Échangeons nos âmes, chérie.

Ещё давным-давно, когда трава была зеленее, а люди добрее и свободнее, существовало поверье для возлюбленных в ссоре. «Коль не можете вы согласия между собою найти, так сменитесь вы чревами и найдете вы лад общий.» Слушать его в современное время было... Странно. Телами можно обменяться лишь при помощью магических ритуалов, а при жизни в подобную чушь мало кто верил. Разве что, какие-нибудь вудуисты, и «маги». Но даже они, в лихие 50-ые годы, так и не осмелились попробовать данный метод, дабы избежать разногласий. А Аластор решил, что раз уж он верит в это, и никогда не пробовал исполнить – нужно это изменить! Ему очень повезло, что его матушка была одной из тех, кто верил в подобные поверья. От неё оленю и достался лист с подробным описанием ритуала. Сильно помятый пергамент, пожелтевший из-за времени, покоился в особом ящике, аккуратно сложенный. Ал, при помощи щупальца, осторожно достал коробочку с самого дальнего места на полке, после чего тихонько открыл. Бумажка так и лежала, неприкосновенная, даже спустя столько времени. Лёгкий запах древесины ударил в нос. Черно-малиновые когти взяли пергамент в руки и разложили, положив место хранения данной вещицы на ее законное место. Палец с ладонью легли на подбородок, придавая читателю задумчивый вид. Наконец, дойдя до нужного обряда, на лице Аластора просияла ещё большая улыбка, чем прежде, выказывая взору все желтые клыки.

Звучит просто.

***

— И ты ради этого меня позвал? — Вопрос прозвучал скорее как утверждение, с долей разочарования. Телевизор пялился на него, на мониторе ни намека на прежнюю лыбу, что обычно украшала его лицо, когда он видел Аластора. Красноволосый кивнул, протягивая ему пережиток прошлого. С глубоким вздохом, теледемон взял её и быстро прочитал. С каждым словом его лицо сменялось то гневом, то отчаянием. — Ты, должно быть, издеваешься. — Протянул он. Вокс уже не злился, но печалился, потому что знал, что как бы не противился – его заставят это сделать. Даже если он не хочет. Ал знает, чем его подкупить. — Совсем нет, мой дорогой! Мне любопытно, что будет, если данный ритуал сработает. Неужели тебе нет? Винсент тяжко выдохнул, передал бумажку и приложил руку к месту, где должна быть переносица. — Это не сработает. Откуда у тебя вообще, черт возьми, пергамент с обрядом на.. ээ.. славянском? — Моя мать хорошо дружила с одним представителем данного языка, и он дал ей честь, передав столь древнюю реликвию их семьи. — Ла-адно, мы это сделаем.. Если это не сработает, ты должен мне два траха. Нет, три. — Хорошо. — Аластор слегка сморщился, но согласился. Всё же, просто отдаться Винсенту – не самое плохое, что только может быть. — Проведем ритуал прямо сейчас! — Нет! — Внезапно воскликнул Вокс. Но Аластор его не слушал, взял за запястье и перенес на открытый воздух. Поляна, зелёная трава.. Только алое небо выбивается из картины. Тревожно поглядев на Ала, он сразу успокоился. Как ни как, но лишь один взгляд на своего возлюбленного способен его успокоить. — Ита-ак, приступим. Присаживайся ко мне поближе, нам нужно соприкасаться коленями. Положи руку мне на грудь, я сделаю тоже самое, после этого мы зачитываем пару строк по-очереди. Готов? Вокс кивнул, уже будучи готовым ко всему, что может выкинуть судьба, после таких обрядов. Глаза обоих были закрыты. Первым слова начал шептать аловласый демон, ушки слегка подергивались от ощущения чужого дыхания рядом и давления на груди. — «Что моё — тяжело мне. Возьми не силой, но волей.» Винсент мгновенно продолжил. — «Что твоё — не моё. Сберегу, пока дышу.» Затем, уже совместным дуэтом, они оба проговорили.

— «Не тело к телу,

а путь к пути.

Не навек,

не без следа.»

Затем, в густоте воздуха повисло молчание. Оба словно чего-то ожидали. Тишину прервал Вокс. — И что? — Эффект узнаем только завтра, mon chér! Аластор улыбнулся ярче, а Винсент рассмеялся. Было удивительно спокойно. Не так, как обычно. Какое-то странное блаженство, не присущее аду, да даже им двоим. Раньше оно ощущалось иначе. А сейчас напряжение как рукой сняло. Их глаза всё ещё были закрыты. Внезапно, Вокс почувствовал, как на его голове что-то дергается. Было похоже на движение антенн, но что-то было иначе. Только сейчас, он осознал, что лежит на земле. Глаза неспешно открылись, он поднялся на локтях. На его голове нечто дернулось снова. Он вдруг осознал, что видит мир иначе. Как-то.. не так. Рука потянулась к голове, но вместо привычного монитора и антенн, нашла лишь пушистые ушки. — Че за.. Нахуй. Винсент обернулся, и увидел, как его тело, и по всей видимости, Аластор в нем, мирно спит на траве. Ноги сами метнулись к нему. Взяв сонное туловище за плечи, Вокс начал трясти своего возлюбленного, дабы разбудить. — Аластор! Аластор! Проснись, черт возьми! Чужие очи медленно распахнулись, а увидев самого себя, стали нервными. Непривычно широкая улыбка растянулась на мониторе. — Вокс? — Да блять. Че за нахуй!? Ты сказал, что результат увидим лишь завтра! — Я это предполагал. Разве не славно, обмен телами прошел успешно! На это, Винсент лишь больше разозлился. Обычно, на смуглом лице царила улыбка, но тут не было даже намёка. Внезапно, склеры наполнились черным, напоминая липкие чернила, рога увеличились в размерах, и само тело Аластора увеличивалось в размерах. — Контролируй себя, приятель. Заметив изменения в себе, Вокс выдохнул и постарался успокоиться. На удивление, подобный трюк сработал, и тело вновь начало принимать свою изначальную небольшую форму. Ладони отпустили чужие плечи и сошлись на груди, в виде креста. Аластор тоже выдохнул, только от облегчения. Все же, Винсент никогда не был сильнейшим оверлордом, а вот он был. Вот только способности не передавались вместе с душами. Поэтому, поводы переживать были. Антенки снова всталр торчком. На удивление, они работали схоже с ушками. — У меня с Ви сегодня разговор. И ночь кино. — Какая жалость. Боюсь, тогда тебе придётся уделить все свое время мне. — Голос звучал пугающе знакомо и ноты флирта заводили. — Теперь я понимаю, как выгляжу со стороны. А вообще, я не могу все просто взять и отменить. — На это, влзлюбленный раздражённо фыркнул и увеличил между ними дистанцию, словно «дуясь». — Ладно. Разберемся. А теперь попрошу тебя натянуть на моё лицо улыбку. Это часть моего имиджа. Вокс хмыкнул, широко улыбнувшись. — Имидж у тебя дерьмовый. — Смуглое лицо придвинулось к монитору, который, словно на зло владельцу тела, покрылся явным бирюзовым цветом. — У тебя будет хоть какая-то новая фраза спустя 70 лет? — Нет. Красноволосый приблизился и положил голову на плечо Ала. На лице осталась слабая лыба. Все же, мышцы помнят все годы, проведённые в этой дыре, и очевидно, такой простой аксессуар внешности не исчезнет столь легко. — Винсент, ты ластишься ко мне как кот. Буквально к своему же телу. — И что? Мне до этого дела нет. Главное, что там, — Он поднялся, повернулся и указал на душу. — вот тут, это ты. — Сентиментальщина. — Лицо на мониторе исказилось, слегка поморщившись. Выскочила одна ошибка, уже по привычке закрытая организмом. Экран был столь ярким, что казалось, осветит целый город ночью. — Яркость сбавь. — Улыбка на мониторе скривилась. — .. Как? — На это, Винсент лишь выдохнул. — Попробуй сначала вызвать экран. Там уж разберусь. "Вокс" неловкими движениями пальцев вызвал небольшой экран. На нем их общая фотография. В плохом качестве, темная. — Та-ак, уже что-то. А теперь попробуй сделать также, но не с фотографией, а с яркостью. Достаточно подумать. На удивление, получилось с первого раза. Палец двинул по голографическому экрану и уменьшил яркость почти до минимума. — Зачем так низко то? — Ненавижу слишком яркий свет. — Понял тебя.. А теперь, дай-ка мне тоже кое-что попробовать. Не успев опомниться, или возразить, аловласый демон схватил своего возлюбленного в охапку и оба погрузились в склизкие тени. Через мгновенье, они уже оказались дома у теледемона. Точнее, в его комнате. — Зачем нам сюда? — Тут спокойнее. Аластор не стал говорить о глупости данного аргумента, просто желая выслушать его предположения, что делать. — А теперь, у меня лишь один вопрос. Там есть хоть что-то о том, как типо.. отменить этот обмен? — Страница оборвана. — Вот же блять. — Вырвалось из горла демона с улыбчивой физиономией. — Не сквернословь в моем теле, будь добр. — Я и так тебе на уступки иду и держу эту ебаную улыбку. Потерпи, будь добр. Грешник, в теле акулы встал с дивана, на котором сидел с недавних пор. За его спиной мгновенно показались провода. — О не-ет, я не буду терпеть, ты знаешь. Взгляд и зубы оскалились. Казалось, что Ал вот-вот и взорвется от злости. Экран, ожидаемо, начал глючить. — Потерпишь. Уебок. Это стало последней каплей. Аластор набросился на Винсента, в желании ударить его. А может и убить. Вокс не стал терпеть это. Завязалась драка. Летали предметы, они сами передвигались по комнате с неимоверной скоростью, каким-то образом умудряясь еще и кидать друг другу оскорбления. — Скажи спасибо, что я, блять, не разделся! Мог бы лично проверить, есть ли у тебя хвост! — Вот так благодать! Что я должен тебе за эту щедрость? Погладить за ушком? А может еще похвалить и дать вкусняшку, как песику? Последнее выводило медиа-магната ещё больше, от чего количество парящих предметов в комнате значительно увеличилось. Щупальца хватали за ноги, монитор. С легкостью отбивались от проводов, и кидали все, что попадет под руку. Аластор, под воздействием адреналина, прямо в бою учился пользоваться своими новообретёнными способностями. Пониженная яркость пошла на пользу, помогая скрываться от соперника. Он даже обнаружил у Вокса способность, которую тот ни разу не использовал. Она идентична с силой Вельветт. Экраны-блокировщики. Однако, в разгаре драки, в комнату зашло два наблюдателя. Они стояли, не понимая, что происходит. Не хватало лишь попкорна и нужной музыки, тогда это будет сильный фильм. Но уже спустя 5 минут, оба оказались в противоположных сторонах комнаты, тяжело дыша. Одежда была разорвана, на открытой коже было много ран. От царапин и порезов, до ожогов проводами. — Вот ты сука, Аластор! — Кто бы говорил. Просил же, без сквернословия. Вдруг, заметив пришедших двух Ви, Вокс подошел к ним, открывая руки. — Вал, Вель! А-ха.. У нас тут с Алом были небольшие разногласия. Я уберусь здесь попозже. Ни Валентино, ни Вельветт не понимали, почему радио-демон подошел к ним, и говорил так, словно он являлся Воксом. — Че за хуйня. — Вымолвил первым Валентино. Дизайнерша повторила тоже самое. Спустя минуту, в их умы наконец пришла мысль проверить своего приятеля. Оба ринулись к партнеру, а Валентино сгреб его в свои тесные объятия всеми 4-мя руками, осматривая раны. Вот только, не того они жалели. — Вокси-и, ты в порядке? — .. — Вокси? Аластор мигом оттолкнул их от себя, восстанавливая личное пространство. — Валентино, Вельветт, не стоит так явно нарушать моё личное пространство. Ваши прикосновения мне.. не столь нравятся. Лучше проверьте его. — Сказал он, показывая на надувшегося Вокса, со скрещёнными на груди руками. — Да что творится то! Вокс, че за хуйня?! Если вы нас разыграть решили, то получается плохо! — Полагаю, мне стоит объяснить- — Я тут вообще-то! Вал, Вель, отъебитесь от Ала. Все трое оглянулись на Вокса. — Так. Я не понимаю. — Я блять Вокс, что трудного то! — Ты.. буквально Аластор. — Да ну нахуй! Вот это неожиданность! Модница прижала ладонь к переносице, потирая ее, чтобы успокоиться, вместе с тем держа Вала за рукав. У того, видимо, перезагружались мозги, поскольку такой пустой взгляд ничто иное не может объяснить. — Вокс, скажи что-то, что знаешь только ты. И перестань улыбаться, чтоб наверняка. В голову, как назло, не приходило ничего путного. Только факты об акулах. Такие сильные, прелестные создания! В голове, как лампочка, вспыхнула идея. Лицо загорелось восторгом, а взгляд был таким, какой мог делать только Вокс. — Хотите расскажу об акулах? — Давай. Не уверенна, что радио-уебок бы знал о них столько же, сколько ты. — Акулы гораздо древнее деревьев! Также, кожа у них, прям как у меня, похожа на наждачную бумагу! Также, у них скелет из хряща, из-за этого они такие быстрые и ловкие! А еще, их сердце чувствует электрические импульсы, поэтому они так быстро обнаруживают своих жертв! Плюс, они– — Я поняла. — Я не рассказал про то, как они спят! — Вокс, не забывай, что я просто должна была удостовериться. Но после такой тирады, мне больше доказательств не нужно. А теперь обьясните, вы двое, — Она посмотрела на них, показывая пальцем. — как так, черт возьми, вышло? — Я решил, что было бы интересно, если бы мы обменялись телами на денек! Вот только не ожидал, что эффект мгновенный. — Я вообще думал, что эта чушь не сработает. Сука, записочка от славянина, пха-ха-ха! — Винсент разрядился смехом, прикрывая рот рукой. — И че теперь? Сколько ты будешь так ходить? — 1 день. — Ответил Аластор, не позволяя партнеру ничего сказать. — Вокси, а как же ночь кино и разговор? — Я не знаю, сам думал об этом.. — Да боже, какая разница! Просто проведем день так, как обычно, просто один уёбок в теле Вокса будет рядом. — Как скажешь..

***

02:54

Аластор тихо сидел рядом с Воксом, позволяя ему обработать раны. Бинты, перекись, лед и раздетое до пояса тело Винсента. — Вот надо же было тебе так умудриться, а? Чем тебя маты не устраивают? — Меня не устраивает то, что ты не слушаешь меня, хотя я лишь говорю тебе, что делать в моем теле. — Сказал бы сразу, так трудно что-ли? Аластор замолк. Очевидно, говорить напрямую в неком смысле было трудно, ведь это означало бы потерю контроля над ситуацией. Словно он не исчез сразу, после того, как они поменялись телами. Пришел черед Вокса. Они поменялись местами. Оленье тело было раздето, кроме штанов, дабы обработать раны. — Можно я.. Просто проверю, есть ли у тебя хвостик? Аластор помешкался, но выдохнув, выдавил. — Можно. Винсент ринулся к зеркалу и снял брюки. На копчике была странная выпуклость. Стоило лишь слегка приспустить боксеры, как на свет явился небольшой клочок красно-темной шерсти. Из горла раздался сдавленный счастливый писк. Пальцы легли на хвостик, но через секунду дернулись, убирая ладонь. В миг, когда рука оказалась на пушистом местечке, Вокс слегка простонал, чувствуя, как в низу живота начинает скапливаться жар. — Бля-ять.. понял. — Поэтому я тебе его и не показывал.

***

После этого, такими экспериментами они не грешили. Разве что, иногда.