Неправильные друзья

      Тэхён много людей встречал за свою жизнь. Кого-то ненавидел, кем-то дорожил, но всегда относился к ним искренне. Он любит врать себе, но не кому-то, хотя не всегда получается именно так, как хочется.       Именно так он думает, когда сидит в небольшой кофейне рядом со своими друзьями из университета: Чимином, Чонгуком и Юнги. Он их безумно любит и каждому готов помочь хоть ночью, хоть на грани смерти.       Давным-давно, когда они ещё только поступили, то встретились в кафетерии. Чимин тогда подошёл к Тэхёну и предложил присоединиться к ним за столик. Конечно, Тэхён согласился, и так началась их дружба. Часто компания друзей зависала в различных кофейнях, чтобы всем перемыть косточки и узнать новости.       Не всегда получалось встречаться из-за разных графиков, но, когда это случалось, Тэхён не мог не быть счастливым, видя, как каждый из друзей делится чем-то личным. Сам же он любит больше слушать, чем говорить, поэтому обычно много не рассказывает. Кроме моментов, когда кто-то его выбешивает. В таких случаях Тэхён гневно рассказывает всё, что думает, но подобное случается довольно редко.       — Тэхён, ты как думаешь, прав ли Юнги, что не принёс мне важный доклад, так как ему было, видишь ли, лень поднять свою задницу? — эмоционально спрашивает Чимин, тыча пальцем в сторону Юнги. Тот лишь скрестил руки на груди, показательно закатывая глаза.       — А? Ну, вряд ли. Я не знаю…       — Тэхён, ты опять летаешь в облаках? Ты за всю встречу и слова мне, кажется, не сказал. — Чимин переключает своё внимание на него. — Что с тобой? Что-то случилось? Почему мы не знаем?       Иногда долбанная привычка Чимина за одну секунду закидывать человека миллионами вопросов давит на Тэхёна, и в такие моменты он не знает, чего ему больше хочется: показать фак, чтобы он перестал, или попросить пощады.       — Ничего не случилось. Откуда такие мысли? Просто, наверное, устал после вчерашней поездки с Чонгуком.       Не то слово — устал. Как можно не устать, когда объект твоей влюблённости просит с ним поехать к своим родителям, чтобы показаться образцовым сыном и порадовать их. Ведь те просто обожают Тэхёна и готовы накормить его всем запасом кимчи, который они готовят на весь год.       Тэхён рад к ним приезжать и общаться, но его утомляет необходимость постоянно быть рядом с Чонгуком. Спать в одной комнате. Видеть детские фотографии и ловить себя на мысли, что хочется одну стащить к себе домой и спрятать в тумбочку.       Его любовь началась, наверное, с самого первого дня, когда он сел за столик и поднял взгляд на татуированного парня с пирсингом на губе. Да, именно тогда он начал понимать, что пропадает. Чонгук же всегда проявлял искреннее дружелюбие, как и ко всем остальным. И, как бы в самом начале ни хотелось думать, что Тэхён мог бы стать для него особенным и попробовать перейти черту, такого не было.       Ещё больше ухудшает положение то, что Тэхён не может никому рассказать об этом. Не то чтобы он не доверяет остальным парням, но портить своими чувствами атмосферу в их компании ему совсем не хочется.       — О, кстати, как всё прошло? — спрашивает Чимин, совсем позабыв прошлую тему.       — Да всё как обычно. Мои родители любят Тэхёна больше, чем собственного сына. Мне кажется, они больше будут рыдать на свадьбе Тэхёна, чем на моей, — встревает в диалог Чонгук, сидящий рядом с Тэхёном.       Свадьба. Да, ещё один факт: Чонгук — гетеросексуал. И с этим нельзя было спорить, так как тот даже не скрывал свои похождения по девушкам, часто хвастаясь удачными свиданиями, а сейчас вообще уже несколько недель встречается с одной красоткой из университета.       Хоть в компании никто никогда и не поднимал тему отношений, но всем давно было понятно, что Юнги с Чимином встречаются и недавно переехали в квартиру. И каждый раз, когда Тэхён видит, как Юнги крепко сжимает кисть своего парня, внутри него просыпается зависть. Хоть жалеть себя он никогда не любил, исключения бывают.       Иногда приходила мысль послать Чонгука как можно подальше и обратить внимание на кого-то другого в университете, но при первой же попытке с кем-то поцеловаться на вечеринке Тэхён понял, что никто не будет круче Чонгука. Чужие руки словно оставляли ожоги на талии, а дыхание казалось противным. Поэтому такие попытки он оставил в прошлом.       Лишь иногда получалось отдалиться на некоторое время, например, когда у них были экзамены. У Тэхёна появлялась надежда, что он сможет это пережить и избавиться от глупой влюблённости, но оказывалось всё наоборот. Каждый раз его словно выворачивало, когда он долгое время не видел Чонгука. Он думал о нём постоянно: когда шёл из магазина и нёс продукты; перед сном, представляя, каково было бы засыпать рядом с Чонгуком, считая его сердцебиение.       После всех этих попыток Тэхён просто смирился, позволив себе быть рядом с Чонгуком, даже если это причиняло боль, когда он видел, как тот переписывается с какой-то девушкой. Лучше так, чем никак. А после окончания университета они все разъедутся, устроятся на работу, и не будет таких частых встреч, переписок по ночам и дружеских объятий. Тэхён обещает, что обязательно попытается забыть Чонгука, но не сейчас.       Пока Тэхён витал в облаках, Чонгук рассказал ребятам, как они чудесно, по его мнению, провели время у его родителей, а после Чимин начал предлагать, как можно провести ближайшие выходные вместе.       — Может, пойдём куда-то выпить? Давно не собирались так, а то всё кафе да кафе.       — Ну-у, я в принципе не против. Главное, следить, чтобы Тэхён не выпил текилу, — говорит Чонгук, кивая в сторону того.       — Эй!       — Да, да, Тэхён, мы все помним тот момент, когда ты напился и пошёл танцевать со всеми, — поддерживает Чимин. — Ну, так пойдём тогда в субботу?       Все соглашаются. Тэхён уже чувствует, чем это может обернуться, но причин для отказа он не придумал, а забыться в алкоголе давно хочется.       На этом друзья заканчивают свою встречу. Все выходят и прощаются. Первыми уходят Чимин с Юнги, сказав, что хотят сегодня вместе посмотреть новый фильм по вселенной Марвел. Когда же Тэхён остаётся наедине с Чонгуком, то тоже хочет сбежать… или остаться. Это он ещё не решил.       — Тэхён, ты свободен сегодня? Не хочешь тоже фильм посмотреть? — предлагает Чонгук, поворачиваясь к нему всем корпусом и внимательно анализируя эмоции на его лице.       И Чонгук всегда так поступает. Предлагает, надеясь, что Тэхён согласится, а тот практически не может отказать. Но не после вчерашнего, когда Тэхён не мог заснуть от понимания, что Чонгук спит на соседней кровати и находится так близко. Можно сделать пару шагов, прикоснуться и наконец-то понять, что он рядом, что не сбежит.       — Честно говоря, у меня ещё остались не записанные лекции, и я планировал их сегодня закончить, — пытается оправдаться Тэхён, прекрасно понимая, что не выдержит ещё один вечер рядом с Чонгуком.       — О, ну, тогда я просто рядом полежу, а потом, может, что-то и посмотрим, — как ни в чём не бывало говорит тот, уже поворачиваясь и направляясь в сторону дома.       «Чёртов Чонгук», — думает про себя Тэхён, медленно плетясь за ним.       Вот так всегда и получается. Каждый раз, когда Тэхён пытается отдалиться, провести черту, Чонгук её нагло пересекает и догоняет его, не позволяя уйти.       — А ты разве не хочешь провести время со своей девушкой? Как её там зовут? Мин Ри? — начинает Тэхён.       Конечно, он знает, как её зовут. Как и всех прошлых десять девушек. Но подавать виду — выше его гордости.       — А, забей. Сегодня хочу с тобой время провести, — отмахивается Чонгук, что совсем не похоже на него. Обычно он может по полчаса рассказывать о девушках.       Дальше Тэхён не хочет развивать диалог: и так в груди ноет, а ему ещё необходимо пережить сегодняшний вечер.

***

      — Хён, а ты когда-нибудь влюблялся? — неожиданно спрашивает Чонгук, отвлекая Тэхёна от домашки.       Тот хлопает глазами, не зная, что ответить. Нет, в голове, конечно, появляется идея сказать: «Ага, ты как раз и являешься моей больной любовью уже два года. Спасибо, что спросил».       — Конечно.       — И было классно? Что чувствовал тогда? — не унимается Чонгук, лёжа на боку на большой кровати Тэхёна, подпирая голову локтем. Его чёрная футболка немного задралась, открыв вид на накачанный пресс, ради которого ему пришлось долгое время стараться в спортзале.       — Мне не везёт в любви.       И это чистая правда. У него даже не было нормальных отношений, а перепихоны на одну ночь совсем не считаются. Снять напряжение — это одно, а вот подпускать к себе человека — совсем другое.       — Правда? А по тебе и не скажешь. Такой красавчик, а я ни разу не видел тебя с девушкой.       С девушкой…       — Я не люблю девушек, — только и говорит Тэхён и встаёт со стула, желая как можно быстрее уйти на кухню и налить воды.       Диалог продолжать совсем не хочется, так как признаться, что ты гей, всегда сложно, и Тэхён не исключение. Но Чонгук так не считает, ведь идёт следом за другом.       — В смысле? То есть совсем не нравятся? А кто тогда? Парни? — не унимается Чонгук. — А почему тогда не говорил?       Тэхён правда старается не показывать хоть какие-то эмоции, но всё же агрессивное питьё воды выставляет всё на блюдечке.       — А как я должен был сказать, Гук? «Хэй, я тут гей, хочу, чтобы ты это знал». Или на лбу написать?       Тема ориентации всегда была триггерной для Тэхёна. Ещё в детстве он помнил, как пытался всем видом показывать, что не засматривается на мальчиков в саду, а после и в школе. Корея такого не прощает. Да и ему не нравится, когда кто-то лезет в душу. Пьяным он ещё может что-то выдать из личного, но никак не на трезвую голову.       — Ну не знаю. Хоть бы намекнул, что ли. Чимин с Юнги же не стесняются такого, — пожимает плечами Чонгук. — Ты боишься, что ли, раз так завёлся? Не подумай, я не осуждаю тебя. Просто непривычно, что, возможно, многого не знаю о тебе. Мы же лучшие друзья.       «Лучшие друзья», — красной надписью мигает в голове Тэхёна.       Ему одновременно хочется плакать и смеяться, но резко приходит понимание, что он правда очень сильно завёлся из-за обычного вопроса.       — Да, конечно, Гук. Прости. Просто тема ориентации явно не та, которую я хочу обсуждать с кем-то. Но да, если хочешь знать, то мне нравятся парни, но давай сейчас закроем эту тему.       Чонгук хлопает глазами, не веря своим ушам, но всё же кивает. Тэхён тяжело выдыхает полной грудью, ставит кружку на стол и возвращается в комнату к тетрадям.       Говорить больше не хотелось, а Чонгук, наверное, решил больше не поднимать эту тему и спокойно лёг обратно на кровать, уткнувшись в телефон и начав что-то печатать.       Лишь спустя пятнадцать минут сердце Тэхёна более-менее успокоилось. Только руки всё ещё немного тряслись от пережитого адреналина. Не так он всё хотел. Уж точно не так.

***

      Диджей, по мнению Тэхёна, совсем не справляется со своей работой. Каждый трек вызывает у него только желание как можно громче крикнуть: «Бро, включи что-нибудь нормальное!»       Когда же заиграл знакомый трек, а Тэхён перед этим успел выпить несколько шотов и потерять друзей из виду, у него появляется замечательная идея — обратить на кого-то внимание и, желательно, скрасить свой вечер в чужих руках. Хотя это поможет, может, на долю секунды, но так хочется забыть вопросы Чонгука о любви.       Тело само движется в самый центр танцпола. Безумная давка и отсутствие кислорода не нравятся Тэхёну, но ещё больше не нравится мысль, что вот-вот — и Чонгук обратит на него внимание. Заметит, как он крутит бёдрами, как красиво выглядит его торс в чёрной обтягивающей водолазке. Эта мечта греет душу, но также забирает силы.       Однако сейчас он чувствует только, как чужие ладони ложатся на талию. Как крепко сжимают и как хочется от них сбежать. Хотя вроде бы за этим он и пришёл — чтобы попасть в чужую сеть и на долю секунды забыть про свою невзаимную любовь.       В уголках глаз собирается влага. Тэхён аккуратно стирает слёзы и задирает голову. Тоска и жалость к себе накрывают его, как тяжёлое одеяло, когда ложишься спать. Сильно и полностью. Весь его план трещит по швам, а алкоголь только подливает бензин в огонь.       «Ну какой же ты дебил», — думает про себя Тэхён, срываясь с места прямо в туалет, чтобы умыться и остановить истерику. И пусть макияж испортится. Ему уже абсолютно всё равно.       Уборная оказывается свободной, что очень удивительно для клуба. Подбежав к раковине, Тэхён мечтает, чтобы он мог успокоиться не в одиночестве, а, например, в желанных объятиях. Укутаться бы и пропахнуть чужим парфюмом, а в качестве лекарства получить поцелуи по всему лицу. Но это должен быть только один человек. Только его губы и руки.       Слёзы уже не слушаются, текут ручьём, портя макияж. Ком в горле и заложенный нос не дают успокоиться, а психологический трюк в виде подсчёта от одного до десяти и обратно совсем не помогает.       «Чонгук, Чонгук, Чонгук», — крутится в голове.       — Тэхён, с тобой всё хорошо? — неожиданно раздаётся голос из-за спины.       Тэхён вздрагивает и поднимает заплаканные глаза, чтобы через зеркало увидеть того, кого так молил увидеть пару секунд назад.       От вида обеспокоенного лица Чонгука хочется завыть, как волк на луну. Ну почему ему так не везёт? Когда виновник торжества стоит прямо за спиной и спрашивает о состоянии, что ему ответить? «Всё хорошо. Тебе просто показалось?» или «Блин, походу последний шот текилы был лишним, бро?».       — Тэхён, ответь что-нибудь, — просит Чонгук, подходит ближе и кладёт кисть на его плечо.       Разворачиваться не хочется, взгляд бегает по раковине. Тремор бьёт по телу, сдавая хозяина.       Не дожидаясь ответа, Чонгук сам разворачивает Тэхёна к себе и пытается поймать зрительный контакт. Тэхён чувствует, как с каждой секундой Чонгук становится всё ближе к его лицу, пальцами хватает за подбородок, заставляя поднять голову и посмотреть всё-таки на него.       — Что тебя расстроило?       Ну вот как его можно не любить, если не брать во внимание красивую внешность? Как можно не любить, когда он так бережно относится и беспокоится, просто увидев, что Тэхён плачет?       Мысли крутятся в голове с бешеной скоростью: от необходимости срочно оттолкнуть Чонгука и сбежать до желания поцеловать его пухлые губы и запустить руку в густые тёмные волосы.       — Тэхён, твою мать, ответь что-нибудь! Мне надо что-то сделать? Может, вызвать такси и поехать с тобой или принести воды? — не унимается Чонгук, а на его лице проскальзывает тревога.       Слёзы уже останавливаются, потому что прямо сейчас Тэхён слышит желанный парфюм. Он ощущает чужое тепло, а взглядом пытается найти ответы в глазах напротив.       Щелчок.       Может, из-за выпитых больше пяти шотов текилы или эмоционального напряжения, но Тэхён не отвечает. Лишь хватает Чонгука за грудки и притягивает к себе совсем близко. Между ними остаётся несколько сантиметров, в которых смешивается их дыхание. Тэхён совсем не обращает внимания на реакцию Чонгука, хотя тот ошарашенно застывает на месте, давая возможность делать всё, что захочется.       Губы сами тянутся к чужим и накрывают их с таким отчаянием, словно вот-вот наступит конец света и им осталось жить несколько секунд, а значит, жалеть совсем не о чем. Так кажется в моменте, пока Тэхён пробует на вкус Чонгука. Всё именно так, как он представлял практически каждую ночь на протяжении двух лет. Потрескавшиеся губы, едва уловимый вкус алкоголя на них и ноль реакции. Это он понимает не сразу, как и то, что поцеловал натурала. Но так хочется, поэтому Тэхён даёт себе ещё пару секунд, чтобы запомнить тяжесть на губах. Запомнить, каково это — целовать самого Чонгука, со смесью дешёвого алкоголя, боли и отчаяния.       Ответа Тэхён не ожидал, поэтому отстраняется и прячет глаза под чёлкой. Раньше он думал, что больнее уже не будет, что всему есть свой предел, но не после того, как вкусил запретный плод. Вот она — настоящая боль, смешанная со стыдом, ненавистью и желанием умереть прямо на месте. Как после такого смотреть в глаза «другу», если тот до сих пор ошарашенно стоит и, кажется, готов прожечь взглядом дыру в нём?       Ноги сами начинают двигаться, хотя тело практически не слушается, и Тэхён срывается с места к двери. Что-то говорить совсем не хочется, как и оправдываться. Всё. Это конец. Больше не будет дружеских разговоров, просмотров фильмов и тому подобного. Ким Тэхён сам всё испортил — своими руками и губами.       Когда до спасения остаётся сделать последний шаг, Тэхёна грубо хватают за правую руку и с такой же силой возвращают на место.       — Что это значит, Тэхён? — тихо спрашивает Чонгук. Его голос становится низким, с ноткой агрессии. Во всяком случае так кажется Тэхёну. — Ответь ты уже хоть что-нибудь! Это что-то значило для тебя?       Тэхён мотает головой, не в силах признаться. Пусть Чонгук лучше считает это пьяной выходкой, чем чем-то настоящим.       — Тогда, значит, я могу поступить точно так же? Ты же с кем-то поссорился и решил забыться со мной? — предполагает Чонгук, второй раз за вечер хватая пальцами подбородок Тэхёна и заставляя посмотреть на себя.       Ох, как же Чонгук ошибается, что Тэхёну даже становится немного обидно, но раскрывать свою ложь он не намерен. Тем более…       — Что значит «поступить так же»? — впервые что-то говорит Тэхён. Его голос практически сел от слёз.       — Это значит, что…       Не договорив, Чонгук наклоняется и целует Тэхёна. Поцелуй оказывается быстрым, смазанным, но сильным и грубым. Чонгук буквально пытается съесть Тэхёна, словно вымещает всю злость, перемешанную со страстью.       Весь мир уходит на второй план. Остаются только губы, жар по всему телу и долгожданное удовольствие. Вот чего хотел Тэхён всё это время. Хотя поцелуй получается быстрым и грубым, Тэхён ни о чём не хочет задумываться: ни о том, что у Чонгука всё так же есть девушка; ни о том, что он — его лучший друг, который прямо сейчас прижимает его к своему телу и начинает тереться бёдрами.       Тэхёну абсолютно всё равно на всё, пока он во власти чужих рук, губ и тела. Пусть Чонгук делает с ним всё, что хочет. Хоть трахнет прямо в грязном туалете, куда в любой момент может зайти посторонний. Абсолютно всё равно. Но единственное, чего не позволяет себе Тэхён, — это мечтать, что после поцелуя всё будет по-другому. Что Чонгук из-за одного поцелуя поймёт, что он больше не натурал, сразу же бросит девушку и уйдёт к нему.       Нет, совершенно нет.       Слоган сегодняшнего вечера: «Будь что будет». Поэтому Тэхён первым отстраняется, давая себе передышку. Загнанное дыхание воцаряется в полутишине. Недолго думая, Тэхён опускается на колени, а возле его лица оказывается чужой пах. Руки сами всё делают, не давая времени на подумать. Штаны опускаются до лодыжек, а за ними и нижнее бельё. Вот так, не спрашивая, Тэхён оставляет Чонгука полуголым.       Поднимать взгляд совсем не хочется, но необходимо знать, можно ли притронуться. Глядя на Чонгука снизу вверх, Тэхён видит его затуманенный взгляд и ухмылку, означающую разрешение.       Времени у них не так много, поэтому он не медлит, берёт правой рукой член и круговыми движениями сначала массирует головку, а после опускается к основанию. Орган твердеет на глазах, что лишь подогревает Тэхёна. Желание облизать и взять в рот овладевает им, и он поддаётся, начинает с самого кончика, а после постепенно опускается и останавливается на половине.       Сверху слышится едва уловимый стон. Да, именно это хочет слышать Тэхён в таком положении. Амплитуда движений нарастает с каждой секундой. Тэхён пытается вспомнить все возможные техники, чтобы принести своему объекту обожания как можно больше удовольствия.       Неожиданно он чувствует чужую руку в волосах. Та крепко сжимает их у основания, заставляя взять как можно глубже, а после задаёт бешеный темп. Тэхёну становится сложно дышать, особенно когда Чонгук насаживает его практически до конца и задерживает голову на несколько секунд.       В комнате всё чаще звучат мычание и вздохи. Чонгук практически не стонет открыто, но этого больше чем достаточно.       Через несколько бешенных фрикций Чонгук заставляет Тэхёна замереть у самого основания, так что член проникает в горло. Тэхён практически чуть ли не плачет, но ему всё нравится. Он терпеливо дожидается, пока Чонгук ослабит хватку, но тот ещё несколько раз насаживает Тэхёна и заставляет отстраниться.       Сперма попадает на лицо и немного на рубашку. В комнате слышится учащённое дыхание двоих одновременно. Тэхён не спешит что-то делать, лишь смотрит на Чонгука и пытается запомнить всё до мелочей, ведь такое больше не повторится.       Он не обращает внимания на свой стояк. Сейчас ему важна исключительно реакция Чонгука, которая кажется очень даже положительной. Тот приходит в себя достаточно быстро и внимательно рассматривает Тэхёна, который всё ещё стоит на коленях. После нескольких секунд зрительного контакта Чонгук протягивает руку и помогает ему встать.       Тэхён не собирается смотреть в зеркало, но всё же краем глаза замечает, как по его лицу растекается сперма. Макияж теперь окончательно испорчен, а губы и вовсе покраснели — теперь их цвет напоминает клубнику. От такого сравнения Тэхён мотает головой. Думать совершенно не хочется, хотя алкоголь наконец-то уступает место здравому рассудку.       — Мы должны будем после этого поговорить, — подаёт голос Чонгук. Он стоит сзади, надевает джинсы и застёгивает ширинку.       Тэхён на это ничего не отвечает. Просто умывается и старается не пересекаться взглядом с другом, хотя после произошедшего у него не повернётся язык так называть Чонгука. Да и говорить не хочется на эту тему даже сейчас. Что он ему скажет? «Сорри, у меня на тебя встаёт, и я тебя люблю. Но ты не подумай ничего такого. Я просто соврал, что это ничего не значит».       «Точно. Это же ничего не значит», — вспоминает Тэхён, когда наконец покидает туалет.       В моменте Чонгук на кого-то отвлекается, давая ему возможность сбежать. Не оглядываясь, Тэхён выходит из клуба и оказывается на улице, где вовсю царит весна. Обречённость и ненависть уже ждут его за углом и вот-вот грозятся накинуться на него. Но такси оказывается намного быстрее.       Вот так он уезжает подальше от всего. Возможно, завтра с утра Тэхён всё обдумает и уйдёт в запой как минимум на неделю, но это будет завтра.       Сейчас же он чувствует облегчение в душе, но не в штанах.

***

      Они не поговорили, хотя прошла уже неделя. Тэхён игнорирует звонки от всех: от Чимина, который не понимает, почему его друг не приходит в университет; от Юнги, который, скорее всего, звонит и пишет только по просьбе своего парня.       Чонгук тоже пару раз пытался позвонить и написал несколько сообщений о желании поговорить, но Тэхён даже не берёт телефон в руки. Всю неделю он просто лежит на кровати, смотрит какие-то низкосортные фильмы про любовь и плачет. Плачет так, будто у него кто-то умер. Слёзы практически не высыхают, а глаза давно опухли.       Стыд накрывает его уже на следующее утро после происшествия. Тэхён мечется по постели, желая хоть куда-то спрятаться от своих чувств. Засесть в какую-нибудь щель и там забыться. Так проходят первые дни. После этого приходят сожаление и ненависть — что полюбил того, кого не надо было любить. Поцеловал того, кто точно разобьёт сердце.       Мерзко становится ещё больше, когда Тэхён понимает, что с ним изменили. Всю жизнь он был против измен и всегда грубо высказывался на этот счёт, но, сидя в своей квартире и выпивая уже вторую бутылку вина за день, он винит только себя за случившееся. Злость на Чонгука проходит на третий день, а вот стыд перед девушкой въедается в недра души.       «И кто ты теперь, Тэхён? Кто? Помощник в изменах?» — категорично думает Тэхён, выпивая залпом последний бокал.       Так проходит неделя. Он не просыхает. Не встаёт практически с кровати и не выходит из квартиры. Телефон перестал подавать признаки жизни уже на третий день, так как батарея не вечная. А поставить гаджет на зарядку у Тэхёна не было сил.       Открыв очередную бутылку под вечер, Тэхён включает музыку на полную громкость, чтобы заглушить хотя бы свои мысли. Это не помогает, но выплеснуть эмоции с помощью текстов песен очень даже подходит.       Всё нарушает неожиданный звонок в дверь. Тэхён испуганно поворачивает голову в сторону звука и лихорадочно прикидывает в голове, кто мог прийти. Чимин? Соседи из-за громкой музыки? Или Чонгук? Последнего вроде бы и хочется видеть, но очень боязно.       Звонок повторяется несколько раз, вынуждая Тэхёна встать с удобного дивана в гостиной и подойти к двери, чтобы посмотреть, кто пришёл.       Чонгук.       Тот одной рукой опирается на дверь, а другой тянется к звонку.       Разум подсказывает не открывать, даже если некультурно и не гостеприимно, но сердце решает всё за него. Тэхён трясущимися руками открывает дверь и застывает на месте, не в силах поднять взгляд. Что ему сейчас делать и говорить? Притвориться, что ничего не было, впустить друга и рассказать какую-то нелепость, чтобы только не было неловкого молчания? Или вообще не стоило идти на поводу и открывать дверь?       — Наконец-то тебя вижу, — начинает Чонгук, тяжело вздыхая. — Пропустишь?       Тэхён кивает и отходит в сторону, давая возможность зайти в квартиру.       — Почему пропал? Чимин чуть ли не был готов вызвать скорую, потому что думал, что ты уже умер, — говорит Чонгук, раздеваясь. — Фу, ты пил всё это время, что ли?       Гость по-хозяйски расхаживает по гостиной, а после садится на диван, оглядывает несколько пустых бутылок на столе. Тэхён тихо и аккуратно подходит сзади, но ничего не говорит. Лишь теребит рукой край серой футболки и не знает, что делать.       — Тэхён, почему не отвечал нам? У тебя что-то случилось?       Очередные вопросы, на которые не хочется отвечать. Или же наоборот — излить всё, что тяготит, показать всё, что чувствуешь, и наконец-то остаться ни с чем. Но Тэхён так не может поступить. Всё что угодно, только не говорить о себе и своих чувствах.       — Ничего. Просто устал, — тихо отвечает он, идёт на кухню и наливает себе стакан воды: алкоголь уже надоел, а рядом с Чонгуком он трезвеет со скоростью света.       Неожиданно сзади появляется виновник торжества и кладёт руку на плечо.       — Тэхён, давай поговорим. Что это было тогда? — начал тот с козырей. — Мне правда нужно знать.       — Что это было? Ну не знаю, Чонгук. Может, просто ты поцеловался на пьяную голову с парнем, а не с девушкой? Всего лишь. — Лучшая защита — это нападение. — Лучше забудь и живи дальше. Это же ничего не значило.       — А мне так не казалось, когда ты вставал на колени и раздевал меня, — возражает Чонгук прямо возле его уха. — И я бы хотел повторить ещё раз.       «Что?» — мысленно спрашивает Тэхён, застывая, не смея пошевелиться.       В это время Чонгук наклоняет голову и целует через ткань его плечо, а после поднимается к шее, оставляя невидимые следы в виде жара.       Тэхён хочет поддаться — вот-вот его мечта может исполниться. Забыть всех и всё, как он делал тогда в клубе, и отдаться моменту. Но противное чувство, которое отравляло всю неделю, так просто не отступает и давит на него.       — Нет, Чонгук. У тебя есть девушка, поэтому не надо, — говорит Тэхён и сжимается в руках Чонгука, но не может отойти. Он обещает дать себе ещё секунду — и обязательно прекратит идти на поводу.       — Ну почему? Нам же тогда обоим всё понравилось. Забудь всё и просто дай себя поцеловать. Ты же сам сказал, что это ничего не значит, — не унимается Чонгук, кладёт обе руки на его талию и крепко сжимает её, а после притягивает к себе.       — Ты же натурал.       — Просто забудь. Всего один раз, и мы не вернёмся к этому. — Чонгук шепчет так, словно он сам дьявол, который уговаривает подписать контракт, где Тэхён обязуется отдать свою душу взамен на исполнение мечты.       И это правда работает. Тэхён открывает доступ к шее и сам льётся к Чонгуку, чувствуя бёдрами его возбуждение. Слов больше не надо, за них говорит тело и губы. Чонгук не оставляет ни одного не помеченного места на шее. Он предельно осторожен, чтобы не оставить засос. В этот момент его руки проникают под футболку, изучая новые места. Тэхён может поклясться, что Чонгук залезает в его душу, поселяется там и изучает даже самые тайные уголки.       Неожиданно пространство меняется, и Тэхён оказывается на столешнице, а возле его ног помещается Чонгук. Его руки по-хозяйски сжимают бёдра через тонкие спортивные штаны, а губы спускаются к ключицам.       Первый стон звучит, когда Чонгук снимает с Тэхёна футболку и исследует губами его грудь, уделяя особое внимание соскам. До этого момента Тэхён даже не знал, что его грудь может быть такой чувствительной. Может быть, это оттого, что сейчас над ним не незнакомый человек, а любимый. Его рецепторы становятся максимально чувствительными, и стоны не могут прекратиться, отчего Чонгук громко усмехается, но не останавливается.       Они не целуются, не тянутся друг к другу губами. Сейчас это кажется чем-то личным, а между ними — лишь страсть, которая не подразумевает любовь. Дикое желание нарастает, и в боксерах становится тесно. Когда Чонгук замечает в спортивных штанах Тэхёна очертания члена, он одной рукой сжимает его и получает в ответ стон.       Тэхёну правда кажется, что сейчас перед ним сам дьявол, который решил замучить его до конца.       — Давай перейдём в другое место, — шепчет на ухо Чонгук, подхватывает Тэхёна на руки и быстро несёт в гостиную.       Он аккуратно кладёт свою добычу на мягкую поверхность, а сам нависает сверху. Тэхён, опьянённый страстью, тянется к его футболке и просит снять. Получив желаемое, он изучает каждый сантиметр тела Чонгука. Пытается запомнить каждую родинку, рельеф мышц и татуировки. Голова уже совсем не соображает, а в душе, кроме дикого влечения, ничего не остаётся.       Чонгук не даёт долго любоваться собой и тянется к его спортивным штанам. Через несколько секунд Тэхён оказывается совершенно голым и чувствует, как сильно сжимают его бёдра. Скорее всего, завтра там появятся синяки, но его это не волнует. Главное — почувствовать себя желанным. Ощутить, как чужое тело прижимается к его телу, делясь теплом. Всё что угодно, только не очередная неделя боли.       Проходит не так много времени, когда Чонгук начинает ласкать его возбуждённый член, уделяя особое внимание головке. Тэхён отворачивается, не в силах выдержать такую картину. Он словно оказался в очередном мокром сне, который мучает его уже на протяжении нескольких лет.       Проскальзывает мысль, что это на самом деле ничего не значит. Возможно, Тэхён просто сейчас удобен для перепихона, и Чонгук это только доказывает, когда силой переворачивает его так, чтобы он оказался на животе, а после проводит руками по бёдрам, не пропуская ни единого сантиметра. Словно этой ночью Тэхён принадлежит только ему. Всё его тело, каждый миллиметр и каждый волос.       Появляется дикое желание поцеловать, почувствовать тяжесть на губах и язык во рту. Губы жжёт до подсознательной боли. Но это не разрешено и не принято в их случае. Тот поцелуй в клубе тоже не должен был случиться. Из-за него произошло всё это, и теперь Чонгук достаёт из кармана сначала упаковку смазки, а после — защиты.       — Можно же, да? — шепчет Чонгук, навалившись всем телом на него, и целует рядом с ухом.       Тэхён до этого пытался обмануть себя, что Чонгук использует его только для того, чтобы получить удовольствие, но он сам не отличается от него. Он тоже использует Чонгука. Только их чувства различаются. Тэхён готов прямо сейчас отдать своё сердце, не беспокоясь о том, что с ним может случиться. Если Чонгук его выбросит, то так тому и быть. На всё становится всё равно, кроме чувства тяжести и возбуждения в паху.       Если играть, то до конца.       — Да, — в ответ шепчет Тэхён, полностью окунаясь в омут.       Всё становится быстрым и смешанным. Чонгук открывает конверт со смазкой и выдавливает её сначала на свои пальцы, а потом между чужих ягодиц. Неприятное ощущение давит на Тэхёна, но он старается ни о чём не думать, пока Чонгук с некой спешкой пытается растянуть его.       Тэхён старается не думать о том, где и с кем Чонгук такому научился, ведь тот всё ещё считает, что он натурал.       Не считая, сколько времени проходит, Тэхён чувствует, что уже вполне готов к проникновению.       — Хватит. Трахни меня уже.       Повторять Чонгуку второй раз не надо: он снимает джинсы и отбрасывает их куда-то в сторону, а после и нижнее бельё, давая возможность ещё раз рассмотреть свой член. Тэхён бросает несколько взглядов на него и неосознанно облизывается, вызывая смешок со стороны.       Последняя смазка выливается на член с презервативом, и Чонгук поудобнее устраивается между ног Тэхёна. Хватает его за талию и входит на несколько сантиметров, давая возможность привыкнуть к новым ощущениям.       Тэхён шипит и непроизвольно пытается отодвинуться, но его держат, не давая такой возможности.       — Дыши глубже.       — Не знал, что ты болтаешь во время секса, — язвит Тэхён, но следует совету.       Животное желание поцеловать снова окутывает его, но руки цепляются за подушку.       — Не язви, когда тебя трахают. Может плохо закончиться, — заканчивает фразу Чонгук и входит ещё глубже, постепенно заполняя Тэхёна.       Тэхён изо всех сил сжимает подушку, но спустя несколько минут постепенно привыкает к заполненности и просит Чонгука продолжать.       Толчки нарастают постепенно. Чонгук двигается не слишком быстро, но глубоко, даря весь спектр ощущений. Тэхён так и знал, что тот отлично трахается, но ощутить это в реальности не входило в его планы.       Но да, Тэхён может поклясться богу, что лучше Чонгука никого не будет у него после, особенно когда тот срывается на быстрый темп, а одной рукой начинает дрочить ему. Складывается впечатление, что Чонгук везде, где только может быть, кроме губ.       Стоны заполняют гостиную. Тэхён уже срывается практически на крик, не стесняясь, Чонгук же больше мычит и закусывает губы.       Разрядка приходит неожиданно. Сначала кончает Тэхён, запрокидывая голову, и стонет высоким голосом. Он растворяется в новых острых ощущениях, пока Чонгук делает ещё несколько толчков и тоже кончает, навалившись сверху.       Говорить совсем ничего не хочется, как и двигаться. Тэхён ловит кайф от того, что Чонгук просто лежит на нём, перед этим так хорошо трахнув. Мечты всё-таки сбываются, но за них всегда надо платить.       Чонгук, придя в себя, аккуратно вынимает член, а после завязывает презерватив и встаёт, чтобы выкинуть его в мусорное ведро. Неловкое молчание повисает в воздухе. Лишь слышно, как Чонгук наливает в стакан воду, а после приносит Тэхёну, протягивая.       Нагота не смущает их, но Чонгук одевается, слишком быстро по мнению Тэхёна, и подходит к нему. Наклонившись, он оставляет короткий поцелуй на его виске.       — Это было очень круто, Тэхён. Спасибо большое.       А после уходит, хлопнув дверью. Вот так просто.       «Как будто снял проститутку на раз», — думает Тэхён, сворачиваясь в позу эмбриона и тихо плача.       Он знал, на что шёл, соглашаясь на всё это.       Боль и отчаяние пропитывают его.

***

      Переспали они не один и не два раза, а девять.       Второй раз случился через месяц, когда Чонгук заявился к Тэхёну пьяным и буквально умолял повторить. Тэхён тогда не хотел соглашаться, ему больше нужно было узнать, зачем это всё. Для чего? Но Чонгук не давал объяснений.       Было грубо, но Тэхён тащился от этого.       Тогда хотелось залезть в душу этого чёртового Чона и узнать, почему тот напивается, а после приходит к нему. Почему не к своей девушке? Но как только Тэхён пытался узнать о ней, тот ничего не отвечал, лишь отмахивался. Даже расспросы друзей не дали никаких результатов. Все говорили, что тоже замечают странное поведение друга, но тот лишь отвечает, что потом обязательно расскажет, когда придёт время.       В третий и четвёртый раз Тэхён ещё ломался, так как понимал, что его используют как человека для выпускания пара. Чонгук никогда не оставался, говорил, что у него ещё есть дела. В компании они тоже не поднимали тему своих взаимоотношений. Каждый делал вид, что ничего не происходит. Но каждый раз, когда они пытались просто посмотреть фильм, как в былые времена, всё заканчивалось страстным сексом.       За несколько месяцев Тэхён уже привык видеть на своём теле синяки от крепкой хватки и мечтать каждую ночь, что очередной секс может стать особенным, но ничего не менялось.       Он пытался отдалиться, переставал писать и отвечать на сообщения. Притворялся, что его нет дома, но, когда слышал, как Чонгук стоит под дверью и ждёт, не мог долго сопротивляться и пускал его в квартиру, которая после каждого перепихона невыносимо давила на хозяина.       Они никогда не обсуждали свои отношения. Тэхён не хочет, чтобы к нему лезли, а Чонгук пользуется этим. В определённый момент Тэхён думает, что вот они нашли идиллию. Каждый получает то, что хочет, но это не так. Буквально каждый день он утопает в стыде, перемежающемся с отчаянием.       Тэхён всё больше отдаляется от друзей, потому что они начинают замечать странности и в его поведении. Он теряет аппетит, выдерживая только чашку чая по утрам и небольшой ужин по вечерам, если хватает сил. Телефон уже заполнен кучей сообщений от разных людей, но рука не поднимается прочитать хотя бы одно.       Мир становится серым и безликим. Спасает только Чонгук, который по-хозяйски заходит в квартиру, ведь ранее сделал дубликат ключей. Другие бы назвали это всё депрессией, но Тэхён не позволяет себе так думать. Он сам во всём виноват. Сам пошёл на поводу у Чонгука и себя. Ему так хочется в моменте близости поцеловаться, показать настоящие эмоции или, наоборот, вычеркнуть невзаимную любовь.       Иногда на языке крутится признание и желание выбить ответы, но он всё это глотает, пряча внутри.       Теперь вместо мокрых снов Тэхён видит сцену, как Чонгук однажды пропадает. И больше не будет у них бешеного секса. Больше не будет неожиданных объятий, коротких касаний и страсти. Чонгук уйдёт, женится и заимеет нескольких детей. После таких кошмаров Тэхён обычно не засыпает, а включает телевизор, желая хоть как-то забыться. Винить себя во всём входит в привычку. Избегать любого контакта — тоже.       Жизнь неожиданно меняется не в то русло, о котором ранее мечтал Тэхён.

***

      Всё меняет на первый взгляд обычный вечер. Чонгук заходит в квартиру, неожиданно держа в руках пакет с едой, и объясняет, что сегодня — специальная услуга от него, а именно приготовленный ужин.       — Тебе понравится, — обещает он, раскладывая продукты на столе.       — Сегодня какой-то особенный вечер? Вроде в календаре ничего не записано, — уточняет Тэхён, садясь за стол напротив гостя.       — Вот сразу ты так. А если я просто хочу порадовать тебя? Ты себя видел вообще? Мне кажется, о твои плечи можно порезаться. Ты совсем исхудал за последнее время.       — Просто аппетита нет.       Тэхён прячет взгляд под чёлку и даже улыбается от такой неожиданной заботы.       — Сейчас обязательно появится, — обещает Чонгук. — Кстати, родители звонили и пригласили нас в гости завтра. Хотят тебя увидеть. Надеюсь, меня не сильно побьют, когда увидят, насколько тонким ты стал.       — Может, тогда девушку свою пригласишь? Они же знакомы, насколько я помню, — впервые за долгое время поднимает эту тему Тэхён, и ему правда интересно, зачем его постоянно тащат туда.       — Не хочу, — просто отвечает Чонгук, доставая сковородку.       Тэхён ошарашенно смотрит на него и не может понять, что это значит.       «А меня, значит, хочешь, кретин херов?» — думает он, закусывая нижнюю губу.       — Поверь, как только они увидят тебя, то моментально забудут, что у них есть сын. Поэтому прошу, поехали завтра. Наконец-то хоть куда-то вместе съездим и отдохнём. А то у меня складывается ощущение, что ты из дома выходишь только за едой и на учёбу. Чимин по тебе уже соскучился. Недавно грозился, что придёт к тебе и выбьет дверь с ноги, чтобы поговорить с тобой.       Чонгук заполняет кухню своим монологом, рассказывая всё, что придёт в голову. И Тэхён ему благодарен, потому что правда соскучился по друзьям. Вроде бы прошёл месяц с тех пор, как они в последний раз виделись все вместе. Тогда Тэхён и понял, что Чимин может с лёгкостью залезть к нему в душу и разгадать всё то, что он так усердно прячет. Стало страшно, и он, как последний трус, сбежал.       А Чонгук уже даже не спрашивает разрешения на вход, поэтому от него отделаться стало сложнее.       Впервые за долгое время Тэхён чувствует себя рядом с Чонгуком весело и свободно. Тот спокойно готовит, активно жестикулирует и смеётся, заряжая энергией, словно нет между ними недоговорённостей, боли и невзаимной любви.       «Господи, пожалуйста, пусть это не заканчивается», — умоляет Тэхён про себя, уплетая вкусную пасту, пока рядом с ним сидит Чонгук, смеясь над глупой шуткой.       Ужин проходит на славу. Тэхён впервые за долгое время объедается и хочет как можно скорее лечь на диван и посмотреть сериал.       — Не хочешь посмотреть какой-нибудь фильм? — сам предлагает Чонгук, убирая за ними тарелки в раковину.       Тэхён напрягается, но соглашается. Сегодня у него нет настроения заниматься сексом, о чём он заранее предупредил.       — Мы что, уже не можем посмотреть фильм, как раньше? Если ты боишься, то я тебя даже пальцем не трону. Только разреши тебя обнять, — просит Чонгук, садясь на диван и раскрывая объятия.       Тэхён, как загнанный зверь, сначала смотрит в его глаза, потом на грудь и обратно, не веря, что такое возможно. Но не успевает даже ничего сказать, как оказывается прижатым к груди Чонгука, а руки того обвивают его вокруг талии.       — Вот так и надо.       Фильм с первых секунд становится неинтересным для Тэхёна. Всё его внимание сосредоточено на дыхании и сердцебиении Чонгука. Оно так успокаивает и приносит удовольствие, что он готов замурчать и приласкаться, как кот.       Так проходит весь оставшийся вечер. Чонгук иногда играет с его волосами и внимательно смотрит, что происходит на экране, пока Тэхён тихонько засыпает в крепких объятиях, думая, что это, наверное, самый лучший вечер за последнее время.       Все тревоги улетучиваются, отложившись до следующего дня, а сейчас он может наконец-то расслабиться.

***

      Тэхён просыпается от того, что ему жарко. Не понимая, что происходит, он открывает глаза, и его взгляд натыкается на спящего Чонгука. Сам же Тэхён лежит на нём, сжимая свитшот.       Это впервые, когда они вместе просыпаются утром. Даже после самого энергозатратного секса Чонгук всегда уходил, но не вчера. Тэхёну хочется разбудить его и потребовать ответы, но вид такого спокойного парня и тем более крепкие объятия заставляют замедлиться и просто насладиться моментом.       За окном, как бы ни было банально, поют птицы и слышно, как проезжают машины. Спокойствие воцаряется в квартире, и Тэхён поддаётся, закрывая глаза и проваливаясь в дрёму.       Лишь спустя несколько часов Чонгук просыпается и будит его, говоря, что им уже пора собираться к родителям. Те, наверное, уже приготовили огромный обед и ждут их. Тэхён соглашается и не заморачивается над внешним видом, надевает то, что первое попадается под руку.       Перед выходом Чонгук помогает ему как следует уложить волосы и приговаривает, что тот замечательно выглядит. Тэхён же не знает, почему всё меняется. Раньше такого не было, и он даже не мог об этом мечтать, но теперь, похоже, придётся отвыкать, потому что он не верит, что так будет всегда. Складывается ощущение, что настоящий Чонгук исчезнет, как делает это во снах. Но он всё так же находится рядом, даже когда они с пересадками добираются за город и их радостно встречают родители.       Мама Чонгука чуть ли не набрасывается сначала на сына, а потом и на Тэхёна, успевая каждого расцеловать. Конечно же, не упускает возможности отругать Чонгука за то, что не следит за Тэхёном.       — Вот же негодник, а не сын. Я же множество раз тебе говорила: следи за ним, оберегай. А ты что делаешь? Довёл нашего мальчика до такого, что он больше похож на лист, — возмущается женщина, беря Тэхёна за руку. — Скажи, он тебя обижает? Если да, то мы его накажем!       На это Тэхён смеётся и заверяет, что их сын совсем не обижает его, хоть это и была сладкая ложь, но он правда так считал. Тэхён никогда не понимал, почему так хорошо к нему относятся родители Чонгука. Просто так сложилось с самого первого раза. Они заменили ему родных родителей, которые не вылезали из своего края и редко виделись с сыном.       Вечер проходит спокойно. Тэхён еле вылезает из-за стола, чувствуя, что съел слишком много с непривычки, благодаря хозяйке дома, которая постоянно что-то клала в его тарелку. Они много шутили, общались и рассказывали последние сплетни. Тэхён по привычке молчал и внимательно следил за происходящим, желая лучше запомнить этот дивный вечер.       Когда всё было рассказано, а стол — убран, Тэхёна потянуло в сон, хотя на часах было только девять вечера.       — Тэхён, ты устал, да? Может, пойдём наверх? — предлагает Чонгук, внимательно разглядывая его лицо.       Он весь вечер находился рядом, буквально не оставляя Тэхёна ни на секунду. Иногда даже клал ладонь прямо на его бедро и нежно поглаживал. В такие моменты Тэхён старался не подавать виду и игнорировать табун мурашек по всему телу. С каждым часом он всё больше не понимал Чонгука, а терпение иссякало.       Им срочно надо поговорить обо всём и всё выяснить. Тэхён чувствует, что не может выдержать этого. Каждый раз Чонгук словно даёт надежду на что-то большее, но это всего лишь мечты. Это не реальность, где они любят друг друга. В голове Тэхён уже не считает Чонгука полноценным натуралом, но то, что тот просто экспериментирует, — это да.       Когда они оказываются в привычной комнате, где стоят две кровати, Чонгук усаживает Тэхёна на одну из них и просит поднять ноги.       — Ты же не против вместе спать? — невзначай спрашивает Чонгук, уже пододвигая другую кровать так, чтобы получилось двуспальное место.       — Э-э, а это нормально?       — Что именно? Мне вчера казалось, что ты не против засыпать со мной. Я прав же? — берёт он его на слабо.       Тэхён кивает и смотрит на свои руки, покоящиеся на коленях.       — Чонгук, ты не думаешь, что нам уже следует поговорить?       Чонгук садится напротив и внимательно разглядывает его.       — Сам Ким Тэхён наконец-то предлагает поговорить. Я дожил до этого, — отшучивается он, но веселье быстро пропадает в голосе. — Я тоже хочу с тобой поговорить обо всём, но давай мы это сделаем, когда приедем завтра домой. Я не хочу, чтобы родители случайно подслушали наш разговор. Хорошо?       Ах, вот оно как. Тэхён не понимает, что ему делать. Он и так с трудом решился завести этот разговор и не знает, будут ли у него силы и желание начинать завтра по-новому, но выхода нет, поэтому он молча кивает.       — Ну чего ты сразу расстраиваешься, Тэ. Мы молчали несколько месяцев, и, думаю, один день переживём, — говорит Чонгук, притягивает к себе Тэхёна и крепко обнимает. — Давай лучше отдохнём и поспим.       Тэхён соглашается и растворяется объятиях Чонгука. Завтра он обязательно скажет, что не может больше так жить. Что знает, что Чонгук его не выберет, и пожелает всего хорошего в отношениях с девушкой, а сам тихо уйдёт и забудет это всё, как страшный, но такой желанный сон.

***

      Тэхён просыпается под утро, когда солнце уже взошло, но ещё слишком рано для пробуждения дома. Как и вчера, вокруг его талии обёрнуты руки Чонгука, а сам он так близко, что воздух между ними стал общим.       Но всю картину портит резкий звук уведомлений на телефоне Чонгука. Тэхёну становится интересно, кто пишет тому в такую рань, но, с другой стороны, он не хочет переступать едва заметную черту.       Ещё одно уведомление, и ещё.       Интерес всё-таки берёт верх, и Тэхён тянется, чтобы взять чужой телефон. Он не знает пароль, но внезапно загоревшийся экран показывает, что пишет именно девушка Чонгука:

      «Что вчера это значило? Почему ты вчера выбрал своего лучшего друга, а не меня? И почему ты вообще пропадаешь постоянно? Я не понимаю тебя, Чонгук. Сначала ты мне говоришь, что любишь меня, ухаживаешь, а потом постоянно твердишь, что занят. И что значили твои слова о том, что тебе нужно подумать? Ты три месяца назад говорил, что рассматриваешь меня как жену и мать будущих детей, а сейчас постоянно сливаешься. Ты тогда определись, что тебе важно. Я или твой лучший друг?»

      Глаза бегают по строкам, а сердце стучит так бешено, что кажется, будто кровать уходит из-под ног и прямо сейчас Тэхён падает в пропасть.       Чонгук рассматривал свою девушку как будущую жену и мать детей, а прямо сейчас лежит и обнимает парня, который не сможет дать ему ничего из этого.       Становится невыносимо больно. Всё, что до этого Тэхён держал в себе на протяжении месяца, окутывает его с головой. Дыхание сбивается, а слёзы непрошено наворачиваются на глаза. Самообман закончился так резко и больно, что Тэхён начинает жалеть, что ввязался в эту историю и стал соучастником измены. Он же так ненавидел изменщиков и не понимал, как они живут. Но, как оказалось, всё у них хорошо. Спокойно спят, обнимая другого человека, пока их половинка пишет сообщения, чтобы узнать, что происходит.       Мерзко становится от самого себя больше, чем от Чонгука. Тэхён так отчаянно игнорировал, что с ним изменяли. Пытался не думать и не давать себе отчёта, заботясь только о своих чувствах, но что будет с девушкой, когда та, возможно, узнает обо всём.       Тэхёна накрывает паника и стыд за содеянное. Он аккуратно убирает телефон обратно, а следом освобождается от таких любимых, но причиняющих боль объятий. Пока он стоит рядом с кроватью и думает, что ему делать, в голову приходит только одна мысль: бежать. Убежать как можно дальше и не появляться больше. Забыть всё, как страшный сон.       Он правда не заслуживает любви, когда сам рушит чужую.       Аккуратно одевшись, Тэхён тихо закрывает дверь комнаты и спускается вниз. Неожиданно на кухне он встречает хозяйку дома, которая сонно варит кофе для себя и мужа.       — О, Тэхён. Ты уже проснулся. Будешь кофе? Только недавно купила отличные зерна, — начинает женщина, но, как только поднимает взгляд на загнанного Тэхёна, быстро подходит к нему. — Что-то случилось? Кто тебя обидел? Чонгук?       Тэхён хочет засмеяться от того, как она права. Он же правда тоже виноват во всём этом. Считай, главный виновник торжества.       — Нет, — выдавливает Тэхён. — Простите, но мне надо срочно вернуться домой. Можете передать Чонгуку, чтобы он не волновался? Когда смогу, тогда и напишу ему.       — Да, конечно. Точно всё в порядке? Может, лучше подождёшь немного и поедешь вместе с Чонгуком? Мне страшно отпускать тебя одного в таком состоянии.       Тэхён машет руками, пытаясь доказать, что с ним всё хорошо.       — Не беспокойтесь. Со мной всё будет хорошо. Спасибо большое вам. Вы просто чудесные люди. — Тэхён совсем не врёт. Он правда им благодарен от всего сердца, но больше не может здесь находиться.       Он всегда сбегает. Сколько себя помнит. Если его что-то обижает, то он сначала замолкает, а после убегает, игнорируя проблему всеми силами. Пытается внушить себе, что всё это происходит не с ним. Точно так же Тэхён поступает, когда вызывает такси и садится в него, стараясь не думать, как это выглядит со стороны. Он не смотрит в окна, где всё ещё сладко спит Чонгук.       Всё это должно закончиться сегодня, как и думал вчера Тэхён.       Поездка до дома занимает час. За это время Тэхён, наверное, поймал больше десяти косых взглядов от таксиста, потому что слёзы не прекращали литься из его глаз. Он с самого начала знал, что в его случае сказка не закончится хэппи-эндом. Думал, что у него будет время подготовиться к разрыву, но к такому ведь нельзя подготовиться. Нельзя понять, насколько больно будет уезжать подальше от близкого человека и блокировать его во всех возможных соцсетях.       Создаётся ощущение, что медленно и верно верёвка последствий обвивает шею, и с каждой секундой становится всё туже и туже.       Как и ожидалось, дома не становится легче. Каждый уголок квартиры напоминает о том, как здесь было хорошо, когда приходил Чонгук. Как он ещё недавно хозяйничал на кухне, готовя ужин.       Тэхён закрывает дверь и моментально сползает по двери на пол, обнимая свои ноги. Наконец-то можно открыто плакать. Истерика накрывает его с новой силой. Самое больное — это свежие воспоминания о том, насколько горячим был Чонгук. Как хорошо было засыпать в его объятиях и просыпаться в них же. Тот обнимал его, пока обманывал свою девушку. Спал с ним, проводил вечера, а потом, скорее всего, уходил к ней и делал всё то же самое с ней.       Неожиданно его накрывает ярость — на себя, на Чонгука. Тэхён чуть ли не рвёт волосы на висках, чтобы хоть как-то облегчить внутреннюю боль.       Можно сбежать от людей, обязательств, но никак не от самого себя.       И Тэхён это сейчас прекрасно понимает, его даже начинает тошнить от самого себя       Весь следующий час он проводит рядом с унитазом, желая выплюнуть всю боль. Когда истерика утихает, он встаёт на ватные ноги и упирается всем корпусом на раковину. Взгляд цепляется за отражение в зеркале: опухшие стеклянные глаза, красный нос и учащённое дыхание не нравятся Тэхёну. Рука чуть ли не поднимается разбить зеркало, чтобы хоть как-то выместить всю злость, но он не решается.       Квартира давит настолько сильно, что Тэхён понимает, что не сможет провести здесь даже ночь. Лихорадочно ища хоть какой-нибудь выход, он берёт телефон и находит контакт мамы. Лучше он уедет из Сеула к родителям, чем будет здесь умирать. Там ему никто не позволит отлынивать в семейном бизнесе. Может, там ему станет намного лучше — и он сможет отвлечься.       Через полчаса университет был уведомлен о вынужденном больничном, билеты были куплены, а собранный чемодан уже стоял у двери.       Тэхён не думает, что Чонгук сейчас заявится к нему с объяснениями. Скорее всего, тот и так всё поймёт и больше не попытается связаться. Тэхён ещё не придумал, как после этого будет смотреть ему в глаза. И как скажет Чимину, что больше не будет сидеть с ними за одним столиком. Всё это будет в будущем, а до него ещё надо дожить.       С такими мыслями Тэхён выходит из квартиры, закрывает дверь и вызывает лифт. Он ещё не знает, когда вернётся и сможет ли теперь нормально жить, но сейчас главное — сбежать.

***

Спустя неделю

      Тэхён не может сказать, что ему становится лучше. Ко всему прошлому опыту добавились тихие слёзы по ночам — только чтобы не разбудить родителей.       Мама пыталась узнать, что произошло с сыном, раз тот приехал весь разбитый и потухший. Но Тэхён только сказал, что ему просто не везёт в любви и он не знает почему, а после расплакался прямо в руках матери. Она нежно поглаживала его по спине, шепча слова, которые должны были помочь, но совершенно не помогали.       Тэхён может сказать, что в его груди поселилась чёрная дыра, которая забирает все силы, оставляя после себя пустоту. Но, помогая в магазине, он может отвлечься от своих мыслей хотя бы на двадцать минут, а это уже достаточно.       Ещё он снова начал курить, как в подростковые годы, прячась от родителей, но без этого он как будто сейчас не выживет. Сто раз на день появляется мысль: а что, если Чонгук не использовал его? И он сам бы не согласился бы тогда начать всю эту игру?       Но больнее всего было задуматься о том, что было бы, если бы Чонгук его по-настоящему любил и не было никаких измен. Не было бы разбитого сердца и утраченной самооценки. Может, тогда бы Тэхён счастливо улыбался и каждое утро благодарил бога за то, что тот дал такого человека рядом. Но всё, что Тэхён заслуживает, — это замечательный урок не лезть в чужие отношения.       Когда родители уходят на заслуженный отдых в середине дня, Тэхён остаётся совсем один со своими мыслями, из-за чего ещё больше курит у магазина, не стесняясь никого. Появляется маниакальное желание увидеть Чонгука в толпе людей. Почувствовать его рядом, обнять и расплакаться. Они же так и не поговорили, хотя Тэхён не думает, что смог бы после тех сообщений хоть что-то сказать ему.       Страдание — выбор каждого, и Тэхён решает окунуться в него с головой, чтобы хоть как-то пережить всё. Если ему станет легче, то он готов представлять Чонгука повсюду. Интересно, а каково было бы вместе с ним сейчас гулять по пляжу и радоваться, что море с каждым днём становится всё теплее. И незаметно ото всех аккуратно целовать его.       — Ким Тэхён!       От знакомого голоса Тэхён подпрыгивает на месте и роняет сигарету. Он сразу понял, кто его зовёт.       «Нет. Нет. Нет. Только не он», — думает Тэхён, быстро достаёт ключи от магазина, закрывает его и срывается с места.       Он бежит от Чонгука, как от смертельной опасности. Ноги сами переставляются, а дыхание сбивается в первую же минуту. Тэхён старается не оборачиваться, хотя слышит совсем рядом чужие шаги.       — Тэхён, умоляю, остановись! Прошу! — кричит Чонгук, но Тэхён его не слышит, лишь прибавляет шагу и заворачивает за угол, чуть не падая.       Сам того не понимая, Тэхён загоняет себя в маленький переулок, где не пройти, а на входе уже появляется Чонгук.       Тэхён всё слышит и жмурится, чтобы ничего не видеть. Сзади находится тот, кто обманывал свою девушку, спал с ним, и тот, в кого он влюблён уже два чёртовых года.       — Тэхён… — жалобно говорит Чонгук, подходя ближе. Между ними остаётся всего лишь шаг. — Прошу, выслушай меня. Не убегай.       — Зачем? — едва слышно говорит он.       — Я не собираюсь тебя ни в чём винить. Я понимаю, что поступил как самый последний козёл. Ты же ушёл тогда, потому что увидел сообщения от неё? Я прав, да? — начинает Чонгук. — Да, я должен был давно во всём разобраться и сказать вам обоим. Я не хочу тут мусолить и рассказывать каждый этап своего кризиса ориентации. Но я очень люблю тебя, Тэхён. Ты для меня всё. Я не готов терять тебя даже на неделю.       После признания Тэхён вообще ничего не понимает. Все звуки смешиваются в один шум, а ноги подкашиваются. Тэхён не знает, чего больше хочет прямо сейчас: влепить звонкую пощёчину, высказать всё или поцеловать, прижаться и простить.       — А как же она?! Ты о ней хоть подумал, козёл?! — кричит Тэхён, оборачиваясь к Чонгуку. Слёзы текут ручьём, не давая толком что-то разглядеть. — Ладно я. Я сам пошёл на это, но ты же хотел на ней жениться, а потом полез в мою постель. Тебе хоть стыдно, изменщик?       Тэхён срывается на плач. Ему лучше не стало за прошедшую неделю, и вся боль снова нахлынула на него.       Чонгук, видя его состояние, быстро подходит к нему и хватает за руку, не давая упасть. Свободной рукой старается вытереть слёзы.       — Тэхён, послушай. Я ей всё объяснил и расстался с ней окончательно. Рассказал, что люблю тебя. Что готов променять всё, только чтобы быть рядом с тобой.       — Как я могу тебе верить? Я не понимаю…       — Хочешь, мы позвоним ей, и она всё сама расскажет? Только прошу, прости меня. Я понимаю, что такое быстро не прощается, но дай мне второй шанс.       Тэхён молчит, глядя на раскаивающегося Чонгука. По лицу видно, что тот правда искренне сожалеет, но сложно поверить в происходящее. Гордость трепещет из-за тёплых рук на лице, из-за виноватого вида Чонгука и едва заметных слёз на его щеках. Нельзя сказать, что вся обида быстро испаряется.       — Поцелуй меня… — чуть ли не шёпотом просит Тэхён, цепляясь за чужую рубашку.       Второй раз повторять Чонгуку не надо: он чуть ли не срывается, берёт обеими руками лицо Тэхёна, притягивает к себе и целует.       Этот поцелуй значительно отличается от их первого. Остаётся только отчаяние, но теперь вперемешку с нежностью и надеждой. Чонгук целует с особой осторожностью, словно боясь сломать всё, как будто теперь исчезнуть может только Тэхён.       Тэхён чувствует, как внутри ломается недостроенная стена, и он готов отдать Чонгуку всё, что имеет. Продать каждую вещь и на вырученные деньги подарить ему весь мир. И всё равно, что не хватит. Он попробует.       Поцелуй заканчивается так же быстро, как и начался. Чонгук отстраняется на пару сантиметров, упираясь своим лбом в лоб Тэхёна.       — Прошу, дай мне шанс. Я сделаю ради тебя всё что угодно, — шепчет Чонгук.       — Даже если я захочу, чтобы ты достал клубнику зимой? — с весельем спрашивает Тэхён, уже зная ответ.       — Обязательно.       — Ну, тогда придётся ещё долго извиняться. Одно «прости» не сможет перекрыть два года моих страданий, — с улыбкой отвечает Тэхён и оставляет мимолётный поцелуй на его губах.       Чонгук хлопает глазами.       — Два года?! Серьёзно? Боже, да я обязан подарить тебе самую дорогую квартиру в Корее!       Парни смеются и снова целуются.       Да, это не поможет забыть всё то, что они натворили. Но Тэхён сейчас по-настоящему счастлив впервые за два года, ведь его чувства перестали быть безответными.       Теперь плакать хочется не от боли и отчаяния, а от счастья.

***

Спустя три дня

      Вернувшись домой уставшим вместе с Чонгуком, Тэхён был счастлив: он наконец-то увиделся с друзьями. Встреча выдалась эмоциональной. Тэхён рассказал, что не мог толком ни с кем общаться из-за плохого морального состояния, не углубляясь в подробности: ему всё ещё очень стыдно за соучастие в измене. Юнги понял без слов, лишь кивнул, а Чимин чуть не расплакался.       — Знаешь, как я по тебе скучал, дебил? Каждый день молился всем богам, чтобы ты ответил на сто третье сообщение. Только Чонгук спасал иногда рассказами о тебе. Ты что, нам не доверяешь? Почему не позволил помочь?       — Ну-у… — Стыд накрывает его. — Вы же знаете, что мне легче одному со всем справляться, чем плакать кому-то в жилетку. У меня не было смелости попросить помощи. Простите меня, пожалуйста. — Тэхён наклоняется лицом ближе к столу, имитируя поклон.       — Ну какой же ты дурак! — не унимается Чимин.       После этого он встаёт со своего места и подходит к другу, чтобы обнять. Тэхён не ожидал такого поворота, но очень рад почувствовать молчаливую поддержку.       — Сейчас же всё хорошо?       Тэхён кивает, смущённо улыбаясь.       — Конечно, — поддерживает диалог Чонгук. — А ещё мы встречаемся. Можете поздравить, — легко признаётся он, пока Тэхён пытается не умереть от смущения.       После следует громкий писк. Даже Юнги удивлённо смотрит сначала на одного, а потом на другого. Чимин же начинает прыгать на месте рядом с Тэхёном, пища, что очень рад за них.       — Я всегда догадывался, что наш Чонгук-и скрывает ориентацию. Гей-радар никогда не обманывает! — победно говорит Чимин, желая получить подробности, и ребята говорят, что обязательно потом всё расскажут.       На этом друзья всё порешали тогда. Сейчас же Тэхён позволяет снять с себя джинсовку. Чонгук заботливо ухаживает уже за своим парнем, словно тот — фарфоровая кукла, которая может в любой момент разбиться.       — Давай просто посмотрим фильм и полежим, — предлагает Тэхён, садясь на диван.       Чонгук кивает, садится рядом и следом усаживает его к себе на колени.       — Давай, но я хочу предложить что-то более интересное, — загадочно говорит он, заправляя чужие волосы за уши. Его взгляд наполнен такой любовью, что Тэхён думает, что может в нём утонуть. — Давай поиграем в «правда или правда»?       — Это как?       — Ну, смотри. Мы немного изменим игру, а точнее, добавим награду. За каждый честный ответ человек получает поцелуй, но место выбирает отвечающий правду. Согласен?       Тэхён даже не задумывается и сразу соглашается, поудобнее устраиваясь на коленях.       — Ну, тогда я начну, — говорит Чонгук. — Когда ты влюбился в меня?       Тэхён, конечно же, ожидал такие вопросы, поэтому с лёгкостью отвечает:       — С самой первой встречи, когда сел за столик к вам. Я тогда подумал, что твоя улыбка красивее всего на свете.       Чонгук сначала удивляется, явно не ожидая, что Тэхён ещё тогда влюбился, а ведь прошло уже больше двух лет с тех пор, как они познакомились.       — Целуй.       Тэхён выбирает банальное, но желаемое место — губы. Он их аккуратно смакует, не заходя далеко, отчего Чонгук недовольно мычит, однако останавливается.       Тэхён сразу задаёт встречный вопрос:       — А когда ты влюбился в меня?       — Даже не знаю точно. Может, тогда, когда ты впервые поцеловал меня в клубе, а после отсосал так, как ещё никто не делал. Или тогда, когда понял, что постоянно думаю о тебе, уходя. Ты не представляешь, насколько сильно я жалел, когда закрывал дверь. Мне хотелось развернуться и остаться у тебя навсегда.       — Но тогда почему уходил? — Тэхён сразу нарушает правила, задавая второй вопрос, но никто не обращает внимания.       — Мне было страшно что-то менять. Всю свою жизнь я жил с мыслью, что мне нравятся только девушки, а тут меня целует лучший друг, и у меня сносит крышу, как ни с одной женщиной, — отвечает Чонгук и тянется к нему, чтобы поцеловать сначала лоб, а потом рядом с правым глазом.       Тэхён от такого щурится, подставляясь под ласки.       Игра продолжается.       — Почему ты тогда плакал в клубе?       — Мне стало так грустно от того, что я люблю тебя. Ведь никто не мог сравниться с тобой. Ты для меня был с самого начала идеальным, но являлся натуралом. Как тут не расплакаться, когда любишь человека, а он любит другую? Я пытался забыться в чужих руках, но повторюсь: никто не может быть лучше тебя.       На этот раз Тэхён выбирает поцеловать кончик носа, потому что давно об этом мечтал.       — Ты хоть что-то чувствовал, когда изменял со мной? — Тэхён не очень хочет поднимать эту щекотливую тему, но ему необходимо знать.       — Конечно. Я хотел ей признаться с самого начала, ещё когда ты поцеловал меня в клубе. Но сначала думал, что это было ошибкой, поэтому молчал, а потом стало всё нарастать, и я побоялся даже себе признаться, что полюбил парня. Знаю, что поступил как козёл. Но на самом деле я жалею, что не признался с самого начала, ведь всё оказалось не так страшно. Мы расстались на мирной ноте. Она всё поняла и сказала, что и так догадывалась, ведь я больше не уделял ей столько внимания, как раньше. Мне стыдно перед ней и тобой, что я вообще натворил такую дичь. Если хочешь знать, то я собирался ей сказать на следующий день, когда мы должны были приехать домой от родителей. Но ты меня опередил своим побегом.       Тэхён кивает. Он наконец-то узнал то, что его больше всего тяготило. Чонгук зарывается в его тёмные волосы, тем самым притягивая к себе, и глубоко целует, проникая языком в рот. Поцелуй получается длинным, мокрым и откровенным. Чонгук шарит руками по всему телу Тэхёна, уделяя особенное внимание бёдрам, из-за чего тот ёрзает на его коленях, желая получить больше.       Но всё же Чонгук разрывает поцелуй и задаёт свой вопрос:       — Я уже знаю ответ, но хочу всё же уточнить. Ты же похудел и впал в депрессию из-за меня и моего поведения?       Тэхён кивает и честно отвечает:       — Я думал, что ты меня никогда не полюбишь и что я сам виноват, что мне не везёт в любви, так как я рушу чужую. Карма.       — Бедный мой мальчик, — лишь говорит Чонгук, прежде чем сам нарушает правила и целует сначала лоб Тэхёна, потом веки и возле глаз. Постепенно он спускается всё ниже, особое внимание уделяя губам.       Тэхён поддаётся ему. Сам открывает больше места для поцелуев на шее.       Стон звучит именно тогда, когда Чонгук в первый раз кусает прямо по середине шеи, да так, что остаётся отпечаток от зубов. Чонгук усмехается и с большим рвением продолжает своё дело, не оставляя ни одного нетронутого места. Когда он с этим наигрывается, то заставляет Тэхёна снять футболку и кинуть её на пол.       Тэхён только успевает охнуть, как Чонгук переходит к соскам, проводит сначала кончиком языка, а после легонько прикусывает. В это время сам Тэхён хватается за его плечи и тяжело дышит, не пытаясь скрыть стоны. Он понимает, что Чонгук запомнил все его чувствительные места.       — Мы же можем дойти до конца сегодня? — аккуратно спрашивает Чонгук, снова переключая внимание на лицо возлюбленного.       — Да… Только я не хочу менять положение.       — Оу-у, — протягивает Чонгук. — Значит, хочешь быть сверху сегодня? Хорошо. Но сначала я подготовлю тебя.       Чонгук уделяет внимание каждому сантиметру кожи, из-за чего Тэхён полностью теряется в ощущениях. У него складывается впечатление, что эти руки успокаивают его, находясь везде одновременно. Чонгук, затягивая его в продолжительный поцелуй, мнёт бёдра, явно довольствуясь этим. Не проходит и нескольких минут, как он помогает Тэхёну снять всю одежду, а после раздевается сам.       В этот раз Тэхён может полностью всё разглядеть, чем, похоже, подпитывает чужую самооценку.       Только в этот раз рядом нет ни защиты, ни смазки, поэтому Чонгук извиняется за то, что ему приходится прерваться на минутку, и идёт за всем нужным. Возвращается он даже раньше, чем говорил, и снова утягивает Тэхёна на свои колени, как можно ближе к себе. Фактически Тэхён устраивается прямо на его бёдрах, чувствуя сзади возбуждённый член.       — Я буду предельно осторожен, — говорит Чонгук, а следом снова целует, словно подкрепляя свои слова.       Бутылка смазки открывается без проблем, и он сначала выдавливает её на свои пальцы, а потом между ягодиц Тэхёна, который как раз вспоминает, как случился их первый раз. Точно так же на этом бедном диване, и Чонгук делал всё то же самое.       Только сейчас подготовка занимает больше времени, потому что они постоянно отвлекаются на поцелуи, а ещё Чонгук долго растягивает его, пока сам не становится доволен проделанной работой.       Когда же всё готово, Тэхён закусывает нижнюю губу и сам берёт его член, чтобы направить в себя. Всё проходит постепенно. Никто не торопится. Между ними воцаряется нежность вперемешку с влечением. Пока Тэхён насаживается, Чонгук пытается отвлечь его от боли с помощью поцелуев на шее.       И это правда помогает: Тэхён полностью садится, кайфуя от заполненности. Через пару минут сам же начинает двигаться, одновременно втягивая Чонгука в поцелуй.       Сегодня не будет никакой животной страсти, только любовь, забота и нежность. Этого просят одновременно два сердца.       Постепенно темп нарастает, потому что Чонгук помогает Тэхёну двигаться. Стоны окончательно заполняют комнату. Только в этот раз к Тэхёну присоединяется Чонгук, который ещё успевает шептать комплименты.       Кончают они практически одновременно. Тэхён наваливается на Чонгука и приходит в себя. Молчание повисает в воздухе, даря минуту отдыха.       — Как же я тебя люблю, Тэхён, — шепчет Чонгук, обнимая возлюбленного и целуя его в макушку.       — Странно это слышать, когда всё ещё сидишь с членом в заднице.       — Вот же! Испортил всю романтику, — возмущается Чонгук, а после смеётся, заражая смехом и Тэхёна.       — Я тоже тебя люблю, Чонгук, — говорит он, специально подчёркивая слова о любви.       Признание закрепляется очередным желаемым поцелуем.       Тэхён понимает, что после таких слов за секунду всё не изменится и им придётся поработать над своими отношениями. Придётся помогать, зализывать раны, строить мост доверия, но он на всё готов, чтобы быть только со своей любовью. Он правда будет стараться изо всех сил.       И это взаимно.       Тэхён это чувствует.