан почему-то верит ему на слово.