Звёзды для одного

Бедная Мэрри практически разваливалась после шторма и побега от морских обезьян. Все очень ее любили, она тоже член команды Мугивар. Еще до их приближения к берегу Луффи твердо вознамерился во чтобы то ни стало найти плотника и сделать его членом экипажа. В этот раз у Усоппа было плохое предчувствие насчет нового острова, — не было ли у него такого предчувствия перед каждым островом? — но в этот раз всё было серьезно, они увидели пиратский корабль, на котором не было ни одного живого человека. Усопп обыскал этот корабль, следов битвы тоже замечено не было, оставались только безжизненные тела, разлагающиеся на палубе. Им уже ничем нельзя помочь. — Ребят, вам не кажется это странным? То судно ничем не напоминает пиратский корабль, даже паруса не было!! – Усопп нервно размахивал руками и чуть не задел лицо Санджи. Кок выдохнул дым и снова вдохнул сигарету: — Значит это были не пираты, ничего особенного. — и удалился в кампус. Зоро внимательно посмотрел ему в спину и тихо хмыкнул. Они вошли в туман, Робин, стоя в гнезде уже довольно продолжительное время, наблюдала за островом и сказала, что они скоро будут. — Послушай, ты должна сказать как увидишь остров… — ОСТРОВ, УРА!! О, я вижу берег, доставайте якорь!!! Приблизившись еще немного, им открылся чудеснейший вид на огромную пустую поляну с длинными деревьями. Зоро занервничал. Земля не выглядит заселенной людьми. А если это так, кок не сможет пойти в деревню за продуктами, а Зоро в свою очередь не поможет ему нести продукты. С недавних пор у него появилась привычка кусать внутреннюю сторону губы, когда он нервничает. Мечник и сейчас неосознанно начал ее кусать, но продолжить ему помешала нога, почти его ударившая. Рефлекторно достав из ножен одну катану, Зоро отбил удар и уставился на кока. Санджи закурил сигарету и впервые за несколько дней посмотрел прямо в глаза. И почти тут же отвел взгляд, из-за чего Зоро чуть не застонал. ”Не понимаю своей реакции, почему я так сильно хочу, чтобы он на меня смотрел? Не важно, раз моя проблема лишь в том, что он на меня не смотрит, я заставлю его смотреть”. Вокруг Зоро вспыхнули языки фиолетового пламени и в глазах появилась жажда крови. По крайней мере, так об этом рассказывал Усопп Робин и Нами, когда все, кроме них, сошли на берег. Чоппер и Луффи бегали по острову и наткнулись на длинного медведя! Все животные на острове были очень вытянутыми, лошадь, которую они вскоре встретили, больше походила на жирафа. Когда Чоппер, Усопп и Луффи нашли какого-то деда и затащили его в один единственный дом, увиденный на острове, Зоро решил не терять время и пойти в наступление, он незаметно подкрался к своей добыче и потащил его за шкирку на корабль, чтобы коку было сложнее сбежать от него. — Маримо, ты что делаешь?! Быстро меня отпусти, я тебе врежу! На драку нарываешься? — кок пинал Зоро, но тот все равно затащил его на корабль и засунул в каюту. Так вышло, что Зоро прижал его к первой попавшейся поверхности — кровати Санджи. Теперь кок был в затруднительном положении: на его бедрах сидит маримо, – при мысли о котором коку хочется одновременно улыбаться во весь рот, как дурак, и схватиться за сердце, в отчаянной попытке вырвать его и перестать думать об этих чувствах – и прижимает его к его же собственной кровати. И тут Зоро, к удивлению Санджи, обмяк и ослабил хватку на руке, второй сжимая воротник кока: — Почему.. ты не смотришь на меня? Зоро покраснел, он не планировал показывать слабости, он хотел уверенно выбить из поварешки ответы и разрешить ситуацию, но с таким голосом он ничего не сможет решить… — Слезь с меня. — Санджи наклонился так, что его лица не было видно, только нахмуренная завитая бровь. — Зоро. Но Зоро только сжал руку Санджи, не желая слезать. Настолько близкое присутствие кока так расслабило Зоро. Во всем виновата завитушка. Если бы они бились как раньше, иногда касались друг друга в споре или в разговоре, Зоро было бы достаточно. Но сейчас Зоро чувствовал себя на пределе, будто он оголодал, не получая должного внимания, и ему совсем не хочется отпускать с трудом добытое. — Серьезно, Маримо, прекрати… — Санджи затрясся всем телом, Зоро успел испугаться, вдруг ему плохо, как почувствовал что-то твердое. Упирающееся ему прямо в попу. Он немного приподнялся и посмотрел на предмет дискомфорта. У Санджи стоял. Приподняв голову, он обнаружил кровь на рубашке и голодный взгляд, адресованный ему. По спине пробежали мурашки. Зоро не слезает. Только хватка на воротнике чуть слабеет, но не отпускает. Он смотрит на кровь — Санджи, его кровь, от одного только вида Зоро сверху — и внутри всё переворачивается. Не от отвращения. От чего-то другого, тугого и горячего. — Что с тобой происходит? — голос Зоро низкий, с хрипотцой. Он не узнаёт его сам. Санджи молчит. Отворачивает лицо, но бежать некуда — кровать, стена, Зоро сверху. Завитая бровь дёргается. — Ничего. Слезь, маримо. — Врёшь. Зоро наклоняется ниже. Теперь их лица в нескольких сантиметрах. Он чувствует запах табака, кофе, чего-то ещё, отчего в горле пересыхает. — Ты неделю от меня бегаешь. Не дерёшься. Не смотришь. А сейчас… — он кивает на свои штаны, на стояк Санджи, на кровь, которая уже свернулась на его рубашке, — сейчас вот это. Я тупой, но не настолько. Санджи закрывает глаза. Дышит ртом. Пальцы сжимают одеяло до белых костяшек. — Зоро, пожалуйста… — Что «пожалуйста»? — Зоро не двигается. — Чтобы я слез? Или чтобы… — он замолкает, потому что сам не знает, что хотел сказать. Тишина. Слышно только их дыхание и где-то далеко — голос Луффи. — Мне снятся сны, — выдыхает Санджи. Так тихо, что Зоро приходится наклониться ещё ближе. — Каждую ночь. С тобой. Такие сны, после которых я… — он не договаривает. Потому что Зоро и так видит. Зоро не отстраняется. Не бьёт. Не смеётся. Просто смотрит в глаза — наконец-то они просто смотрят друг на друга не отвлекаясь. — И поэтому ты бегаешь? — А что мне ещё делать? — Санджи усмехается криво, почти болезненно. — Прийти и сказать: «Зоро, мне снится, как я тебя раздеваю и трахаю, будь другом, сделай так, чтобы это прекратилось»? Зоро молчит. Секунду. Две. — А если не прекратится? Санджи замирает. — Что? — Я говорю, — Зоро сжимает воротник сильнее, но теперь это не агрессия, а что-то другое, — а если я не хочу делать так, чтобы это прекратилось? Вопрос висит в воздухе. Санджи смотрит на него — растерянно, испуганно, с надеждой, которую тут же пытается задавить. В этот момент дверь в каюту открывается. — О, а вы чего тут? — Луффи застывает на пороге, с мешком вытянутых фруктов. — Зоро, ты дерешься с Санджи? Это игра? Я тоже хочу! Прежде чем они успевают в смущении отскочить друг от друга или хотя бы ответить, Луффи наваливается сверху и толкает их на пол, придавливая своим весом и огромным тяжелым мешком. — Слезь с нас, придурок. — раздраженно хрипит Санджи, чувствуя на своей шее чужое дыхание, возбуждение всё еще не прошло, и всё еще прижимающийся к нему Зоро никак не способствует этому. Пока их разговор отложен, но оба понимали, что их отношения уже изменились.