Аверсия

      Вроде бы это был февраль, где-то тогда, когда за окном часто шёл сильный снег, а температура то падала, то повышалась, у Вару вся жизнь перевернулась с ног на голову. От кого-то, но он уже не помнит от кого точно, парень услышал фразу: «большинство гомофобов на деле латентные» — ещё и было это сказано так, будто адресовано именно ему, ещё и очень мерзким голосом, тихим таким, уверенным. Эти слова врезались в его память, клон часто их вспоминал, особенно часто вспоминал, когда находил привлекательными мужчин. Раньше мысли о чьей-то красоте, но чаще мужской, ему никак не досаждали. Он считал, что видеть кого-то симпатичным не значит быть геем, но с недавнего времени его мнение изменилось. Вару всеми правдами и не правдами пытался то убрать эти мысли, то убедить себя в том, что это бред, и он не может быть таким мерзким извращенцем. Были у него и минуты слабости, когда валет будто бы смирился со своей сущностью, но это быстро проходило. Особенно мерзко от самого себя ему было, когда парень узнал в интернете, что лучший способ проверить свою ориентацию — посмотреть три вида 18+ контента, а что дальше понятно, думаю. Ну, и что? Он проверил, и понял, что от женщин ему будто бы даже мерзко, раньше подобный контент Вару даже и не смотрел, считал в принципе всё это ужасной пошлятиной и не важно с кем ты этим занимаешься, ему просто мерзко. А тут резко понравилось... Очевидно, что после подобного эксперимента валет начал загоняться ещё больше, свои шутки про пидаров он забросил в далёкий ящик, перестал водиться с теми, с кем когда-то обсуждал и осуждал всё квир-сообщество, старался не поднимать эту тему нигде, лишь бы не признаваться самому себе, кто он есть. Все ответы на свои вопросы касаемо этой темы клон искал в интернете, обсуждать даже с самыми толерантными сожителями это он не желал, странно будет задавать подобные вопросы, не зная их отношения заранее. Но словам многих статей Вару не верил, не верил и в то, что это не болезнь, не верил, что не вылечит в себе это никогда, ему хотелось забыть ту когда-то услышанную фразу, хотелось перестать копать и сделать вид, будто он вообще людей не любит, но уже поздно, он зашёл слишком далеко и вступил в группу, где общались люди, состоящие в квир-сообществе. Когда Вару узнал о существовании таких групп, то увидел в этом золотую монету, эти группы единственное место, где он может узнать больше об ориентациях и, возможно, принять себя. Но до принятия ему, конечно, ещё очень далеко, по крайне мере за почти чем полгода с момента, как он услышал ту фразу, валет смог признаться самому себе, кем он является, и перестал пытаться себя переубедить. Пусть в реальной жизни ещё пока молчит об этом, да и в интернете тоже, но прогресс есть, хоть и маленький, но есть... Ему всё ещё иногда было мерзко от себя, от мыслей, в которых он глазами кого-то раздевал, и хуже ему начало становиться, когда пятый начал подозревать у себя влюблённость к определённому человеку, так ещё и к тому, с кем у него были странные отношения, клон №8... Мысли о влюблённости он отгонял, но испытывал стресс каждый раз, когда видел Пика, а случалось это каждый день. Вару иногда хотел, чтобы восьмой исчез, чтобы валет смог перестать его видеть и перестать чувствовать это по отношению к себе. Но это невозможно. — не спишь? — спросил голос сзади, это был Фёдор. Создатель нередко палил валета за бодрствованием по ночам, его это беспокоило, но пятый внешне выглядел абсолютно нормальным, обычным, поэтому не изводил его вопросами. — да, не сплю, бессонница — ответил парень, на этот раз добавив к своим словам новое слово. Тогда Фёдору стало ясно из-за чего кудрявый так часто сидит на кухне, смотря в стену, когда все спят. — я могу купить снотворное тебе, чтобы ты спал ночью — произнёс создатель, наблюдая, как пятый медленно и максимально тихо перемешивает сахар в чае. — давай — коротко ответил пиковый, после чего Фёдор издал какой-то невнятный звук, обозначающий согласие, и ушёл спать. Бессонница у Вару началась из-за стресса, когда точно он и не помнит. Возможно, месяц или два назад, тогда он сильно изводил себя попытками познакомиться и полюбить девушку, но безуспешно. Одна так и вообще после переписки спросила: «а ты уверен, что ты гетеро?» — ответа она не дождалась, её заблокировали. Она и стала последней с кем переписывался клон из девушек. В остальном он аккуратно поддерживал диалоги в группах с такими же, как и он, в этих группах было легко общаться даже с абсолютно незнакомыми людьми, и вопросов про ориентацию почти не было. В ту ночь Вару так и не уснул, он просидел всё время на кухне пялясь в экран телефона, на котором всплывали разные сообщения. Спать лёг лишь утром, когда голова была настолько загружена, что банально не могла корить себя за всякий бред. Фёдор же купил снотворное на следующий же день, но первое время оно не действовало, из-за сбитого режима. Периодически валет вырубался средь бела дня, а в тот день он уснул, сидя за кухонным столом, будить его не стали, он и так не спит почти. Парень очнулся ближе к вечеру, шея затекла от ужасно неудобно позы, спина болела, как и голова. А проснулся он от скрипа стула, рядом сидел восьмой, что-то смотря в телефоне. — ты чего здесь... — хриплым голосом промямлил Вару, протирая ещё слипающиеся глаза. До парня не сразу дошло, кто сидит рядом, но когда он понял, то сразу попытался сделать невозмутимый вид, правда сердце уже забилось быстрее прежнего. — просто чай пью. А ты чего тут уснул-то? — абсолютно обычно поинтересовался король, на что заметил тяжёлое дыхание и излишнюю бледность у пятого. С каждым новым диалогов между ними Пику начинало казаться, что Вару будто боится его, а ещё он чуть бы не подлетает, когда кто-то из клонов, касается его случайно или специально. Это поведение сильно напрягает. — не знаю... — слишком тихо выдавил из себя клон, после чего поспешил уйти в другую комнату, почти не смотря в сторону восьмого. Смотреть на восьмого, слышать его голос было мерзко, не потому что он некрасивый или его голос, а потому что пятый ненавидел чувствовать эту симпатию, она напоминала ему о его «дефекте». Ещё более мерзко было Вару в моменты слабости представлять, что у них могли бы быть какие-то отношения... Но время не вечно, оно утекает с каждым месяцем, если клон в ближайший год не сможет принять себя, признаться, то будет слишком поздно. Опять он заперся от всех в комнате создателя, он делал уже так, пока Фёдора не было дома, ведь в моменты, когда эта ненависть накатывала с новой силой, особенно после разговоров с королём, ему не хотелось кого-то видеть, хотелось исчезнуть, забыть о том, кто он, кого любит, на кого и как смотрит. Это мерзко... неестественно... Так ведь нельзя! Нельзя чувствовать возбуждение к своему полу... Нельзя его любить, рассматривать отношения с ним, но отключить чувства невозможно. За столько месяцев он не смог это принять, не смог поговорить с кем-то реальным об этом, не смог ничего, его максимум — высказываться людям в интернете. И как же это, блять, смешно... — веду себя как... — мямлил парень, вдруг посмотря на себя в зеркало. Рука сама потянулась к оправе очков, лицо его из-за бессонницы было мягко говоря не очень, весь этот стресс слишком сказался на внешнем виде клона. Он устал. Изводить себя из-за кучи, привитых ему той компанией, стереотипов, ненавидеть себя, ненавидеть окружающих парней, свои мысли и чувства из-за какой-то ориентации... А ведь он столько статей прочитал, столько раз обсуждал это с другими людьми, напрямую писать в интернете кто он. А в реальной жизни что? Неужели нельзя жить, не выстраивая культ трагедии из-за такой мелочи? Это ведь... Мелочь, да? Казалось бы, после того диалога, после лицезрения самого себя, после очередного угнетения себя за то, что он не такой как большинство, должно было последовать что-то ещё хуже... Может быть мысли о том, как он фантазировал, что он думал... Но нет, его мозг резко вспомнил то, что писали те люди из групп, с некоторыми из них пятый общается сейчас в личке, опять вспомнил те статьи, в которые так сильно не желал верить и вдруг появившаяся мысль о... нём... о том, что всем этим пятый самого себя убивает морально, он ведь даже не знает отношения клонов к другим ориентациям, но свято верит в то, что они ненавидят таких как он... — а ведь он действительно... красивый? — произнёс вслух парень, но впервые за долгое время мыслей в духе того, что он большой извращенец не было. Вару в моменте вообще не думал правильно это, не правильно, он этого не изменит уже никогда, нет смысла пытаться. Пора заканчивать с этим, иначе он сойдёт с ума. Он достал телефон из кармана, долго смотрел на экран, всё вспоминал знакомое лицо, и в итоге всё же зашёл в нужное приложение, в нужную группу, в которой достаточно активно обращался последние месяца, по началу боялся писать, но быстро привык. когда понял, что там все свои. Вару открыл поле ввода сообщения и замер, думая, как ему написать и стоит ли вообще об этом говорить. Обычно он избегал в группе прямого заявления о том, что ненавидит себя за ориентацию, признавался пару раз кем является, а так в основном искал тех, с кем можно пообщаться и не бояться осуждений. Курсор мерцал перед глазами, было немного страшно, но не так сильно как прежде, ему хотелось наконец написать хоть что-то стоящее о своём состоянии... Парень слишком устал от этого, пора признаться уже, наверное. С горем пополам, но он начал печатать: «Я ненавижу себя за то, что мне нравятся парни, и считаю это болезнью. И недавно понял, что у меня есть какие-то чувства... Ладно, любовь к человеку, с которым живу в одной квартире. Я вечно бегаю и пугаюсь при виде него, я так устал от этого, не хочу больше пытаться себя вылечить, исправить и т.д... Как принять это? Я заебался. Не хочу так дальше жить» — покончив с этим текстом валет не глядя, а главное быстро, отправил его в чат, после чего бросил телефон на пол... Внезапно ему стало неимоверно легко, будто что-то очень тяжёлое слезло с его плеч. Вскоре ему начали приходить уведомления, но читать всё это сейчас не хотелось, хотелось лишь насладиться минутами спокойствия без вечного напоминания его же мозгом о том, какой он мерзкий. Вару старался не обращать внимание на пиликанье телефона, клон просто смотрел в потолок, слыша тихие шаги за дверью. И тут стук. — Вару? — послышался голос шестого за дверью — у тебя всё хорошо? — осторожно спросил Зонтик, ему всегда всех жалко, и он слишком быстро и легко считывает у людей плохое моральное состояние. — всё хорошо, Зонтик — выдохнув с облегчением, ответил пятый, ему бы не хотелось в момент этого спокойствия услышать другой голос. Хотя, наверное, было глупо полагать, что за дверью окажется Пик, он не из тех, кто будет бегать, чтобы помочь, спросить, поддержать. Ему не за чем это делать. — просто... — опять начал говорить клон, пытаясь подобрать нужные слова, но он не знал как объяснить, почему хочет помочь и зачем... я... я просто хотел помочь если надо... — со страху бормотал себе под нос шестой, вдруг подумав, что Вару сейчас будет смеяться в голосину. Глубоко вздохнув, валет произнёс: давай, если я хочу, мы поговорим, но не сейчас — сейчас хотелось побыть одному, да и он не готов в реальной жизни кому-то выговариваться на эту тему, слишком страшно. За дверью послышалось слабое «угу», а после тихие шаги прочь. И когда звуки стихли, Вару всё ещё сидел на полу у двери, наслаждаясь тишиной вокруг и в своей голове. Лишь иногда он слышал звук пришедшего уведомления, но читать все ответы пока что не хотелось. Наверное, у него просто на это не было больше сил... Вскоре он медленно поднялся с пола, подошёл к двери и попытался бесшумно приоткрыть её, выглядывая наружу. В коридоре было пусто, но в гостиной, на кухне, в ванне сейчас может быть кто угодно, даже этот... От мысли об этом клон слегка дёрнулся, но прежней волны отвращения не последовало. Вару прислонился лбом к прохладному косяку и прикрыл глаза. Стоя в дверном проёме, он представил, что мог бы завтра или послезавтра наконец прийти на кухню утром, где почти все клоны будут завтракать, возможно, сесть недалеко от восьмого и постараться вести себя более адекватно, чем прежде... Мечтания прервались после очередного звука из телефона. И зачем он только написал им всё это...? Да и какая теперь разница, если это, хоть, возможно, ненадолго, помогло ему в моральном плане? — ... — неизвестно о чём точно тогда подумал парень, косо смотря на валяющийся телефон, но недолго думая, он его поднял, вновь надел свои очки и пошёл на кухню, в которой на сей раз никого уже не оказалось. Там пятый посмотрел в окно, шёл сильный ливень. Кротко, но он прочитал пару ответов на то сообщение, они заставили его улыбнуться на долю секунды, после чего валет продолжил стоять у окна, раздумывая над тем, с чего ему стоит начать, чтобы покончить со всем этим навсегда. Маленькие шаги очень важны в принятии себя, а дальше — больше.

И, возможно, его ждёт счастливое будущее